В полумраке я смотрел(или смотрела?) как он снимает одежду, озноб усилился и стал переходить в легкие судороги. Сжимаю ладонью одеяло. Пытаюсь выровнить дыхание – не получается. Он уже голый приближается, распрямляет мои согнутые колени, нависает на до мной, обхватив меня ногами ложится. Между нами твердое и горячее, упирается в живот. Я замираю под ним, в голове прыгают обрывки мыслей : может этого достаточно, и сам отвечаю что никто не остановится уже и я тоже. Шепчу : «Все, все, хватит, не надо, хва...» - и мой рот накрывает глубокий поцелуй, всасывается и буравит языком, вдавливает голову в подушку. Женщины так не целуют.
Слабость, тело ватное, в паху разгорается томление и ползет вверх к груди. Теперь я –она. Беспомощно шарю руками по его спине. Он слегка опускается и раздвигает мне ноги. Я чувствую твердую головку попой. Он сильно упирается в анус и надавливает. Ой, немного больно и головка его во мне, дыхание мое учащается. « Подожди, подожди шепчу» -, но тупая боль нарастает, слабо упираюсь руками в его волосатый живот. « Сейчас, сейчас» - слышу его шепот. « Ой, оой, боль все нарастает, а- а –а» - он проходит немного еще и дальше легко двигается в меня, боль стихает, я чувствую внутри себя теплое тело, оно продвигается все глубже, все глубже, появляются позывы в животе, а в паху приближение оргазма. Все... Он уперся животом ... Неожиданное ощущение детской обиды, словно наказан ни за что и жалости к себе выливается в слезы, они текут по моим щекам. Он опять целует взасос мой влажный от слез рот и шепчет : « Сейчас тебе будет хорошо, малыш». Зачем-то пытаюсь подвигать ногами, этому сильно мешает то, что в меня глубоко вставлено. Он начинает двигаться во мне, увеличивая амплитуду.
Он меня ебёт – вспыхнуло в голове и тут же подступила разрядка, долгая и томительная. Слышу свои стоны как будто со стороны. Очень горячо в попе и внутри и тело мне не принадлежит, живет своей жизнью. Я тряпичная кукла, которую треплет домашний пес. Поворачиваю голову – в кресле Алена, встречаемся взглядами, смотрю беспомощно и виновато. Он все сильнее и резче, хлопанье тела о тело, стонет хрипло ... замедляется ... густая прохлада затопляет разгоряченную внутренность мою ... и у меня опять тягучая разрядка, трогаю свой мокрый живот. Он постанывая еще хлюпает во мне. Проваливаюсь в забытьё...
Из кухни слышатся голоса Арсения и Алены, они добивают очередную бутылку шампанского, курят и смеются. Подтягиваю чулки, встаю, одеваю туфли (Алена мне купила и туфли, и чулки, и пояс, и короткий тонкий халатик). Ноги подрагивают, иду в ванную. Все лицо размазано, туш потекла – ммда, умываюсь, смываю с живота свою сперму аккуратно, чтобы не намочить чулки. Сажусь на унитаз и закуриваю.
Неделю мы с Аленой (новой знакомой) развиваем эту игру, и где сейчас уже грань между игрой и НЕИГРОЙ? А начиналось совсем невинно и пикантно. Обычного секса у нас с ней и не было, она сразу повела нас к новым ощущениям, к смене ролей – она парень, а я девушка. Тщательно выбрила мне все тело, принесла косметику. Потом подошли и к встрече втроем. Отъебали то меня по настоящему, и я хорош(а)- настоящая блядь. Сильно затягиваюсь, поплыли недавние ощущения – снова появилось томление в низу живота.
В ванную заходит Алена: «Ты сучка мне изменила? Блядь!( игра продолжается), шлюха последняя! Пизда ебанная!» Пощечина, еще пощечина! Из глаз у меня брызгают слезы, я сползаю с унитаза на колени : «Прости, прости любимый!» «Что вы делали в спальне? Рассказывай!» Алена вытаскивает ремень из джинсов, задирает мне халатик и хлещет по голой заднице: «Проститутка! Сука!» Упираясь головой в ее колени скулю побитой собакой, вернее сукой. «Лезь в ванную» – раздеваюсь, Алена тоже. Под струями теплой воды опускает меня на колени и устраивает мое лицо у себя между ног: «Давай соси !» Я послушно вылизываю и посасываю, она входит в раж, держит меня за голову и сама ритмично двигает мне в рот. Чувствую ее оргазм, глотаю ее влагу, снова возбуждаюсь и тоже теку.
Алена ведет меня в спальню, держа за талию: «Сейчас тебя будем жарить на вертеле, цыпа!» Присоединяется Арсений, скидывает полотенце с бедер и садится в изголовье. Встаю на кровати на четвереньки и припадаю лицом к паху Арсения. Совершенно обезволен(а), во всем теле слабость и мелкий трепет. Беру губами еще нетвердый член и мой рот заполняется растущей плотью, уже не умещается и я насаженный(ая) головой на прочный ствол вижу боковым зрением как Алена пристегивает силиконовый член и обильно смазывает.
Прохладный силикон проникает в меня, раздвигает мою плоть, двигается где то уже в глубине моего живота, насаживая как цыпленка на стержень. Я похож(а) на курицу гриль в печке, жар начинается сзади – Алена разошлась вовсю, толчки насаживают мой рот на член Арсения, его головка достает до гортани, воздуху не хватает, пытаюсь дышать носом в такт, теряю ход времени – это продолжается и продолжается, и кажется я кончаю постоянно без окончания. Во рту начинается пульсация, Арсений держит мою голову и вязкая жидкость порциями заполняет все, течет в горло и по подбородку, начинаю судорожно сглатывать, тяжело дыша носом... Пробелы в сознании - лежу уже на животе, в анусе приятный мокрый холодок, это Алена ласкает меня языком. «Арсений ушел» - говорит Алена, - «и я такси вызвала».
Засыпаю, свернувшись под одеялом – завтра новый день и новые поиски той единственной, с которой не захочется искать приключений на свою задницу, причем в прямом смысле этого слова.