Когда мне изменила Даша, с которой я провёл вместе больше двух с половиной лет, я часто винил себя в случившемся. Я находил ей в оправдание массу глупых причин, которые, как мне казалось, могли подтолкнуть её к тому, что произошло. Мне было очень больно и обидно, ведь всё, что я делал - было ради неё.
Спустя месяцы хандры и апатии я убедил себя в том, что мне необходимо двигаться дальше. Я решил, во что бы то ни стало, забыть ту, которую я любил. Мне нужна была эмоциональная встряска.
Десять лет назад невероятно популярными были всевозможные чаты, где, собственно, я и надумал с кем-нибудь познакомиться. Я старался выследить девушку привлекательную, раскованную, без комплексов и всегда открытую для диалога. И такая вскоре нашлась. Это была Наташа и, судя по фотографиям, которые она разместила у себя в портфолио, мне она подходила.
Время нашего общения я умышленно старался переносить на тёмное время суток, когда мысли людей направлены преимущественно на откровенные темы (если им, разумеется, не хочется спать). Спустя неделю такого общения, я стал замечать у себя присутствие некоего азарта. Когда я переписывался с Наташей, у меня начинали потеть ладони, сердцебиение учащалось. Однако я никуда не торопился и пытался тщательно подготовить Наташу к следующему шагу - встрече.
И вот, этот день наступил.
Поскольку она жила в другом городе, а собственная квартира была у меня, то я встретил её на автобусной станции. Без цветов и прочей романтики. Взглянув впервые ей в глаза, я... ничего не почувствовал. Да, она была неглупой, миловидной и с хорошей фигурой, но я не преследовал цели влюбляться.
Было начало осени. Мы бесцельно бродили по улицам, болтая без остановок, пока не начало темнеть и, соответственно, холодать. Всё было хорошо и шло по моему плану. Мы зашли в кафе, по-быстрому перекусили, выпили кофе. Плотный ужин не входил в мою задумку. Это могло всё испортить.
Когда мы направились ко мне домой, Наташа как-то изменилась. Она стала задумчивой, взгляд всё чаще уходил куда-то под ноги. Подбадривая её изо всех сил, я старался увести её от мыслей о том, о чём думал я сам.
Оказавшись, наконец, у меня дома в тепле, сняв сапожки и пальто, Наташа порозовела и даже повеселела. После непродолжительной экскурсии по квартире я предложил ей выпить чаю, но она отказалась и направилась на балкон, чтоб окинуть взором ночной город с высоты 16-го этажа. Взяв меня за руку, она повела меня за собой, словно это я у неё в гостях. Будучи не в силах отвести глаз от её попы в обтягивающих джинсах, я послушно поплёлся за ней.
До отвращения знакомый вид родного города мне не был интересен, но Наташа, облокотившись на край окна, с восхищением отзывалась обо всём, что могла только разглядеть.
- Какой тут ветер сильный и холодный. - Неоднозначно произнесла Наташа.
Я замешкался на секунду, поскольку не знал, куда девать член, который встал, пока я разглядывал её губы и выпирающую из-под кофточки грудь. Но, вспомнив об истинных намерениях, я мигом подошёл к ней сзади и обнял, упираясь членом в область между ягодиц.
- Ммм... - Наташа улыбнулась.
Моё сердце забилось сильнее, и я уже готов был увести её в спальню, как она сказала:
- Не сегодня.
Внутри меня всё оборвалось. Член с грустью обмяк, и от сильнейшей эрекции не осталось ни следа. Однако, мужественно не подавая виду, я только предложил ей вернуться в квартиру, сославшись на холод.
- Я сейчас, - игриво сказала Наташа и направилась в ванную комнату. - А где свет включается?
- Справа! - Крикнул я, чтоб она услышала, а про себя только смачно выругался. К такому развитию событий я не был готов, и нужно было срочно придумать нам какое-нибудь занятие на остаток вечера.
- Ты кушать хочешь? - спросил я. Но она не ответила, и тогда я просто поставил на плиту чайник.
Пока я сидел на кухне, мысли в моей голове кружись в дружном хороводе, сводя с ума.
- Красивая ванная, - сказала, вернувшись, Наташа, и села на кушетке рядом со мной.
- Угу... - думая о своём, промычал я, - только не всегда удобно, что санузел совмещённый.
Мы сидели, глядя на пляшущие язычки пламени под чайником, и молчали. Наташа сидела совсем близко. Я чувствовал тепло, которое она излучает телом из-под одежды. И в этот момент я вспомнил о Даше. О том, как в похожей ситуации я положил ей руку на ногу чуть выше колена и ребром ладони стал раздвигать ноги, продолжая поглаживать внутреннюю поверхность бедра. Она была в коротенькой юбочке, и мне не составило труда коснуться мизинцем бугорка на её трусиках, который образовали её половые губы. Тогда она, тяжело вздохнув, прильнула к моим губам, и мы слились в невероятном по страсти поцелуе, дав при этом волю своим рукам. Я расстёгивал пуговицы на её блузке, а она тоненькими пальчиками расстёгивала мне ширинку на брюках. Мы целовались, не отрывая губ так долго, пока не оказались совершенно голыми.
Поднявшись с кушетки, я поднял её на руки и понёс в спальню, после чего аккуратно уложил на кровать. Я всё ещё продолжал стоять, как она ловко скользнула по шёлковой простыни и в одно движение оказалась сидящей на краю кровати, находясь лицом напротив моего члена. Улыбнувшись мне, она взяла его одной рукой, а другой нежно обхватила мошонку. Она любила играть с яичками, перебирая их пальцами, хоть это и не всегда было приятно мне. Но я всегда молчал.
Крышка чайника, стоящего на плите, стала подпрыгивать, и вскоре раздался пронзительный свист. Пока я заваривал чай, Наташа с интересом рассматривала меня. Мы разговаривали о всяких мелочах, шутили и смеялись. Вместо раскованной и немного пошловатой девчонки, с которой я общался в чате, передо мной на кухне сидела милая и «домашняя» девушка.
Мы сделали бутерброды, я достал варенье и конфеты. Наташа сидела за столом, подперев подбородок рукой, а я, стоя, хлопотал рядом и изображал гостеприимность. Когда я в очередной раз повернулся к ней, чтоб что-то сказать, её лицо случайно оказалось слишком близко к моему животу, как тогда - в субботнее утро, когда я делал нам с Дашей кофе. Даша сдёрнула с меня трусы. От неожиданности я высыпал сахар из ложки на стол. Она схватила меня за ягодицы и прижала к себе. Я не сопротивлялся. Как только она коснулась губами моего члена, он стал подниматься, словно пробуждающийся ото сна стебель, всем своим существом тянущийся к солнцу. Только член мой тянулся не к солнцу, а к Дашиным губам. Продолжая удерживать меня, она взяла в рот мой ещё не окрепший член и стала его неспешно заглатывать. Доходя до предела, как только ей становилось трудно дышать, она высвобождала его, но тут же заглатывала снова. Вскоре член стал настолько твёрдым, что она отпустила мои ягодицы и стала помогать себе рукой, чтоб немного наклонить его в свою сторону. Другой же рукой она стала массировать мне яички.
Она двигалась так быстро и так настойчиво, негромко всхлипывая от скапливающейся слюны в горле, что я позволил себе на этот раз не сдерживаться. У меня было такое ощущение, будто кончая, я награждаю её за труды своим семенем, обильно изливаясь в её раскрытый ротик. С каждым моим вздрагиванием бёдрами Даша жадно сглатывала сперму, стараясь не упустить ни капли. Когда моя дрожь стихла, и член стал потихоньку склонять открытую головку, из него стала проступать небольшая прозрачная капля. Даша нежно сняла её пальчиком и мигом отправила в ротик. Облизнув кончик пальца, она улыбнулась и сказала: «Утро полезно начинать с белков. Ты сегодня вкусный».
- Твои бутерброды просто бесподобны. - Смеясь, произнесла Наташа. - Я помою посуду.
Пока она мыла чашки и тарелки, я постелил ей в гостиной. Я уже подключил ночник, чтоб она не растерялась, если ночью ей понадобится выйти в туалет, как вдруг она подошла сзади и прижалась ко мне. Её рука, тёплая от горячей воды, в которой она мыла посуду, скользнула мне в штаны. Но я остановил её, едва не дав коснуться члена.
- Не сегодня, - сказал я, разворачиваясь к ней лицом. «И не так... пользоваться человеком я не смогу... », - подумал я и просто ушёл в свою комнату спать.
Утром, когда я зашёл в гостиную, диван был собран, постельное бельё аккуратно сложено на кресле рядом.
Наташу я больше не видел.