"Их двери были рядом... Они были соседями...
Даже - по прописке - не Он и Она , а Он и Ее мать.
А Ей - хоть и была у них своя квартира в двух шагах - удобно было с матерью и сына ростить, да и на всем готовом мужа встречать.
На всё про всё матери было лет шестьдесят, Ей - тридцать пять, а отец Ее, с которым Он - сосед и горькую пил, и сладкую, внезапно ушел на пороге шестидесяти, когда на стройке убил его инсульт.
А и самому-то нашему герою - соседу - было "всего ничего" - около пятидесяти...
И вот на похоронах Ее отца Они и погоревали, и пообщались в первый раз "тесно", потому как, выпив пару рюмок за усопшего, и Он и Она, встретившись глазами, что-то поняли, и потом долго избегали друг друга...
Но семейная жизнь Ее не задалась, мужик Ее пошел в гору и для него бутылка шампанского и новая дама на каждый вечер были обеспечены...
А Валька...
Да, я еще не сказал Вам, что звали Ее Валентина, и была Она, даже родив сына, упругой в грудях, округлой в попке, отнюдь не полной, но полненькой, и талия всегда была при ней...
Многажды задавал сосед себе вопрос: как можно от такой женщины гулять?
Только ублажать Ее нужно, до предела значений возможных!!!
Возможных???...
Но, как я уже сказывал, промелькнула меж Ним и соседкой Валей искра...
И на память оставила - "берегитесь, люди!!!..."
Не убереглись, значит...
Вдруг однажды ночью - звонок в дверь соседу.
Тревога!!! У соседки вода в кухне хлещет, паника, дома из мужиков - никого, все на даче...
Сосед в трусах, как был, воду в главном вентиле перекрыл, посоветовал трубы поменять с медных на гибкие, да с утра сантехника вызвать...
И как есть был сонный, пошел восвояси...
Только рано он так решил...
Потому как в дверь опять звонок - а на пороге Она - Валентина.
Он ведь и внимания не обратил, что Она рядом с Ним суетилась, практически в ничем. Так, в халатике ...
И глаза - долу...
"Лёшка, - говорит, - пришла я... "
А сосед, хоть - а может быть и потому - что немолодой был, восстал весь, и рука Его почему-то направилась к груди Ее...
А там - сосочки твердокаменны...
И пошла рука Его вниз...
А у соседки и ножки-то подгибаются...
А Она, соседка Его, только и бормочет: дескать, "нельзя, нельзя"...
Но когда сосед усадил Ее в кресло, потом целовал колени Ее, постепенно приближаясь к животику, кончила Она в первый раз, как только дотронулся Он языком до губок Ее нижних. И только пробормотала: "давно мужика не было"...
И Он, знавший тридесят женщин, ворвался в Нее, сидящую в кресле, и, прося прощения за то, что он сейчас...сейчас ...
Кончил...
Но кончила и Она во второй раз вместе с Ним, бывшая без мужика долго и плохо...
И сотряслись Они вместе...и целовала Она глаза его...
А потом Она сказала ...
И понял Он, что это - всё ...
"Слушай, - сказала Она, - мне все равно, где Ты и с кем Ты ... Главное - Ты ...
И если я позвоню к Тебе в дверь и Ты не ответишь, я за себя не ручаюсь..."
А потом Она выцеловала и подняла член Его, и села на него, и, глядя, как поднимаются и опускаются губки Ее, кончила три раза.
Они были, как это ни тошно звучит, "созданы друг для друга"...
Не было речи ни о чем...только Они вдвоем...
Он не был "суперменом", но Она вбирала Его, Они неслись в какой-то сладкой скачке, потом в последние секунды Она вдруг выгибалась, несколько раз прикасалась нутром своим к Его головке и взрывалась с криком "аааааааа" в приступе, который, как им казалось, сотрясал всю Землю...
Потом было хуже...
Она пришла к Нему на всю ночь...
Она была...как была...
Она просто набросилась на Него и забрала всего Его в себя...
И сказала - "теперь я спокойна..."
И сказала - "ну, сегодня Ты отсюда никуда не уйдешь..."
И кончала... вбирая Его всею своею сутью, животом своим, маткою своею...
И падала на Него, и вгрызалась в Него, целуя, смеясь и плача, рыдая и рыча ... и восставая... и вновь падая...
Это длилось три года.
Он умер в 57 лет от рака простаты.
Она...после его похорон...походила по квартире...и исчезла...
Ее не нашли."
****************************************************************
Они сидели в Его прихожей ...
Он ждал Ее весь день.
Слышал, как Она вышла за покупками ... потом вернулась ...
Он знал, что вот-вот возвратится с улицы Ее сын и скоро с работы позвонит муж...
Он знал всё, но, наконец-то решившись один только раз в жизни, вышел, позвонил в дверь Ее и, когда Она открыла, пряча глаза, сказал, что хочет показать Ей что-то на компьютере.
Иногда это было и раньше, Он показывал Ей и свои анимации, и фотоколлажи, а раза два в год и новые свои песенки...
И всегда держал дистанцию...
А у Неё еще горели глазки от покупок, наверняка Ей удалось сегодня купить что-то особенное...
Они остались в его прихожей...
Она села, Он присел на ручку того же кресла и молча подал Ей распечатанные страницы...
Когда она закончила читать, то побледнела, выждала несколько секунд и подняла на него глаза свои...
Он ждал всего, но не такого...
Это была не ненависть...
Это было гораздо глубже...
Он ... сполз с ручки кресла и вдруг... оказался стоящим перед Ней на коленях...
Она тяжким, глубоким и знающим всё взглядом всмотрелась в Него и выронила из руки своей листки...
И стала бить Его...
Сначала кулаком, потом ладонью...
По губам, по лицу, по бороде Его, подернутой сединой...
Она била Его и повторяла лишь одно: "...зачем ...ты ...сделал ...это ..."
А Он... попробовал уклониться, а когда понял, что это невозможно, пытался лишь целовать руку Ее...
И вдруг, остановившись, Она даже не распахнула блузку свою,... но, двинув плечами, будто бы вынырнула из нее, и, схватив Его за затылок, пригнула голову Его к груди своей...
Никогда и ничего не целовал Он слаще и милее груди Ее...
И полетели колготки Ее в угол...
И маленькие трусики Ее...
И когда Он вошел в Нее, Она не кричала "аааааааа", как в расказе, только сказала "...ой..."...
И, прижимая Его пятками, Она не дотронулась, а прильнула к концу Его и содрогалась долго, жадно и пожирающе ...
Они были, как это ни тошно звучит, "созданы друг для друга"...
Не было речи ни о чем...только Они вдвоем...
Он не был "суперменом", но Она вбирала Его целиком, Они неслись в какой-то сладкой скачке, потом в последние секунды Она выгибалась, прижималась к Его головке и охнув, беззвучно взрывалась в оргазме, который, как им казалось, сотрясал всю Землю...
Потом было хуже...
Она пришла к Нему на всю ночь...
Она была...как была...
Она просто набросилась на Него и забрала всего Его в себя...
И сказала тихо - "теперь я спокойна..."
И сказала тихо - "ну, сегодня Ты отсюда никуда не уйдешь..."
И кончала... вбирая Его всей своею сутью, животом своим, маткою своею...
И падала на Него, и вгрызалась в Него, целуя, смеясь и плача, рыдая и рыча,... и восставая... и вновь падая...
Это длилось три года.
Он умер в 57 лет от рака простаты.
Она...после Его похорон...походила по квартире...и исчезла...
Ее не нашли.