Утром еще не открывая глаз, лишь выходя из прекрасный полудремы, Аквамарин вспоминала свой сон. Странный, красивый, необыкновенный сон... Улыбка озарила ее лицо и она сладко растянулась. Движение принесло собой покалывающую боль по спине, рукам. От этого ее глаза резко распахнулись, она смотрела не на СВОЙ потолок с привычной звездной картинкой.
— Не сон, это был не сон... Георг..
Она слегка привстала, нытье по всему телу, кое-где странные покалывания были еще одним доказательством. И наконец Георг, тихо спящий рядом, окончательно убедили ее, и события прошлой ночи быстро пронеслись в голове.
Страх, шок, стыд, грусть, опять страх. Мысли и чувства просто перемешались. Потом смотря на него... появилось щемящее сердце радость, теплота, хотелось прикоснуться к нему, прижаться, просто лечь рядом и сказать спасибо. Но как объяснить все то что произошло? Единственное что приходило в голову, это супер герои с экрана телевизора. Хотя, разве она сама не мечтала о мистике и сверхъестественном в своей жизни?
Лежа на животе, он был так прекрасен, как ангел. Спокойное лицо, сильная, широкая спина, по линии позвоночника так и хотелось провести кончиками пальчиков, усесться на эти упругие ягодицы своей мокренькой киской, и со всей нежностью, страстью, покусывая, сделать ему массаж. Нагнуться, прижаться своими тверденькими сосками к нему и прошептать на ухо:
— Хочу..
Он тогда резко перевернется, с рыком насадит ее на свой горящий желанием кол..
— Аув!
На игру шаловливых пальчиков Аквамарин ее бутон отозвался болью. Она еще раз легенько провела по ним, припухлые лепесточки пощипывали и покалывали. Бедра, лобок, простыни были перепачканы кровью. Да и вообще, не помешало бы принять душ. Но ей не хотелось вставать, быть далеко от него. Странное притяжение, к абсолютно незнакомому мужчине.
Геогр пошевелился, и сердце Аквамарин бешено забилось.
— Доброе утро!
Аквамарин попыталась улыбнуться как можно естественнее что бы скрыть все то что творилось в ней. Георг посмотрел на нее удивленно, слегка наклонил голову и стал внимательно рассматривать ее лицо
— Что?
Смутилась она.
— Просто я ожидал слезы, гнев, истерику, страх или что — то еще, но никак не это простое «Доброе утро» Ты помнишь, что случилось вчера?
Конечно она все помнила, все в мельчайших деталях и воспоминания быстро отразились росой на бутончике... Аквамарин молчала, отпустив глаза и почти не дыша.
— И у тебя нет вопросов?
Слова застряли в горле, конечно у нее были вопросы, сомнения и страхи. Что это за пламя, кто он такой, или что. Что он думает о ней теперь? Что будет теперь делать, ее богатая фантазия мигом нарисовала сказочную картину — свадьба, медовый месяц, ночи... тихая семейная гавань, простая счастливая жизнь...
— Аквамарин!
— Кто ты? Почему ночью... ну ты... как будто горел полностью
Георг закрыл глаза, долго думал о чем то...
— Аквамарин... то что случилось, это была ошибка, моя ошибка. Я не должен был этого делать. Прости. Я знаю, после всего, не имею права у тебя просить, но пожалуйста, просто забудь об этом. Я очень виноват перед тобой, теперь я твой должник, и если тебе понадобиться помощь, хоть малейшая, я..
— Достаточно! Мы оба взрослые люди и все понимаем. Я сохраню твою тайну, только отвези меня домой. С этими словами она просто встала и пошла в душ.
Каждое его слово как острый кинжал проникал в сердце, все ее грезы растворились во мраке, но Аквамарин прекрасно скрывать свои чувства. Больше они не обменялись ни словом, только спасибо и пожалуйста — когда он отдал ей свою одежду, и когда привез ее домой.
Это было воскресенье, поэтому почти весь день она проплакала, сама не зная от чего. А ночью... ночью все ее тело горело страшным желанием, ее било в озноб, тело требовало горячих ласк, его ласк. Всю ночь ей опять снился он, весь в пламени. Сначала он лишь целовал ее, и горящие губы обожгли ее, оставляя следы по всему телу, затем он сжал ее в тиски, и она сгорала, заживо, но чем большая ее часть превращалась в угольки, тем больше удовольствия она получала. Каждая сгоревшая клеточка приносила собой электрический импульс наслаждения. Наконец, когда последняя ее часть превратилась в золотистый пепел, нечто взорвалось в ней, будто атомный реактор, осветивший все ярким светом..
Аквамарин проснулась, и начала глубоко и часто дышать, широко открыв глаза и раскинув руки и ноги по сторонам, она приходила в себя, от странного забытья. Вернул ее в реальность пронзительный звонок будильника
— Пора на учебу...
Вставала она медленно, ее тело казалось ей сейчас таким тяжелым, мягким и обессиленным одновременно. Все тело в блестящих капельках пота, с затвердевшими багровыми сосками. Кожа ее сейчас была бледная, и на ней отчетливо выделялись кроваво — красные губы, и горящие ярким румянцем щеки. Пастель под ней заметно увлажнилась, можно подумать у нее была лихорадка, даже ее волосы намокли и слиплись. В воздухе витал аромат ее соков...
Горячий душ помог ей немного успокоиться. Ей было холодно, озноб, как бывает при гриппе. Она вытащила осенний свитер, брюки и длинный пиджак, еще и теплую обувь. На многочисленные вопросы друзей в отвечала — заболела. Аквамарин довольно много знала о сексе, по интернетовским статьям, рассказам, порно. К тому же ее подружки достаточно информировали ее прелестями взрослой жизни, в попытках подтолкнуть ее туда. Но всех ее знаний не хватало что бы объяснить ее состояние. Может это какой нить вирус? Не придя ни к какому конкретному выводу, она решила расспросить обо всем подругу еще со школьных времен на ближайшем перерыве.
— Кать... расскажи и своем первом разе
— Марин? Это ты у меня спрашиваешь? Неужели наконец — то решилась? Ах! Это надо отметить! Щас расскажу девочкам.
Друзья и знакомые, как правило, называли ее Марин.
— Кать стой! Мне просто интересно
— Ну ладно, но потом ты мне все, все расскажешь! Ты же помнишь Витьку да? Ты же знаешь я его видела ток летом, когда у бабушки в деревне гостила... Редкий был красавчик, такой высокий, красивый, когда он гулял в одних шортах, все девочки по нему прям таки сохли. Уже тогда я решила, что он будет моим первым, это еще в 9 классе было. Но у него была девушка, а ты знаешь — я не люблю разрушать пары. Но оказалось, что летом после 11 они расстались. Помнишь, мы с тобой еще ходили покупать мне купальник, уже тогда у меня был гениальный план в голове. Обычно он шел купаться к озеру с ней, но тем летом он ходил один
На его губах промелькнула лукавая улыбка, она глубоко вздохнула и продолжила:
— Ну так вот, я одела свой купальник, помнишь — черный такой?
В голове промелькнули смутные воспоминания. Черный купальник лишь слегка прикрывал ее упругие грудки 3-го размера, через которые отчетливо выделялись сосочки, затем 2 тонкие вертикальные линии проходили вниз, по дороге плавно изгибаясь, создавая чудный орнамент, выгодно подчеркивающий тонкую талию, плоский животик, длинные тоненькие ножки, с упругой, округлой попкой. Все это плюс кудрявые коротко обстриженные блондинистые волосы, небесно голубые глаза, губки бантиком делали ее настоящей куколкой.
— Сверху накинула халатик и побрела к озеру. Он был уже там. Поздоровавшись, я просто сняла свое платье и пошла плавать. Ты бы видела его лицо! У меня еще нарочно «чисто случайно» слегка сполз купальник. Потом просто взяв в руки халатик и виляя задом медленно побрела домой. Конечно же он не выдержал, следующий мой шаг и он прижал меня к дереву, упираясь своим уже отвердевшим дружком к заду, на нем были только плавки, так что я хорошо чувствовала его горячую спину. Его нетерпеливые руки уже тискали меня за груди, а губы я язычок исследовал мою шею. Он высвободил свое оружие с плавок, и лишь слегка стянув трусики в сторону приложил, головку к киське, я уже текла как сука в период течки, так что он легко и быстро вошел в меня. Честно сначала я ничего кроме боли не почувствовала, и уже пожалела о содеянном, но потом когда он начал двигаться во мне и со всей силой ударяться своими яйцами... ммм...
Катя закрыла глаза, а ее руки уже ласкали промежность сквозь брючки.
— Катя!
— Ой извини Марин, ну потом мы еще все лето были вместе, трахались везде где только можно было. Все конец истории.
— А что ты чувствовала после, ну после лишения девственности?
— Ну день, два слегка побаливала моя раковинка, и кровь чуть — чуть шла и все. А что-то случилось?
— А нет, просто хочу все знать заранее
— О Марин! Поверь тебе понравится! А терь извини, мне надо разрядиться. Дима!
Она была рада что она ничего не стала расспрашивать дальше и упорхнула к своему новому ухажеру. Ее рассказ ничем не помог, лишь распалил ее, и теперь она уже тряслась от холода.
— Это не нормально! Когда люди возбуждаются им становиться жарко, а не холодно!
Оставшуюся пару Аквамарин просидела с большим усилием, как только прозвенел звонок она быстро сказав дежурное — пока, выбежала из класса.
***
— Георг?
Он ждал ее на улице, возле своей машины. Лицо было напряженно, хоть он и попытался изобразить улыбку. Одного его вида было достаточно, что бы по всему телу прошлась волна, сердце бешено забилось, а губы моментально налились кровью.
— Я подумал, что тебя стоит отвезти домой.
Наверное, когда он рядом, у меня просто отключается кора больших полушарий, и мной управляет только инстинкт и желание, потому что я просто молча села в машину.
Некоторые время мы ехали молча, и хоть я уже сгорала диким холодом от желания, мои ладошки, лоб, шея покрылись испариной, а между ног ныло зияющей пустотой, требующей немедленного заполнения, гордость все же заставила меня смотреть «безучастными глазами» в окно. Мельком взглянула на него, руки сильно сжимают руль, что аж вены проступали, показывая силу обладателя, лицо напряженно, а бугор под брюками красноречиво говорил о его состоянии.
Я закусила губу, и посильнее зажала ножки друг к другу. Слегка наклонившись в его сторону, почувствовала сладко манящий жар его тела. Глубоко вздохнула и его аромат наполнил меня всю пьенящей волной.
— Аквамарин, нам надо поговорить..
Мы уже подъехали к дому, я вся сжалась в кресло, в попытке унять волну и просто боялась даже рот раскрыть.
Он вдруг посмотрел на меня, в его глазах было столько муки, нежности, желания, таинственности. Я не выдержала этого, и наверное, мое лицо тоже сильно изменилось, потому что он не сказав ничего, просто притянул меня к себе и поцеловал. Поцелуй был долгим, жестким, он целовал настолько грубо, кусаясь, что я просто не могла отвечать ему, и наслаждалась, открыв и расслабив губы. Его рука уже двигалась по моему телу, горячая ладонь покрыла мой лобок и этот жар моментально прокатился по телу. Когда я начала слегка поглаживать бугор в штанах, из его груди пронеслось рычание, он убрал мою руку и сказал на одном дыхании:
— Только не в машине, я могу тут все спалить.
В каком то пьяном танце мы поднялись ко мне, по дороге почти не отрываясь друг от друга. Как только вошли домой он тут же прижал меня к стене, положив одну ногу с к себе за спину, прижался своим дружком к моей раковинке. Он уже не целовал меня, а покусывал все тело. Сначала было больно, но потом укусы стали приятны, желанны, необходимы... тут же мой пиджак упал к ногам, водолазка дико и грубо снята через голову. У меня не хватило терпения, и я просто резко открыта рубашку, пуговицы упали на пол причудливым дождиком. В миг, когда его раскаленное тело коснулось моей уже оголенной груди и животика, а руки нетерпеливо сжали спину, у нас у обоих вырвался приглушенный стон. Положив и вторую ногу к себе за спину, он прям так и поднял меня, и понес к дивану. По дороге то одна, то другая жемчужина моих грудей тщательно обласкывалась его губами. Я была обездвижена и лишь могла как можно сильнее сжимать и царапать его спину. Когда он положил меня на край дивана, я смогла уловить мочку его уха, присосалась к ней и пошла дальше вниз по шее. Взамен услышала громкое рычание и стон. Тут же мои штанишки вместе с трусиками были сорваны с меня одним движением. В этот момент нетерпеливая, зияющая пустота там запульсировала с огромной силой. Единственное чего я хотела сейчас это что бы меня немедленно заполнили, все чувства сосредоточились в моей пещерке, покрытой льдом.
— Пожалуйста... !
Я не услышала своего голоса, но он кажется услышал, потому что тут же освободив столь желанный мною жезл, начал входить в меня. Первые пару секунд пещерка сопротивлялась, мне было слегка больно, хоть я была расслабленна полностью, а мои соки уже текли вниз по попке. Но вот он резко и глубоко вошел в меня, невероятный жар растопил лед внутри, и эта раскаленная лава плавной волной прошлась по телу, оставляя за собой истому наслаждения. Наполненность и напряжение влагалища, казалось превратили меня в туго надутый шарик, готовый вот вот лопнуть. С каждым толчком шар все натягивался. Когда его твердый орган касался заветной точки внутри меня, то с глаз сыпались искры, а тело пронизывал искры тока. Он начал двигаться быстро, слишком быстро, бешено ударяясь об меня. Я уже не могла сдерживать крики, казалось уже забыла как дышать, как вдруг шарик лопнул тысячами порхающими радужными бабочками внутри меня, все тело содрогалось, казалось я большой сверхчувствительный нейрон, от мельчайшего раздражения которого возникают импульсы. Кода он заполнил меня своим обжигающим семенем, вторая волна пронеслась по телу. Сквозь покрывало наслаждения я услышала его громкий рык, чувствовала горячее пламя рядом, открыв глаза встретилась с раскаленным железом его глаз, он резко отпрянул от меня, быстро стянул штаны, и со стоном позволил огню поглотить его всего...
На то, как горит огонь можно смотреть бесконечно. Он был так прекрасен, пламя его золото-красного тела колыхалось по мере его дыхания, огонь подчеркивал плавные линии его сильного тела, каждую жилку, вену, мускул. Завитки волос блестели сиянием солнца, он посмотрел на меня раскаленное железо глаз превратилось в тлеющий уголек, улыбка озарила его лицо, а пламя начало медленно утихать. Когда он подошел ко мне, мелкая пелена огня все еще покрывала кожу на спине и плечах.
— По-моему я слегка подогрел комнату да?
С этими словами он нежно провел ладонью по моей щеке и телу. Пожалуй в этот момент я поняла что чувствует кошка во время ласк, мне захотелось мурлыкать. Ладонь оказалось мокрой, и вдруг жидкость начала испаряться, уходя завораживающим танцем.
— Хм... я помогу тебе высушиться
Он лег на меня сверху и начал проводить руками по всему телу, щекой гладил мое лицо и шею, когда дошел до груди, слегка прикусил сосочки
— Ой!
С милой усмешкой, Георг встал, весь покрытый капельками воды и опять испарил ее, окутываясь в легкий дымок пара.
— Интересно...
Он провел своими горячими пальцами по моей кисочке и испарил мои соки, на коже остался белый налет. Он вздохнул
— Ты так приятно пахнешь... малыш
Я протянула к нему руки и моментально оказалась в его объятиях. Лежать рядом друг с другом, слышать биение его сердца, чувствовать его дыхание, питаться его теплом невероятно. Было настолько хорошо, приятно, безопасно, что я просто начала медленно засыпать. Он был родным, моим — тем самым единственным на свете. Сердце переполнилось счастьем, и где то уже по дороге ко сну я прошептала:
— Люблю тебя Георг...