В детстве со мной случился следующий случай, отразившийся на моем последующем восприятии всей жизни и в частности общении с женским полом. Будучи двенадцати лет отроду я любил играть и проводить время на небольшом прудике позади деревенских огородов где мы отдыхали каждое лето с родителями. Я отправлялся туда, взяв с собой коробок спичек и самодельную брызгалку, полную керосина, строил на берегу маленькие крепости из песка и сучков, размещал войска... пластиковых солдатиков, танки, которые сам клеил из коробков. А потом начинал сражение, где являлся и полководцем и солдатом одновременно. Игра захватывала меня, и для пущей реальности я поливал поле брани керосином и поджигал время от времени. Танки из коробков горели ярче так, как наполнены, были серой от спичек - в итоге игра настолько воодушевила меня, что я и не заметил, как загорелась сухая трава, росшая по берегу прудика. Я и не заметил, как огонь перекинулся на ближайший забор, сделанный из сухих горбылей, и лишь треск палок, горящих в костре, отвлек меня от битвы в придуманном мирке. Забор этот окружал участок соседки и без того не шибко жаловавшей мое присутствие у своего дома, как мне казалось по взглядам, которые она бросала частенько в мою сторону, когда ходила на пруд за водой. Звали ее тетя Галя и жила она одна, мужа не было и детей так же. Тете Гали было около сорока лет, но выглядела хорошо. Высокая и крупная женщина вызывала уважение и страх у маленьких мальчишек типа меня. И вот я как назло поджег ее забор. Я начал лихорадочно наполнять флягу водой из пруда и тушить несчастливый забор, пришлось отломать пару палок и бросить их в воду. Вскоре огня не было, но ограждение было изрядно подпорчено, и незаметным из-за выгоревший травы вокруг его назвать было нельзя. Что мне оставалось делать в этой ситуации, я не знал. Я понимал, что тетя Галя обо всем догадается, так как она видела меня вблизи за пол часа до маленького пожара и я, открыв калитку, также опаленную сухой травой, пошел на ее огород просить прошение за этот казус с сухой травой и "случайной" спичкой. Метрах в пятидесяти за кустарником и парниками слышался шум - там была баня. Подойдя, ближе я увидел тетю Галю, стоящую спиной ко мне в халате над тазом с бельем или водой. Она была босиком, и сильные загорелые ноги на фоне травы сразу бросились мне в глаза. Халат, на который спадали длинные черные волосы, не был длинным. Я, чтобы привлечь внимание, кашлянул и был крайне удивлен, когда, повернувшись, тетя Галя держала в руках бутылку вина. "А Ваня?!" - сказала она -" что мама ко мне послала?"
Я начал говорить, что нет и, пытался ей намекнуть на забор, но она, услышав, что родители не в курсе, где я, усадила меня за стол, стоявший под зарослями вишни рядом с баней и налила мне в эмалированную кружку красного вина. В том возрасте я был очень правильным и послушным, одним словом мальчиком. И с почтением относился к старшему поколению. Так что, выпив через силу, я рассказал о происшествии ей, украдкой поглядывая ей в разрез халата, где виднелись груди размера четвертого в черном лифчике. Выслушав описание разрушений забора, тетя Галя сделалась на минуту серьезной, затем, громко рассмеявшись, сказала, что все станет известно моим родителям. Я готов был расплакаться, но она добавила, если я сыграю с ней в одну игру, то все останется в секрете и забор забыт. Слово игра привлекла меня, но я все же спросил, какой смысл у нее будет? Тетя Галя выпила еще вина и сказала, улыбнувшись своими пухлыми губами, что она хочет кончить и смысл игры использовать для этого меня. Я задумался, так как мало знал, о чем идет речь, но согласился. Поинтересовавшись о том, когда меня ждут дома и, узнав, что родители уехали до вечера в город, она сказала, что ближайшие три часа я буду ее рабом, и она намерена наказать меня за испорченный забор. Я лишь спросил, не будет ли больно, когда она заводила меня в большой предбанник и закрыла ключом дверь. Сказав, что не будет она, тяжело задышав, стала вдруг завязывать мне, неизвестно откуда взявшимся полотенцем, руки. Я испугался, но она делала это нежно и, шепча мне сзади на ухо игривым голосом, какой я негодный мальчишка, что испортил ей забор. Она была гораздо выше меня, и ее груди терлись об мой затылок. Затем, так же аккуратно уложив меня на скамейку стоявшую посреди предбанника, тетя Галя сказала, что покажет мне свои груди, и я должен их облизать, как щенок, которым я для нее и являюсь. Мне сначала не поверилось, что я услышал, то о чем думал и мечтал в глубине души. Но когда увидел вываливающиеся из лифчика груди тети Гали, и она опустилась на колени рядом с низкой лавкой, на которой лежал я, сомнения исчезли. Огромные соски приблизились к моему лицу. Я, как мне и приказали, высунул язык и стал облизывать торчащие соски. Тетя Галя застонала, а я прекратил, подумав, что сделал ей больно. Последовал приказ продолжать, и вскоре она пихала мне свою огромную грудь в рот, так что приходилось дышать ртом. Краем глаза я видел, что она засунула руку себе под халат и трет себе промежность. Слышались даже какие-то чавкающие звуки. Вскоре рука из под халата очутилась на моем лице, пачкая меня какой-то слизью. Но, не было мне противно и даже тогда, когда она засунула пальцы мне в рот, приказав сосать и облизывать их.
Продолжалось это минут тридцать. Затем, выпив еще вина и, встав в полный рост надо мной, она сказала, чтобы я готовился к самому главному. Медленно, задрав халат, она показала свою огромную волосатую промежность, раскрыв ее двумя пальцами и томно вздохнув, она скинула резко халат, оставшись в одном лифчике. Я до того никогда не видел женского обнаженного тела, кроме как по телевизору и то редко. Тетя Галя встала надо мной, привязанным к скамейке у самого пола, высокая и статная, с сильными ногами, большой грудью и задницей. Сказав, что я принадлежу ей, она стала опускаться промежностью мне на лицо. Сначала мой нос защекотали волосы, а затем терпкий запах и липкая слизь окутали все мое лицо. Последовал с высоты приказ высунуть язык, что я и сделал, пытаясь походить на щенка. Женщина на мне начала стонать и двигать тазом, размазывая свой сок по всему лицу. Она ругала меня, кричала, дергая за волосы и прижимая к своей волосатой пасти, наслаждаясь своей властью. Ее половые губы казались огромными, и из-за обилия волос я плохо видел ее саму. Темп убыстрялся и вскоре она, сказала, что скоро кончит и хочет видеть мои глаза. При этом привстала, раздвинула рукой свой орган, приказав открыть просто рот, и начала натирать клитор сама рукой и двигаясь в зад-перед на моем рте кричать и вскоре, задрожав всем телом, как я понял, кончила. Жидкости вытекло не мало ко мне в рот, и я все глотал. Сойдя с моего лица, она посмотрела на мои штаны, на удивление приподнявшиеся и, сказав, что я плохой мальчишка и еще плохо наказан, села мне на лицо задницей, а руками расстегнула мои джинсы. Я в прямом смысле лизал ее анальное отверстие и чувствовал приближение скорого детского оргазма. Не сразу я понял, какое наказание приготовила мне тете Галя в тот момент, когда она переместилась скользкой промежностью опять мне на рот. Только стоило задергаться мне от приятных спазмов внизу живота, как мне в рот ударила мощная теплая струя мочи. Чтобы я не захлебнулся, она привстала и начала мочиться мне в лицо, смеясь, но под конец приказала выпить последнюю струю, направив снова в рот. Так я провел первый час в бане у тети Гали. Она сидела на улице, попивая винцо, а я лежал оттраханый и обсосанный на скамейке в предбаннике и думал о том, что произошло.......
Часть 2.
Не мог я сказать, что мне не понравилось все происходящее, но детский страх терзал меня. Что еще может сделать со мной эта женщина? От беспорядочных мыслей меня отвлекло поскрипывание половиц - это она вошла в предбанник и снова стала опускаться мне на лицо. На этот ...раз мне пришлось обрабатывать ее анус, покрытый редкими волосиками такой же большой и ненасытный, как и влагалище. Придавив меня огромным задом, она томно стонала и елозила по моему лицу. Мне с трудом хватало воздуха, так как нос часто погружался в ее промежность, красную и распухшую от возбуждения.