Всю ночь с субботы на воскресенье я ворочался в кровати. Хотя физически я был удовлетворён по полной, мысли о сексе не давали мне покоя. Поэтому неудивительно, что с утра пораньше я стал готовиться к продолжению.
Конечно же, мне хотелось попробовать что-то ещё. Но первым делом Ганса нужно было задобрить.
Едва я вышел во двор, пёс подскочил ко мне и, встав на задние лапы, уперся передними мне на грудь, пытаясь лизнуть в лицо. Сбросив лапы, я пристрожил пса. Стоит расслабиться, и он почувствует себя хозяином, альфой. Отомкнув цепь от ошейника, я завёл Ганса в дом. Первым делом нужно его покормить.
Пока пёс проглатывал мясо, я в сомнении стоял у холодильника. Затем, взяв банку джема, поднялся наверх и свистнул. Цокая когтями по лестнице, Ганс взлетел на второй этаж и принялся обнюхивать комнату. Хозяева его в дом не пускали, так что здесь он был впервые в жизни.
Я решил попробовать получить удовольствие другим способом. Раздевшись, зачерпнул немного варенья и помазал у себя в промежности. Я рассчитывал, что пёс наелся, его интерес будет умеренным, и дело не дойдёт до покусания. Подозвав пса, я ткнул его носом в свои яйца. Шумно фыркнув, Ганс облизал нос. Заинтересовавшись, он лизнул моё хозяйство. Мой член отреагировал на это самым непосредственным образом. Ухмыльнувшись, я добавил джема и сунул член под нос кобелю. Ганс принялся слизывать варенье своим горячим розовым языком. Мой член стоял, но удовольствие было весьма сомнительным. Во-первых вылизывание - это не миньет, интенсивность ощущений ниже. Во вторых меня отвлекал страх, что Ганс меня укусит. К тому же варенье очень быстро было съедено, и пёс равнодушно отвернулся. Зато моё хозяйство теперь блестело от собачьей слюны.
Похоже, эта идея была неудачной. Чтож, ничего не мешает зайти с другой стороны.
Я сел на кровать и хлопнул ладонью по простыне.
- Ганс, ко мне!
Пёс запрыгнул на кровать, виляя хвостом и как-будто чего-то ожидая.
- Знаю я, чего ты хочешь, - сказал я, гладя его по спине.
- Но сегодня поступим чуть иначе.
Я попытался уложить пса на спину, но он сопротивлялся, игриво глядя на меня. Попытка нажать на спину, чтобы он лёг ничего не дала, этот слон даже не заметил моих усилий. Всё время пытаясь лизнуть меня в лицо и поскуливая, Ганс вертелся на кровати. Его красный член вышел из чехла и покачивался под животом. Когда кобель попытался залезть на меня передними лапами, я понял, что так дальше не пойдёт. Вскочив, я навалился на него всем телом. Пёс принял это за игру. Какое-то время мы барахтались на кровати под аккомпанемент из повизгиваний и подвываний. В конце концов я оказался сверху. Но стоило мне дотянуться рукой под хвост Гансу, как он глухо заворчал. Вздрогнув, я убрал руку. Похоже, псу не понравились мои поползновения. Вздохнув, я отодвинулся и сел на кровати. Ганс немедленно вскочил, поставив передние лапы мне на плечи. Его эрегированный член закачался у меня перед животом.
- Хочешь чтобы я доставил тебе удовольствие? - спросил я у кобеля. Тот только улыбался по собачьи.
При взгляде на собачий член, в голову пришла неожиданная мысль. Столкнув пса на кровать, я пригнулся, приблизив своё лицо к животу Ганса. Пососать член псу... странное желание, но возбуждение позволяет совершать ещё и не такие выходки. Я взял член кобеля в руку и понюхал его. Воняло мочой и ещё чем-то неприятным. Нет, я это в рот не возьму.
- Похоже, придётся тебе удовлетвориться дрочкой, мой вонючий друг - сказал я замершему Гансу и, отпустив член, потянулся за смазкой.
Пёс продолжал стоять на кровати, тяжело дыша и глядя на меня с надеждой. Смазав руку, я нежно обхватил головку его возбуждённого члена. Ганс заскулил и дёрнулся навстречу, насаживая мою руку. Второй рукой я оглаживал его узел, промежность, теребил покрытые мехом яйца. Пёс самозабвенно трахал мою руку, не замечая ничего вокруг. Я с трудом удерживался, чтобы не упасть с кровати от его мощных движений. Заметив, что пыхтение Ганса перешло в поскуливание, я схватил его за узел левой рукой, а правой в несколько быстрых движений довёл до оргазма. Тело кобеля содрогнулась и струя спермы брызнула на сменную простынь.
Отвернувшись от меня, Ганс сел на кровати и принялся вылизывать опадающий член. Я не убирал руки, и ему приходилось лизать и их тоже. Плавно я гладил живот кобеля. Мой собственный член давно встал и ожидал действий. Но я уже понял, что торопиться здесь нельзя.
Дождавшись, пока пёс успокоится и положит массивную голову на кровать, я лёг рядом с ним и попытался повернуть его на спину. На сей раз это мне удалось, Ганс полностью расслабился и не сопротивлялся, только косил на меня чёрными весёлыми глазами. Он лежал на спине, поджав передние лапы. Я поглаживал его живот, спускаясь всё ниже. Коснулся яичек, погладил внутреннюю поверхность ляжек. И наконец дотронулся до ануса. Пёс слабо махнул хвостом и изогнул спину. Кажется, он не против. Подцепив немного вазелина, я аккуратными движениями смазал задний проход Ганса. Нежно надавив, ввёл палец со смазкой внутрь. Пёс задышал чаще, поелозил спиной по кровати, но затем успокоился.
Возбуждение переполняло меня. Оглаживая покрытое шерстью мускулистое тело собаки, я испытывал неповторимый кайф. Но кажется пора переходить к основному блюду. Приподнявшись, я лёг на пса сверху. Опираясь на локти, закинул его передние лапы себе на плечи. Размеры Ганса как раз позволяли проделать такой трюк. Мой живот коснулся его опавшего пениса. Помогая себе одной рукой, я приставил свой железобетонный член к основанию собачьего хвоста. Ганс дышал мне в лицо, вывалив язык и глядя мне прямо в глаза. Не спеша, я коснулся головкой сфинктера. Чуть-чуть надавил, отодвинулся. Двинув тазом, провёл головкой по шерсти собачьей промежности, потёрся о яйца. Голова кружилась от возбуждения. Снова приставив головку члена к заду Ганса, медленно нажал. Мягкими поступательными движениями я то нажимал на мышечное колечко, то ослаблял давление, с каждым разом раздвигая анус всё больше и больше. Пёс поскуливал, но больше не рычал. Наконец головка моего члена оказалась внутри. Я замер, давая кобелю привыкнуть. Затем начал потихоньку двигать тазом. При этом я тёрся грудью о мех пса, а его передние лапы обнимали меня за плечи. Ощущения того, что подо мной находится горячее собачье тело, послушное мне, возбуждало меня всё больше и больше. Я потихоньку наращивал темп, член с чавканьем двигался в собачьем нутре, мой лобок касался пушистых яиц Ганса, а мои яйца щекотал мех хвоста. Я лёг на пса всем телом, с остервенением загоняя свой член в горячее тесное отверстие. Пёс похрюкивал, вздрагивал, мне даже казалось, что он пытается мне подмахивать. Обхватив его руками под шею, я трахал кобеля так, как он не трахал ни одну сучку.
- Ты моя сучка! Моя мохнатая послушная сука! - рычал я ему. Ганс поскуливал, откинув морду набок. Казалось, будто он плачет. Эти звуки возбудили меня ещё больше. Удовольствие накатывало волнами, я стонал вместе с псом, яростно долбя его задний проход. Молния оргазма пробила меня от пяток до макушки, я с рычанием вогнал член так глубоко, как смог и прижался к горячему собачьему телу, ощущая непередаваемое блаженство. Мой член пульсировал, накачивая прямую кишку кобеля спермой. Ганс скулил и облизывал моё лицо.
Наверное только через пару минут я смог оторваться от пса. Вытащив опавший член, я лёг на бок. Ганс свернулся кольцом и принялся вылизывать свой зад. Протянув руки, я бесцеремонно схватил его за уши и ткнул носом в свой член. Ганс покорно принялся вылизывать мою промежность. Только удовлетворившись результатом, я позволил ему заняться собой.
- Кажется, мы определились, кто здесь главный, - сказал я, удовлетворённо улыбаясь.
Воскресенье начиналось просто замечательно.