Пятую ночь Роман переваривал отношения со своей зазнобой. Он, то любил её, то ненавидел до смерти. Как можно бросить детей и сорваться в неизвестность. Вспоминая все моменты совместной жизни, хорошие и плохие, он не раз уже пожалел, что связал судьбу с этой женщиной. И хотя, хорошего было больше, он каялся, что пошёл против своих принципов, женившись не на девственнице. Каждый раз понимая, что она ему, где-то не договаривает, его седьмое чувство подсказывало - жена изменяет. Но не находя веских доказательств, он всё забывал, глядя в открытые и казалось честные глаза супруги. Она его обольщала, как могла и пускалась в безумный секс. А когда всё утихало, она начинала черстветь, находя причины против активной половой жизни.
На этот раз всё будет по-другому, мыслил Роман. Конечно, оставить её с детьми он не решался, а вот устроить бойкот – это другое дело.
Проводя детей в садик, он бродил по тихим улочкам города, разрабатывая план мести. Его сердце билось как маятник курантов, когда он вспоминал, как её трахал одноклассник Федька, у него на глазах в их квартире. Как она, молча, лежала, широко раздвинув ладные бёдра, и не пыталась протестовать.
Его ноги сами привели к высокому крыльцу с красивыми перилами, над которым горели большие буквы, вырисовывая надпись «SEX SHOP». Желая насолить жене, он решил купить резиновую куклу, и положить её в их кровать к приезду супруги. Но его взгляд упал на фаллоимитаторы. Не отрывая глаз от большого резинового члена, он начал снова вспоминать, как друг детства один в один таким же мега пенисом растягивал розовую писечку его сексапильной хозяйки. Не задумываясь, Роман, купил эту вещь.
Пораньше уложив детей, он достал из красивого свёртка игрушку телесного цвета с надутой розовой головкой и положил на свой живот. Разглядывая интересный предмет, Роман обнаружил две потайные кнопки. Нажав на одну, фаллос завибрировал как перфоратор, нажав вторую, он начал то удлинятся, то сокращаться. Играя, как маленький ребёнок с кнопками, Роман ощутил, что у него самого в трусах замаячила игрушка. Он вытащил свой до предела распёртый писюн и сравнил с имитатором. В длине он уступал немного, а вот толщина, конечно, была не в сравнении.
И снова перед глазами всплыла распёртая промежность благоверной, в которой двигался этот гигант, вытягивая за собой тонкое колечко вагинальной кишки. Роман прижался к подушке жены, жадно вдыхая, до боли знакомый и приятный аромат, не зная как поступить дальше.
Желание иметь такой агрегат и разорвать её письку в клочья, вынудили его, подмять под себя этот пуховый мешок и наполнить его живительным семенем. Упираясь в подушечку своим пахом, и держа в руках этот члена подобный предмет, он принялся его смазывать средством из тюбика, который дали в подарок. Но услышав лязганье замков, он положил его на прикроватную тумбочку и отправился в прихожую.
На пороге стояла Лера. Растрёпанная, без макияжа в помятой футболке и с запахом общего вагона, она походила на привокзальную проститутку. Её потёртая джинсовая юбочка чуть сдвинулась в бок, а коленки тряслись от усталости.
- Ну что нагулялась, или как правильнее сказать - наебалась детка? Злостно спросил Роман.
- Отстань, я устала с дороги, ответила тихо она.
- Устала, такая необходимость была ехать, и про детей забыла, подорвалась, пиздёнка поди зачесалось, продолжал злиться Роман.
- И что у тебя за видок, как будто тебя рота солдат дрючила?
- Не рота, а всего лишь их ротный командир, и дежурный наряд, спокойно ответила она.
Роман думал, что она издевается над ним, и ещё больше начал злиться. Высказывая, что у них это наследственное, подкладываться под офицеров.
Она сняла туфли, и молча, прошла мимо него, зная, что муж абсолютно прав, и ей нечего больше сказать в своё оправдание. Она жаждала поскорее помыться, и лечь в постель к супругу, а там он забудет про всё на свете, и она продолжит серию не законченных оргазмов начатых в поезде.
Роман следовал по пятам супружницы, а когда увидел на снятых трусах напрочь промокшую мотню, он был в полной уверенности, что её хорошо поимели. Он подхватил голое тело, и понёс на брачное ложе для выяснения обстоятельств. Бросив супругу попой на взбитую подушку, её ноги расширились, показывая припухшие валики выбритой вагины. Разведя бедра практически в шпагат, Роман увидел, что розовые и нежные складки срамных губ разрумянились и набухли, а приоткрытый вход во влагалище, обильно истекал прозрачной слизью. Несколько раз, проведя ладошкой по раскрытому бутону, он неожиданно ввёл два пальца по самые щиколотки. Затем вытащил и поднёс к носу. Нежный запах от влажных салфеток, смешивался с запахом мочи и женской плоти. Он не чувствовал приторного духана мужской спермы.
- Ну что убедился, спокойно спросила Лера.
- Нет не убедился, тебя поди в жопу жарили, а из пизды текло.
- И в жопу то же жарили, и в рот. С ехидством сказала Лера.
- Ты мне поостри ещё, сейчас точно отжарю во все дыры.
- Ну отжарь, я только и мечтала об этом, когда ехала в поезде, мастурбируя и думая о тебе. Представляешь, командир захотел меня прямо в кабинете, и полез целоваться. А я как увидела засохшую слюну на губах, выбежала, поругалась с мамкой, и на вокзал.
- А если бы не увидела, расслабилась и дала. Точно дала, я же знаю, ты всегда страдала по чужим елдокам, а теперь и вовсе после Федьки.
- Да страдаю, а тебе завидно?
Роман ещё больше взбесился. Он запрыгнул на жену и влёт ей засадил по самые помидоры. В таком положении член проник глубоко, давя на маточный свод. Поразмыслив, он начал ещё сильнее вдавливать своё копьё, упираясь в нежную шейку, стараясь причинить боль. Но Лера, молча, переносила все тяготы и лишения супружеской измены. Тогда он начал с ускоренным темпом долбить расхлюпанную лунку. Член полностью выходил из влагалища и снова проваливался, ударяясь о матку. Неприятное чавканье ещё больше выводило мужика из себя.
- Да порядком тебе раздолбили пиздёнку, хлюпает как рваный, солдатский сапог. Продолжал измываться Роман.
Но Лера по-прежнему молчала и сопела в две дырочки, боясь ещё больше разозлить мужа. Жёсткая, но приятная боль, начала потихоньку заводить нашу развратницу. Она крепко обняла супруга и попыталась его поцеловать, а он демонстративно отвернулся, и вытер губы ладошкой.
Возбуждённый Роман не мог после столь длительного расставания продержаться и пару минут в таком темпе. Приятная дрожь пробежала по телу, член его судорожно задёргался, и он излил первую порцию качественной спермы. Одновременно и Леру охватила волна оргазма, её матка завибрировала, и начала всасывать сладкое семя, вместе с обмякшей головкой. Она крепко вцепилась в упругие ягодицы мужа, давя их на себя. Сделав несколько движений, Роман вырвался из острых когтей возбуждённой тигрицы и вытащил свой слизистый хер.
- Офигеть можно, последний раз и за пятнадцать минут не кончала, а тут за пару минут завелась как юла. Видно хорошо тебя там кочегарели, до сих пор не остыла. С издевкой говорил Роман.
Но она снова молчала, чувствуя вину за собой, как будто он знал о её приключениях.
- А что ты на это скажешь, продолжал куражиться муж.
Он взял приготовленный фаллос и начал буквально вкручивать в разогретое дупло. Специальная смазка хоть и облегчила вход, но член с огромной натугой вошёл на две трети длинны, в сокращённое после оргазма влагалище. Растягивая её в диаметре, он значительно сократил её глубину. Неимоверная боль разрывала её изнутри. Стиснув зубы, она легонько постанывала, но не просила о прекращении издевательств. В какой-то степени ей это нравилось самой.
Роман нажал первую кнопку, и внутри супруги всё запульсировало. Необъяснимо приятная дрожь расходилась от стенок вагины к матке и далее по всем внутренним органам. Тело начало расслабляться и Лера уже постанывала от удовольствия. Её влагалище стало более рыхлым и эластичным и подстроилось под размер этого гиганта. От мелких вибраций, он как зубило отбойного молотка стал постепенно углубляться в промежность. Новые ощущения заводили со страшной силой её зажженное нутро, и она от приятного свербежа, завертела своей попкой по мягкой подушке. Её руки произвольно поползли к собственным грудям и начали их нежно ласкать, теребя за соски. Она просила и даже умоляла своего мужа поцеловать и поласкать её тело, но Роман пока стоял на своём. И вместо этого, он нажал вторую кнопку на вибраторе. Внутри её что-то задвигалось медленно и монотонно, напоминающее большой член Мирона, когда он её пьяную натягивал в каптёрке боясь разбудить. Тогда, она, почувствовав весь его объём, не хотела себя выдавать, поэтому кое-как сдерживалась. А вот сейчас стыдиться было некого, и её попка уже прыгала на подушке, отрываясь на полметра.
Её стоны начали переходить в крики, о безумной любви к мужу. И чтобы как-то сбить пыл, Роман вставил свой член, перекрыв голосовые связки. Напрочь обезумевшая, она не знала, что с ним делать, то кусала надутую залупку, то глотала по самые гланды, то жадно сосала с причмокиванием, а то просто пускалась двигаться вдоль ствола с бешеной скоростью.
Пытаясь ей досадить, он напротив, с каждым разом всё больше и больше заводил жену. Её попка скакала на одной подушке, а голова на другой. С членом во рту, она пыталась что-то сказать, но он ей не давал ни малейшей передышки.
В этот момент, на неё вновь накатил яростный оргазм. Её тело забилось, руки задрожали, интенсивно сжимая член у основания. При этом головка раздулась ещё больше и уже еле помещалась во рту. Прижимая её языком к нёбу, она пыталась высосать хоть капельку нектара. Её бёдра сдвинулись до предела, сжимая промежность, а вместе с ней и резиновую игрушку, которая продолжала двигаться и вибрировать в тугой зажатой щели. Попка перестала прыгать по подушке, и теперь уже просто чуточку виляла по кровати, судорожно вздрагивая. Наконец её тело обмякло, руки и ноги стали какими-то ватными и отяжелевшими и повалились в стороны, а на лице появилась улыбка.
Глядя на довольное личико изменщицы, Роману ещё больше захотелось досадить своей неимоверной. Он приподнял её голову за затылок и начал вталкивать свой окаменевший и раздутый до боли шишак. Твёрдая головка, с трудом проникала в изогнутую горловину жены всё дальше и дальше, пока её вздёрнутый остренький носик не заглубился в жировую прослойку лобка мужа.
Доступ кислорода и через нос и через горло был полностью перекрыт. Она как рыбка без воды начала глотать воздух, тем самым сжимая горло и раздутую залупу. А Роман продолжал углублять свой агрегат, давя одной рукой на затылок, а второй впихивая в рот отвисшую мошонку. Задыхаясь, Лера из последних сил зубами сдавила член у самого основания, пытаясь его перекусить и не впустить за щеку налитые яйца. Её лицо перекосилось, а из глаз ручьём повалились слёзы. Она задёргалась, и начала глотать воздух ещё энергичнее, тем самым ещё больше стимулируя перенапряжённый конец.
Тело Романа вздрогнуло, волной прокатилась приятная дрожь, которая сконцентрировалась в паху, и резко перешла в простату. Мощная струя остановилась в мочевом канале зажатым зубами жены. От боли он схватил её за шею и большими пальцами обеих рук надавил под ушными раковинами. Лера расслабила челюсть, и мощная струя одним плевком хлынула глубоко в горло. Горячая порция семени самопроизвольно провалилась в пищевод. Роман ослабил давление, и супруга моментально освободилась от члена, дыша как пловец, после стометровки.
А между раздвинутых ног, уже почти на всей глубине продолжал вибрировать и медленно двигаться резиновый фаллос. Его ствол блестел от обилия смазки, которая непрерывным потокам выделялась по всему периметру отверстия влагалища, размазывалась по набухшим и покрасневшим губкам, и стекала по анусу, прячась между двух ягодичек.
Роман сжалился над женой, которая до сих пор не могла отдышаться, и решил оставить её ротик в покое, да и у него оставалась ещё одна не использованная дырочка. Он раздвинул как можно шире ноги своей повинной жены, согнул их в коленях и запрокинул за плечи. Её попка, лежащая на подушке, подвела к стоячему члену своё расшиперенное, красное очко. При этом, занятое влагалище оказалось чуть выше. Роман, извазюкав пальцы в вязком нектаре, вначале один, а затем и второй, вставил в жаркий анус жены.
Вспомнив картину двухдневной давности, когда два солдата натягивали её в обе дырки одновременно, Лера задвигала всем торсом, а затем попросила мужа вставить ей в прямую кишку. Не обсохший от слюны член, с большим натягом начал медленно проникать хоть и в смазанную, но сильно сжатую от соседнего фаллоса попку. Роман не мог в быстром темпе продолжать акт, его агрегат запаздывал от движения тела. При верхнем подъёме, член вначале вытягивался, а затем выползал из плотных клещей. А при опускании сжимался, увеличиваясь в диаметре, и ещё медленнее проникая обратно.
Ощутив всю мощь и плотность своих дырочек, Лера захлёбывалась от удовольствия и находящих оргазмов. Она впервые в своём нутре чувствовала одновременно два больших агрегата. Позабыв про случившееся в воинской части, она благодарила мужа за столь неожиданную встречу и приготовленный сюрприз, осыпая его поцелуями и крепкими объятиями. Роман уже не отворачивался, но и не проявлял ответных чувств, по-прежнему злясь на супругу. Пытаясь продвинуться глубже в прямую кишку, он лобком давил на искусственный пенис, переключая кнопки с каждым толчком.
Чувство вибрации и движения за тонкой перегородкой, лишь слегка заводили и возбуждали разгневанного супруга. Ему как обычно хотелось интенсивности кролика, в через чур влажной и плотной вагинке. Роман извлек оба агрегата, и затем вставил свой в верхнее отверстие. Ощутив родимые стенки влагалища, он задвигался с бешеной скоростью, а Лерочка принялась догонять его такт.
Выпрыгивая на всю длину, член иногда проникал в нижнюю дырочку, которая была уже не так сжата, и затем снова пробирался на верх. Чувствовав разрядку, Роман проникал в более плотный анус, изливал свою сперму и вновь возвращался к нежной писи жены. Наполненные спермой и живительной влагой отверстия напоминали кружки с соплями и значительно затягивали очередные разрядки.
Они сбились во времени, не соображая, сколько часов или минут занимаются сексом. Член Романа стоял как ужаленный и уже не мог извергать новые порции семени. Сейчас ему требовались тугие и плотные отверстия. Заревновав, он не стал отдавать любимую письку своей жены, которая после брака, по закону должна принадлежать только его члену. Поэтому вставил фаллоимитатор в задний проход супруги. Лера, стиснув зубы, молча перенесла нестерпимую боль, и попросила пока не включать игрушку. Роман завалился на голую жену, прижался всем телом и начал на ощупь вводить свой агрегат. Тыркаясь по промежности, его чувствительная головка, определила самое жаркое место между влажных складочек и начала медленно погружаться. Раздвигая слизистую оболочку стенок вагины, она нежно освобождала место, для ребристого от перенапряги ствола, который вновь обжимался нежной тканью.
Роман, как и в первую брачную ночь, ощутил всю ласку и теплоту плотного влагалища. Он интенсивно задвигал тазом, гладя вздыбленные и налитые груди любимой женщины. Затем опустился на локти, и ещё больше увеличил темп. Роман впились в сладкие губы супруги, раздвигая их языком и скользя по ровным зубам. Лера открыла рот и выпустила свой язык на встречу. В душе её заиграло чувство радости, и она поняла, что одержала очередную победу над мужем. Она уже не подмахивала и не пыталась получить кучу оргазмов, ей было как никогда чертовски приятно и хорошо со своим мужем. Тем более от сильных ударов его яиц резиновый аппарат то включался, то выключался, двигаясь и вибрируя в растянутой жопе. А минут через десять они одновременно кончали, осыпая друг друга поцелуями, и как прежде восхваляя друг друга.
Долго не вытаскивая обе ялды, Роман зацеловывал свою ненаглядную расспрашивая о поездке. Он, конечно, не поверил Лерочке, когда она дерзко ответила, стоя у входной двери, что её поимели ротный и дежурный наряд. Поэтому больше никогда не спрашивал, принимая этот подкол в свой адрес. А вот про командира, который лез целоваться с засохшими губами, и хотел её трахнуть, он расспросил досконально, как следователь дознаватель. И если бы она не рассказала, как мастурбировала в поезде двое суток, он бы никогда не поверил, что она не ебалась. Судя по разбухшей и покрасневшей пиздёнке, которая не бывает такой даже после обычных двух трёх актов подряд с ним, её должны были драть всю ночь большущим кочаном.
Лера же ни стала рассказывать про ротного и солдат, как провела с ними ночь в каптерке. Подумав, если она сказала мужу правду в прихожей, а он не поверил, принял как очередное издевательство, так зачем же доказывать, подставляя себя под удар. Она всё красочнее и красочнее рассказывала взахлёб, как дразнила мужиков в поезде, оголяя промежность в трусиках, как они пялились на её попку с врезавшимися трусиками, как она мастурбировала по ночам думая о любимом муже.
Роман с гордостью слушал свою жену, веря ей в очередной раз и думая, как ему повезло с супругой. Красавица, хорошая хозяйка, добрая, выдержанная, остроумная, любит детей, а самое главное не наставляет ему рога в открытую, как это делают многие жёны из их окружения. Он слез с брачного ложе, ему стало стыдно за резиновый пенис, за истязание минетом своей жены, и он не знал, как поступить дальше. Но Лера всегда могла снять напряжение. Она аккуратно вытащила игрушку из попки, нежно погладила, и убрала подальше в угол под нижнее бельё в тумбочке, пошутив, что это теперь будет её любовник в отсутствии мужа. Роман хотел попросить прощение за насильный минет, но она опять же сгладила обстановку, предложив облизать друг другу письки, чтобы не вставать подмываться, а продолжить объятия. В позе 69 они получили по очередному оргазму, вылизав начисто органы, затем жарко поцеловались, и, не разжимая друг друга, уснули.