Утро
Иногда утро бывает бесцеремонным, и ты просыпаешься от яркого и грубого света, выдирающего тебя из колодца сна. Иногда утро начинается с закрытыми глазами. Когда, еще не открыв, их ты чувствуешь, как новый день начался без тебя и на улице уже ездят машины, кричат вовсю птицы и соседи взялись-таки за пылесос. В этот момент понимаешь, что пора отчаливать от сумеречного берега и прощаться с уютом и комфортом согретой постели...
Мне этим утром снилось, что я лежу в посуде похожей на большую пиалу, и где-то из-за головы на мое тело течет вода (к чему это, интересно?). Она, журча и щекоча меня, протекает прохладно по моим грудям и торчащим соскам. Приятно лаская мой живот, она стекает между ног. Во сне я раздвинула по шире ноги и струи стали вожделенно ударяться о клитор. Ощущения вкусно поднимались мурашками по спине. Тут удовольствие стало непонятно резким, сильным и я стала судорожно кончать. Сон растягиваясь, стал быстро разрываться на отдельные фрагменты. Мои глаза расклеились, и сквозь узкую щелочку я увидела Его блестящие глаза цвета аквариума. Инстинктивно я слегка испугалась и попыталась отодвинуться. Но очевидно (а да, теперь я вспомнила, где я), я лежала у стены, и двигаться дальше мне было некуда.
- Тебе понравилось, спящая принцесса?
Тело, все гудящее, влажное и размякшее, говорило, что - да. Я ощутила что-то твердое, сочное и скользкое у меня в промежности. Теперь я определила себя, что я лежу у стены. Голову отодвинуть мне помешала моя же рука - руки оказались закинутыми за голову. Ноги широко разведены. Он сделал движение рукой (о-ой... вот оказывается, что я почувствовала) Мой клитор, разбухший, влажный... от посылаемых им вибраций, тело резонировало до самой макушки. Чуть-чуть поиграв с моим кончиком блаженства, он вытянул руку. Я сладко выдохнула. Глазки мои еще не проснулись. Моргали и норовили закрыться. Он поднес мокрый палец к своим губам. Блудливо смотря на меня, он провел пальцем по открытому рту. Показался его острый язык.
- Ты такая вкусная с утра!
Он улыбнулся ну просто очаровательной улыбкой. «Я еще сплю», - подумала я. А он опустил голову мне в подмышку и, вдыхая, провел носом до возбужденной груди и взасос поцеловал сосок. Не выпуская сосок изо рта, он посмотрел на меня и сказал: - «штелаеш кофь?»
- «Ага», - протянула я. «А завтракать чем-нибудь будем?» игриво спросила я, разомлев от ласк. Он сосал, легонько покусывая, сосочек.
- Молоком твоих грудей
Он с наслаждением провел большим пальцем по моим губам, намочив его, и стал тереть покрасневший сосок между пальцами. Я истекала стоном и кайфом. Я хотела его и повернулась с готовностью к нему. Но он, крепко поцеловав меня в губы сказал - «Сначала завтрак. А то у тебя сил не будет кричать как вчера». Щеки загорелись стыдом.
- Иди на кухню, румяная булочка.
Он вытолкал меня с кровати. Я, покачиваясь в смятении чувств и со сладостной тяжестью между ног, накинула рубашку и поплелась на кухню.
Эм... Поставила чайник на плиту. Заглянула в пару шкафов над раковиной и в одном нашла банку растворимого кофе. Чайник засвистел, пока я разглядывала через запыленный тюль серый квадратный двор с песочницей, которую обступили со всех сторон иномарки. Моросил дождик.
Я налила в чашки кофе. Теперь сахар... а где сахар?
- «А где сахар?», крикнула я
Он вошел в кухню совершенно голый. Его член нагло смотрел в мою сторону. Он был блестящий, красный, удивительно большой (до этого у меня не было возможности его рассмотреть). В уздечку было продето кольцо, вызывая у меня ассоциацию с разъяренным быком на корриде. Зрелище завораживало.
Улыбаясь, он прошел в кухню.
- «Ну ничего сама не может. Иди сюда», - поманил он.
Я, чувствуя себя глупой телочкой, подошла. Он взял меня за руку и подвел к столу. «Смотри», - сказал он, глядя на меня и никуда не указывая. Потом подхватил меня и усадил на стол.
«Вот сахар" - показал он справа от меня. Моя вагина отозвалась ознобом на холодную поверхность стола.
«А вот кофе». Он подошел к плите и взял со столика возле нее чашку. Я сидела, глупо улыбаясь... нет, совсем не глупо - я наслаждалась тем, как он, оставаясь голым, спокойно и деловито себя ведет.
Он подошел с чашкой ко мне. Кинул в нее две чайные ложки сахара и свободной рукой отодвинул из-за моей спины на столе плетеную хлебницу, накрытую салфеткой.
Я, улыбаясь, спросила капризно «а где мой кофе?»
Он оторвался от задумчивого размешивания сахара, сделал удивленное лицо и поставил чашку на край стола. Так близко ко мне, что я слегка отодвинула ногу. Он смотрел пару секунд на чашку (ну что за позерство!), потом, улыбаясь, погладил рукой столешницу, - «Какой устойчивый, большой стол», сказал он, и потянул меня за бедра к себе.
- «А свой кофе ты должна еще заработать», как бы шутя, заявил он.
Я собиралась (ну правда!) сказать что-нибудь такое умное, но он взял меня за плечи и толкнул на стол.
Ц-ссссс! Я слегка обожгла бедро о чашку.
- «Ой, простите», - он виновато сжал губы и посмотрел на меня как нашкодивший ребенок. В правую руку он взял чашку, а левой он приложил свой член мне между ног, и еще чуть подвинув меня к себе, ласково и аккуратно вошел во влагалище. Я полулежала, опираясь на согнутые в локтях руки, а он, прикрыв глаза и смакуя кофе, ритмично двигался во мне туда и сюда, внутрь и вовне. Я услышала свой голос, больше похожий на звук какой-то дудочки, чем на человеческий, который протяжно прозвучал в пустой кухне. Голова стала тяжело запрокидываться назад, заставляя руки разогнуться. Одной рукой держа кофе, он другой рукой гладил мое тело, сдвигая наверх рубашку. Прикосновения были нежные и чувственные, как струящаяся по телу атласная ткань. Моя киса с удовольствием и хлюпаньем всасывала его в себя и с нежеланием отпускать, сжимая до последнего, провожала его обратно. И снова...
В промежутках между моими всхлипываниями, слышны были удары стола о стену.
- «Вообще-то я не ем столько сладкого на завтрак», - хрипловато сказал он, растягивая слова, - «Но в этом случае пусть будет исключение».
Он, ловко балансируя чашкой, поцеловал меня под грудью, так сильно при этом, пронзив меня, что я прогнулась, и он с легкостью оставил свой щекотный и влажный, такой мягкий поцелуй. У него, как я уже отметила, был довольно большой член и над моим лобком вслед за движениями его бедер появлялся бугорок. Он, заметив это, положил левую руку мне на живот и стал надавливать, чтобы почувствовать свой конец. Ощущения стали острее. Я уже не думая об акустике и ударах стола о стену соседей, кричала, кусая губы без перерыва.
Он, продолжая держать в одной руке чашку, резко входил и выходил, надавливая каждый раз все сильнее и сильнее на лобок. Кофе плеснуло на стол. Он заметил это. Поставил чашку и вытер лужицу краем моей расстегнувшейся рубашки.
- « Ты свин», - проплакала я
- «М?... а да... « сказал он отстранено и стал так долбиться, что мне стало немного больно. Я открыла глаза и посмотрела на него. Возбуждающее зрелище! Потому как на лбу у него появились капельки пота, щеки порозовели, а глаза были полузакрыты, я поняла, что хотя его не слышно... (а нет - вот сдавленный выдох)... ему так же классно, как и мне. Он увлекся и так вдавил меня, как бы пытаясь схватить свой член рукой через стенку моего живота, что я уцепилась за его руку, кончая и ощущая себя парящей где-то высоко-высоко.
И тут, О УЖАС!!! Я почувствовала, как что-то течет под мою спину. Теплое, но быстро охлаждается... это что-то (я уже, ощущая позор каждой клеточкой, знала что это) журчало и брызгало на него там внизу. Я не могла остановиться, и наслаждение толчками фонтанировало из меня.
- «Господи!», - я закрыла лицо руками.
Он, сильно ускорившись, через несколько секунд вышел из меня и кончил на мои опухшие губы, клитор, лобок, живот и все вокруг. Глубоко вздохнув с наслаждением, он протянул с улыбкой: «Ну и кто из нас свин?»
Я издала горестный звук, не отрывая рук от лица.
- Ты бы видела свою драгоценную рубашку теперь, зассыха
Он стащил меня за подол со стола (ну почему всегда он хозяин положения!). Мокрыми руками оторвал мои руки от лица (изрядно потрогав мой лоб и щеки - вымазываться - так вымазываться!) и целуя меня влажным, головокружительным поцелуем откинул за воротник рубашку на стол.
- Иди, умойся перед завтраком.
Он звонко шлепнул меня по попе, а сам, скомкав мою одежку, стал вытирать ею со стола.
Я грустно проводила глазами в последний путь любимую шелковую блузу.
Он обернулся и место его подтянутого пухнатого зада, я увидела красный как у кобеля, все еще торчащий член.
- Мне тебя проводить что ли?
Прищурившись, спросил он вкрадчивым и сладким голосом.
Я вылетела из кухни.