Как хорошо любить инцест, какой приятнейший процесс! Кто рано папу не познал, тот в детстве счастья не видал. Сперва дочурку ты погладь, но не спеши тащить в кровать,
Малышку ручкой изучи, тихонько письку подрочи, Она сначала удивится, но в жизни всякое сгодится. Пока она не понимает, как близко член и что бывает.Раздвинь движеньем лёгким ножки – и вот бежим мы по дорожке! Дорожке юной, без мохнатки, но клитор есть – придаток матки.Легонько в попку поцелуй, потом возьми себя за хуй.
Слегка присунуть можно в ротик, пообещай – подаришь фотик! Ты поснимай её на плёнку – красиво-алую пиздёнку. Когда она закатит глазки, включи тихонько порно-сказку Как Красной Шапки мать в отсеке всю ночь ебали дровосеки,Ну а потом уж серый волк, хотя бы мог армейский полк.
И бабка вся ещё в соку всю ночь давала рыбаку. Потом медведю, егерям, а также прочим всем чертям. Когда же старая устала, она сама сосать им стала. И отсосала так, что в ночь уже никто не смог помочь… Пройдя такой дорогой дальней, девчонка станет идеальной.
Сначала будет не спеша себя ласкать, едва дыша, Потом порнушку будет ставить, тут уж не взять и не убавить, Ручонкой маленькой в трусы отцу залезет: «Не спеши!». Вот это счастье привалило, она меня благодарила, Она всё знает, всё умеет, но до пизды позвать не смеет. Пока лишь в попку или в рот – на выбор, уж который год.
Лет через десять спросит дочь: «Отец, не мог ты превозмочь? Моё стремленье к страсти нежной ты разбудил гораздо прежде…». Ты скажешь: «Нам ведь было славно?», она ответит: «Да, забавно…». Увы, природа не порок, она готовит нам глоток. Кому вина, кому коварства, кого готовит к бусурманству, А русским – выпить литр водки и кончить девок во все глотки.
Когда ж вдруг стало хорошо – ты отдыхаешь всей душой. И тут уже не важно, дочка, кто на пути пень или кочка. Мгновенно трусики сдираешь, к сочащей ямке припадаешь.
«И я сочилась года в три?». Сочилась, сопли подотри.Таков закон природы дочка, ты не пошлёшь его и точка, Сочилась раньше ты ещё, но мамке было горячо. Когда ж её ты целовала, меня всё это волновало. Я думал – клитор только мой, потом пришлось делить с тобой. Мамаша думала развлечься, а надо было поберечься. Тебе понравилось и вот – такой выходит оборот… Рекорд мой был аж девять раз, когда пускал её в экстаз. Сам я кончал двенадцать вроде, назло осенней непогоде. Ответь мне честно, не спеша: сейчас целуешь малыша? Хочу тебя предупредить, придётся скоро теребить. Или он сам дрочить начнёт, тогда бери уж лучше в рот. Если иначе – не пройдёт: девчонку он всегда найдёт. Она его задрочит так, что клитор будет твой пустяк. Ты девкам не давай его, сожрут ведь внука моего.
ИЮНЬ С ПАПОЙ Трусишки больше не нужны, ведь папе ножки так важны,
Он их так любит, гладит, нежит, рука всё выше письку режет, Всё выше, выше и – вперёд. И вот уж полный оборот. Засунул он почти три пальца, а я вчера лишь только зайца… Мой зайчик плюшевый устал: я кончила – он перестал. А папа – нет, он продолжает, я кончила – он уважает. «Ещё давай!», – он говорит, у самого весь член горит. Затем всю спермою зальёт – взяла бы Ленка лучше в рот! Я в рот не очень брать хотела, хотя глотала и терпела. Лишь раз на пятый поняла, какие могут быть дела. Мне мама внятно объяснила: «Ты хочешь что, от папы сына? У женщины три дырки есть, но сохрани покуда честь. «Ещё мала в пизду давать», – я говорю тебе как мать. Через годок спиральку вставим, тогда ебаться и заставим.
Ну а пока дрочи, соси и попку нежно подноси. А вазелинчиком помажешь и будет счастье тебе даже…». Я так с утра дрочить любила, что даже школу позабыла, За тройку – «фак», четвёрка – в рот, пятёрка же – наоборот. Тут я сама должна решать – кому лизать, кому сосать. Премировали меня «предки» за все отличные отметки. Обычно папу выбирала, кончает он быстрее мамы, Да и отдача в рот вполне… Мне даже снился член во сне.
Рукой я ёрзала по письке, а мама дёргала за сиськи, Потом шарахнуло в башке: «Ты всё просрала на горшке». Но папа грамотный у нас: воткнул – пошёл салют, экстаз. Я улетела в никуда, а приземлилась – лишь пизда, Прекрасный вкус я с детства знаю – лижу, целую, понимаю. Мне было сказано: «Пора, идти малышка со двора…».И я пошла неистребимо навстречу собственному сыну. Тихонько в ванной тёрла – мыла меж ножек: быстро приучила. В семь лет схватила за яйцо и Юрка брызнул, мне в лицо… Его фонтан тягучей спермы я не забуду век наверно!
Всё это было в первый раз – пошёл сыночек в первый класс… Когда с мамашами стояла, то думала: «Пошли все на хуй», Хотя ругаться не люблю, ебало всем легко набью, Спасибо дочка прибежала, сказала, что сноха рожает, А тётя Лена не смутилась, к истории лишь обратилась. Меня, погладив по спине, рассказывала о войне.
Свелись давно её рассказы к побасенкам. И так не разу я не успела получить ни в письку и не подрочить. Всё было чинно и по-комсомольски, потом уж приходили гости, Один урод пизду целует, другой «Спартак» не позабудет. А Наська теребит сейчас, сказала: «дрочишь целый час!» Сперва дочурку полизала – в пизде оставила я жало: Она уже в четыре года трусы снимала в непогоду.
Мне Настя локоть запускала, туда-сюда, а я спускала, Затем отец войдёт нежданно и сразу в рот, хотя бы в ванной, Потом придёт черёд мамаши: приносит внучке манной каши, Дочурка кашу есть не станет, но член любить не перестанет. Он ей теперь вкусней конфетки, ох быстро как взрослеют детки! Отец меня учил культурно: «Дрочи её не так фактурно, Гляди всю письку ей натёрла, а если я тебе – по горло? Ты поснимай её на плёнку, ещё успеешь драть девчонку. На память ей оставь инцест – такой забавнейший процесс. Когда ж она себя увидит, её сей кадр не обидит, Как мама иступлённо дрочит себя рукой и всяким прочим. Как кончив, дочку прижимает к влагалищу – и так бывает.
А Ленка вылижет до дна промежность маминого дна. Мамуля, взмыв на небеса, всё слышит чьи-то голоса, И вновь кричит: «Ещё, ещё!», мой член уже через плечо... Когда ж сольёмся мы в экстазе, я выскажу как есть заразе, Зато потом мамаша драла, не хуже, чем два самосвала, Крем «Детский» даже не спасал, когда Юрок ей в рот нассал. А мама с радостью глотает – пускай сынок озорничает! Потом сосёт, дрочит, гоняет и Юра в космос улетает… Так забавляются всегда – такая нежная игра. А я тоскую в уголке, мол, ты умеешь налегке,
Тихонько кончишь и – молчи, Юрок ебёт, а ты – торчи. Полчасика в неё гоняет, потом немного остывает, В попец, в ротешник, то да сё, А мама не кончает всё! Приходится мне подключаться, я ж не могу без дел остаться.Братишка в попу, я в пизду – словила мамочка звезду! Минуты две орёт на взводе – экстаз по-русски, на природе. Она ведь быстро отдохнёт и приставать опять начнёт. Юрок сначала удивлялся, писюльку вынимать стеснялся, Но мама быстро показала, когда мне ножки полизала. Потом его головку в рот: «Давай-ка, кончи, обормот!». Он маленький, ещё не может, но удовольствие – на роже.
И к кайфу быстро приучила, когда его его писюн дрочила. Пока она его сосала, моё всё тело отвечало, Стонало, ныло в упоенье и наконец – пришло затменье! Братишка вскрикнул, я взлетела, а мама продолжать хотела, она ещё не до конца всосала сперму у юнца. Как хорошо пришёл тут папа и наложил табу на «лапу». Конечно, нежная рука, но ведь задрочит чудака. А Юрка ведь воображает как мама кончит – сображает. А мама кончит через час – такое было, и не раз,
Её шарахали втроём – она светила фонарём… Селёдка полная мамаша, вот точно: «Три рубля и наша». Раздвинуть ножки – не проблема, ей нравится вся эта тема. Заставить кончить нелегко – уж слишком клитор глубоко. А у меня он в самом детстве наружу вылез – по-соседству. И мама это обнаружив, обозвала меня «Бестужев». Историю мне рассказала. Не показалось это мало. Была подруга у него, у декабриста у того. Когда его сослали в ссылку, она за ним – на пересылку, Поехала за ним в Сибирь, он там живёт и пьёт имбирь. Фамилию не говорил – приехал офицер и жил. А девка всё искала мужа, кричала: «Декабрист Бестужев!». Сибирь большая, нелегко найти кого-то – далеко... Она нашла через три года, а он женат – мужска порода. По лавкам ползают детишки, но жить ведь можно, нету вышки.
Чайку попили, посидели, в глаза друг другу поглядели, И выпив водки полкило Бестужева разобрало. И он открылся ей тогда: «У дочки хуй, а не пизда». Теперь представьте шок у бабы, тут счёт идёт на килограммы, Она три года добиралась, жила мечтой и не стеснялась.
И вот к любимому приехав, вдруг узнаёт, что лишь помеха. К тому же дочка трансвестит – помилуй, господи, прости! Решенье принято мгновенно: «Я с ней засну – и это верно!».
Потом не знаем ничего, но только сына своего родила в подходящий срок, Легенда или небылица – всю жизнь стремлюсь за синей птицей, Люблю глотать у папы сперму, а мама действует на нервы . «Мне нужно больше для лица!». Да подавись ты! Дри-ца-ца. Потом как хошь озорничай, но сразу в горло не кончай. Пусть поцелует, пососёт, привыкнет и начнёт отсчёт. Сосочки ей потереби, но тут терпенье – не еби. Сперва на маме покажи, ей рот на клитор положи, Братишку пусть полижет тоже, и сам я кончу ей на рожу.Пускай полюбит запах спермы, зачем ребёнку портить нервы? Вот так продолжился инцест – презамечательный процесс!