Он хлестал её кожаным ремнем. Тело хрупкой девушки изнемогало, и лишь кровяные потоки лениво струились из глубоких ран. Он не мог ей простить! Она не сопротивлялась, да и как она могла - силы были совсем не равны! По щекам катились слезы, но он был равнодушен к этому бриллиантовому дождю. Он лишь сильнее сжимал её плечо левой рукой, а правой, держа ремень, приносил ей удары. Он легко отшвырнул её в сторону. Девушка упала к стеклянному столику, кровью заливая белоснежный персидский ковер! Мужчина оглянулся по сторонам, взъерошено посмотрел на все предметы в комнате. И его тяжелый взгляд упал на вазу, которая стоила целое состояние - фамильная реликвия. Он в два прыжка подлетел к этой вазе, взял её и швырнул в сторону. Драгоценный материал разлетелся на мелкие кусочки. Не останавливаясь, как бы вошедший в роль зверя, он стал скидывать всё с полок дорогущей "Горки" из красного дерева. Он рушил то, что так с любовью и радостью приобретал в этот Их дом!
Она сжала ноги в коленях, и обняла их руками, нервно всхлипывая, слезы катились из её красивых глаз. Она смотрела на то, как он в два счета разрушает то, что было так уютно до этого момента! И она лишь сильнее начала рыдать. Он резко взглянул на неё, подбежал к ней, и, рывком дернув за руку, поднял и притянул к себе! Сильно ударил её по щеке, взглянул в её заплаканные глаза! Вмести со слезами, по щеке смешалась и кровь, алая, чистая! Его жаркое дыхание опекало её лицо, и раздувало волосы с лица. Он потащил её наверх, сильно взявшись за хрупкое плечо, причиняя боль. Она молча рыдала, и мысленно проклинала все на свете!
Они поднялись на второй этаж, зашли в их комнату - светлую, уютную спальню. Он бросил её на кровать. Оттянул дверцу зеркального шкафа, и начал выкидывать оттуда её вещи, бросая их на пол.
Она упала на середину кровать. Подол халата раскрылся, оголив нежную кожу её длинных великолепных ног. Она упала, и просто распласталась по кровати. Затем резко сжалась, притянув к себе ноги, и через град слез наблюдала, как он выкидывает всё содержимое шкафа.
Он обернулся, и в солнечном свете он заметил, как же она красива! Как тонкий поясок подчеркивает её точеную талию, стройные ноги, так умело сжатые к телу. Её великолепную, упругую грудь, которая вырывалась наружу из-под шелковой ткани халата. Он облизал губы, и мигом стянул с себя свою рубашку через голову, не расстегивая пуговицы. Она перестала плакать, а лишь любопытно посмотрела на него! Он подошел к ней, к этому нежно комочку ласки и тепла! Схватил её за плечи, и трухнул со всей силы. Волосы рассыпались по лицу девушки.
Мужчина с силой разорвал тонкую ткань, и содрал с нежных плеч. Жарким поцелуем впился в бархатную кожу этого Ангела. Облизав шею, он спустился язычком по телу, в ложбинку на груди. Одновременно раздирая дальше халат, и крепко держа её за плечи, чтобы не вырывалась! Но силы были неравные! Тело девушки начало обмякать. Он расстегнул пуговицу на брюках, затем молнию, и легкая ткань упала на пол. Он швырнул свои штаны в сторону. Его рука непроизвольно взметнулась вверх, и тут же сильная пощечина скользнула по телу девушки. Он властно раздвинул её ноги, и рывком сорвал маленькие, кружевные трусики. От боли, впившейся ткани, девушка невольно раздвинула ноги. И тут же жарким поцелуем этот безжалостный впился в её лоно, которое так славно открылось перед его взором! Он схватил её крепко за попку, и сжал упругую кожу, языком проводя по клитору его жертвы, начал всё сильнее возбуждаться. Она перестала плакать, только изредка по щекам скатывалась слезинка.
Она прикусила губы, чтобы не застонать! Он делал всё уверенно, но жестоко!
Его язык проник внутрь, слизывая её соки. Резко отпрянув от неё, он набрал полные легкие воздуха и простонал. Стянул, наконец, с себя плавки. Он широко раздвинул её стройные ноги, и покрепче взявшись за попку, резко вошёл в неё! Хрупкое тело девушки выгнулось, и тут же упало на постель. Он входил в неё все глубже и глубже.
По щекам этого хрупкого создания вновь полились слезы. Одной рукой он уперся в кровать, наклонился над ней, и начал слизывать с её лица кровь - слезы. Затем облизал её шею, прикусил мочку ушка, в которое так любил нашептывать всякую нежность. Левой рукой он сжимал её бедро, и рывками входил и выходил из неё.
Он трахал её резко и жестоко. И ещё пару толчков, и по его телу начали пробегать холодные волны. Но как ни странно, конвульсии задели и её тело, боль и желание во всем теле девушки заставляли катиться слезам по покрасневшим щекам. Он напрягся, в глазах потемнело, и, сделав пару резких толчков в глубь неё, бурно кончил.
Его тело рухнуло на хрупкое нежное тело девушки, но он не хотел выходить из неё. Там было тепло, в голове все смешалось - боль, жестокость, ненависть. Он легко облизал её грудь, и спустя пару лишь минут высвободил свой член.
Он царственно ещё раз осмотрел нагое нежно тело, и отправился в душ, смыть её запах, который так любил!
Когда она вышел, её уже не было. Не было ни её вещей, ни чемоданов. Он вышел из спальни, и свернул направо в глубину темного коридора. Открыл тяжелую дверь и зашёл в свой кабинет. Сейф был открыт. Он кинулся к нему.
Но, ("Слава Богу!", - подумал он) все деньги были аккуратно сложены пачками. Не было только её документов на машину, которую она сама себе купила, и паспорта.
Всё же остальное имущество... дом на Мальте, две машины, векселя, и документы на две фирмы, которые он переписал на её имя, и всё это, как бы по закону принадлежало ей, - находилось все здесь. Она ничего не взяла.
Он завязал пояс на халате и спустился вниз, вышел на веранду, прихватив с собой пачку "Давыдов". Осмотрелся, и закурил. Затем, зашёл в бар, и взял бутылку виски, откупорил, и налил этой багряно золотистой жидкости в стакан. Покрутил в руке, и плеснул обжигающую жидкость себе в горло. Слегка поморщился, затянул табачный яд, и налил ещё! Вышел во двор, отхлебнул ещё чуть-чуть. Сел на ступеньки этого сказочно-дорогущего домишки, и вспомнил её запах!
В тот вечер он не подходил к телефону, он просто его отключил, чтоб не тревожил. Он знал, что завтра его могут убить, из-за того, что сегодня он не выполнил заказ, сам не убил новую жертву.
Он просто пил, и вспоминал ту самую дьявольскую сцену! Его милое создание, запах, которого он никогда уже не сможет с себя смыть. Она сидела сверху какого-то козла, который жарко стонал на всю комнату этой квартирки.
Он вспоминал, и пил!
Мир утратил свою яркость! Она ушла. Он жестоко избил её и оттрахал также жестоко и сильно! Он сам выкидывал её вещи из шкафа. Он бил её... Он взял её сильно и жестоко!
Она ушла!
Мир рухнул...