Я заканчивал 11 класс, когда в нашу школу пришла новая учительница английского. Учился я очень плохо, а на носу были выпускные экзамены и она, посмотрев на мои оценки за последний год и прослушав мои неутешительные ответы на задаваемые ею вопросы, сказала, что предстоящий экзамен я не сдам.
- Что же делать, Ирина Сергеевна? – спросил я.
- Приходи сегодня после уроков в мой кабинет.
Когда я пришёл, в классе, кроме неё, была ещё девочка из 7 класса по имени Лера, которая сидела за первой партой и что-то писала в тетради.
- Ну что ж, Дима, проходи, садись. Сейчас я дам тебе контрольную, но если ты её не напишешь, тебе придётся плохо, так что уж постарайся.
Когда я увидел задание, сразу понял, что ничего у меня не выйдет. Спустя некоторое время Лера сдала свою работу Ирине Сергеевне, та её просмотрела и сказала:
- Умница, Лерочка! Написала на отлично, за год пять поставлю. А что там у тебя, дай посмотреть? – и она выхватила мою работу, в которой ровным счётом ничего не было. – Так, ты что ж, не понял задания?
- Понял.
- Так а в чём же дело тогда?.. Ага, понятно. Значит, так. Сейчас тебя ждут несколько минут позора. Лера, не хочешь наказать этого двоечника? Да так, чтоб он на всю жизнь запомнил. Не бойся, он тебя после этого и пальцем тронуть не посмеет.
Последнее предупреждение было скорее лишним – школа у нас была небольшая и все хорошо друг друга знали, в том числе и девочки из младших классов, знали о том, что я и мухи обидеть не посмею.
- Как его наказать, Ирина Сергеевна? – с воодушевлением и энтузиазмом прозвучало в ответ.
- Давай ты надаёшь ему пощёчин и покрутишь уши! Сделаем так, чтоб ему было до ужаса стыдно, может, хоть это его чему-нибудь научит.
Услышав это, я просто похолодел. Быть избитым и униженным девочкой, на четыре года младше меня – это просто невероятно. Лера же просто засияла от предвкушения развлечения. Ничего более потрясающего, чем безнаказанно поиздеваться над старшеклассником, быть не могло.
Я ещё раз был строго предупреждён, чтоб даже не помышлял о том, чтоб как-то обидеть девочку после экзекуции и получил команду встать возле доски. Учительница поудобнее разместилась за своим столом, приготовившись наслаждаться зрелищем.
С улыбочкой Лера подошла ко мне вплотную. Она была ниже меня на целую голову, длинные волосы тёмными волнами сбегали вниз. Она была одета в тёмные штаны
и белую футболку, поверх которой была накинута чёрная олимпийка с тремя белыми полосками, идущими по рукавам. Карие глаза насмешливо смотрели на меня, брови были подняты вверх, а улыбка... улыбку её я даже передать не могу.
- Ну, Лерочка, начинай. А ты, двоечник, если хочешь, чтоб всё побыстрее закончилось, должен смотреть ей прямо в глаза, когда она будет тебя бить и не отводить взгляд! А ещё будешь её благодарить за каждую пощёчину.
Лере невероятно нравились все эти нюансы, она аж прыснула веселья и торжества, когда их услышала и поймала мой растерянный и обескураженный взгляд.
И вот, началось. Своей маленькой ловкой ручонкой Лера схватила меня за ухо и скрутила его так, что у меня чуть не потемнело от боли в глазах. Потом, сильно размахнувшись, нанесла мне свою первую пощёчину. Чувствуя жжение в щеке, я повернул голову в нормальное положение, из которого она была выведена ударом, чтобы посмотреть в глаза моей мучительнице, как предписывалось. Мы встретились взглядами. Она просто ликовала, прочитав на моём лице неописуемый стыд.
- Скажи ей спасибо за пощёчину! – послышался голос учительницы.
Повинуясь, я быстро пробормотал:
- Спасибо.
- Что? А ну скажи это внятно и отчётливо и обратись к ней по имени, а то непонятно, кого ты благодаришь и за что.
- Спасибо тебе, Лера, за эту пощёчину.
Лера опять прыснула от избытка счастья и радости, отвернувшись назад и закрыв лицо руками.
Затем, видно, решила взять инициативу в свои руки. Её ладонь подарила мне новую пощёчину, затем она ударила по второй щеке, и снова по первой.
На мгновение зажмурив глаза от боли, я тот час же открыл их вновь, чтоб встретиться взглядом с моим тринадцатилетним кареглазым ужасом и произнёс:
- Спасибо, Лера.
Мои щёки уже адски пылали, но девчонке уже этого было мало. Дав мне следующую пощёчину, она потребовала:
- А ну, целуй ручку. - и поднесла свою ладонь к моим губам.
- Давай, давай! Поблагодари Лерочку за то, что она тебя воспитывает. – сказала учительница.
Повинуясь, я коснулся губами к фалангам пальчиков тёплой ладони юной мучительницы. К тем самым суставчикам и линиям, которые дарили мне порции заслуженной боли.
Дальше Лерочка вдохновенно начала бить меня без остановок, по очереди нанося удары по правой и по левой щекам. Когда она делала перерывы, я выдавливал:
- Ау... оу... Лер, спасибо... ау... спасибо, Лер!
Её глаза горели от возбуждения, она явно наслаждалась своей властью надо мной. Я же стоял и не верил до конца в происходящее, слишком уж всё было невероятно. К тому же, я и представить раньше не мог, что низенькая и худенькая с виду тринадцатилетняя девочка может наносить такие сильные, жгучие удары по щекам. В конце-концов, она остановилась, когда мои щёки стали ярко-ярко красными, протянула ручку для поцелуя, я покорно расцеловал её пальчики и отблагодарил девочку.
- Ну что ж, я думаю, ты свой урок получил, навсегда запомнишь. Ты не переживай, мы с Лерочкой никому ничего не скажем, никто о произошедшем не узнает. Всё, можешь идти! И сделай выводы!
На этом всё закончилось и я ушёл. Мои щёки горели, наверное, ещё три или четыре часа и я до вечера того дня не мог ещё морально придти в себя. Что же касается выпускного экзамена по английскому, то поверьте, я его успешно сдал – так подействовал на меня урок, преподанный мне учительницей Ириной Сергеевной и её юной помощницей. Кстати, когда я потом встречался с Лерой в коридорах школы, она начинала хихикать и улыбаться, вспоминая день и час моего позора. Такая она девчонка, наша Лерочка.