Обычная российская семья: мать и сын, жили в частном доме на тихой окраине города.
Мать звали Елена, была светловолоса, с темно-синими глазами, и довольно высокого роста. Ей было лет сорок.
Сын - юноша лет семнадцати, Денис - голубые глаза, белокурые волосы «а ля викинг», белое личико, красные девичьи губки. Он всегда держался поодаль от шумных компаний ровесников, да и те не приставали к нему, не дразнили. Он был какой-то чужой и жил так, сам по себе, все больше с матерью. Но времена шли, он рос, и подошла пора, когда уже стало неудобно ходить с матерью, взявшись за руки. Он теперь все больше сидел дома, смотрел телевизор, читал книжки, в основном, «фэнтази»
Ему нравились эти тихие вечера с матерью, когда она молча занималась каким-нибудь своим делом, сидя в углу гостиной.
Елена работала «фри-ланс» копирайтером, получала заказы через Интернет. И весь день находилась дома.
Денис в последнее время стал замечать в себе большие перемены. Белая шея телеведущей или какой-нибудь актрисы, выпуклости под их платьем, в неожиданном движении, изгибе заставляли внезапно биться сердце учащеннее, вздымая плоть до ломоты. Тогда он долго сидел в кресле, украдкой бросая взгляды в сторону матери, стесняясь подниматься.
Однажды он вдруг увидел, что халат матери расстегнут больше, и в вырезе, как в глубоком декольте, видны белые большие груди. Мгновенный взгляд успел охватить и изгиб полной, со складками шеи, плавно переходящий в округлую спину. Кровь ударила в голову, и Денис густо покраснел, но в сумраке это было не заметно.
Елена не увидела этого и продолжала так же сидеть в полу распахнутом халате, более того, она положила голую по локоть руку на низ живота, чего искоса успел углядеть Денис, и неожиданно засмеялась. На экране был забавный момент. Потом она машинально запахнула халат и, положив руку на колено сыну, сказала смешливым голосом:
- Какой потешный артист!
- Да, - хрипло поддакнул мальчик.
Елена посмотрела на него несколько удивленно.
- Что с тобой, сынок? Заболел что ли? - спросила она.
- Нет-нет, - покачал головой сын.
В эту пору он сделал себе открытие, что мать - ЖЕНЩИНА. Женщина, со всеми присущими ей прелестями, и что она очень женственна, соблазнительна. Но давно живет без мужчины - отец умер давно, когда Коле было лет четыре, и это обстоятельство придавало ей, быть может, больше пикантности, создавая какую-то атмосферу притягательности, недоговоренности, загадочности.
Денис незаметно, даже для себя, стал следить за матерью, бросать украдкой взгляды на нее, с ужасом признаваясь, что в нем просыпается и усиливается с каждым днем неведомое доселе чувство. Нет, не любовь к матери, а любовь к женщине. Женщине, которая жила рядом, спала в соседней комнате, а тихими вечерами вместе смотрела телевизор, обдавая волнующим ароматом, терпким запахом, от которого кружилась голова.
Плоть всегда ломило, и ночью парень просыпался от сладостного бурного семяизвержения, и он, сняв трусы, бросал их под кровать. Днем он их не находил на месте, а видел выстиранными и сохнущими во дворе. Он смущенно смотрел на мать, но та была невозмутима, словно ничего не замечала.
Однажды ночью мальчик проснулся от шума странных звуков, которые доносились из комнаты матери. Вообще-то, такие звуки часто доносились оттуда, почти каждую ночь, но сегодня они показались особенно громкими и тревожными.
Он быстро поднялся и прошел в спальню матери.
- Мама! Что с тобой? - спросил он, открывая дверь, и остановился как вкопанный.
В свете торшера он увидел, что мать, откинув голову с закрытыми глазами, лежит совершенно голая, какая-то бархатная, - и судорожно трет между широко раздвинутыми ногами, там, где что-то розовело. Они сладко стонала, и груди ее неистово колыхались из стороны в сторону.
Денис отступил назад и выскочил во двор. Прислонившись к столбу, он долго приходил в себя.
Когда он снова вошел в дом, мать в ночной сорочке сидела за столом в кухне, подпирая рукой разлохмаченную голову, и плечи ее тихо тряслись. "Плачет!", - подумал Денис, и жалостью резануло его сердце.
- Мама! Не плачь! - сказал он, подходя к ней, и положил руку на ее плечо.
Она обернулась. Она улыбалась, но в глазах ее стояли слезы.
- Я не плачу, Дениска, - ответила она, мягко глядя на сына и поглаживая его руку. Потом она грустно молвила: - Мне тяжело, сыночек. Очень
И, помолчав, с какой-то затаенной мольбой в голосе тихо спросила:
- Ты видел?
Юноша молча кивнул.
- Тринадцать лет без мужика. Ни одного! Никто не смог заменить твоего отца, никто меня не хочет! - прошептала Татьяна и, подаваясь вперед, медленно так прикоснулась губами к белому животу сына, чуть ниже пупка.
Плоть растопырила трусы, и они потихоньку сползли вниз, приоткрывая юную розовую плоть, обрамленную рыжими волосами. Если бы не эта плоть, можно было подумать, что это тело только что наливающейся соком жизни девушки.
- Какой прекрасный член! Самый родной на свете член! Он мой, мой! - прошептала Елена, неистово целуя плоть сына в блестящую головку.
Словно током ударило Дениса, сладостная истома охватила низ живота, а из члена ударила струя спермы, и прямо в лицо матери. Она громко засмеялась:
- Боже мой! Боже мой! Мой сын кончил своей мамочке в лицо! В лицо! И смех, и грех! Боже мой! - и смех ее стал переходить в плач, рыдания, и невозможно было понять, плачет ли она или смеется.
Капли спермы стекали с ее лица на грудь.
Елена дернула плечом, и ночная сорочка ее сползла на живот, так близко и так доступно открывая груди с розовыми сосками. Она стала растирать сок своего сына по телу, потом поднялась, и сорочка упала на ноги, полностью обнажая ее роскошное тело зрелой женщины.
Она нагнулась и сняла с сына трусы:
- Идем со мной, сынок. Сделай мне одолжение. Подари мне радость. Пожалей свою мать!
Она за руку повела его за собой.
Они легли на ее широкую постель.
Елена, поглаживая плоть своего сына, взяла его в рот. Никогда еще Денис не испытывал такого блаженства
И в эту минуту мать тихо молвила, отчего застучало в висках, и сильно-сильно, почти до тошноты, забилось сердце:
- Выеби меня, сынок Выеби! Я так хочу, чтобы в моей пизде был твой хуй! Хочу молодой хуй в своей пизде Пизда уже вся мокрая! Я хочу ебаться! Еби меня! Еби, сынок. Еби своим молодым хуем!!!
Голос ее задыхался сладким стоном.
Денис перевернулся, лег на ее большое мягкое тело и вошел в нее, в ее раздвинутое в ожидании лоно. Плоть охватило жидким теплом.
Елена вскрикнула:
- Какой он у тебя большой и крепкий, Ко-оленька! Мой сладкий Я хочу твой хуй! - она сильно обняла руками сына, прижимая сверху к себе. - Я хочу твой хуй! Еби меня! Еби свою мамочку - шлюху!!! - закричала она. - Ах! Как хорошо! Как сладко! Я ебусь со своим сыном! Я ебусь с моим мальчиком! В моей пизде хуй моего сына!- она принялась истово целовать сына в лицо!
От этих запретных слов, которые прерывисто слетали с уст матери в жаркой истоме, Коля весь трепетал и, все больше и больше возбуждаясь, с силой молотил ее лоно своей молодой плотью.
Они любились целую ночь, и до конца не могли утолить свою страсть друг к другу. Они пробовали разные позы.
- Я раздавлю тебя, малыш! - смеялась Елена, сидя на сыне, и тут же стонала: - О-о-о! Как хорошо!
Они радовались, как молодожены в медовый месяц
- Дениска, - сказала мать, - Мальчик мой!.. Не бросай меня! Я так истосковалась! Я так исстрадалась! Мне нужно ебаться каждый день! Я хочу твой молодой хуй каждый день! Каждый час! Еби меня, еби каждый день, как муж! Я так хочу твой хуй Моя пизда только для тебя, для твоего хуя
- Мама, зачем ты материшься?
- Но ведь это так прекрасно – называть твой член – хуем, а мою вагину – пиздой! Разве тебе не нравится, когда я матерюсь?
- Нравится!
- А мне нравится быть распутной, доступной! Я хочу чтобы ты называл меня блядью, шлюхой, проституткой! Тебе нравится мама – шлюха?
- О, мама….
- Ну вот, видишь! О! Твой хуй! Он торчит! У тебя встал на маму шлюху! Ты хочешь воткнуть хуй мне в пизду?
- Да, мамочка, да!
- А ты хотел бы посмотреть, как меня ебёт другой мужчина? Как я сосу его хуй?
- Мама… Я… конечно же хочу! Это будет так…. Так здорово!
- А посмотреть как меня ебут сразу двое мужиков, а сына? А ты будешь стоять рядом и смотреть на это блядство! И дрочить, дрочить, глядя на меня?! А потом брызнешь спермой мне на лицо!
- О, мамуля! Да! Да! Давай сделаем это!
- Ложись на меня скорее! Вставляй! Держи меня за груди! О! Да! Еби мамочку, еби! Я знаю, сейчас я улечу на небо! Я буду твоей женщиной, подстилкой, твоей дыркой! Твоей пиздой! О, какое счастье!
- Мамуля, а у тебя кроме отца были… мужчины? Ну, которые тебя… ебали?
- Конечно! Ты хочешь, чтобы я тебе рассказала про своих любовников, то есть, про ёбарей? Только не останавливайся! Втыкай в меня свой замечательный хуй! О, да, да!
Да. У меня были любовники, были! Тебе хочется знать, какая у тебя развратная мама?
- Да, мамочка, да! Я хочу это знать!
- О, ты будешь доволен, сына! Твоя мама Лена настоящая шлюха!
- Я люблю тебя, мама, - прошептал Коля и поцеловал маму в губы. Взасос.