1997 год оказался на проверку таким же безумным, как 1996: по сути мы только ели-пили-трахались. Никто не мог осуждать нас за это, все нормы были безжалостно отброшены, и вряд ли кто решился бы всерьез указывать нам на греховность нашего пути. Мы, четверо друзей детства, готовые сутками напролет жечь наши глотки дешевым пойлом, обрекли себя на вечный поиск наслаждений и «легкой жизни». Таким нам рисовался мир после просмотра любительски смонтированных видеокассет со взрослым содержанием.
В этот раз нашим пунктом назначения должна была стать солнечная Анапа, к этой поездки Я и Дима, Стас и Сью готовились не меньше полугода. Наши молодые стройные тела разогревались в только открывшихся полуподвальных тренажерках, крепли в скоростных заплывах в бассейнах, пропитывались витаминами здоровой пищи, чтобы в течение месяца испытывать натуральный секс-марафон. А на что еще было тратить нашу молодость в то беспечное время?
Кстати, опыт проституции был лишь у Сью, и то легкой. Ну что такое пососать пару набухших хуев за пятьсот у. е? Для меня это не проблема. Проблема была в том, что я ужасно тревожилась забеременеть раньше положенного срока, а именно, когда разгульная жизнь останется далеко позади.
С Димой к тому времени я была знакома уже два года. Подтянутый и целеустремленный парень лет двадцати семи однажды выхватил из под нависающего карниза легко порхавшую брюнетку двадцатипятилетнего возраста, прежде чем надвигающийся с невозмутимостью истребителя осколок льда устроил мясное ассорти. Ну как потом не отдаться этому благородному принцу, который, оказался бывшим профессиональным пловцом в дисциплине баттерфляй?
В машине (ВАЗ-2107) вязкий горячий воздух моментально заставлял нас покрываться потными испаринами, из-за чего мы ехали с открытыми окнами практически весь день. Играл диск с «кислотной» музыкой. За рулем, кстати, сидел Стас, загорелый как шоколадная паста, и едва заметно стонущий - Сью уже вовсю работала своим маленьким острым язычком.
- Малыш, это так круто, когда ты ласкаешь меня там, снизу. Я обожаю тебя.
- Я не виновата, что твой дружок такой сладкий, и я тоже тебя люблю...
- Ой, Сью, ты просто прелесть! - после этих слов двадцатилетняя русая красавица смачно чмокнула блестящую головку наслаждающегося соседа.
Тем временем, не теряя зря драгоценное время, на заднем сиденье двое сходили с ума. Дима, крепко придерживая меня правой рукой, пытался вогнать выпавший у меня изо рта чупа-чупс в мою попу. Естественно, я как могла, так и сопротивлялась, нам все это действо представлялось своеобразной детской игрой. При этом, я смеялась до упада, как дурочка, а Дима лишь зловеще улыбался. В конце концов, силы иссякли и я поддалась, приподняв попу ладонью. Леденец входил медленно, и Дима начал целовать мою шею, чтобы я максимально расслабилась.
- Ксюш, ты такая тигрица! Но я тебя все равно поймал, - шептал блаженно низким голосом. - И больше ты никуда не убежишь!
- А я не хочу, ха-ха.
Сладость оказалась внутри меня, оставалось только дернуть за палочку, чтобы вытянуть ее. Но сначала Дима покрутил Чупа Чупс, как какую-то юлу, доставив мне неземное наслаждение, в ту секунду я поняла, где кроется на моем сладострастном теле еще одно «слабое место». Вынутый леденец блестел влажными бликами, и изобретательный Дима предложил его Сью, рот которой был уже полон густой и вкусной спермы. Та со смаком пососав, вернула долгожданную сладость мне. Жаркий июль только начался, а мы уже вовсю развлекались.
Поселок Усть-Лабинск, место нашего заслуженного отдыха после «напряженной» поездки, представлял собою весьма унылое местечко, единственным достоинством которого была небольшая белокаменная церковь. Но это было не важно, ведь мы так устали, что всякие упоминания о культурных достопримечательностях скоропостижно погружали нас в страну сновидений. Поэтому, найдя по дороге ближайшее упоминание об отеле, Стас съехал с основной улицы поселка во двор двух потрепанных хрущовок. Едва различимые в темной мгле стрелки, написанные ярко розовым фломастером, указывали на точное местонахождение нашего ночлега.
При входе нас встретила весьма миловидная женщина лет пятидесяти с лишним, несмотря на поздний приезд (12 часов ночи как-никак) она со спокойствием отметила: все номера заняты.
- Черт возьми, да как так-то? - взъерепенился Димочка.
- Молодой человек, успокойтесь, я прежде всего имела ввиду, что нет номеров конкретно для Вас, то есть комнат на четверых, есть только на двоих.
- Хорошо, берем. В любом случае мы так устали, что больше точно никуда не поедем. - Все присутствующие рядом бесспорно согласились.
Предложенный номер стоил около тысячи рублей. Я бы дала рублей 300 за то, что увидела: две кровати и стол, ну, может быть, еще еле-еле запирающееся окно с москитной сеткой. Кроватки были крайне узки, и девушкам пришлось буквально наваливаться на своих парней. Мы уснули сразу как коснулись подушек, улегшись кто, в чем попало. Парни успели снять только пропотевшие футболки. Сью, изогнувшись, легла без трусиков (видимо, она их и не надевала). Конечно, при вяде ее обнаженной талии и пухловатых ягодиц я немного возбудилась, но решила скрыть наваждение, и подремать час-полтора, пока все участники нашего сборища не заснут и я не смогу рассмотреть желаемое поближе. Дима прижался ко мне, сомкнув мою грудь в объятиях. Насколько мне показалось его дружок не был подвержен и капли эрекции, видимо мой парниша действительно мертвецки устал. Ну да ладно, все веселье было еще впереди.
В пол второго ночи я приоткрыла сонливые глаза, и сразу же захотела их сомкнуть, но внезапное страстное чувство не позволило мне сделать этого. Я слишком сильно хотела попробовать на вкус попу своей подруги, выделявшуюся свежей белизной, такую красивую и опрятную. Мягко разомкнув руки Димы, я скатилась с кровати и, встав на колени, медленно словно кошка, поползла к цели. Колючие сомнения врезались в голову: а не проснется ли вдруг парень? не слишком ли сильно скрипят половицы под ковром? Но сконцентрировавшись на текущем моменте поняла, что пение сверчков и цикад за окном готово заглушить любой звук в комнате, и что мое желание сильнее любых возражений разума.
Сью спала боком, как хорошенький ребенок рядом с папой. В общем, мое горящее от похоти личико оказалось прямо напротив пикантных округлостей красавицы. Я решила не торопиться и все делать максимально осторожно, получая удовольствие от каждого прикосновения к сладкой коже.
Прильнув носиком к одной из ягодиц, я втянула ее аромат - аромат только что испеченного хлеба. Первый поцелуй оставил на теплой поверхности влажный отпечаток.
Высунув немного язык, я прошлась им вдоль ягодицы и мои пальчики соскользнули к низу живота. Анус девушки был горячим, он прямо истощал жар и какое-то пьянящее благоухание. Я почувствовала его, когда буквально обсасывала карамельные ягодицы Сью. Колечко едва заметно сжималось и разжималось, напоминая детские губы, сосущие конфетку. Наверное, поэтому мне так захотелось его поцеловать...
Это было как первый поцелуй с девочкой. Так необычно, в то же время так нежно. Целуя попу Сью, пытаясь просунуться языком как можно дальше вглубь, я содрогалась от небывалого ощущения счастья, пока наконец оргазм не сломил меня на пол, где я пролежала до утра.