«С днем рождения, любимая!»
Да, именно эти слова произнес некий молодой человек в минувшие выходные. Вся мебель была благоустроена чьими-то жопами. Ближайшие подружки именинницы одели пестрые конусы на головы. Ее родная сестра даже взяла в рот дудку, дабы подбодрить ее. Рядом с диваном скопилась небольшая кучка подарочных коробок в разноцветных обертках. Люди скопились вокруг праздничного стола, на котором расположились обед, салаты, фужеры, бутылки, даже подготовленные к вечеру свечи. И едва она открыла дверь в собственную спальню, едва вернувшись с работы, он с букетом цветов произнес эту душещипательную фразу. И, разумеется, я этим влюбленным олухом не являлся. Я как раз таки сидел между ее сестрой и ее же одногруппницей. Вслед ему мы все подорвались и дружно крикнули: «С днем рождения, Ксеня!»
Ксеня тут же залилась краской, но румянец стал более-менее равномерным спустя пару-тройку бокалов вина. Тогда у нее и взгляд стал повеселей и язык попроворней. Да и гости все были уже довольные. Я, как главный ебарь в этой компашке, ловил подходящие моменты, чтобы бросить голодные взгляды на декольте и обнаженные плечики девиц по соседству. И там было на что посмотреть! Большинство девушек пришло без сопровождения, а потому мои похотливые мысли разделяли Миха и Серый, которые пришли со своими телочками. Правда, их телочкам было далековато и до этих сосок, и до именинницы, и до моей Дашки. Затем, отведав обед, народ разбрелся по квартире. Дашка с Ксеней и ее Витей отправились на кухню относить посуду. Я во время оказался вовлеченным в беседу с Михой и Серым. Их девчонки в обществе остальных шарахались по комнате, думали, чем бы заняться. Некоторые из них натянули облегающие джинсы, короткие шортики, светлые платьица, топики, футболки.
Мы же стояли и обсуждали их ножки, попки, сиськи. Была там одна девчонка - просто «айс»! Звали ее Натали. У той все было на месте. Она была младше меня на пару лет, однако в свои девятнадцать она была уже в самом соку. Я с повышенным вожделением смотрел вглубь ее декольте, где корсетом были тесно сжаты загорелые груди. На ее попку, которая скрывалась под упомянутым выше светлым платьем, а также на стройные подкачанные ножки, которые выглядывали из-под него. К тому же, Натали была весьма привлекательной внешне. Я бы даже назвал ее красивой. Да к чему сослагательное наклонение - я прямо утверждал, что она красива. У нее вроде где-то имелся парень, но на день рождения Ксени она отчего-то пришла одна. Может, не хотела светиться. Может, искала приключений на подол своего светлого платья. Честно признаться, я бы не отказался стать тем самым приключением на пятнадцать минут.
Вскоре Миха уединился со своей в комнате Дашки, хотя я уверен, что у них там, один хер, ничего не получилось. Серый присел со своей на диван. Каким-то немым решением подружки Ксени присоединились к ребятам. Тут вошел Витя и предложил им включить видео. Я тут же вспомнил, какое видео им не мешало бы посмотреть - то самое, которым некогда забавлялась именинница. Однако произносить вслух свою идею я так и не решился. Пока Витя рылся в системных папках Ксени, я покинул комнату. Интересно, какова бы была его реакция, найди он именно то видео!
- Даш, - зайдя на кухню, бросил я. - Там тебя Витя зовет - не может найти, что бы посмотреть гостям. Поможешь?
Дашка оделась в тот день скромненько, но со вкусом. На ней было сиреневое платье, из-под которого уходили вниз ее пикантные ножки, обтянутые в черные чулочки. На голове сиреневый ободок с пышным бантом. Рядом с ней, трудясь над тортом, стояла Ксеня. Именинница так же одела платье, однако выбрала светлые тона с клетчатыми узорами. Волосы она аккуратно собрала в хвост. Перед праздником мелировала некоторые пряди так, что челка у нее получилась весьма веселенькая. Подвела тушью свои пышные ресницы. У нее ножки были нагими - без колготок иль чулок. Обнаженные ножки сияли мягким загаром. В этот момент они занимались праздничным тортом. Разливали чай, кофе. В раковине покоилась груда посуды. Дашка вытерла полотенцем руки и, чмокнув меня: «Хорошо!», отправилась к гостям. Теперь мы остались с Ксеней наедине. Впервые с той ночи на кухне. Настал момент неловкости. Нужно было что-то делать.
- Чем тебе помочь? - спросил я, приближаясь к столу. Ксеня сияла улыбкой. Наверняка, хотела мне что-то сказать, но не решалась. Я нежно коснулся ладонью ее руки, забирая нож: - Давай, я!
В ответ она так тактично отобрала нож у меня и положила его рядом с тортом. «Не понял!» - подумал я. Взяв мои руки, она положила их на талию, а сама прильнула ко мне. Ее губы прикоснулись к моим, затем разомкнулись, и она пустила в ход язык. Я прижал ее крепче. Однако, упершись ладонями в мои плечи, она мягко отстранилась и, лукаво глядя, спросила:
- А что ты мне приготовил? - в ее глазах сияли искорки. Помада слегка размазалась. Я косил под дурачка, желая, чтобы она называла вещи своими именами.
- А что ты хочешь от меня получить? - коснулся кончиком своего носа кончика ее. Ксеня закатила глаза, якобы пыталась придумать, однако решила не терять времени даром.
- Я хочу его, - ее взгляд опустился по направлению моей ширинки.
Вдруг до нас донесся звук открывающейся двери. Мы инстинктивно разнялись. Я схватил нож, Ксеня - чайник. Мы изобразили непосильную работу - страх быть замеченными - сильный катализатор. Я уперся животом в стол, дабы не спалить своего солдата любви. Дверь на кухню отворилась и зашла Дашка.
- Забыла спросить. Ксюш, а что включить? - она на самом деле выглядела запыхавшейся. И все же Ксеня выглядела хуже. Я взял инициативу в собственные руки.
- Поставь комедию, которую мы смотрели на прошлой неделе.
- А она есть у тебя на компьютере, - Дашка по-прежнему обращалась к Ксене.
- Не знаю, - откликнулась наконец та. - Скопируй со своего. Так будет надежней!
Дашка тут же развернулась и упорхала обратно. Я уже успел нарезать торт, а Ксеня справилась с чаем. Едва дверь в кухню закрылась, как мы обернулись и бросились в объятия. Я жадно припал к ее губам, руками схватив за грудь и ягодицу. Мой член не желал расслабляться, он рвался в бой. Я полез губами к ее плечам, но Ксеня меня остановила.
- Нет, не надо. У нас мало времени. Просто возьми меня! - я впервые в жизни слышал такие похабные слова от нее. Думаю, она даже с собственным парнем себе такое не позволяет. Она встала на мое место и приспустила свои бежевые трусики, задирая платье вверх. Я, слегка растерявшись, все же совладал с собой. Расстегнул ширинку и направил член к ее влажной киске. Ксеня раздвинула ноги и приняла меня гостеприимно. Едва я оказался внутри, она ухватилась за скатерть на столе и наклонилась вперед. Единственным, что слетело с ее губ, - это было легкое шипение. Она держалась стойко, не позволяя себе стонать. Нас могли застукать в любую секунду. И если ее подружки были бы просто шокированы, узрев, чем занимается именинница на кухне в то время, пока они дружно смотрят кино, Витя впал бы в неистовую ярость. Тем не менее все было под контролем. Она бы скрыла свою голую попку, а я отвернулся, застегивая ширинку, едва открылась бы дверь.
Я обхватил руками ее бедра и ускорился. Глядя, как партнерша мучается, едва сдерживаясь, чтобы не закричать, я ощущал прилив зловредного чувства. Я хотел саботировать, провоцировать ее на стон, понимая, как ей будет нелегко. Я хотел заставить ее мучиться, шипеть, молить меня о пощаде. Потому я снова и снова входил в ее влагалище. Вскоре она достигла преддверия оргазма. Момента, когда она сама подмахивала мне ягодицами, а самообладание, подобно скользкой змее, норовило выбраться из ее рук. Шлепки раздавались все сильнее. Ксеня наклонилась, собственными руками раздвигая ягодицы. Она хотела, чтобы я вошел, как можно, глубже. Как можно грубее. Подсознательно я всегда знал, что она девочка порочная. Вдруг она потерялась, под моим рывком полетела вперед. Во время выставила вперед ладони, угодив одной из них в мною нарезанный торт. Едва не ткнулась в него лицом. Она замерла, издав приглушенный стон. Затем выгнулась и сделала глубокий выдох. Дышала она очень часто, грудь вздымалась ежесекундно. Ксеня была еще слаба, когда совладала с собой и выпрямилась, поправляя руками волосы.
Схватив ее за талию, я вогнал ей снова. Тут она не выдержала и слегка прикрикнула от неожиданности. Крик тут же сменился томным стоном, сходящим на нет. Она обвила руками мою шею, спиной прислонившись ко мне. Мои ладони съехали на ее лобок. Рывок повторился. Тело Ксени покорно повиновалось моим движениям. Дергания сбивали ее дыхание. Грудь высоко вздымалась и готова была буквально вылететь из корсета. Одна рука легла на ее влажные половые губы, а вторая схватила ее за грудь. Мне хотелось сорвать с нее одежду и оттрахать, как следует, - и, возможно, в следующий раз я именно так и сделаю, но мы были все еще на лезвии ножа. В любую секунду могла отвориться дверь, а мы теряли контроль за ситуацией. И адреналин, и вожделение затмили наши рассудки. Ксеня повисла на моей шее, подлетая вверх при каждом моем телодвижении. Она даже стиснула губы, чтобы избежать стонов. Я же продолжал в том же духе. Еще пару часов назад, пока мы украшали комнату, я успел трахнуть Дашку. Но, оскверняя чужую территорию, я желал осквернить ее по полной.
Оргазм был близок - я это чувствовал. Это чувствовала и Ксеня. Она поцеловала меня в засос. Я же продолжал драть ее вагину. Затем она прильнула губами к моему уху и стала тихонечко стонать. Так, чтобы только я это мог слышать. Кроме шуток, это меня дико завело. Я заработал раза в два быстрее. По стволу моего члена стекали остатки ее выделений. Головка раскалилась добела. Вот-вот и я обкончаю всю ее киску. Я присосался к ее шее, выпуская постепенно зубы. Вероятно, оставлю засос. Вероятно, когда Витя заметит, она солжет ему. Но это было неважно. Мои пальцы массировали ее клитор. Вторая ладонь сжимала ее грудь. Оставалась пара движений. Ксеня начинала стонать громче. И еще громче. Я пыхтел, как паровоз, а ноги и спина уже устали от постоянных фрикций. Все близилось к финалу. Ксеня громко ахнула. И тут отворилась дверь.
Услышав скрип, мы остановились и синхронно обернулись на дверь. На пороге стояла Дашка. В руках она держала поднос под торт. В глазах ее стояла целая гамма чувств. Удивление, предательство, злоба. Всего не передать. Она замерла, не понимая, что происходит. Из комнаты, дверь в которую была нараспашку, доносился громкий хохот. Комедия пришлась по вкусу! Полагаю, наш видон был куда загадочнее и нелепей: пара любовников, измазанных в креме, потных и застуканных врасплох, таращились на Дашку, словно на гестапо. «Нужно что-то делать, пока не подтянулись остальные!» - подумал я, когда радость от тайного соития сплыла с наших лиц. Я отпрянул от Ксени и бросился к Дашке. Возможно, этого делать не стоило: к букету Дашкиных эмоций добавилось еще и смятение от стоявшего члена, направлявшегося к ней. Воспользовавшись моментом, Ксеня подтянула трусики и отдернула платье вниз. Я толкнул одной рукой дверь, второй постарался спрятать член в штаны. Дашка все еще стояла в недоумении: как же ей следует отреагировать?! Ксеня схватила поднос с чашками и чайником и оставила нас наедине.
Член никак не желал прятаться. Дашка сделала пару шагов в сторону стола, отстраняясь от меня. Она, вероятно, хотела что-то сказать. Да и не просто сказать - она хотела орать, бить посуду, рушить все вокруг, ну и напоследок, отрезать мой член. Так - на память! Ее привлекательное лицо приобрело кукольный вид - ни эмоции, ни мысли. В этот момент я не нашел ничего лучшего следующего.
Я бросился к ней, выхватывая из ее рук поднос и прижимая ее к столу. Дашка сконцентрировала всю свою злобу и обиду в ладошке и отвесила мне здоровенную пощечину. Меня это не остановило. Поднос я кинул на стол. Освободившимися руками подхватил ее под ягодицы и посадил на стол. Тут я получил вторую пощечину. Но и это не осадило мой пыл. Резкими движениями я задрал ее платье и порвал ее трусики. Дашка была просто в шоке: вот ублюдок - только что трахнул мою сестру, а теперь норовит трахнуть и меня! Но ничего поделать она уже не могла. Ее пощечины теряли силу. Дашка не умела на меня долго злиться. Схватив ее за ляжки, я натянул ее влагалище на свой недотраханный член. Затем обнял ее и заключил в поцелуй. Она еще несколько секунд барахталась, боролась, но все же сдавала позиции. Мой хер прорвался сквозь оборону и уже орудовал на вражеской территории. Когда Дашка обняла меня и включилась в игру, я уже был на финишной прямой. Из комнаты все еще доносились крики и хохот. Звуки приближались. Я еще раз проникнул в ее лоно и с громким стоном высвободил всю сперму, предназначавшуюся Ксене. Дашка тоже простонала, но я понимал, что она хотела продолжения.
В этот момент снова отворилась дверь, а громкий смех за нашими спинами внезапно стих. Все были ошеломлены, чем мы занимались на кухне. Громкий синхронный «Ах!» сменился короткими перешептываниями. Мол, а ты говорила, что они поругались. Или, мол, так вот куда она постоянно бегала. Мы же стояли, как вкопанные, боясь даже пошевелиться, и слушали. Тогда кто-то (я полагаю Ксеня) тактично закрыл дверь, выпроваживая всех с кухни долой. За дверью я услышал, как кто-то из девчонок полушутя возмутился: «А что, торта сегодня не будет?!»
Теперь, когда мы снова были наедине и моя сперма вытекала из ее вагины прямо на скатерть, я встретился с ней взглядом. Гнев, обида, предательство уже иссякли. С другой стороны, у нас ведь свободные отношения! Я потянулся к ней, а она встретила мои губы французским поцелуем. Мы сосались на протяжении ближайших минут. Мой член, окончательно обмякнув, покинул ее недра. А Дашка же, наоборот, только возбудилась. Предстояла очередная ночь искупления. «Напоследок, прежде чем я погружусь в комнату сексуальных пыток и пристрастного допроса до самого утра, - прикинул этак я, - надо будет еще раз поздравить Ксеню с днем рождения. Да и вообще, надо почаще поздравлять Ксеню с днем рождения!»