- Петрович, у меня стук металлический появился. Не нравится мне. Посмотришь?
Это Санек, водитель АТП, обращался к Колобкову Валентину Петровичу, автослесарю данного предприятия.
Колобков, мужчина 52 лет, был ветераном данного автохозяйства. Как с армии пришел, так туда и устроился. Сначала работал водителем автобуса, но однажды не справился с управлением и улетел в кювет. Никто тогда серьезно не пострадал, да и экспертиза выявила, что он был не виноват, техника подвела, но не смог Валентин больше сесть за руль. Перешел в слесаря, и с тех пор числился лучшим специалистом по всей округе.
- Ну, что посмотришь? Я загоняю в бокс? - вопрошал Сашка. - Ты чего молчишь? Петрович ты меня слышишь? Я с тобой разговариваю?
- Ну, что ты ко мне пристал? - наконец ответил, вышедший из раздумий, Валентин - Некогда мне?
- Ты же ничего не делаешь? - не унимался Санек - Нет же никого?
- Обед у меня...
- Какой обед? Еще нет и одиннадцати - удивленно спросил Александр
- Да отвали ты? - сердито гаркнул на молодого парня слесарь - После обеда приезжай.
Колобков вытер грязные руки насквозь промасленной тряпкой. Взял с верстака букет фиалок и быстрым шагом направился в сторону администрации.
- Куда это он? - спросил Саня подошедшего к нему Лешку.
- Знамо куда. К ведьме нашей. Запал он на нее.
Колобков действительно был влюблен. В диспетчера Тамару.
Тома появилась в АТП месяц назад. Высокая и худая. Жгучая брюнетка с длинными волосами, смуглая и черноглазая, она сразу получила кличку ведьма. Ее испепеляющий взгляд шевелил волосы на затылках мужской части коллектива. Поговаривали, что она колдунья в десятом поколении. Дома держит ручных пауков и регулярно посещает шабаши, добираясь туда пренепременно на метле.
И только Петровичу Тамара улыбалась. Улыбалась мило и непринужденно.
Колобков понял этот факт по своему.
- Она ко мне не равнодушна - говорил он своему напарнику Лешке. - Она меня хочет.
- Съесть она тебя хочет - смеялся Алексей - Превратит в крысу и съест. Она говорят, любит слесарей. Есть... - не унимался Леша.
- Дурак. Иди вон работай. - качая головой, сплюнув под ноги сказал Валентин - Взрослый парень, а туда же.
- Ладно, Петрович, не обижайся. Но то, что она ведьма - это верняк. У нее всех предков по материнской линии на костре сожгли, а по мужской утопили. Не доведет тебя это увлечение до добра...
Но Петрович никого не слушал, а носил диспетчеру Томе шоколад. Каждый день по плитке.
- Понимаете дядя Валя? - Тома старалась быть как можно мягче - Вы человек женатый. Мне ваша жена, скоро придет, и последние волосенки повыдергает.
Да, Петрович, был женат, давно, и стабильно. Зинка, его суженная, была человеком энергичным. Колобков был всегда сытно накормлен, обстиран, выглажен и обласкан. Он никогда не знал никаких забот. Даже сигареты сам не покупал, об этом заботилась жена. Да что там сигареты. Зина даже червей на рыбалку покупала ему сама.
Супруга у Валентина была на семь лет его младше.
- Сорок пять, баба ягодка опять - говорила она смеясь.
Зина была дамой пышной.
- У меня широкая кость - любили говаривать Зинаида. - Поэтому я кажусь полной.
Говорила она так, когда в ней было 60, потом 70, а потом и 80килограмм.
Но Колобков, маленький и худой, был рад, имея такую добротную жену.
- Хорошего человека должно быть много - думал он.
А его Зина была хорошей. Зинаида была очень хорошей.
- Зинуля - начал он свой разговор - Нам нужно серьезно поговорить.
Зина в это время чистила картофель, и кидала его в эмалированную кастрюлю, белую в красный горошек.
- Говори - сказала она, даже не повернувшись.
- Ну, мы уже не молодые. Понимаешь? - невнятно бормотал Валентин.
- Нет - коротко ответила супруга
- Ну, дети у нас уже выросли и с нами не живут. Понимаешь?
- Нет
- Ну..
В это время засвистел чайник греющийся на газовой плите.
- Слушай, давай без ну. - Зина закончила с картофелем - и теперь повернулась лицом к супругу. - Давай. Не темни.
Она выключила чайник и начала заваривать чай.
- Нам надо попробовать свободные отношения. Эдак, внести в наш унылый секс разнообразие. Для укрепления, так сказать, наших семейных уз...
- Унылый? - Зинаида задумалась - Давай. Давай внесем. Внесем разнообразие.
Колобков, ожидал услышать крики и ругань. Приготовился к скандалу и разводу. А тут...
Валентин пригорюнился, и весь вечер ждал провокации, но все было как обычно. Жена приготовила картофель с мясом, и накормила его вкусным ужином, вот только в сексе отказала, сославшись на головную боль. Зина отказала, а Валя не настаивал.
На следующий день, придя с работы, и открыв ключом дверь, он обнаружил, что не может попасть в квартиру. Дверь была на цепочке.
- Зинуля - позвал он.
Тишина
- Зинуля, ты что спишь? - крикнул он по громче.
- Сплю... Но мы уже заканчиваем - голос был бодрый, но немного сбившийся - Погуляй полчаса. Я тебе позвоню.
- Она, что совсем охренела - руки непроизвольно сжались в кулаки, лицо у Валентина побагровело, а губы посинели. - Но, ведь это моя идея. Надо взять себя в руки.
Если честно, то Колобков и не думал про жену, он, говоря о свободных отношениях, подразумевал себя и только себя, а тут жена... Как она могла? Не ожидал...
Из квартиры послышались стоны.
- Да, я погуляю - дрожащим голосом просипел Колобков, и, закрыв дверь, побрел вниз.
Валентин казалось, выкурил целую пачку, поджигая последующую сигарету от предыдущей, когда из подъезда появился незнакомый мужчина. Колобков резко поднялся, и сделал два шага в сторону предполагаемого противника, но с большим трудом взял себя в руки и... посеменил домой.
На следующий день наш герой вошел домой сразу, но внезапно появившаяся жена, запахивающая халат на голое тело, развернула его кругом.
- Дорогой. Выброси сначала мусор. - на ходу сказала она - И газету купи по дороге.
- Какую газету? - не понимая, спросил он.
- Да, какую хочешь - быстро проговорила Зина - главное потолще, и посиди внизу, почитай.
- Ты это в своем уме? - вспыхнул Валентин
- Я то в своем - парировала Зинаида - А вот ты в своем?
- Ладно, пойду, выброшу мусор - сдался Колобков.
Он ожидал увидеть вчерашнего гостя, а тут из подъезда спортивной походкой вылетели два совсем молодых парня. Колобков на них даже не поглядел. Но, проходя мимо один из молодых людей, сказал, обращаясь к спутнику:
- Витек, ты забыл ширинку застегнуть.
Ну, а дальше прозвенел звонок благоверной, оповестив, о том, что можно подниматься домой.
В тот день наш Валентин с женой не разговаривал, а на следующий... На следующий, он шел с цветами к зданию администрации.
Подойдя к кабинету предмета своих мечтаний, он застыл в нерешительности.
- Аккуратней давай. Не так быстро. Стол сломаем - это говорила Тамара
- Да я потихоньку - это уже был мужской голос.
- Они там мебель переставляют - догадался Колобков, и решительно открыв дверь, шагнул внутрь.
Ошибся наш Колобков в догадке. Сильно ошибся. Тамара не двигала стол, она на нем лежала. Лежала, широко раздвинув голые ноги. А, между ее ног, не раздеваясь, удобно пристроился водитель по имени Антон.
- Антон, ты, почему дверь не закрыл? - Тамара первой увидела нежданного гостя.
- Я закрыл - сказал он, но повернувшись и увидев Валентина осекся - Забыл, наверное... Петрович, ты бы мог нас посторожить - быстро нашелся он - Или нет, а то будет подозрительно. Закрой, пожалуйста, дверь на ключ. Мы быстро.
Антон, все убыстряя и убыстряя темп, шевелил тазом, а ему в такт мотались длинные ноги, Тамары, и болтались, из стороны в сторону, вполне приличные, для ее худого тела, груди.
Тома, не долго лежала безучастной. Она начала двигаться навстречу любовнику. Из груди у нее вырывалось невнятное бормотание, плавно перешедшее в громкий крик.
Кончили молодые люди одновременно. Он, сильно вжавшись в партнершу, а она в это время сжала с силой ноги, и легонько подрагивала и поскуливала.
- Это было нечто - Антон снял презерватив и застегнул ширинку. - До вечера, после работы загляну - он нагнулся и поцеловал девушку. - Петрович, с меня пиво.
Когда он ушел, Тамара слезла со стола. Она была полностью без одежды.
- Это Вам - стесняясь произнес Колобков и протянул девушке свой букетик. - Я...
- Может, Вы дядя Валя, отвернетесь - перебила его девушка - Я оденусь.
Тома начала одеваться. Но, наш Колобков не отвернулся. Он смотрел на молодую женщину широко открытыми глазами. Нет, он смотрел не на лобочек, с аккуратной полоской рыжих волос, не на великолепную грудь. Колобков смотрел на лицо, а если точнее на голову. Девушка была бледная, голубоглазая, с коротенькими светлорусыми волосами.
- Так ты что не ведьма? - удивлению Валентина казалось, не было предела - Ты же ведьма. Метла, шабаш. Крысы... - изумленно проговорил он
- Ведьма? Я? Почему ведьма?
- Глаза, волосы...
- Ах, это? - девушка начала объяснять - Волосы - это парик, мы с подругой экспериментировали и окрасились в ядовито зеленый цвет, а потом пытались смыть и сожгли волосы. Глаза - это цветные линзы, кожа - тональный крем. Имидж холодной, чтобы поменьше приставали. Коллектив мужской иначе никак.
- Я поговорил с женой, и мы можем встречаться - с надеждой проговорил Валентин.
- Спасибо за предложение, но вы видели Антона? Жеребец! - с восхищением сказала Тома - Он меня сейчас и вдоль и поперек распахал, а еще вечером зайдет. Спасибо, дядя Валя, но нет...
Колобков пришел домой расстроенный, но, почувствовав в прихожей запах пирогов, немного оживился. Оживился, и тут же поник. Вдруг пироги не ему.
- Колобков - прокричала Зина.
По фамилии она называла его, когда он в чем - то провинился, а она решала простить его сейчас или позже.
- Колобков. Ты чего там застрял? - кричала она - Иди пироги лопай. С капустой. Твои любимые.
Когда через час Зинаида вышла из душа, Валентин сказал:
- Давай больше никаких свободных отношений и все такое.
- Давай - согласилась жена
- И больше никаких мужиков. Договорились?
- Так не было никаких мужиков. Глупенький. Это я тебя подразнить. - по матерински сказала супруга. - Это муж моей подруги Наташки и ее сыновья. Это я специально их попросила. Чаю попить со мной. Что бы ты приревновал.
- Глупенький ты Валюшка. Глупенький...
Супруги крепко обнялись и поцеловались. Они гладили друг друга неторопливыми движениями, а потом занялись любовью. В тот момент казалось, что не только член входит в вагину, но и каждая клеточка их разгоряченных тел занята совокуплением. Оргазмы, полученные ими, были яркими и насыщенными. За эту ночь немолодые любовники сделали три полноценных подхода, чего не наблюдалось в их семейной жизни уже лет, по меньшей мере, двадцать.
Он был неутомим, а она ненасытна. Угомонились Колобковы только к утру.
Валентин не сказал любимой супруге, что, выбрасывая сегодня мусор, насчитал пять использованных презервативов.
- Зачем? Ведь он ее любит. Она его любит. А что еще нужно для счастья...