Мэт почувствовал, как его обливает горячей волной. Жарко, удушливо, до самых кончиков пальцев. В какой-то момент он почувствовал, что больше не хочет этого видеть.
Бейли лежала притихшей мышкой, судорожно покусывая губу и явно прислушиваясь к своим ощущениям. А то, что ощущение оказались неоднозначными, Мэт догадался по её губам. В минуты возбуждения, и без того пухлый рот Бейли наливался, становился таким тёмным и влажным, словно дублировал мощное возбуждение снизу. Вот и сейчас её губы приоткрылись и налились самым бесстыжим образом.
Дыхание тоже сбилось и Бейли старательно сдерживала горячие взволнованные вздохи.
Она была на грани возбуждения, тем более, что под чашечками белого бюстгальтера, отчётливо обозначились соски.
Мэт машинально сжал её маленькие пальцы и посмотрел вниз
Хорошая всё-таки штука гинекологическое кресло. В этой откровенной позе его маленькая дрянь кажется беззащитной и одновременно нагло призывающей. Раскрытая, доступная.
Казалось бы Мэт видел Бейли во всех позах и ракурсах и знает всё до последней родинки, однако он снова недовольно вскинулся, когда врач начал мягко ощупывать яички. Смугловатые маленькие шарики возбуждающе закачались и на кончике уже приподнятого члена появилась тонкая капелька смазки.
«Что бы такого сделать, что бы выпроводить доктора хотя бы на полчасика? — машинально подумал Мэт, — да Бог с ним. Пятнадцати минут хватит!»
— Здесь всё в порядке, — как сквозь сон услышал он, — давайте возьмём мазок».
Бедный маленький мышонок. Это довольно неприятная процедура, тем более, в процессе нарастающей эрекции.
Доктор взял член Бейли в руку. В спокойном состоянии совсем скромная штучка. Обрезанная не по иудейски высоко. Вкусная, сочная.
Ещё несколько мгновений и Бейлин член прилично увеличиться в размерах. Гордо распрямиться к пупку, истекая влагой желания.
Мэт точно так же, как Бейли прикусил губу, наблюдая, как в перламутровую дырочку вошёл длинный медицинский зонд.
Бей придушено пискнула, потом не выдержала — застонала. Её слабый болезненный вздох почудился Мэту сладкой музыкой наслаждения. Он бережно поцеловал Бейли в лоб, подразумевая гораздо более приятный и глубокий поцелуй в губы.
После мазка последовал осмотр ануса зеркалом.
— Пожалуйста, подвиньтесь ближе и разведите ягодицы руками.
Нет. Определённо Мэт больше не может этого ни видеть, не слышать. Он незаметно сжал себя в паху, стараяь справиться с мучительно-сладким стояком. Бейлина жопка всегда была его фетишем. Как перенести это издевательство и не трахнуть супружницу прямо при докторе?
Бейли покорно подвинулась на край, раздвинула попу руками, предоставляя сладкую дырочку на всеобщее бесстыдное обозрение.
В маленькое узкое отверстие вошёл зеркальный носик инструмента.
Кажется Мэт и сам почувствовал, как в горячее, возбуждённое тело входит приятно прохладное, тяжёлое зеркало.
Розовая звёздочка ануса приоткрылась тёмной соблазнительной глубиной. Бэйли сжала руку Мэта и на секунду вскинула ошалелые тёмные глаза.
Кроме рта её всегда выдавал взгляд. На съёмках Бейли нагло придуривалась, громко и картинно стонала, периодически бросая в камеру совершенно трезвый оценивающий взгляд. Ей нравилось, что люди заводятся от одного её вида. Бейли упивалась этой реакцией и почти всегда контролировала процесс. В минуты настоящего наслаждения она становилась беспомощной. Взгляд мутнел, лицо становилось отсутствующим и Мэту казалось, что в этот миг Бейли находится где-то не здесь. Когда они занимались любовью наедине, Мэт специально выбирал позы, что бы видеть лицо Бейли до последнего мига оргазма.
Интересно, каким усилием ей приходиться сдерживать навязчивый почти мучительный стояк?
— В целом ничего страшного, — наконец объявил доктор, — я пропишу Вам антибиотики. Потом понадобиться массаж. А дома тепло, покой и хороший отток.
— Отток, это, как? — поинтересовалась Бейли.
— Классически, — доктор Фостер пожал плечом, и Мэт понял, что речь идёт о мастурбации и анальном сексе. Он был готов расцеловать пожилого эскулапа в румяную лысину, но доктор прервал его радостный замысел ещё одной фразой:
— Сейчас сестра Кэролайн, сделает Вам укол и физиотерапевтическую процедуру. Спадёт отёк и сразу станет легче. Пока не слезайте. Процедуру делают в кресле.
Когда врач ушёл, Мэт на всё ещё негнущихся ногах, обошёл кресло и приблизился к Бейли с другой стороны.
— Не больно было?
— Терпимо, — Бейли продолжала возлежать на кресле, машинально сдвигая-раздвигая колени, словно крылья огромной бабочки.
Она приободрилась и повеселела. Её очаровательная мордочка приобрела привычное хитрое выражение и Мэтью невольно залюбовался красотой супруги.
Бейли лежала на кресле практически голышом. В задранном свитере, бюстгальтере и белых больничных носочках. Соблазнительно-наглый ребёнок, со здоровущими титьками и смешно оттопыренными губами.
Всё ещё смуглая с прошедшего лета, с бархатной золотистой кожей, впалым животиком и маленькой упругой попой.
— Укол, — бодро объявила вошедшея медсестра, — мисс Бейли, пожалуйста, повернитесь.
Бей тут же нахмурилась и Мэту в срочном порядке пришлось, переворачивать страдалицу на бок, придерживать трусиху за руку, а потом целых полчаса дуть и целовать повреждённое место.
После укола медсестра прилепила Бейли на живот небольшую пластинку с проводами и укрыла ходячее несчастье одеялом.
Некоторое время оба молчали. Мэт сидел рядом на табурете, Бейли равнодушно пялилась в потолок.
— Ну, что там? Греет?
— Кажется нет, — Бейли пожала плечами, — Может она не работает? Хочешь сам посмотри.
Мэт отогнул одеяло.
Бейли лежала с видом паиньки, сложив руки на животе и продолжая хлопать коленками. Однако, чуть ниже маленьких ладоней, в направлении пупка вытянулся стоящий член. Набухший ствол с перевязью голубых вен и сочной смуглой головкой.
— Твою мать, — шопотом выругался Мэт, — ты, что задумала?
— Тоже самое, что и ты? — Бейли хихикнула, — или боишься?
Мэтью хмыкнул:
— Идея хорошая, но, что будет если нас застукают?
— Не застукают, — томно процедила Бейли, притягивая Мэта к себе, — в больнице полно народу, не до нас.
Мэт поцеловал Бейли глубоко, жадно проникая в нетерпеливый горячий рот и посекундно сталкиваясь с ней языком.
Любительница экстрима ответила неожиданно нетерпеливо и пока Мэт упоительно обсасывал её губы, спихнула его руки ниже и задержала на грудях.
— Приподнимись, — шепнул Мэт и хвала собственной предусмотрительности, ловко поддёрнул бюстгальтер вверх.
Сочные и упругие титьки оказались в его ладонях.
Казалось, что они не занимались сексом целую вечность и Мэт откровенно пожалел, что не может ласкать и целовать губы с сосками одновременно.
Он то впивался в её рот, то принимался нежить тёмно-розовые вишенки.
То щекотал чувствительные соски языком, то забирал глубоко в рот, посасывая и покусывая одновременно.
Бейли негромко постанывала, возбуждая Мэта ещё сильней. Ему нравилось, как она придушенно вздыхает и принялся покрывать поцелуями всё её тело. Чуть прохладное с тягучим медовым запахом, податливое и упрямое одновременно.
— Ниже, Мэт. Ниже, — Бейли судорожно запрокинула голову и двумя руками подтолкнула мужа к паху, — приласкай его. Возьми в рот.
Мэтью и не помнил, что бы Бейли хоть раз просила его о минете. Второго приглашения не потребовалось. Он поцеловал Бейли в ямочку пупка и ласково прикоснулся приоткрытыми губами к напряжённой головке.
— Хорошо, — по животу Бейли пробежала судорога, — убери эту хрень, — капризно протянула она, — мешает. Хочу ещё.
Мэт быстро убрал с живота Бей прозрачную пластинку и принялся водить языком по всему напряжённому члену. Мокро, горячо, безболезненно прикусывая губами чувствительное место под дырочкой.
Бейли выгнулась. Приподнялась на лопатках и буквально втолкнула свой член Мэту в рот.
Он машинально принял припухший налитой ствол и постарался засосать максимально глубоко.
Бейли простонала, сжимая пальцами его затылок. Дальнейшие несколько слов, которые вырвались из её губ, не поддавались ни какой цензуре.
Перевозбуждённый Мэт отсасывал торопливо и жадно. Ему было уже пофиг, застукают ли их за этим занятием или нет.
Он то забирал её член глубоко в рот, то выпускал, едва ощутимо касаясь губами отверстия.
— Ещё ниже, — не открывая глаз, Бейли направила движения Мэта руками.
Он послушно пощекотал-поцеловал её яички и приподнял жену за бёдра.
Бейли с готовностью подхватила ноги под колени, подтянула их к животу и с готовностью раскрылась перед Мэтом, забыв про недавнее стеснение.
— Ммм, твоя попочка, — сладострастно пробормотал Мэт, — раздвинь её.
Бейли с готовностью раздвинула дырочку пальцами и язык Мэта запорхал по сглаженным складочкам.
— Хорошо, — Бейли закусила губу, — как ты хорошо делаешь!
Мэт постарался проникнуть поглубже в самое чувствительное упругое местечко, залез кончиком языка в дырочку, чувствуя, как тело Бейли сотрясают сладкие судороги.
Его и самого потряхивало от нетерпения. Когда он проник в тёплую мокрую попку, Бей лишь придушенно пискнула.
Какая же она была тугая и горячая. Мэт почувствовал, как шалеет от собственных нарастающих движений. Любимая проблядина! Ни с кем ему не было, так хорошо, как с ней.
— Мэт сильнее. Да. Ещё. Давай глубже.
— Господи, ты же болеешь, — машинально выдохнул Мэтью.
— Заткнись, — почти ласково протянула супруга, — ну же. Трахни меня. Сильней.
Бейли обняла Мэта коленями, стараясь притянуть к себе плотней. Он вдалбливался в её тело и одновременно целовал в припухшие губы, пытаясь заглушить откровенные вопли наслаждения.
Гинекологическое кресло позволяло Мэту проникать так глубоко, как он кажется никогда не проникал.
Однако он чувствовал, что после такого бешеного соития, сил больше не останется, хотя очень хотелось поэкспериментировать с Бейли на боку или рачком, задрав попу максимально высоко.
Момент разрядки наступил через несколько секунд.
Привычные к ритму друг друга, Мэт и Бейли кончили одномоментно. Бурно. Обильно. Всё ещё прибывая в затуманенном состоянии, счастливые и удивительно сытые...
Домой они вернулись глубоким вечером, практически ночью. С пакетом лекарств и продуктов. В доме по прежнему было прохладно и пока Бейли готовила ужин, Мэт вытащил из кладовой запасные одеяла.
После ужина и душа, они закатились в кровать и вопреки привычке спать на своей половине, Бейли устроилась у Мэта на груди.
Некоторое время оба молчали, прислушиваясь к завыванию пурги и наблюдая, как по потолку пробегают огоньки припозднившихся машин.
— Ты, чего-нибудь хочешь? — Мэт осторожно прикоснулся губами к всё ещё влажной макушке Бейли.
— Сказку, — Бей выпростала из-под одеяла руку и притянула мужа ближе к себе.
— Сказку? — переспросил он, — ну хорошо. Я попробую. Давным давно, за тридевять земель, в одном королевстве, — начал сочинять Мэтью, — в одно ноябрьское утро родилась девочка. Впрочем, пока это была не девочка. Девочкой она стала потом... Эй, ты меня слушаешь?
Он повернулся к жене и откинул с её лба чёлку. В первые за несколько дней Бейли спала крепким беспробудным сном, и чему-то улыбалась во сне...
THE END.