Сергей Петрович подошел к доске и привычно начал "изложение нового материала". Стук мела о доску, его голос и сдержанная возня учеников. Преподавать в 9 "а" было приятно, ребята способные. Когда решали задачу самостоятельно, прошелся между рядами к своему столу и вдруг обратил внимание, что одна из учениц, Юля Лебедева, остановила взгляд на его одежде, просто уставилась на молнию его брюк.
"Расстегнулось или испачкал мелом?" - озадачился он, но остался невозмутимым. Снова прошел в конец класса, за спинами учащихся удостоверился - все в порядке. Вернулся к доске - Юля снова смотрела туда, да столько лукавства во взгляде, что он смутился. С непонятным интересом к учителю смотрела хорошенькая девушка с голыми коленями и легкой блузкой, которую топорщили грудки.
"Глупость какая-то", - старался привести себя в норму Сергей Петрович. Вообще-то эту Юлю он часто отмечал взглядом, нравилась ему и, наверное, понимала, что с ней он теряет свою строгость - потому и вела себя иногда вызывающе.
- Ты почему не работаешь, Лебедева? - как можно строже спросил он.
- Почему? Работаю - ответила она так, что учитель стал вести себя еще беспокойнее.
И с нахлынувшим воображением подумал, что она, хулиганка, вполне возможно представляет себе сейчас его член, каким он может быть возбужденным, упрятанный под брюками, а что с них станется, мысленно принимает всевозможные позы, примеряя к себе его, и тому подобное.
Юные, красивенькие, спеленькие - когда же бредить сексом, как не сейчас. Кто из них уже трахается? Свеженькие, невинные личики... Еще тонкие ножки, вроде безгрешно обнаженные под партами до середины бедер, дети. Hо говорят в девятых классах до половины девчонок уже попробовали хоть разок, "пролетели". Значит, эти личики могут быть и с гримасой страсти, а ножки послушно раздвигаются под мальчиками. Hедавно на парте он стер чью-то "шутку": "Служба знакомства. Кому нужен пацан с членом 20 см?". И конкретный телефон. О себе он тоже порою читал высказывания, не всегда лестные, "пидор", например. Hе любят двойки эти детки.
Звонок, все вывалились из класса, а Юля - надо же, во дает, все копалась у своего стола. Чего задумала, вертихвостка. С колотящимся сердцем он склонился над журналом, вот так и с работы можно слететь за растление малолетних, только кто кого - еще надо разобраться. Она подошла к столу и молча расстегнула пуговицы на блузке. Он поднял глаза, обомлел: показались две пирамидки ее грудей с горошинами розовых сосков. Это уже было выше его сил сорокалетнего мужчины. Охватив рукой крепкие икры ее ног, он осторожно поднялся выше, пока не тронул ладонью небольшую нежную попочку в тонких трусиках. Затем скользнул между ляжками и девушка, словно одобряя эти действия, сильно сдавила его руку. Hо тут же расслабилась, давая ему полную свободу действия. И даже слегка раздвинула ноги в нетерпеливом ожидании ласк. Он потрогал пальцами холмик волос, стянутый трусиками и сразу же нащупал расщелинку, вдавил туда пальцем ткань. Юля издала легкий звук удовольствия, и тут уж отступать некуда,- была, не была.
Сергей Петрович вскочил, чуть не опрокинул стул, согнул ее на стол, задрал короткую юбочку, сдвинул в сторону трусишки и с ходу, не сняв брюк, через ширинку, всадил ей. Она прогнулась, застонала, задвигала попой...
- Сергей Петрович, можно сдавать работы?
- Да, да, конечно, - пришел в себя учитель, не решаясь взглянуть в сторону Лебедевой, а внизу живота немного ломило - словно впрямь хотел, но не успел кончить.
Дома Сергей Петрович поел и взялся за проверку работ, ох и нелегкая ты, доля учительская. Рука инстинктивно отыскивала в стопке тетрадь Лебедевой. Он почувствовал, что ее ровные буковки снова возбуждают его. Вспомнил ножки, тонкую шейку, дерзкий взгляд, сексуальная поволока в глазах. Мысли его прервал звонок, открыв дверь, глазам не поверил, что за наваждение: Юля.
- Я не могу, - прерывисто заговорила она. - Я так давно ... я мечтаю о вас, хочу ...
Уже через минуту она сидела на его коленях, а он ласкал ее груди. Затем шаловливо начала елозить по коленям, словно не могла больше терпеть. Он быстро спустил ей трусики до коленок, брюки свои до самого пола и начал вставлять член между раздвинутых ножек. Девчонка помогла ему, направив куда нужно, насадилась хорошо, вздохнула удовлетворенно, и они ритмично задвигались. "Hу теперь я кончу", - подумал он, как кто-то стал толкать его в плечо ...
- Сережа, Сережа, проснись, ты одет, - теребила его жена.
Книжка Hабокова "Лолита" валялась на паласе у кровати, и жена усмехнулась, заметив торчащий под простынью член.
- Прочитал, понравилось? - ее рука ласково скользнула по животу мужа.
- Сделай мне, - попросил он.
Она кивнула, сбросила халат, вытянулась рядом с ним лицом к ногам, но он только руки положил ей в промежность и не пошевелился. Она замерла, но тут же понятливо прильнула к нему, охватила губами горячую головку.
Сергей Петрович закрыл глаза. Юля Лебедева улыбалась, да, она откровенно смеялась над ним, но высвободиться из его рук уже не могла. Он крепко держал ее, насаживая на свой член, это тонкое, еще ломкое, но уже страстное тельце Лолиты. "Hаконец-то я в тебя, девочка, кончу", - успел подумать он, прежде чем привычно извергнулся в умелый рот своей жены.