Лера вздрогнула и открыла глаза, когда чья-то рука упёрлась в её плечо. Водитель автобуса разбудил спящую пассажирку, и сказал: «Девушка, дальше автобус не идёт, ремонт дороги, или вы выходите и голосуете здесь, или я вас завезу на центральную усадьбу совхоза, и вы ждёте последнего рейса, там будет ПАЗ и только они ездят по вашему бездорожью». Оставаться одной на безлюдной трассе Лера не решилась, и согласилась вернуться на центральную усадьбу, где прошли её юные школьные годы, где она повстречала свою первую настоящую любовь.
Ностальгия по молодости сразу объяло всё её сознание. Она увидела знакомые улочки, свою школу, дом культуры, куда бегали по вечерам на танцульки из интерната. Но больше всего её сердце забилось, когда автобус проехал возле знакомого дома, куда она частенько приходила со своим парнем. Практически ничего не изменилось, разве, что всё казалось каким-то серым и опустошённым. Не зная почему, но Лера подскочила со своего места и попросила водителя остановиться. Её ноги сами повели к этому знакомому дворику. В подсознании сразу зародилась мысль, как отреагирует её бывший возлюбленный, увидев все прелести расцветшей подружки. Нет, она не собиралась прыгать к нему в объятия, тем более возобновлять отношения. Ей просто хотелось показать то, что он променял на каких-то шалав, не дождавшись пока она закончит учёбу.
Расстояние становилось всё меньше и меньше, а в груди стучало всё сильнее и сильнее. Как маленькая сопливая девчонка, она с тревогой и замиранием сердца шла к нему, так и не придумав, как она объяснит свой внезапный уход, и теперешнее своё появление. Отворив дверь без стука по старой привычке, она увидела напротив себя стоящего мужчину лет сорока. И хотя он был тщательно выбрит, с усами и бакенбардами, Лера ни сразу узнала того молодого красавца. Появившаяся улыбка на измотанном, сморщенном лице и сияющие глаза, после вопросительного недоумения, кто эта прекрасная леди, подсказали ей однозначно - это был он, её Сашка. Он её тоже узнал по глазам. Да эти выразительные голубые глаза он готов помнить всю жизнь.
Не спросив, откуда ты и зачем, мужчина бросился к своей давней мечте. Опустив сумки и сделав пару шагов навстречу, Лера обняла своего бывшего кавалера. Они слились в объятии, и он с жадностью начал осыпать её поцелуями. Вежливо вворачиваясь, она для приличия всё же поцеловала его в щёчку. И хотя она не испытывала к нему той симпатии, которую ведала в молодости, её сердце забилось как у маленького зайчонка.
- Лерка, моя Лерка, ты стала ещё прекраснее. Я знал, что ты вернешься ко мне, как я долго этого ждал!
- Отпусти Саша, ну хватит, я вообще-то ненадолго. Я еду к родителям, и автобус не поехал в нашу деревню. Может, ты меня довезёшь на мотоцикле.
- Извини Лера, но я его давно уже пропил. Но сейчас я не пью, совсем не пью, как три года закодировался.
- Ну, рассказывай, как ты живёшь, женился?
- Да так, подженился на многодетной вдове. Но я тебя всегда ждал, только тебя.
- Да плохо ты ждал. Я только в город на учёбу, а ты сразу по бабам.
- А что мне оставалось делать? Мужик, отслуживший Армию в самом расцвете сил, а ты несовершеннолетняя девчонка. Я не мог обидеть тебя, но природа то своё требует.
- Ладно, проехали. Ты лучше скажи, как мне добраться до дома?
- Наверное, только вечерним рейсом. А пока посиди у меня, сейчас я чайку поставлю. А может чего и покрепче? Вот только из крепкого у меня шампанское, ещё с Нового года осталось.
- Шампанскоё? Да наверное к стати. Я вчера с мужем на свадьбе гуляла, башка немного трещит.
- А муж твой где? Почему не с ним?
- Да дома остался, решила немного отдохнуть от него. А ты сам –то почему здесь у матери? Ты же говоришь, что женился.
- Да тоже отдыхаю от неё. Эта крольчиха меня уже затрахала, ей каждый день надо, а я похоже с этими пьянками и гулянками ещё в молодости все силы растратил. Стыдно сказать, но мои способности раз в неделю, и то по особым случаям.
- Да Саша, меня бы ты точно не устроил, вот мой Ромка каждый день меня хочет, и не однократно, поэтому и сбежала.
- Тебя бы я тоже по несколько раз в день возжелал!
Лера рассмеялась от комплимента, и чтобы закончить разговор на интимную тему, предложила выпить.
- Так за что будем пить Саша?
- А давай за нашу любовь?
- Да, была любовь, да вся вышла, у тебя своя семья, у меня своя. Давай лучше за встречу. И ты мне расскажешь, как тут жизнь протекает в деревне. Кто женился, кто развёлся, в общем, про всё и всех из нашей компании.
Разговор оказался длинный, мужчина взахлёб тараторил про своих друзей, спешно подливая шипучку в её не допиваемый бокал. Уставшая и вдобавок на вчерашние дрожжи, Лера начала быстро хмелеть, засыпая от утомительных рассказов. Она уже не реагировала на его речь, а свинцовые веки закрывали глаза, погружая тело во тьму. Вдруг она почувствовала, как крепкие руки подняли её с кресла и положили на диван. На тот самый диван, где в давней молодости они занимались лёгкими любовными утехами, когда его мать уходила на суточные дежурства. Тогда он её ублаготворял только жаркими поцелуями, позволяя себе иногда трогать через одежду плоскую грудь юной избранницы. Получая максимум удовольствий, Лера всегда была на стороже, контролируя ситуацию. Она сразу же убирала его руки от своего тела, сковываясь и отодвигаясь от его губ.
Лера почему-то стеснялась своего бюста нулевого размера, и боялась, что парень может обнаружить маленькие прыщики под поролоновыми вставками. Но больше всего она боялась, оставить след вагинальных выделений на одежде или не дай бог на его постели. Порой она себя ненавидела за это. Её юное девичье тело легко возбуждалось, и киска сразу же начинала течь, как дырявая водопроводная труба. А через полчаса интенсивных ласк, полоска трусиков промокала основательно, и когда влага начинала пощипывать нежную кожу половых губок и внутреннюю поверхность бёдер, она просто прекращала жаркие объятия, и удалялась на ночлег в интернат.
Но зачастую, пытаясь всячески продлить свидания с любимым, Лера плотно сводила худощавые бёдра, сжимая вагинальные мышцы, чтобы надёжно закупорить свой вход. Но даже это не помогало в самые критические моменты. Не зная почему, но она оберегала свои промокшие трусики больше чем девственность. Порой, когда он прижимался своим пахом к её телу, она чувствовала его возбуждённый орган, и даже представляла, как принимает его в себя. Но одна только мысль, что он будет трогать её сопливую письку через мокрые трусики, отбивало все её желания. Поэтому она никогда не позволяла, чтобы его руки опускались даже к животику, не говоря про промежность. И кто его знает, может быть, это чувство стыда и оставляло её девственницей на протяжении всей их дружбы.
А вот теперь за долгие годы ситуация изменилась, Лера не была уже той наивной и стеснительной девочкой. Попробовав все виды секса, да и не с одним мужчиной, она понимала, что хочет от неё бывший дружок. Нет, она не собиралась отдаваться ему, напротив ей было противно даже представить, как она принимает в себе его «грязный» член, перенёсший не одно венерическое заболевание. Но утренняя демонстрация собственного тела перед зеркалом не давало покоя даже в столь непристойный момент. Любуясь тогда своим отражением, она хотела, нет, даже жаждала, чтобы все мужчины мира видели её прекрасную фигурку, облачённую в новый финский гарнитур нижнего белья и падали к её ногам. А она гордо шла по их телам, навстречу к своему Роману, вытирая ноги, и тем самым демонстрируя преданность мужу. Все мужчины – это конечно слишком, а вот своего первого парня можно было подразнить, позволив раздеть себя до нижнего белья, красануться, и когда он насладиться видом и ощущением её восхитительного тела, просто обломить все его надежды. Но ситуация начала складываться не совсем по её сценарию. Или какое-то особое шампанское, или просто злой рок, перечеркнули все её планы.
Продолжая целовать её шею и мочки ушей, он всё сильнее и сильнее сжимал её упругие сиси под бюстгальтером. Лера закрыла глаза, и ощутила себя в том далёком прошлом. При этом сладостное ощущение взрослой женщины нарастало с каждой минутой. Желая усилить его, и ещё плотнее ощутить этот контакт, она напрягла грудь, выгнулась спиной, и невольно застонала. Это был райский и блаженный стон удовольствия, такой же, как и много лет назад. Те же крепкие руки провели по её животу под блузкой, сгоняя сладкое тепло под лобок. Лера замерла на мгновение. Он еще раз провел ладонью по животу, а затем продвинул свою руку дальше к резинке трусов. Ей было и приятно, и страшно вот так раскрывать себя замужнюю женщину перед бывшим возлюбленным, но всё же повинуясь этому текучему обстоятельству, она раздвинула ноги, предоставляя себя. На миг оторвавшись, он ловко расстегнул все пуговицы на блузке, и задрал короткую юбочку. Всё это случилось так быстро, что она даже не успела опомниться. Затем его ладошка несколько раз скользнула по нежному шёлку трусишек, и жадно уцепилась за выпирающийся треугольник. Находясь в ностальгическом трансе по первой любви, охмелевшая Лерочка слегка задрожала, и начал инстинктивно покачивать попой вверх-вниз.
Повидавший немало женщин за свою холостяцкую жизнь, мужчина понял, что он совсем близко от цели. Его рука опустилась ещё ниже, и начала разминать распухшие губки между слегка раздвинутых ног. Пальчики так и норовили проникнуть под плотную полоску панталончиков, чтобы сполна ощутить всю прелесть и теплоту её киски. Опьянённая и погружённая в приятные воспоминания, Лера не стала сопротивляться, когда мужчина коленкой отодвинул одну её ногу далеко в сторону, а затем и вторую. Но это, не дало ни какого приоритета. Тесные трусики плотно обтягивали её таз и по-прежнему служили надёжной защитой для её натруженной норки. Тогда его ладонь поднялась значительно выше, и застыла на тугой ажурной резинке. Осторожно, ухватив за неё двумя пальчиками, он тихонечко начал спускать с неё трусики.
Продолжая вспоминать приятные моменты юной любви, она с чувством гордости прислушивалась к ощущению того, как её интимные части полностью открываются перед ним. Сначала открылась часть гладко выбритого лобка, затем глубокая прорезь на нём, дальше набухшие губки, и вот когда показался красный бутончик между раздвинутых складок, резинка застопорилась. Зацепившись снизу за округлые ягодички, плотные трусики ни в какую не сползали дальше, тем более женщина почему-то вжалась попой в диван. Обнаженная, она лежала на спине, предпочитая прежние ласки, а не грубую мужланскую похоть. Продолжая демонстрировать свои интимные прелести, Лера всё ещё была уверена, что их встреча, как и в старые времена, ограничится лишь поцелуями.
Чувствуя её состояние, он обнял как прежде свою первую любовь, и его губы вновь стали ласкать шейку и мочки ушей. Лера по-прежнему не подставлялась губами, тактично отворачиваясь от него. Но и ни стала сопротивляться, когда его руки спустили лямки бюстгальтера с плеч, и начали освобождать налитую молочную грудь от бюстовых чаш, сдвигая их к животу. И как только освободились эти белоснежные холмики с голубыми прожилками от плотных оков, мужчина окунулся к ним с головой. Нежно проводя влажным языком по розовым сосочкам, он почувствовал, как начали твердеть эти бусинки, превращаясь в высокие конусовидные пипки. Его губы тут же впились в эти прекрасные создания, заглатывая весь ореол. Жадно посасывая, он чувствовал, как дрожит её тело и вздымается грудь, из которой вскоре издался истошный стон.
Тут же его ладони аккуратно прошлись по бедрам. Пробираясь всё выше и выше от самых колен, Лера вновь не заметила, как одна из ладошек сместилась к обнажённому лобку. Ухватившись всёй пятернёй за мясистую киску, он начал пальчиками раздвигать её губки, нащупывая столь желанный проход. Ощутив жар и скользкую влагу, они настойчиво начали погружаться в живую лагуну. Первое ощущение их было достаточно приятным, и не слишком назойливым. Он просто ласкал её, и от его ласки все наливалось страстным теплом. И по мере того, как росло это ощущение, каждое его прикосновение там, внутри, становилось все приятнее и приятнее. И вдруг он задел что-то невообразимо запретное, её тело пронзило невероятным огненным жаром, до боли знакомым, и Лера со стоном выгнулась коромыслом.
Его пальцы не отпускали, и она, испытывая это удовольствие, извивалась и корчилась в его умелых объятиях. Лера еще раз застонала, когда он вновь дотронулся до того табу, затем еще раз. Острое удовольствие заливало живот и ноги, приятные воспоминания юности, начали переходить в непреодолимую похоть. Трогая её изнутри, он не забывал ласкать шею и грудь, и от этого все тело опьянённой женщины превратилось в единый очаг наслаждения. Основательно охмелев, она поймала кураж, и полностью погрузилась в те далёкие времена, при этом ей казалось, что она до сих пор ещё девственница. Нерешительно, то сдвигая, то раздвигая ноги, она ждала его, и уже была готова отдаться ему, но по-прежнему, как и в молодости, чего-то боялась.
Продолжая ласкать губами нежданную гостью, он спустил с себя спортивные штаны вместе с семейниками. Расчехлив своё орудие основательно готовое к бою, мужчина с каким–то рвением начал пытаться стянуть с неё трусики. Но старания, как и прежде, оказались безрезультатными. Финские панталоны хотя и трещали по швам, но не рвались и не сползали, упираясь тугой резинкой за объёмные ягодички. Суета, нетерпение и огромное желание как можно скорее овладеть своей нимфой гнали вперёд обезумевшего самца. Боясь, что это мираж, и его желанная женщина может так же внезапно исчезнуть, как и появилась, он завалился между раздвинутых ног и прижался всем телом к любимой. Как голодный до секса кобель он начал не прицельно тыкать своей шишкой, по всей длине изнывающей промежности облачённой в плотную ткань.
Ощущая нежной головкой тепло и обильную влагу на лямке трусов, его желание возросло ещё с большей силой вкусить этот нектар в самом чреве. Попытки сдвинуть натянутую полоску в бок ни к чему не привели. Тогда он ухватился большим и указательным пальцем за тугую резинку панталончиков и оттянул их вниз настолько, насколько позволила эластичная ткань. Лобок оголился в достаточной степени, и когда прохлада волной прокатилась по горячей, истекающей влагой вагине, мужчина опустил свой мандражирующий член в промежность под трусики.
Головка врезалась в верхнюю прорезь лобка, и начала медленно скользить по всей расщелине пухленьких складок. Прикусив нижнюю губу, Лера напряглась как струна, ощущая, как пульсирует его напряжённый член в мягкой постели, изнывающей киски. Это были уже совершенно иные, какие-то скользко-тепличные и нежные ощущения, это были не жесткие и шершавые пальцы, а мягкая и горячая плоть, всей силой стремившаяся раздвинуть по всей длине её мясистые губки. Впитывая это сладкое чувство, Лера оказалась полностью во власти бывшего кавалера, и с замиранием сердца, ощущала его могучий орган, пылающий жаром в глубокой расщелине, от верхнего свода губ на лобке до самой попы.
Поймав кураж, мужчина не спешил форсировать события, он был до сих пор ещё в шоке, не веря, что под ним находится любимая и казалось навсегда потерянная женщина, о которой долгое время только приходилось мечтать. А сейчас его нереальные мечты сбывались буд-то в сказочном сне. Осторожно, маленькими шажками он все дальше и дальше проникал вглубь её раздвигающихся складок. Сделав несколько поступательных движений, он почувствовал, что шкурка основательно оголила головку, и член всей длинной провалился в углубление разреза половой щели. Горячие и влажные губки страстно охватили его надутый, и в то же время, казалось мягкий и нежный ствол.
Ласковый, теплый, большой, упругий, он двигался по влажной расщелине, ощущая, как пульсирует его младший собрат. Это было невероятно приятно и сладостно. Клитор содрогался при каждом движении члена, и эта пульсация расходилась по всему телу. Стараясь получить максимум удовольствия, стараясь довести эту пульсацию до сердца, Лера вся прогибалась, почему-то ухватившись за резинку трусов. Внутри все вспыхнуло, забилось, невероятное наслаждение разлилось по животу и ногам. Откровенно стоная, она чувствовала, что непроизвольно двигается в такт его движениям.
Он аккуратно приподнял её бедра, стараясь направить свой жезл в ту горячую норку, откуда исходил этот огнедышащий жар, но трусики поползли снова вверх, вжимая промокшей полоской ствол между губок. И хотя угол входа ещё больше изменился в отрицательную сторону, мужчина не оставил попытку настоящего проникновения. Почувствовав, что головка всем объёмом заполнила углубление влагалища, и была на полпути от заветной мечты, ухажёр сделал отчаянную попытку основательно завладеть самым сокровенным бывшей подружки. Он прижался всем телом, упираясь шаровидным концом в перегородку меж двух её дырочек.
Чувствуя, как растягивается её вход в главные ворота и сжимается задний проход, она не сознательно потянула вниз резинку трусов, желая освободиться от них. Приятное давление не прекращалось, и попытка приподнять свою попку, чтобы снять панталончики, перешла в резкую боль её повидавшей вагины. Представляя, что она вновь лишается девственности вопреки своей воли, Лера потянула трусы на себя, сдвигая изо всех сил свои ноги, и вжимаясь, попой в диван. Тут из её уст посыпались категоричные фразы:
- Саша не надо, не надо, я не хочу, и не могу, я теперь замужняя и честная женщина. Оставь меня, я люблю другого мужчину, я себе слово дала быть верна только ему.
- Саша ну пожалуйста, не надо. Я жду ребёнка, молила она, думая, что лож будет во благо.
Но он её буд-то не слышал. Поймав кураж, и находясь на пике своего блаженства, мужчина ощутил всю нежность и теплоту внутренней поверхности её бёдер сжимавших его худые мускулистые ноги. Член плотнее прижался в углублении половой щели, и он с какой-то животной страстью начал совершать глубокие фрикции, стараясь всадить свой кочан в её лунку. Расчесывая до боли нежную плоть натруженных губок, он давил на неё со всей мочи, желая как можно сильнее ощутить это прекрасное тело.
Движения становились всё жёстче и резче, и Лера с нетерпением ждала долгожданной развязки не испытывая тех нежных чувств, которые испытывала в далёкой юности или несколько минут назад. Неожиданно между ног как буд-то прорвало канализационную трубу, и какая-то вязкая жидкость хлынула мощным горячим потоком на её до жара натёртую вульву. Затем новая пульсация, и ещё одна порция семени выстрелила из его дрожащего члена. Затем ещё несколько взрывов, но уже ни таких обильных и напряжённых. И тут резкий удар бросил её в какую-то бездну. Воздух вылетел из легких женского тела, сердце остановилось, и душа смялась в комок. Лера непроизвольно кончила, стараясь не показывать это товарищу.
Почувствовав изобилие влаги в трусах, которая как лава спускалась под попу, она вновь испытала чувство стыда. Будто кувалдой кто-то ударил её по груди. Её сознание вновь вернулось на прежнее место, и она сбросила насильника с себя. Но мужчина, как бы ни сопротивлялся, получив свою порцию разрядки, на большее его уже не хватало. Он повиновался воли разгневанной женщины, и лёг рядом с ней на диване, поглаживая её по бедру. Лера взглянула на объект его ласки, и невольно увидела член. Обмякший и слегка подогнутый он по-прежнему наводил на неё страх. Внушительных размеров, с огромной бархатистой головкой, тот лежал на животе у хозяина, поблескивая от изобилия влаги.
- Да ну и везёт же мне на хуи, что не любовничик, то с членом больше среднего, не то, что у мужа, размышляла она.
И тут её словно озарило:
- О! Ромка, боже я чуть вновь не изменила ему, какие нахрен хуи, у меня есть один – твёрдый и стойкий, и он мой единственный, навсегда и навеки.
Вскакивая с дивана, Лера расправила трусики и юбку, и спешно начала заправлять слюнявую грудь под бюстгальтер. Слегка покачиваясь от шампанского и накатившегося против воли оргазма, она застёгивала пуговицы на блузке, и уже в здравом уме и светлой памяти благодарила судьбу, что та не позволила ей принять в себя этот хен. Вот тогда кто его знает, как бы закончилась их долгожданная встреча. Конечно, если бы он ей засадил свой толстомясый кочан, она бы вывернула наизнанку свою любвеобильную киску, получив свою порцию серийных оргазмов, и тогда может быть осталась на ночь. А сейчас она и слышать не хотела про это, приводя себя в божеский вид.
Не обращая внимания на его уговоры остаться, Лера схватила дорожную сумку, и пулей устремилась на улицу. Во дворе она огляделась, и достав упаковку бумажных салфеток зашла в туалет. Тщательно вытирая промежность и ляжки, она использовала весь большущий пакет, удаляя следы любовных утех. Затем сложив в четверть последнюю бумажку, и уложив её под трусы, женщина с оглядкой вышла из непрестольного места, в суете позабыв справить нужду. Во дворе по-прежнему было пусто и тихо, и только куры бегали вокруг её багажа. В силу сложившихся обстоятельств, Лера уже осознанно соображала, что как рыбка попалась в расставленные сети. И чтобы основательно не запутаться в них, она схватила вещи, и уверенно пошла за ворота.