Макс сидел один в купе и курил. Минуту назад Аня, девушка, которую он со школы любил, сообщила, что больше не желает с ним общаться и уже вот-вот улетает в Испанию. Это известие выбило его из колеи. Он тупо сидел и не знал как ему дальше жить. Тут в купе постучались. Максим разрешил войти, даже не поднимая глаз.
— Простите за беспокойство, но в купе запрещается курить, — сообщила проводница, у которой на бейджике написано «Катя». Максим посмотрел на нее и, поддавшись секундному желанию, встал и подошел к ней.
— Простите, девушка, обещаю больше не курить, если вы позволите...
— Что? — выдохнула она, не смея поднять взгляд.
— Разрешите мне сделать так...
Он наклонился и зашептал ей в ухо самые ласковые прилагательные. Ее дыхание сбилось, и он чувствовал, как тяжело ей было сохранить самообладание. Максим легонько коснулся ее скул, и медленно стал спускаться ниже, лаская ее шею. Руки его прижимали ее поясницу к себе, а Катя позволила себе прикоснуться к его волосам.
— Катенька... — шептал он, щекоча своим дыханием мочку ее уха. — Позвольте... просто позвольте...
— Что?
— Позвольте... Я же чувствую, как напряглись ваши соски, как ваши груди просят мужской ласки, — он целовал вырез ее рубашки, не смея опуститься ниже. Катя догадалась и расстегнула первые пуговицы на форме. Максим увидел ее полные и аппетитные груди, спрятанные в кружевном бюстгальтере. Он ласково провел по ним губами и стал расстегивать ее рубашку дальше.
— Вдруг... кто-то... войдет? — сбивчиво говорила Катя. Ее напряженное тело было полностью в его власти, и каждая мурашка на ее теле была посвящена ему. Максим нашарил за ее спиной ручку двери и под ней замок, и запер на два оборота.
— Нам никто не помешает — он шепнул ей эти слова в ушко и она снова вздрогнула. — Этой ночью ты только моя...
Эти слова щекотали ей ухо, и в крови зашкаливал адреналин. Максим, наконец, покончил с Катиной рубашкой и медленно повел ее к сидению, расстегивая ей бюстгальтер. Он сел, а ее притянул к себе. Его ловкий язык медленно скользил по ее плоскому животу, поднимаясь вверх к грудям. Как только его губы коснулись ее правой груди, ее тело выгнулось, желая быть к нему еще ближе. Непередаваемо нежно обращался он с ее сосками, игрался и щекотал. Руки Максима тем временем спускались ниже к ягодицам. Он неторопливо задрал юбку Кати и увидел ее аккуратненькую киску в черных стрингах. Он прижался носом к ее лобку, и тут она совсем потеряла голову. Ее тонкие пальчики со всей силы сжали его волосы на затылке.
— Катя, — снова прошептал он и поцеловал ее лобок. Из Катиной груди вырвался стон, и тело вновь покрылось мурашками. Максим пальчиком отодвинул трусики девушки и увидел ее нескончаемо прекрасную киску. Он не смог устоять и коснулся губами ее половых губ. Катя сходила с ума от возбуждения и удовольствия. Максим ласково целовал ее лобок, губы, прорываясь к клитору. Ее сокровище было гладко выбрито и казалось нежным и чувственным. Максим лег и Катя села ему на лицо, открывая все свои прелести. Он целовал, лизал и доставлял неземное наслаждение своей спутнице. За окном царила ночь, и слабый свет в купе не мог осветить всю прелесть молодой проводницы. Максим нарочно дразнил возбужденный клитор Кати, не дотрагиваясь до входа во влагалище. Теперь уже стала просить Катя, буквально молила разрешить ей кончить. Но это не входило в планы Максима и он, оставив ее возбужденный клитор, просунул язык во влагалище.
От целого калейдоскопа эмоций и ощущений Катя вскрикнула и полностью отдалась парню. Он жадно всасывал женские соки, пробираясь все глубже и глубже. Для него было нескончаемым удовольствием чувствовать на своем лице молодое женское тело, прикасаться к восхитительной киске и доставлять ей наслаждение. Да, определенно, он лучше многих других умел делать куннилингус девушке, доставляя ей космический оргазм.
Некоторое время спустя Максим положил руки на талию девушки и потянул ее вниз. Она слезла с его лица, и он снова принялся целовать ее животик, поднимаясь выше. Он ласкал возбужденные груди, языком очерчивал ее скулы и впервые коснулся губ. Поцелуй был полон жажды, желания, возбуждения и наслаждения. Их языки сплелись в страстном танце, и Катерина каждым движением показывала, как сильно она его хочет. Максим оторвался от нее, сел и стал расстегивать джинсы. Катя терпеливо ждала, затем, увидев его возбужденный член, который некоторое время томился в заточении, она слезла с колен парня и замешкалась. Максим ласково подтолкнул ее голову ближе к члену и ее маленькие неумелые губки обхватили его. Теперь пришла очередь Максима получать удовольствие. Молодой ротик Кати скользил по его гладкому стволу. Она делала это впервые, и каждое новое движение придавало ей уверенность. Она нежно обсасывала его член, языком дразнила головку и целовала яички. Тут Катя решилась взять его полностью в рот и с неумения, подавилась.
— Не торопись, милая, — мурлыкал Максим. — Всему свое время. Медленно возьми его в свой ротик и почувствуй, какой он вкусный и как ты его хочешь. Можешь ручками помочь, — учил ее парень, и она сделала все так, как он сказал. И у нее получилось засунуть его весь.
— Вот умница, милая, — сказал он и кончил ей в рот. Катя проглотила мужскую сперму и слегка поморщилась.
— Это не страшно, — снова прошептал Максим, — ты всему научишься и привыкнешь. Ты уже очень многому научилась, детка. Иди ко мне.
Он за руку притянул ее к себе и ласково поцеловал в губы.
— Давай, милая, сделаем друг другу приятное.
Он стал сажать ее на свой возбужденный член. Ее щелочка была совсем маленькая, неразработанная. Максим догадался, что ее имели всего раз или два, и ни разу не делали ей куни и не заставляли делать минет. Максим неторопливо насаживал проводницу на свой кол, чувствуя трение об ее горячую плоть. Тело Кати непроизвольно выгнулось, подставляя свое влагалище под его мужской стержень. Когда член Макса был внутри девушки, он снова положил ей руки на ягодицы, поднимая их вверх вниз. Катины же руки блуждали где-то на его спине. Они оба возбуждались и сгорали от желания стать еще ближе, ощутить друг друга еще больше.
— Милая, — шептал он, — ты божественна.
Она наклонилась и впилась в его губы, кусая и обсасывая их. Его язык все исследовал у нее во рту, а его член господствовал в ее влагалище.
— Я хочу... снова... — выдавливала она, но была настолько возбуждена, что не осталось сил что-либо говорить.
— Что, милая?
— Я хочу снова... — договорить она не смогла. Максим терпеливо ждал, продолжая трение члена об ее разгоряченную плоть.
Теперь темп был раза в три увеличен, по сравнению с тем, как они начинали.
— Кончи мне в рот, — на одном дыхании произнесла она и снова закусила его нижнюю губу.
— Как скажешь, милая.
Он поднял Катины ягодицы и тут же ее ротик обхватил напряженный возбужденный член Максима. Все пару движений и вот уже сперма стекает с ее губ. Большую часть она проглотила и теперь не спеша обсасывала его достоинство.
— Ты большая умница, детка.
Он притянул ее к себе и снова поцеловал.
— Иди, умойся, милая. Тебя уже ждут.
Она встала, он помог ей застегнуться, еще раз провел пальцем по ее киске и засунул сотку ей в лифчик.
— Из тебя получится отличная шлюшка. Жду тебя через час.
Она рассеянно кивнула и вышла из купе. Максим же откинулся на спинку сидения и подумал, что неплохо отметил расставание с бывшей девушкой.
Когда Катя вернулась через час, в купе многое изменилось. А именно на последней станции к Максу в купе подселился его давний друг Альберт. Катя вошла и была немного в замешательстве.
— Не бойся, милая, проходи, — пригласил Макс, дотронувшись до ее руки. — Это мой друг Альберт. Вот уж не думал, что мы будем ехать в одном купе.
— Макс, сколько уж мы с тобой не виделись?
— Лет 5—6 точно.
Альберт согласно кивнул, рассматривая проводницу.
— А эта детка, — говорил Максим, — самая отменная шлюшка.
Сосет получше этой Грей.
— Гонишь?
— Милая, не хочешь повторить? — Максим повернулся к проводнице.
— Н-нет. Мне, пожалуй, пора...
— Ну, куда же ты? Останься... Обещаю, мой друг нам не помешает.
— Я... я не могу, мне пора.
— Детка, ну же, не стесняйся!
Максим встал, обхватил ее талию руками и провел губами по ее шее. Она снова чуть не потеряла самообладание.
— Детка, ты же хочешь меня!
Он расстегнул ее рубашку и с радостью увидел, что теперь она без бюстгальтера.
— О, милая, какая же ты умничка!
Максим сжал ее правую грудь и жадно поцеловал ее соски. Катя задохнулась от желания. Максим положил ее на свою койку и резко задрал юбку. Катя оказалась без трусов.
— У, ребят, — сказал Альберт, — пойду-ка я погуляю.
Он вышел и Макс запер за ним дверь.
— Вот видишь, милая, теперь мы снова одни, — улыбнулся Макс и прильнул к ее киске. Нежными поцелуями он покрывал ее бедра, лобок, область вокруг половых губ. Тело Кати изгибалось, стремясь открыться навстречу его поцелуям. Он жадно целовал ее половые губы, нежно-нежно и очень осторожно касаясь ее клитора. Катя сгорала от желания и возбуждения и молила, чтобы он не останавливался. А Максим и не думал об этом. Он просунул средний палец в ее влагалище и стал медленно и осторожно все исследовать внутри. Проводница сходила с ума от невероятных ощущений. Максим лизал и вылизывал ее киску, вдыхал чисто женский запах и слизывал ее соки. Он, порой, сам терял голову от таких сильных эмоций и все же продолжал. Да, он определенно Бог куннилингуса!
Максим вынырнул из этого удивительного лона и поцеловал ее живот.
— Дай... дай мне его, — выдохнула Катя и Макс, коснувшись ее губ, сел. Катя тоже села и стала сама расстегивать ему брюки. Наконец она достала его член и сразу же засунула его в рот.
— О, детка!
Теперь пришла очередь Кати доставлять удовольствие. Она так бережно относилась к огромному достоинству парня, целовала его и лизала. Ее губы осторожно скользили по огромному мужскому стволу, язык с удовольствием касался яичек. Она снова попробовала заглотить весь член и у нее все получилось.
— Быстро учишься, милая, — сказал Максим, гладя ее по волосам. — Только давай быстрее.
Он сжал в кулак часть ее волос и убыстрил темп. Теперь Катя почти задыхалась, сбивалась, но мужской орган не выпускала.
— Скажи, — потребовал Макс, — скажи, что я лучший!
— Ты лучший, — повторила Катя.
— Не останавливайся! Говори, что ты хочешь меня!
— Я хочу тебя, — не выпуская члена, сказала она. Говорить было неудобно, она давилась.
— А теперь, детка, давай свою киску.
Катя послушно встала спиной к Максиму. Он нагнул ее и вставил свой член с ее истосковавшееся влагалище.
— О! Ты лучшая шлюха из всех, с кем я когда-либо ебался!
Он стал трахать ее быстро и жестко. Уже не было той нежности. Он хотел ее ебать еще чаще, еще быстрее, еще сильнее.
Тут в дверь постучали — вошел Альберт. Катя хотела было встать, но Макс снова ее нагнул так, что она оказалась на уровне ширинки Альберта.
— Друг, это невероятная шлюха! Попробуй.
Альберт сомнительно посмотрел на Макса, а тот продолжал трахать молоденькую проводницу.
— Милая, ты ведь окажешь мне услугу? Ты ведь покажешь Альберту чему ты уже научилась?
Катя чуть не плакала. Теперь она понимала, что сейчас ее выебут и не отпустят, пока не закончат. Катя согласно мотнула головой и стала доставать член Альберта. Он оказался немного меньше, чем у Макса, но также стоял. Катя взяла его в ротик и стала водить туда-сюда. После каждого прикосновения он становился все толще, а Кате было неудобно. Она то и дело сбивалась с ритма.
— Соси нормально, шлюха! — вдруг резко сказал Макс и ударил ее по ягодицам. Катя вскрикнула, и слезы потекли из-под ее опущенных ресниц.
— Не кипятись, Макс, — сказал Альберт. — Твоя девчонка неплохо справляется.
— Это просто молодая шлюха. И сейчас мы научим ее доставлять удовольствие.
Максим вынул свой член и, раздвинув ягодицы девушки, стал вставлять его в анальное отверстие. Член шел туго, та щелка была еще не разработана, Катя кричала, а Альберт затыкал ей рот своим членом.
— Молчи, детка. Сейчас я сделаю из тебя лучшую шлюху! — усмехнулся Макс и резко вошел до упора. Катя разрыдалась от боли, а
Максим стал интенсивно разрабатывать анус девушки.
— Макс, успокойся, — спокойно проговорил Альберт. — Она еще девчонка!
— Это моя шлюха. Она сама захотела ею быть. Пусть теперь не скулит.
Макс резко вышел из нее, повернул к себе и поднял пальцем ее подбородок, заглядывая в глаза. Катя плакала от боли.
— Успокойся, милая. Ты только моя. Ясно? Я буду решать, как с тобой обращаться и кому тебе сосать. Сейчас Альберт пока отдохнет, а мы с тобой чуть-чуть поебемся.
Он толкнул ее на кровать, содрал рубашку и юбку, и она осталась лежать абсолютно голой и в слезах.
— Альберт, сделай пару кадров, — бросил Максим, указывая на фотоаппарат, лежащий на столе. А сам лег на Катю, раздвинул ей ноги и снова начал её быстро трахать. Только уже чуть нежнее. Макс целовал ее грудь, шею, скулы, губы. Водил языком за ухом, а руками гладил живот и обхватывал ее талию.
— Ты только моя, — ласково шептал он, а сам входил нее все чаще и жоще. Альберт фотографировал каждую позу, их акт и сам невольно сгорал от желания.
— Хочешь? — спросил Макс.
— Безумно.
— Она твоя. Но особо не увлекайся!
Максим встал и его место занял Альберт. Теперь он вводил свой член в разгоряченную киску проводницы. А Максим курил и пил виски. Поезд мчался на полном ходу в Москву, почти не останавливаясь на станциях. А в 5 вагоне в 7 купе двое подвыпивших парней трахали молодую проводницу. За окном начинался рассвет и, не считая шума поезда, в купе тишину нарушали лишь стоны Кати.
Вскоре Максиму надоело пить и он, подняв обессиленную Катю, жадно и грубо ее поцеловал, последний раз ее выебал, кончил в лицо и выгнал из купе. Катя долго сидела голая на полу в вагоне, вся обтраханная, в слезах и сперме и понимала, что теперь она настоящая шлюха.