Простите за стиль изложения, ну не писатель, и краткость рассказа. События эти не фантазии, этот случай действительно имел место быть, правда, довольно давно.
Рос я в малюсеньком поселке, скорее даже не поселок, а хутор. Был у меня лучший друг, одноклассник Серега. Жил он бабкой. Мать его давно умерла, отец, оставив его у бабы, женился во второй раз. Был Серегин отец военный, служил в то время на Кубе, в каком-то там контингенте. Приезжал он к Сергею последний раз, когда мы с ним пошли в школу, а на время описываемых событий закончили 7 класс. В то лето проведать Сергея, бабку, и отдохнуть приехала его мачеха, новая жена отца. Молодая и красивая женщина, тогда ей было, по моему, где-то лет 28 или 29. Детей она не рожала (как я потом узнал, не могла), жила с его отцом на Кубе.
Внешне это была очень эффектная женщина, стройная фигура, белокурые волосы, кубинский загар. Но по характеру была редкая стерва и жуть ленивая.
Уж на что Серегина бабка была добрая, и она не стерпела. Наготовила харчей, оставила Сергея с его родственницей и уехала на несколько дней к сестре в другое село.
Надо сказать, что у нас с Серегой была мечта. Мы собирали деньги на велик. Мечтали ездить на рыбалку на собственном велосипеде. Как раз к лету необходимая сумма была собрана.
Сергей, когда провожал бабку, должен был заехать в город, купить и пригнать домой велик. Но покупка не состоялась. На мои расспросы он ответил, что часть денег он потратил, но на важное дело, о котором пока не может говорить, чтобы не сглазить.
Но в случае удачи, у нас с ним будет по велику на каждого. Я его конечно поприжал, на предмет, куда делись деньги, и он рассказал, что в городе к нему пристал какой-то пьянчужка, и продал Сереге какое-то зелье, собирал себе на бутылку. Причем, рассказывал, что он профессор и всякое другое, но временные трудности вынуждают: Короче, Серега чуть не половину денег выложил за какой-то пузырек с мутной жидкостью. Сумма эта для современного читателя, конечно, покажется смешной, но что поделаешь, были другие времена и другие цены. Сергей с жаром стал доказывать, что у него есть обалденный план. Когда я его спросил, а пробовал ли он эту бурду из пузырька? Он ответил, что пробовал позавчера на практике (мы отрабатывали летнюю практику от школы в колхозе) на двух девчонках. И я вдруг вспомнил, как Светка с Натальей, две наши одноклассницы, после обеда вдруг заснули, да так, что их и за ноги дергали, но разбудить не могли. Бригадирша сказала, что девочек разморило после работы и обеда на свежем воздухе. Проспали они часа два, а когда проснулись, ничего совершенно не помнили, будто только что сидели за столом.
Сергей мне сказал, чтобы вечером, часов в 10 я приходил к нему, только тихо и никому не говорил, куда иду. Вечером около Серегиного двора стояла стайка мальчишек, причем не только наших, но и из ближайших соседних сел. Серега вышел, сказал, что все готово, и что надо расплатиться сейчас. Пацаны полезли в карманы, и Сергей стал собирать деньги.
Денег было, по моему, не мало. Но за что? Это для меня была загадка. Мы стайкой тихонько прошли в дом. Ставни были плотно закрыты, а в доме горел свет. Прошли в спальню.
На кровати спала Серегина мачеха. Свет горел во всю, но она спала крепко, посапывала. Кровать стояла изголовьем к стене, а с обоих боков к ней можно было подойти. Сергей снял с мачехи простынь. Она была в короткой и легкой ночной рубашке. Так, деловито сказал он, Игорь, давай, помоги. Я не понял, чего он от меня хочет, но подошел. Вдвоем мы взяли мачеху Сергея за руки, кстати, ее звали Ирина, приподняли и стянули с нее ночнушку. Она лежала перед нами совершенно голая. Очень темный, густой загар покрывал ее кожу. А на местах купальника, лифчика и трусов, тело ее было совсем сметанное, очень белое. Надо сказать, что времена это были не теперешние, увидеть голую женщину тогда было практически невозможно. А тут перед нами лежала такая роскошь. Ирина была блондинка, соски у нее были не коричневые, а нежно розовые. А волосы на лобке почти белые, и почему-то их было очень мало. Все мальчишки, затаив дыхание, с сопением рассматривали Иркино тело. Серега осторожно, но деловито широко раздвинул ее ноги. И вот перед нами самое потайное женское место было полностью открыто. Кожа там у нее была тоже розоватого цвета. Ну все, можно начинать, сказал Серега. Пацаны стали по очереди подходить к кровати и лапать Ирину.
Мяли ее грудь, теребили соски, лапали ляжки, живот. Ирина абсолютно не реагировала. Так, сейчас будет - что обещал, возвестил Серега. В руках у него была аптечная баночка с душистым вазелином. Набрав его пальцем, он смазал Ирине промежность и тихонько всунул палец ей во влагалище. Повозился там и отошел, уступая очередь. Пацаны молча по очереди стали шурудить в Иркиной письке. Дошла очередь и до меня. Ох, как там было необычно, скользко, горячо, приятно. От сознания того, что ты ковыряешься в письке у женщины кружилась голова и подрагивали коленки. У всех мальчишек спереди оттопыривались штаны. А сзади? Спросил один из пацанов. Сейчас, Игорь, помогай. Вдвоем мы аккуратно перевернули Ирину на живот. Белые ягодицы, резко выделяющиеся на загорелом теле, были так же поочередно ощупаны.
Так, сейчас будет интереснее, сказал Серега. Он решил поставить Ирку на четвереньки, но спящее тело не держалось на коленях, ноги разъехались, и Ирка приняла лягушачью позу с сильно раздвинутыми согнутыми ногами и прогнутой спиной. Ягодицы раздвинулись так сильно, как руками их, наверное, и не раздвинешь. И самая серединка ее попки была выставлена на всеобщее обозрение. Кожа вокруг дырочки была также розового цвета. Вдруг, она как-то натянулась, припухла, а потом разошлась и послышался звук выходящего воздуха. Ой, она пердит! Воскликнул кто-то. Нашему восторгу не было предела. Тетка с голой жопой, еще и пердит!
А попка Ирины после пука так и осталась в открытом состоянии. Нашим взорам предстал узенький открытый проход в недра ее кишок. Ой, а туда тоже хочется, сказал кто-то из мальчишек.
Серега смазал вазелином ее задницу, и мы по очереди стали совать туда палец. В попке было тоже жутко интересно, но совсем другое чувство. Там было теснее и суше, по сравнению с влагалищем.
Когда все мальчишки нагляделись, налапались и наковырялись, Серега предупредил их, чтобы молчали о происшедшем, и всех выставил. Я остался помочь ему прибраться. Мы аккуратно вытерли мягкой тряпкой вазелин с попки и промежности Ирины и перевернули ее на спину. Я все смотрел и смотрел, ну никак не мог наглядеться. Серега рассказал, что прошлой ночью он уже проверял на ней это снотворное, "репетировал". Сказал, что она ничего совсем не помнит, не чувствует. Только хорошо выспится до самого утра. А сейчас предложил ее еще полапать. Мы вдвоем снова стали щупать и разглядывать Ирку. Игорь, а давай ее сфоткаем? У моего отца был фотоаппарат ФЭД.
Давай, только сейчас я его не смогу принести, да и пленку надо купить отдельную. Ну ладно, давай следующей ночью. На этом и разошлись. Я никак не мог дождаться следующего вечера. Днем мы с Серегой купили пленку, заодно и пересчитали нашу выручку. Обалдеть! Хватало на два велика, еще и оставалось на набор импортных крючков и лесок для рыбалки. Как там Ирка? Спросил я Серегу. Ничего, проснулась, повалялась, позевала и пошла жрать завтрак. В Серегины обязанности входило и завтрак ей подавать.
Вечером мы уже только вдвоем с Серегой быстро раздели его мачеху, опять полюбовались ее прелестями, полапали, потом включили все ...лампочки в комнале и приступили к съемке. Мы фотографировали ее лежащей на животе и на спине, и обзорно и крупные планы. Серега сказал, что ее можно таскать как мешок, она не проснется. Мы и сажали ее за стол с тарелкой, будто она ест голая, и ставили на четвереньках на полу, будто она лакает из блюдца, как кошка. Фантазии нашей не было конца. Вот только себя снимать с ней вместе мы не рискнули. Когда пленка кончилась, мы уложили ее в кровать, напоследок еще прошлись по всем ее местечкам, потом одели и побежали ко мне в баню, где была устроена фотолаборатория. Пленка и фотки вышли просто отличные. Прятали мы их очень тщательно. И никому никогда не показывали. Отец Сереги совсем его бросил, стал каким-то большим начальником. И наши пути с Серегой разошлись, мы давно потеряли друг дружку. Но вот недавно в и-нете на одной из страничек "ретро" я увидел наши фотки, которые мы с Серегой снимали, увидел и вспомнил Серегу, голую Ирину, новые велики и решил написать.
Можно, конечно, было бы приврать, что мы там ее отымели и все такое прочее, но это уже была бы лабуда для неврастеничных юнцов. А так, что было, то было.