Настоящие игрища опять начались только под вечер.
Госпожа опять была не очень довольна, т. к. я купил ей розы, а надо было тюльпаны. Она продолжала меня удивлять. Я был наказан следующим образом. Госпожа царапала меня шипами этих самых роз, приговаривая: «В следующий раз будешь знать, что покупать!» Затем она придумала покапать на меня воском. Хорошо, что это оказалось не так больно, как предполагалось. А иногда было даже приятно. Точно, я был настоящим мазохистом, а Госпожа – садисткой!
Далее мне было приказано одеться во вчерашний наряд и по минимуму накраситься самому: помада, тушь и тени. И опять же клизма.
Госпожа решила выпить вина. Я прислуживал ей. Она еще подметила, что гораздо приятней, когда ей прислуживают девочки, а не мальчики.
Опять была прелюдия с посасыванием члена. На моих ягодицах Госпожа написала губной помадой слово «шлюха».
- А это что тут болтается? - Она потрогала мои яйца и член. – У девочек такого не бывает.
Мои яйца опять были обвязаны ленточкой у основания. Помимо яиц, правда, у основания в этот раз был обвязан и член. От этого мои гениталии стали набухать еще больше, хотя ленточка опять была завязана не туго.
- Вот. Теперь красиво, как и должно быть. А сейчас ты поймешь, почему я полюбила анальный секс не сразу.
Госпожа начала вводить пальчики в мой анус. Опять дошла до трех пальцев.
- Все, дырка грязной шлюхи готова!
В следующее мгновение я почувствовал искусственный член в моей заднице. Было больновато только при первом введении. Дальше был только кайф. Никогда бы не подумал. Член двигался туда-сюда и долбил мою простату. Я чувствовал, как с члена уже просто льется смазка. Я думал, что еще чуть-чуть, и я кончу.
- Хватит, сучка, с тебя. Вылижи свою Госпожу.
Она оставила член в моем заду. Госпожа была вся мокрая и кончила через пару минут. Она тяжело дышала.
- Итак. Ты хорошо поработала на этой неделе, сучка. Ты заслужила высочайшую награду.
Я был на седьмом небе от счастья. Ведь это означало, что наконец-то я кончу, да еще от прекрасной ножки своей Богини. Мне было приказано лечь на спину. Госпожа поставила одну ножку на мой живот под член. Другой она начала водить по члену и по яйцам. Уже через минуту я начал умолять о разрешении кончить. Я уже не мог сдерживаться. Госпожа запретила. Затем, почувствовав приближение моего оргазма, она остановилась. Затем опять продолжила. Так она сделала еще два раза. Затем разрешила мне кончить. Она поймала момент начала эякуляции и перестала двигать ножкой, просто оставив ее на члене. Это был настоящий садизм. Да еще эти ленточки мешали. Но я держался целую неделю. Поэтому мой член итак выпрыснул много спермы. Он сам пульсировал без посторонней помощи. Я словно улетел в космос. У меня потемнело в глазах, в ушах свистело. Я ни разу в жизни не испытывал такого оргазма.
В чувство меня привел шлепок ногой по лицу.
- Ты посмотри, что ты наделала! Обкончала мне все ножки. Ладно, на первый раз прощу тебя. В следующий раз заставлю все слизывать.
Госпожа ограничилась вытиранием ножек о мое тело, преимущественно о лицо.
- Можешь снять ленточку и вытащить дилдо. И живо в ванную, вытрись и неси тазик с водой, будешь ноги мне мыть.
Приказ был выполнен с большой оперативностью, благоговением и трепетом. Мой член опять стоял.
- Когда-нибудь я заставлю пить тебя такую воду. А сейчас можешь прочесть мне стихотворение, которое ты сочинил на этой неделе.
Я, стоя на коленях, глядя в пол, как и полагается рабу, прочел ей шесть четверостиший. В моем стихотворении Госпожа была Богиней, она сравнивалась с самыми великими природными явлениями.
- Молодец, сучка. Мне понравилось. – Госпожа погладила меня за ухом своей ножкой. – Разрешаю смотреть мне в глаза.
В ее голосе больше не было этих железных ноток. Даже появилась какая-то мягкость и ласка. Я начал надеяться на скорую реабилитацию. Мой член стоял как каменный, я уже думал о теплом и влажном влагалище любимой женщины. Я так вожделел этой некогда наскучившей классики.
- Я вижу тебе еще мало, мой песик. – Госпожа улыбнулась, проведя ножкой по моему члену. По моему телу пробежали мурашки. Ее надменная улыбка была так прекрасна. – За стих ты заслужил разрешение кончить еще раз. Сходи возьми мои вчерашние трусики в ванной.
Я вернулся мигом с ее трусиками.
- Можешь нюхать их и дрочить. Кончай в тазик. Не промахнись, а то точно будешь языком убирать.
Я начал вдыхать пьянящий запах выделений своей Богини из трусиков. Я пытался вдыхать как можно глубже. Опять кружилась голова. Я начал мастурбировать. Госпожа слегка посмеивалась и командовала:
- Медленнее... Быстрее... Еще быстрее... А теперь стоп!
Так она издевалась надо мной некоторое время.
- Ладно, теперь сам. Разрешаю кончить.
Этот оргазм был не слабее предыдущего.
Я начал благодарить госпожу. Она прервала меня фразой:
- Достаточно. Я подумала и решила. Ты становишься свободным человеком, не рабом. Полноценным членом нашей семьи. С возвращением. Но секс со мной возможен только с завтрашнего дня. Я сама уже горю желанием ощутить твой горячий, настоящий член внутри себя. Но ты должен усвоить урок до конца. И учти! Если ты опять сорвешься, то в следующий раз я буду еще строже.
Я начал покрывать ее ножки поцелуями и лепетать:
- Спасибо, дорогая, единственная. Спасибо за урок. Теперь я буду вести себя лучше. Ты прекрасна... - У меня почти слезы пошли из глаз...
- Ну все, достаточно. Можешь привести себя в порядок и ложиться рядом.
Я быстро все убрал, помылся и примчался в постель. Моя Богиня еще не спала. Я лег рядом и посмотрел на нее. Я лежал и с ликованием думал: «Она – моя Богиня. Она самая прекрасная. Я лежу рядом с любимой женщиной. Что мне еще нужно от жизни? Ведь самое главное у меня уже есть – мое сокровище. А остальное приложится. Я счастлив! Это был мой самый лучший отпуск в жизни».
Я переживал всю неделю, сможет ли жена после таких унижений в мою сторону воспринимать меня всерьез. Но когда заглянул в ее глаза, то этот страх почти улетучился. Ее глаза горели. Они словно говорили: «Наконец-то ты показал, на что способен ради меня, своей любимой женщины. Конечно, частить с такими жертвами не нужно, нужно показывать другие грани сильного характера.
Ведь он выражается не только в способности к самопожертвованию ради любимого человека. Но иногда я не против пошалить, мне понравилось. » Окончательно этот страх развеялся, когда моя звездочка сложила губки бантиком, показывая, что их можно поцеловать. Я дотронулся губами до ее губ. Хотя этот поцелуй был не в засос, но это был самый сладкий поцелуй в моей жизни. Мой член опять разрывало. Но ладно. Уж завтра я наверстаю упущенное. Вернее не я, а МЫ.
- Я люблю тебя. – Я сказал эти слова, глядя ей в глаза.
Впервые в моей жизни эти слова звучали так искренно. Моя Богиня улыбнулась так, как улыбнулась бы королева своему рыцарю. Она ничего не ответила словами. Но ее взгляд говорил гораздо больше. Она отвернулась и уснула.