Мой пап родился и вырос в Сибири, в тайге, в поселке леспромхоза. Он окончил институт, они с мамой поженились, и живем мы в областном центре. Когда мне исполнилось десять лет, мы летом всей семьей решили поехать на родину папы. Во-первых, нужно было отпраздновать шестидесятилетний юбилей моего деда, тем более что на пятидесятилетие мы не попали. А потом просто провести отпуск в экологически чистой обстановке, вдали от вредных производств. Мы уже собрались, даже билеты купили, когда выяснилось, что папа не может поехать, ему нужно было срочно выезжать в служебную командировку. Мама сначала вообще не хотела никуда ехать, но папа ее уговорил, и мы с ней поехали. Четверо суток на поезде, потом четыре часа на автобусе до райцентра, а оттуда до леспромхоза нужно было добираться на попутке, общественный транспорт туда не ходил. Мы с мамой расспросили местных и нам посоветовали идти на какую-то базу, откуда часто идут машины в сторону леспромхоза. Мы добрались до базы и нам указали на машину, которая идет в нужном нам направлении. Когда мы подошли к этой машине, два молодых мужика грузили в кузов какие-то мешки и ящики. Мама спросила, не подвезут ли они нас до поселка «Леспромхоз». Они смерили ее оценивающим взглядом и согласились.
- Залезайте в кузов. Сейчас погрузимся и поедем.
- Долго ехать-то?
- Да тут километров тридцать, но дорога никакая, в плохую погоду там вообще не проехать.
Мы забрались в кузов, устроились на каких-то мешках и вскоре тронулись. Мотало нас так, что мы обеими руками держались за борт. Когда проехали часа полтора, машина остановилась, и оба мужчины залезли в кузов.
- Надо расплатиться, хозяйка, - сказал водитель.
- Вы о деньгах ничего не говорили. Сколько с нас?
- Причем тут деньги, ты с нами по-бабьи расплатись.
- Что Вы говорите, я же с сыном.
- Ему полезно будет посмотреть, большой уже, пора учиться уму-разуму. Вася, подержи-ка ее за руки.
Один из мужиков взял маму за руки, а другой стянул с нее брюки вместе с трусами. Они уложили маму на мешки, один продолжал удерживать маму, а второй спустил штаны и оголил внушительных размеров член, который был возбужден. Он раздвинул маме ноги и стал совать член, стараясь затолкать его во влагалище.
- Там же сухо еще, - простонала мама.
- Ничего, сейчас намокнет.
Мужчина стал толчками заталкивать член в маму и вскоре проник в нее на всю его длину.
- Ну вот, а ты боялась, - сказал он, двигая в маме членом.
Он долго двигал членом, потом мама застонала и задергалась.
- Глянь-ка, спустила, а не хотела давать. Видишь, какое удовольствие мы тебе доставляем?
Потом он задергался и тоже кончил. Его сменил второй мужчина, который лег на маму, легко засунул в нее член и стал им быстро двигать.
- Хорошая у тебя мамка, - обратился ко мне первый, надевая штаны, - пизда у нее сладкая. Вот подрастешь, тоже ее ебать будешь. Папка часто ее ебет?
- Каждый день, - ответил я.
- А другие мужики у нее бывают?
- Бывают, - ответил я, вспомнив соседа дядю Славу и еще много мужчин, которые приходили к нам, когда папа уезжал в командировку.
- Ебется, значит. Ну, она женщина симпатичная, ее каждый с удовольствием поебет.
В это время мама опять застонала и задергалась. Мужчина быстрее задвигал задом и тоже кончил.
- Ну, вот и все, все довольны, поехали дальше.
Мужчины вернулись в кабину, а мама достала из сумки какую-то тряпочку и стала вытирать промежность, потом надела трусы и брюки.
- Сыночек, ты никому про это не рассказывай, как будто ничего и не было, - попросила она.
Я кивнул головой, мы опять уцепились в борта и тряслись еще часа два. Приехали мы к вечеру, привезли нас прямо к дому. Встречать нас вышли дедушка с бабушкой, старший папин брат Борис с женой, сыном и дочкой. Они ждали третьего ребенка, его жена Зина была уже на девятом месяце. Сыну Вовке было шестнадцать лет, а дочке Ане тринадцать. Мужики, которые нас привезли, со смехом что-то рассказывали Борису, кивая на маму. Потом они уехали, а мы пошли в дом. Нам с мамой выделили отдельную комнату, в которой было большая двуспальная кровать и тумбочка, больше там ничего бы не поместилось. Двери не было, вход закрывался занавесками. Мы поужинали и легли спать, потому что очень устали. Мы хорошо выспались и встали свежими. Бабушка ходила по дому в одном переднике, задница у нее была голая.
- Жарко, - объяснила она маме, - ты тоже особо не одевайся, тут стесняться не кого. Сегодня у нас подготовка к застолью и баня, а завтра деду будем юбилей отмечать, гости придут.
Зина ходила по дому в халате, который не застегивался у нее на животе. Она сцепила его булавкой в районе груди, а ниже полы расходились, но все равно ничего кроме огромного живота не было видно. Мужики ходили в трусах, а Аня в купальнике. Мама тоже надела купальник и передник и стала помогать бабушке. Перед обедом сходили на речку, искупались, стало совсем здорово. К вечеру была готова баня. Решили, что сначала пойдут мыться мужики и Вовка, они париться любят, а я пойду с женщинами. В бане я с интересом разглядывал голую Аню, которая меня совсем не стеснялась.
- Ба, - обратилась она к бабушке, - у Сашки хуй стоит.
- Не обращай внимания, он еще маленький.
После бани еще долго говорили о завтрашнем застолье. Бабушка давала задания мужикам, где еще взять столы и лавки, не хватало посуды. Потом поужинали и пошли погулять перед сном, жара спала, воздух был не просто свежим, а ароматным от множества цветов. Мы с мамой спали на одной кровати, укрывались простынями.
- Жарко, ты совсем раздевайся, будем спать голыми, - предложила мама.
Мы уже засыпали, когда в комнату вошел Борис, сел на кровать, запустил руку под простыню и стал гладить маме промежность.
- Борь, ты чего? – Спросонья спросила мама.
- Зинка беременная, вот-вот родит, она мне уже три недели не дает. Давай поебемся, а то у меня яйца пухнут.
- Борь, ты чего говоришь то? У меня для этого муж есть, между прочим, твой брат.
- Да мужики рассказывали, как они по дороге тебя пороли. Ладно тебе ломаться, давай я засуну, - сказал он, деловито снимая трусы и ложась рядом с мамой, - потрогай, как он тебя хочет.
- Борис, да подожди же, погладь влагалище, сухо ведь.
Через минуту Борис уже, лежа на маме, шлифовал ее влагалище. Мама быстро кончила и уже обнимала Бориса. Борис, когда спускал, громко скрипел кроватью, но они уже на это не обращали внимания. Когда Борис ушел, и мама блаженно голой вытянулась на кровати, в дверях появился Вовка. Он подсел к маме на кровать.
- Валь, дай мне, пожалуйста, а то член аж зудит.
- Вовка, иди спать. Ты подрочи и успокоишься. Ну что ты мне суешь свою колбасу? Ты куда? Сказала не дам. Да погоди ты, давай я сама вставлю.
Вовка задвигал в маме членом.
- Здоровую дубину отрастил. Помедленнее двигай, у меня уже подходит. Теперь побыстрее, не торопись, поглубже суй. Дай я ноги подниму. Вот, так ты до дна достаешь. Ой, не могу, спускаю.
Вовка задергался и вылил в маму очередную порцию спермы. После этого мы все, наконец, уснули. Утром опять пришел Вовка.
- Вставайте, сони. Дайте-ка я с вами прилягу.
Он лег рядом с мамой, спустил трусы и прижался к ней торчащим членом.
- Вовка, какой ты неугомонный.
- У меня по утрам всегда стояк.
- А если кто войдет.
- Ну и что, мы что-нибудь воруем что ли? Я воткну тебе, мы оба получим удовольствие, только и всего.
- Давай, только быстро. Ну, не так, я тоже хочу кончить. Противные мужики, сейчас опять меня своими соплями измажешь. Мне потом подмыться надо будет.
- В бане воды много, там и подмоешься.
- Ты прав. Немножко побыстрее двигай. Ты там чего-то касаешься, так приятно. Меня уже разбирает. А ты молодец, ой, спускаю.
Они оба задергались, и потом Вовка еще несколько минут лежал на маме, тяжело дыша.
- Пойдем вместе подмоемся. Сыночка, вставай, пошли умываться, - позвала меня мама.
Юбилей отмечали ближе к вечеру, когда спала жара. Столы вынесли на поляну перед домом. Деда посадили в центре. В основном были люди в возрасте, но пришли и несколько Вовкиных друзей. Много пили и ели. Всем, кто осторожничал с водкой, хором кричали: «Пей до дна». Мама изрядно наклюкалась, ее даже пошатывало. Потом плясали и пели матерные частушки. Мужики стали водить женщин в сад. Все укромные места были заняты совокупляющимися парами. Маму тоже пару раз водили в сад. За сараем я видел, как какой-то молодой парень раком порол нашу бабушку. Наконец гости стали расходиться, остались только самые стойкие. Мы с мамой пошли спать. Мама накрыла меня простыней, а сама голая вытянулась с закинутыми за голову руками. К нам заглянул какой-то мужчина. Увидев голую маму, он вошел, снял брюки и лег рядом с ней.
- Пососи, - попросил он маму, - видишь, не стоит.
- Чего ты приперся, если у тебя не стоит? – Лениво проговорила мама. – Иди, гуляй.
Мужик надел штаны и ушел. Видимо он поделился своей бедой с мужиками, потому что у нас по очереди побывали два мужика и совсем молоденький парнишка. Мама вяло реагировала на них, только иногда стонала. Утром мама с трудом встала, чтобы сходить в туалет, болела голова и промежность. Вернувшись, она опять рухнула на кровать. Заглянула бабушка.
- Чего не встаете, лежебоки. Там соседки пришли, помогают убираться, одной посуды сколько перемыть надо.
- Я полежу немного, - простонала мама, - в голове и в жопе тяжело.
- Может тебе похмелиться? Помогает.
- Что я, алкоголичка что ли?
- Нет, ты по другой части. Я видала, как вчера к тебе мужики ныряли.
- Опьянела я, а они воспользовались. У меня руки не шевелились.
- Да руки здесь не особенно и нужны. Даже мне вчера досталось, Вовкин дружок меня оприходовал. Представляешь, ему со старухами нравятся.
В дверь заглянул Вовка, но бабушка его прогнала. Часа через два мама оклемалась, стала помогать с уборкой. Осталось много закуски, поэтому купили еще водки и с обеда продолжили празднование, но уже в меньшем составе, в основном все свои, соседи, да кое-кто из друзей. Анька с двумя подружками, подражая взрослым, стали плясать и петь матерные частушки, взрослый умилялись, глядя на них. Потом женщины стали убирать и мыть посуду, а мужики растаскивали по местам столы и лавки.
- Аня, чего вы с Саше все дичитесь друг друга. Вы же двоюродные братик и сестричка, поиграли бы в папу-маму, - обратилась к ней бабушка.
- Да ему нечем играть. Ты в бане у него видела? У него даже когда стоит, все равно ничего не видно.
- Так уж и не видно, нормальный стручок, вполне можно поиграть. Пойдите, а то ему скучно.
- Пойдем, - позвала меня Аня, - я тебя научу, а потом с девчонками познакомлю.
Мы пришли в нашу комнату, Аня сняла трусы и показала мне писю.
- Погладь вот здесь, а пальцем вот сюда суй. Как почувствуешь, что здесь стало мокро, можно ебать. Ты трусы-то сними.
Я сделал все по инструкции, Аня помогла мне вставить член, и я стал ее накачивать, чувствуя все нарастающие приятные ощущения. Вошла мама.
- Играете в папу-маму? Я тоже в детстве играла. Сыночка, тебе приятно?
Я не мог ничего ответить, потому что меня сильно разобрало, и я быстро задергал задом.
- Вот молодец. Полежи немножко на Анечке. Аня, а тебе было приятно?
- Было, но не так, как с более взрослыми ребятами. У моих одноклассников хуи уже, как у взрослых мужиков, а спермы еще нет. Вот с ними у меня такие острые ощущения, что не передать. Ольга Ивановна, наш классный руководитель, говорила, что это называется оргазм.
- А чего вдруг она с тобой на эти темы говорила?
- Она сказала, что как классный руководитель, она должна знать моральное и материальное состояние своих учеников. Она расспрашивает девочек и ребят, занимаются ли они сексом, с одним мальчиком или с несколькими, кто им больше нравится, у кого самый большой член. Про родителей расспрашивает. Сколько раз папа занимается сексом с мамой, в каких позах, спят ли родители еще с кем-нибудь.
- Любознательная у вас учительница.
- Она сама много рассказывает. О гигиене половых органов, например. Отдельно мальчикам рассказывала, как надо мыть член. О венерических заболеваниях, СПИДе, до много о чем.
Вечером, когда легли спать, Аня заглянула к нам.
- Саш, будешь?
- Будет, будет, заходи Анечка, - за меня ответила мама, - на ночь это очень полезно. Будет спать, как младенец.
Аня разделась и легла со мной рядом.
- Сынок, ты не спеши, погладь Анечке писечку, пальчики в дырочку засунь, - стала учить меня мама.
- Да я знаю, Аня говорила. Надо, чтобы влагалище намокло.
- Умница, ты уже так много знаешь. А попробуйте по-собачьи. Вы же видели, как это собачки делают.
- Да мы с ребятами уже и по-собачьи и раком пробовали, - ответила Аня и встала на четвереньки.
Мама помогла мне пристроиться сзади, и я задвигал членом. Потом Аня ушла спать, но пришел сначала ее отец, а потом брат, оба спустили в маму. Утром Вовка опять подергался на маме, потом мы пошли умываться, позавтракали, и Аня позвала меня на речку. Там уже было несколько ребят и девчонок от восьми до пятнадцати лет. Было три девочки, включая Аню, ребят было больше. Мы с одеялами пошли в лес и устроились на поляне.
- Саша, вот эту девочку зовут Нина, ей тоже десять лет. Ты с ней будешь ебаться, а я и Ирка с остальными ребятами.
Нина была очень скромной девочкой. Трусиков на ней не было, я погладил ее между ног, она уже была мокрой. Я покосился на других ребят. Один мальчик уже ебал Иру, другой гладил Аню между ног, остальные ребята наблюдали за ними. Я лег на Ниночку, не сразу, но довольно быстро нашел вход во влагалище и стал двигать в нем членом. Нина лежала, глядя в сторону. У нее было узкое отверстие, и я кончил гораздо быстрее, чем с Аней.
- Тебе хорошо было? – Спросил я ее, потому что по ее реакции я ничего не понял.
- Хорошо. Ты меня еще поебешь? Я не хочу с большими ребятами, мне больно, когда глубоко засовывают.
- Я буду только с тобой ебаться, - пообещал я.
После обеда мы с мамой расстелили одеяло в саду под деревом и легли отдохнуть. Подошел Вовка с каким-то здоровым парнем.
- Валя, познакомься, это мой друг Ромка. Он весной из армии демобилизовался и до сих пор все отдыхает от ратных трудов. Можно мы присядем?
Ребята сели с краю на одеяло. Ромка рассказал, где служил, всякие забавные истории. Потом они стали гладить маме ноги, живот, забрались сбоку в трусики. Мама делала вид, что ничего не замечает. Они сняли с нее купальник и вдвоем стали ласкать ее груди, ноги и все, что между ними. Ребята тоже разделись и сидели с торчащими членами. Потом Ромка лег на маму и сходу вошел в нее до основания. Мама подняла согнутые в коленях ноги и стала ему подмахивать. Ромка долго шлифовал маме влагалище, потом они оба кончи и его место занял Вовка. У мамы хлюпало между ног. Она хотела подтереться тряпкой, но Вовка продолжал двигать задом. Он никак не мог кончить, и мама спустила раньше его. Потом мы все лежали на одеяле голыми.
- Валя, можно я буду к Вам приходить? – Спросил Ромка.
- На днях мой муж приедет, я снова из плохой девочки превращусь в добропорядочную даму.
- Ну, мы найдем место, было бы желание.
- Желание еще не пропало. Идите, ребятки, не надо лишний раз на глазах маячить.
Аня позвала меня на речку, и мы с ней убежали. Опять мы ебались с Ниной, а Аня с Ирой обслуживали старших ребят. Поздно вечером на маме лежал сначала Борис, потом Вовка, только после мы уснули. Утром Вовка опять подергал задницей, лежа на маме, а к обеду приехал папа. Мы все вместе пообедали, и Аней позвала меня на речку. Я уже привязался к Ниночке, ее дырочка казалась мне самой лучшей.
Вечером после ужина папа с мамой уединились в нашей комнате, а потом веселые вышли оттуда и мы вместе пошли погулять перед сном. Утром я проснулся от скрипа нашей кровати и увидел, что папа лежит на маме и двигает голым задом, а мама подняла вверх согнутые ноги.
- Проснулся, сынок? – спросил папа, продолжая накачивать маму. – Мы тут с мамой зарядкой занимаемся.
- Да он уже все понимает, - прервала его мама, - он уже Ане вставлял.
Папа задергался, тяжело задышал и слез с мамы.
- Молодец, сынок, взрослеешь, - похвалил меня папа, - теперь не надо тебе лапшу на уши вешать. Мы с мамой занимались сексом, это обычные супружеские отношения, это даже мой супружеский долг и мамин тоже. Супруги занимаются сексом только друг с другом. У взрослых от этого рождаются дети. Вот дядя Боря с тетей Зиной занимались сексом, теперь тетя Зина скоро родит ребеночка.
- А вы с мамой теперь тоже родите ребеночка?
- Это совсем не обязательно. Если взрослые не хотят, чтобы родился ребеночек, они предохраняются. Тебе об этом еще рано думать, у тебя нет спермы и ребеночка быть не может. Тебе понравилось вставлять Ане?
- Да, очень понравилось.
- А маме здесь никто не вставлял?
- Ну что ты допрос ребенку устроил? Никто мне не вставлял, да и кто здесь вставит, кругом одна родня. И зачем мне это, если у меня есть ты. Вон как он головку повесил, - мама рукой взялась за папин член, - бедненький, вымок весь, потрудился, выплюнул в меня какой-то гадости, а мне теперь подтирайся. Надо пойти подмыться, а то вонять будет.
Дядя Боря снабдил папу рыболовными снастями, и теперь папа по утрам рано уходил на рыбалку, а дядя Боря, за ним Вовка приходили к маме и занимались с ней сексом. Сам я все время проводил с Таней и Ниночкой. Мы построили у нас в саду шалаш и играли там в папу-маму. Это был один из самых запоминающихся отпусков в моей жизни.