Я работаю в проектной организации. Возраст сотрудников в основном от двадцати пяти до сорока лет. Весь наш отдел располагается в одном большом зале, только кабинет начальника отгорожен стеклянной перегородкой. На работу большинство устроились после окончания института, потом переженились. В отделе работало около десятка семейных пар. Тот факт, что моя жена работала на другом предприятии, был предметом зависти женатых мужиков в нашем отделе.
За соседним столом работает Никита, с которым мы вместе учились в институте, а потом пришли на работу в отдел. Он влюбился в Люсю, симпатичную девушку, которая поступила на работу спустя год после нас. Они поженились, у них растет дочка Света, которой исполнилось уже полтора года, и Люся пока не работает, сидит с дочкой. Когда у Люси был день рождения, мы небольшой группой прихватили кое-что выпить и закусить и приехали ее поздравить. Женщины поиграли со Светой, потом Люся понесла ее спальню укладывать спать. Я пошел с ней, заявив, что хочу приобрести опыт общения с ребенком на будущее. Мы с ней разговаривали, когда в комнату заглянул Никита.
- Саш, ты поосторожней, Людка в последнее время на людей стала бросаться, хандра на нее нападает, - предупредил он.
- Я этого не заметил, она такая же веселая, как раньше, - ответил я.
- А со мной почти не разговаривает. Ладно, общайтесь, пойду к гостям. Ты не задерживайся, там еще выпивон остался.
На следующий день Никита во всеуслышание заявил, что, видимо, я тайный экстрасенс, потому что после общения со мной Люся перестала хандрить, повеселела и их семейная жизнь стала светлей. Недели через полторы он подошел ко мне.
- Саш, Люська опять хандрит. Ты съездил бы к нам, полечил ее, у тебя как-то получается. Пообщаетесь, и она оживает. Я сегодня задержусь, а ты после работы загляни к нам минут на десять, может, вылечишь ее.
Я сказал, что он все сочиняет относительно моих необычных способностей, но если надо, я загляну к ним. Люсе я объяснил, что Никита обеспокоен ее состоянием здоровья, вернее, его беспокоит ее настроение, и он просил меня развеселить ее. Мы уселись на диване, и Люся стала жаловаться мне, что вот уже полтора года она оторвана от мира, что ей скучно, у нее дефицит общения. Она уткнулась мне в плечо лбом и стала рассказывать, как тяжело ей живется. Полы ее халата разъехались, обнажились ноги. Я положил руку на ее бедро и стал гладить. Она как-то подвинулась, и моя рука легла на ее лобок. Люся раздвинула ноги, и я стал пальцами поглаживать то место, где по моим представлениям у нее должен располагаться клитор.
- Скука, Саша. Никита на работе целый день, не с кем словом переброситься. Повыше, ты пальцы намочи во влагалище. Я понимаю, дочка, мой цветочек, но временами хочется хоть какого-то разнообразия. У тебя хорошо получается, я сейчас кончу.
Она часто задышала, потом зажала мою руку ногами.
- Ты меня хочешь? Пойдем в кроватку.
Мы разделись, легли на постель, я лег на нее и легко вошел в ее дырочку. Мы оба кончили, я оделся и поспешил домой. На следующее утро Никита всем возвестил, что, вне всякого сомнения, я обладаю каким-то природным даром, потому что после общения со мной Люсю как подменили, он давно не видел ее такой жизнерадостной. На следующий день, когда я вышел в коридор немного размяться, ко мне подошла Надя, которая вместе со своим мужем Валерой тоже работала в нашем отделе.
- Саш, я вчера Люсю навестила, она мне рассказала, как ты ее лечил. Молодец, хорошо придумал. Главное, муж сам просит полечить его жену и радуется, как ребенок, что жена повеселела. Знал бы он, чем ты ее лечил.
- Наденька, я не знаю, чего там тебе насочиняла Люся, мы с ней просто пообщались.
- А я что говорю? Конечно, пообщались. Мы с девчонками эту тему перетерли, теперь у нас периодически будет хандра, или сплин по-английски, наши мужья будут просить тебя полечить нас, и ты будешь по очереди нас лечить на легальной основе. Сегодня дома я разыграю спектакль, а завтра мой Валера будет умолять тебя привести меня в чувство.
Так и случилось. С утра Валера позвал меня на лестничную клетку, рассказал, что у Нади разыгрался «какой-то сплин».
- Она считает, что только ты можешь ей помочь. Люсю-то ты вылечил.
- Валера, я не врач, поэтому гарантировать ничего не могу. Здесь нужна сосредоточенность, нужно, чтобы нам с Надей никто не мешал.
- Я понимаю, я пойду с детьми погуляю, а ты ее полечишь. Вам часа хватит?
- Думаю, что хватит, но если понадобится дополнительное время, думаю, договоримся.
- Конечно, спасибо тебе, после работы вместе поедем к нам.
Мы втроем после работы уселись в их машину и поехали к ним домой. Потом Валера пошел гулять с детьми, а мы с Надей легли в постель. Оказалось, что она способна к многократным оргазмам, что меня очень порадовало. Приятно сознавать, что ты приносишь радость женщине. Во время секса она подняла вверх ноги, при этом, по ее словам, я чуть ли не проникал в ее матку, поэтому она спускала раз за разом. Потом Валера отвез меня на машине домой.
За четыре месяца я стал домашним лекарем для всех семейных пар в нашем отделе. Надя строго следила за очередью. В нужное время очередная моя пациентка начинала жаловаться мужу на жуткую головную боль, при которой ни о каком сексе и речи быть не может, она ходила хмурой, не разговаривала с мужем, лишь намекая, что я мог бы ее вылечить. По просьбе мужа я ее лечил. У меня были любимые пациентки, я с удовольствием посещал Люсю, она была так хороша в постели, что я возбуждался даже от воспоминаний о наших встречах. Были и такие, с кем я общался без особой охоты. Вера Васильевна, сорокапятилетняя моя коллега с солидным животиком не вызывала у меня особого желания, но правила игры заставляли и на нее распространять мое дарование. Так продолжалось около года.
У меня как-то не сложились дружеские отношения с Антоном, небольшого роста сухощавым и каким-то желчным нашим сотрудником, хотя его жену Валю я многократно и охотно «лечил» по его просьбе. И вот именно с этой парой случился облом. Когда Антон гулял с сыном, а его Валя стояла на четвереньках, и я натягивал ее сзади, ему что-то понадобилось дома. Он оставил сына на улице и вернулся в квартиру в самый неподходящий момент, когда меня разобрало, я уже не мог остановиться и спускал на глазах изумленного мужа в его стоящую на четвереньках жену. Я оделся и ушел под ненавистным взглядом Антона. На рукоприкладство он не решился, потому что мы были в разных весовых категориях, я был значительно выше и тяжелее его. На следующий день на работе мужики позвали меня в курилку.
- Антон рассказал нам, как ты вчера лечил его жену, - начал Никита. – Ты всех так лечишь?
- Чего разборки устраивать, давайте его отпиздим, - прокричал Антон.
- Погоди, - прервал его Валера, - пусть ответит.
- Вы примитивные люди, - начал я, - секс вовсе не обязательный, но очень эффективный метод, который в отдельных случаях применяется при соответствующих показаниях.
- Ясно, - подвел итог Валера, - он порол наших жен, а мы, как последние лохи, сами просили его об этом.
- Давайте ему вломим, - опять возник Антон.
- А если он сопротивляться будет, мало не покажется, в нем больше центнера, - засомневался кто-то.
- Не будет он сопротивляться, потому что вину признал, - с надеждой в голосе сказал Антон.
- Никакой вины я не признаю. Есть единичный факт, не отрицаю, но там были очень веские показания в пользу применения нетрадиционных методов, - отбивался я.
- Он сейчас еще нас всех обвинит, - вскричал Антон, ухватив руками какую-то железяку, - давайте его вот этой трубой отходим.
- Брось ты эту железку. Если будет травма на производстве, представляешь, что начнется? Следов не должно быть, по лицу не бить. Будем бить сильно, но аккуратно, - вмешался Никита.
- И пусть увольняется с предприятия, - опять закричал Антон.
- Антон, ты сам себе на яйца наступаешь. Если он уволится, кто электрику в проекте закончит? Не сдадим проект, будем сидеть без премии, тебе это надо?
- После сдачи проекта комиссии пусть увольняется, - уже тише предложил Антон.
- Прикрой рожу, падла, - обратился ко мне Никита, - сейчас тебе бока намнем, а остальное после защиты проекта.
Я ушел в глухую оборону, мне двинули несколько раз по корпусу и разошлись. Чувствовалось, что запал у них постепенно угас. Я вышел из курилки и остался стоять в коридоре. Подлетела Надя.
- Что было, чего они от тебя хотели?
Я рассказал о полученном ультиматуме.
- Козлы паршивые, - оценила Надя моих оппонентов, - они еще пожалеют. Они на коленях к тебе приползут. Мы бабы поодиночке стервы, а когда у нас общая цель, мы все сметем. Не расстраивайся, никакого увольнения не будет, и эти гады будут просить у тебя прощения. Я сейчас с девками поговорю, они у нас по-другому запоют.
С неделю мужики в отделе меня бойкотировали, а женщины всячески подбадривали. В понедельник утром ко мне подошел Валера.
- Саш, у Надьки опять этот чертов сплин начался, ты не поможешь?
- Иди отсюда и больше никогда не подходи ко мне, - ответил я.
Он двинулся было к своему столу, но взглянув на Надю увидел, что та показала ему кулак. Валера вернулся.
- Саша, я понимаю, ты обиделся. Прости меня. Я не знаю, что там у тебя с Валентиной было, а вот Надька твоим лечением не нахвалится. Да я и сам вижу, как оно ей помогает. Давай забудем обиды, нам еще вместе работать.
- Так вы же меня уволить собираетесь.
- Да это мы сгоряча, из солидарности с Антоном. Но он тоже не прав, если то, что ты делал с его Валентиной, продиктовано медицинскими показаниями, то важен же результат. Сплин-то у Валентины прошел, значит все правильно. Никто тебя не уволит, где мы найдем таких специалистов. Ты сегодня можешь полечить Надюху?
Так я опять начал лечить женскую часть наших семейных пар. Сплин у них исчезал также мгновенно, как и появлялся.