Рассказ основан на реальных событиях,
имена персонажей и время действия изменены
Прошло два дня. Семейство Вероники уже вполне освоилось на юге и наслаждалось морем, солнцем, пейзажами горного Крыма, а также всеми прелестями элитного отдыха, которые только может предоставить роскошный пансионат своим гостям. Помимо пляжа, ресторана и кинотеатра, куда они ходили все вместе, каждый нашел здесь свой собственный райский уголок: отец пропадал на теннисном корте и в клубе, где, покуривая отличные сигары, играл в шахматы с бывшими партийными бонзами, а ныне преуспевающими предпринимателями, а мать невозможно было вытащить из банного комплекса, где она холила свое превосходно сохранившееся для пятидесяти лет тело в бассейнах-спа и турецкой бане, и отдавалась волшебным рукам красавца-массажиста не то китайского, не то корейского происхождения. Вероника, большую часть дня предоставленная самой себе, гуляла по огромному парку, любовалась павлинами, гладила и кормила печеньем лебедей на декоративном пруду, и настойчиво отвергала попытки кого бы то ни было познакомиться с ней: отказ получали и молодые парни, и степенные джентльмены в летах, сразу же по достоинству оценившие свежее личико и многообещающую фигурку этой дикой козочкой. Но тот единственный, кем были полны мысли и сердце Вероники, тот золотоволосый незнакомец с телом греческого бога, о котором она грезила вот уже третью ночь, падая в пропасть одинокого блаженства, не появлялся. Она не видела его ни у моря, ни в кино, ни в ресторане, ни в корпусе, где они жили. У девушки даже мелькнула ужасная мысль, что он уехал. Но сегодня утром, выходя из лифта, она столкнулась с ним нос к носу: облаченный в белые шорты и желтую тенниску, с полотенцем, перекинутым через левое плечо, он явно возвращался с пляжа. Его волосы цвета темного золота были влажными и переливались в лучах утреннего солнца, солнце зажигало волшебным блеском и его глаза - самой глубокой синевы.
С любезной улыбкой он дал ей пройти; Веронике, сердце которой отчаянно билось где-то в горле, показалось даже, что он посмотрел ей вслед, но она не посмела обернуться. "Помни, моя девочка, - наставляла ее мать.- Нельзя показывать молодому человеку, что ты ему нравишься. Девушка, чтобы иметь успех, должна быть гордой и недоступной.".
Может, в этом и был резон, но теперь Вероника особенно отчетливо понимала, как проигрывает со своей "гордостью и недоступностью" на фоне живых, общительных и раскованных сверстниц. Многие молодые люди хотели общаться с ней, ухаживать за ней, были готовы влюбиться, но ее внешняя холодность и строгость, помноженная на материнское воспитание, порой отталкивали даже самых стойких.
Гордость и недоступность!.. Вероника, возбужденная от одного взгляда молодого человека, понимала, что, если бы он захотел, она отдалась бы ему прямо здесь, в холле, на мраморном полу...
За завтраком родители никак не могли понять, почему их дочь такая хмурая и выглядит нездоровой, почему упорно жалуется на скуку.
-Вероника, - сказала мать, выведенная из терпения жалобами девушки. -Не нуди, не порти мне отдых! Если тебе скучно ...ну... придумай что-нибудь...съезди в Ялту, в Мисхор... Я думаю, папа составит тебе компанию.
- А лучше съезди на экскурсию, - подал голос отец, до этого молча пивший кофе и евший яичницу с беконом. - Вот сегодня после обеда автобус поедет в Бахчисарай. Хочешь? Пушкинские места! Пофотографируй там, ботанический сад посмотри...
- Мне все равно, - равнодушно ответила Вероника. Лучше уж с отцом ехать в Бахчисарай, чем, задыхаясь, без белья лежать на диване в их "люксе" и, сунув обе руки под юбку, мастурбировать, снова и снова представляя себе подсмотренную ею нескромную картину.
На экскурсию в Бахчисарай оставался только один билет, при чем в конце автобуса; Вероника не любила задних мест - ее укачивало в транспорте - но она понадеялась на кондиционер и отличные таблетки от "морской болезни". Отец, не слишком расстроенный, посадил дочь в автобус, щедро снабдил ее карманными деньгами (он часто это делал тайком от матери), поцеловал на прощание и сообщил, что будет ждать ее к ужину.
Вероника заняла свое место - на втором этаже возле окна - и устроилась в удобном велюровом кресле. Ее сосед (или соседка) еще не подошли. Автобус был тоже класса "люкс", рассчитанный на путешествия по Европе, здесь был и кондиционер, и телевизор, и даже биотуалет на первом этаже. Девушка открыла бутылку с ледяной кока-колой и отпила небольшой глоток. Путешествие обещало быть приятным...
-Добрый день, - вдруг услышала она приятный голос. -Если не ошибаюсь, мое место рядом с вами...
Вероника подняла глаза...и чуть не захлебнулась газировкой: это был Он! Он, ее золотоволосый незнакомец! И они вместе, рядом поедут на эту длинную шестичасовую экскурсию! Вот и не верь после этого в мистику...
Не дождавшись ответа, молодой человек пристроил на вешалку легкую джинсовую куртку и опустился на сиденье рядом с Вероникой. И тут уже она не могла не заметить его внимательный, заинтересованный взгляд...На девушке был темно-зеленый топик, открывавший ее грудь более чем наполовину, и наполовину открывавший живот, и легкая кремовая юбка-клеш, достаточно длинная, чтобы закрыть попу, но достаточно короткая, чтобы можно было оценить и изящные щиколотки, и круглые колени, и стройные девственные бедра. Под юбкой на Веронике были только черные трусики-стринги, "развратные", как говорила мама, но вполне уместные на жарком юге. И сейчас они моментально стали мокрыми от возбуждения; Вероника даже испугалась, что ее сосед почувствует исходящий от нее "запах страсти".
- Игорь, - представился молодой человек. - И, если не ошибаюсь, мы соседи не только по автобусу, но и по этажу?
- Да, - прошептала девушка. - Я Вероника. Рада познакомиться.
В это время заурчал микрофон, экскурсовод объявил о начале экскурсии, и автобус тронулся.
Пока водитель преодолевал зигзаги и виражи горного серпантина, Вероника, вполуха слушая гида, исподтишка любовалась Игорем. Теперь, когда он был так близко, он казался ей еще красивее. Она смотрела на резко очерченные губы, прямой нос, длинные черные ресницы над большими синими глазами, на широкие плечи и сильные руки с изящной кистью, и чувствовала, что ее сердце плавится от любви, а тело дрожит от страсти. А запах его горячей кожи, смешанный с можжевельником и душистым табаком, пьянил не хуже вина.
Автобус ехал все дальше, плавно покачиваясь, как колыбель, и это сделало свое дело: пассажиры начали дремать, дяденька, сидящий на два сиденья впереди Игоря и Вероники, временами начинал громко храпеть, и тогда жена толкала его в бок.
Вероника закрыла глаза, хотя спать ей не хотелось - какой уж тут сон! Но эта маленькая хитрость дала ей возможность слегка наклониться в сторону Игоря, потом еще ниже - и вот уже ее голова покоится на его плече. Она вся дрожала, ее губы скользили по коже молодого человека, у основания его шеи, а рука как бы невзначай легла на живот Игоря, чуть выше ремня легких летних джинсов. Кровь прилила к низу ее живота, она ощущала ее горячие удары между ногами, и, не в силах сдержаться, слегка потерлась бедрами дург о друга, едва не доведя себя до оргазма. И тут губы Игоря прижались к ее затылку, а руки крепко сжали ее собственные плечи. Она украдкой приоткрыла глаза и посмотрела вниз: возбужденный член молодого человека приподнимал ткань джинсов. Эрекция была настолько ...мощной, что, казалось, еще мгновение - и "молния" джинсов просто разъедется сама собой. Осмелев, Вероника протянула вторую руку и положила ее на бок Игоря; руки молодого человека начали ласкать ее горячее тело. Его ладонь легла на бедро девушки, и через мгновение уже оказалась под ее юбкой; Вероника чуть раздвинула ноги, и, кусая губы, чтобы сдержать подступающие к горлу стоны, позволила Игорю исследовать себя. Осторожно, очень ласково, не торопясь, он кончиками пальцев ласкал ее набухшие нижние губы, а когда ее влагалище буквально потекло потоком на его ладонь, продвинулся глубже, его указательный палец сверху вниз стал поглаживать ее клитор, напоминавший сейчас твердую вишневую косточку.
Только сейчас Вероника поняла, как им повезло с местами: они сидели на заднем ряду, да еще на втором этаже, так что их никто не видел ни сбоку, ни сзади, и никто мимо них не ходил в туалет.
Оргазм настиг девушку через пару минут после того, как рука Игоря оказалась у нее между ног; дрожь наслаждения сотрясла все ее тело, она с трудом подавила крик, а молодой человек успел ввести один палец в ее девственное отверстие, и поймал сладкую судорогу, сорвавшую с его собственных губ глухой стон желания.
Обессиленная Вероника упала лицом на колени Игоря, и губы ее прижались к возбужденному члену молодого человека. У девушки совсем не было сексуального опыта (за исключением мастурбации и знаний, почерпнутых из фильмов и книг), но не трудно было догадаться, чего так жаждет ее возлюбенный. Вероника осторожно потянула вниз язычок молнии, и вертикально стоящий член с открытой темно-розовой головкой (снова напомнившей ей ее любимый чупа-чупс) вырвался на свободу. Но ненадолго: Вероника накрыла головку члена сверху своими мягкими, полными влажными губами, и с наслаждением пропустила его дальше к себе в рот. Они идеально подходили друг другу, как любовники: Игорь лишь чуть-чуть направил ее, нужный ритм она поймала сама. Ее язык и губы скользили вверх и вниз по стволу члена, руки ласкали бедра и живот молодого человека, а он не мог отвести глаз от этого упоительного зрелища: очаровательная темноволосая девственница делает ему минет, как заправская куртизанка.
Впрочем, его хватило ненадолго: уже через несколько минут он почувствовал неудержимо подступающий оргазм. Чтобы не напугать девушку, он наклонился, и жарко прошептал ей на ухо:
- Я сейчас кончу!..
От этих слов Вероника вздрогнула, и ее собственное влагалище вновь сжалось и запульсировало в бешеном оргазме. Она не выпустила член Игоря из своих губ, и через десять секунд...толчок, судорога - и он излился ей в рот такой мощной струей, что она с непривычки едва не захлебнулась. Но на вкус это был восхитительный пряный, чуть горьковатый напиток, почему -то напомнившей ей можжевеловую пену для ванны.
Когда они, наконец, выпустили друг друга из объятий и перестали целоваться, автобус уже подъезжал к Бахчисараю. Нужно было выходить на пешую прогулку.
- Ты в состоянии идти, милая? - глухо спросил он.
- да... но мои трусики насквозь мокрые...
- Может, снимешь их? -предложил он совсем тихо, но по блеску его глаз она поняла, что он снова хочет ее. Улыбнувшись, она стащила стринги и хотела сунуть в сумочку, но Игорь взял из ее руки лоскуток черной шелковой ткани:
- Пусть побудут у меня.
И стринги исчезли в кармане его джинсов.
Экскурсанты с удивлением смотрели на молодую пару, садившуюся в автобус поодиночке, но вышедшую в обнимку из его душного чрева; казалось, им не было дела ни до каких бахчисарайских красот, они смотрели не по сторонам, как все, а только друг на друга. Они были счастливы. Ведь им предстоял еще обратный путь...
Продолжение следует
При воспроизведении данного текста на других сайтах, просьба ссылаться на автора. Уважайте, пожалуйста, авторские права!