... Очнулся я на полу в камере, под тусклым светом люминесцентной лампы. Я лежал совершенно обнаженный на холодном цинковом полу. Вместо передней стены в камере была решетка с толстыми металлическими прутьями, створки которой были заперты на сложный врезной замок.
Сквозь решетку можно было видеть узкий длинный коридор, также слабо освещенный с серыми стенами и полом. Потолок был покрашен в болотно-зеленый цвет. Довольно гнетущая атмосфера, которая усилилась чьими-то тяжелыми шагами в коридоре. Каждый шаг сопровождался цоканьем металл об металл. Перед решеткой показался охранник — дородный голый парень с кобурой на поясе и почему-то обутый в черные берцы, подбитые железом.
— Вы имеете право хранить молчание и адвоката... Все, что вы скажете, может быть использовано против вас...
— Вы имели в виду «право на адвоката»?
— Да, точно — пробурчал охранник.
— А разве вы не должны были это сказать при задержании?
Охранник удивленно на меня посмотрел.
— Так, ты эти штучки брось, чай не в Том мире. Пока говорили, ты бы еще и других девчонок успел обесчестить... Извращенец чертов, подонок, откуда вы только беретесь на нашу голову!
— Я не специально, там застежка сама расстегнулась...
— Ты эти сказочки судье расскажешь.
Охранник скрутил меня, надел наручники и повел по полутемному коридору. Мы шли довольно долго, пока не оказались у высоких деревянных дверей. Откуда не возьмись, появилась темноволосая девчушка невысокого роста со стрижкой каре, одетая в белую блузку на одной пуговице и короткие синие шорты.
— Здравствуйте, я ваш адвокат! Меня зовут Кайси, не волнуйтесь, все под контролем.
Я посмотрел на нее с мольбой и с надеждой.
— Я случайно, честное слово! А что теперь будет, а?
— В наказание вас, скорее всего лишат секса на какое-то время. Возможно даже на максимальный срок — неделю!
Увидев пароксизмы ужаса, которые явно отразились на моем лице, Кайси ободряюще улыбнулась.
— Не волнуйтесь, до этого скорее всего не дойдет. Но дня три — это точно.
Я с отчаянием поглядел на мою юную миловидную защитницу.
— Впрочем, если удастся доказать непредумышленный характер нарушения — срок можно еще уменьшить!
Все будет хорошо, я вам обещаю!
Она улыбнулась ослепительной белозубой улыбкой, от которой у меня аж на душе полегчало.
Затем охранник ввел меня в зал. Кайси семенила рядом, неся в руках тяжелую папку с документами. В зале на зрительских местах я увидел своих девочек — моя дочь и супруга были обеспокоены, но не подали виду, а лишь помахали мне руками. На других сиденьях было еще человек пять.
Меня усадили на кресло за широким прямоугольным столом и соединили наручники с креплением с боку. Теперь я почти не мог шевелится. Кайси заняла место в соседнем кресле и разложила документы. Ее деловитость обнадеживали меня.
— Встать, суд идет!
В зал вошла судья — миниатюрная блондинка в коротенькой судейской мантии, из-под которой выпирала тяжелая круглая грудь.
— Встать, суд идет! — рявкнул охранник еще раз.
Так как я был прикован наручниками к креслу, встали только мой адвокат, зрители и обвинитель — высокий худощавый парень за левым от судьи столом.
— Зачитывайте обвинение — нежным голоском пропела судья.
Парень начал монотонно бормотать:
— Вчера, в день шестьсот тридцать четвертый сто девяносто девятого цикла двадцать восьмого оборота двести четвертой эры случилось следующее...
Он перевернул страницу и продолжил:
— Гражданин Сэн, 4 дней от роду, совершил уголовно наказуемое деяние в отношении младшей гражданки Ронди, 16 дней от роду. Деяние предусмотрено статьей 4 Всеобщего статута Этого мира и заключалось в преднамеренном и прилюдном оголении обеих грудей младшей гражданки Ронди, и повлекло за собой ее возмущение и стыд.
— Протестую ваша честь! — Кайси встала со своего места. — Грудь этой девушки весьма хороша! Ей нечего стыдится!
— Протест принят. Введите первого свидетеля со стороны защиты!
В зал вошел молодой темнокожий парень невысокого роста. Он обладал весьма приметной кудрявой шевелюрой и я вспомнил, что в момент вчерашних событий он любил в ротик симпатичную азиаточку неподалеку от душевой кабинки и разумеется, все видел.
— Клянетесь ли вы говорить правду и только правду?
Судья хотела произнести это строго, но ее миловидная внешность и характер не позволяли ей этого сделать.
— Клянусь!
— Начинайте.
— Я, младший гражданин Люк, 10 дней от роду, вчера находился рядом с местом событий. Я хочу сказать, что подозреваемый только хотел приобнять потерпевшую, он не совершал никаких преднамеренных действий с застежкой, и, как только завел руку ей за спину, купальник сразу упал вниз. И знаете еще что? Грудь у этой девчонки что надо! Так что очень может быть, что она это сама подстроила!
— Показания свидетеля приняты во внимание. Господин обвинитель, у вас есть вопросы к свидетелю?
Худощавый парень обреченно помотал головой.
— Возможно, у вас есть свой свидетель?
— Нет, ваша честь, у обвинения нет своих свидетелей.
— Что ж...
Судья наманикюренными пальчиками перекладывала на своем столе материалы, раздумывая над приговором. Наконец она встала со своего места и звонким девичьим голоском зачитала приговор:
— Суд постановил! Гражданина Сэна, 4 дней от роду, приговорить к двум ударам по лицу прямо в зале заседаний и к одному дню отлучения от секса, включая мастурбацию! Первую часть приговора привести в исполнение немедленно, вторую — начиная с завтрашнего дня! До начала исполнения второй части приговора действует предварительное наказание, включающее в себя также отлучение от секса и мастурбации! Приговор окончательный и обжалованию не подлежит!
В зале шумно выдохнули.
— Контроль над исполнением наказания будет осуществлять младший инспектор Джо. Приступить к исполнению первой части!
Как выяснилось охранник, который вел меня к залу заседаний, и был тем самым Джо.
— Служу Этому миру! — хрипло выкрикнул Джо и подошел ко мне.
Я в отчаянии начал дергаться пытаясь освободиться. Но цепь была крепкая. Джо остановился, примериваясь. Он занес руку для удара, я попытался уклонится, но это было обманное движение Джо. Он знал свое дело и сокрушительный по силе удар пришелся точно в челюсть. Глаза заволокло красным туманом, острая боль пронзила голову и в этот момент второй точный и сильный удар отправил меня в глубокий нокаут.
В себя я пришел в нашей постели в комнате, где очнулся в первый день и где мы с женой и дочерью предавались таком приятному разврату последние три дня.
Первое, что я увидел, повергло меня в шок — в углу комнаты на кресле сидел Джо, а у его ног на коленках стояла моя любимая дочурка Стейси. Она с хлюпаньем двигала головой, а в ее маленьком детском ротике прекрасно себя чувствовал огромный член Джо. Я был не в силах смотреть на такую картину и повернул голову направо. На краешке кровати сидела моя жена Дебби и виновато смотрела на меня. Я в отчаянии откинулся на подушку и застонал от возмущения, глядя в потолок. Это были самые ужасные эмоции за четыре последних дня!