Вовка спал на веранде. На веранде было прохладно. Не то что в доме, где от духоты тело исходило потом и вместо сна была сплошная мука. А здесь хорошо. Дышится вольно, свободно. Вовка уже засыпал, когда через веранду, белым приведением прошла мать. Видимо выпитое накануне подперло ее так, что она заранее задрала сорочку и торопливо выскочила на крыльцо, белея ягодицами.
Это было как вспышка молнии. Вовкин член отреагировал первыв, вздыбив трусы, а уж потом и до Вовки дошло, что это и впрямь мелькнула белая, пышная мамкина задница. Она ушла недалеко от крыльца, зажурчала рядом, громко пукнула, еще немного покряхтела и неторопливо прошествовала назад. Вовка не успел прикрыться и так и лежал на спине, с дыбящим трусы членом.
За последнее время его член подрос, лобок покрылся растительностью и Вовка гордо рассматривал свое богатство, когда дрочил. Этот толстый ствол, твердый и мощный, украшенный головкой, что обнажается и становится багрово-синей, когда наливается кровью, ее открывающимся зевом, готовым выстрелить струей спермы. По сравнению с пацанами, у него богатство было действительно больше и толше прочих его одногодков. Он даже пробовал протолкнуть свой член в мамку, когда она спала в пьяном угаре, и даже протолкнул немного, но побоялся довершить дело до конца и позорно сбежал, по пути оросив спермой пол. Потом сам же и подтирал.
Мать подошла к Вовке и наклонилась над ним, рассматривая торчащее орудие сына. Она негромко окликнула сына, потом слегка потормошила его за плечо. Вовка "крепко спал" и даже всхрапывал. Тогда мать несмело потрогала торчащий член сына через трусы, помяла. Решившись, оттянула резинку трусов и выпустила на свободу Вовкино богатство и гордость. От увиденного она аж охнула. Помня своего ребенка совсем маленьким, она и предположить не могла, насколько он вырос. Перед ее глазами раскачивался член взрослого мужика.
Еще не совсем заросший волосами, но в размерах не уступающий члену ее бывшего мужа и даже нынешнего мужчины, которому она изредка давала. С легким изгибом ствола, с багровой головкой, направленной в потолок, с пульсирующей внутри кровью. Мошонка была поджата и обрисовывала яички. Во рту пересохло и она, не отдавая отчета своим действиям, решительно ухватилась за торчащее богатство, присела перед старенькой тахтой на колени и, склонившись над сыном, заглотила сколько могла этой восставшей, этой изумительной, этой сладкой на вкус плоти. Изнутри ее рвался какой-то зверь, с рычанием и урчанием обсасывающий эту напряженную головку члена ее сыночка, еле поместившуюся в ее ротике.
Она сосала член сына, свободной рукой перекатывая его яички, пальцем лаская вход в попу и ненадолго проникая туда, раздражая его простату. И Вовка, ухватив мать за голову, с таким же рычанием насаживал ее на свой член, стараясь протолкнуть его в глубину материного горла, достать до самого-самого, чему и названия не знал. Головку защипало, она напряглась и в глазах поплыли круги, предвестники скорой разрядки. Вовка, зарычав, прижал материну голову к себе и начал выстреливать в ее раскрытый рот струю за струей. А она торопливо глотала сперму сына, давилась, не успевала и сперма стекала по ее губам, капала на Вовкин живот.
От охвативших его чувств, Вовка плакал, уткнувшись в материн живот, прикрытый ночнушкой. А она сидела на краю тахты, гладила сына и что-то говорила. Голос матери способен успокоить даже самого отпетого буяна. Успокоился и Вовка. А мать, не переставя говорить, гладила Вовкину спмну, дошла до попы и запустила руку под трусы. Ей было неудобно гладить сына и Вовик приподнялся, позволяя стянуть с себя трусы и даже помогая в этом матери, а она все гладила и гладила сына, говоря, что все, что произошло, вполне естественно и кто же, кроме мамы поможет ребенку в трудную минуту. Вовкины руки тоже гладили мамины титеньки, такие прекрасные, такие приятные на ощупь. Мама, вздрагивая всем телом, принимала ласки сына и даже направляла его неумелые руки. Оторвавшись от сына, мать встала и скинула с себя ночнушку.
Теперь пришла пора охнуть Вовке. Он не раз видел мать голой, но вот так, когда женщина раздевается ради тебя, такого с ним не было. А мать, гордая произведенным эффектом, сояла, слегка оглаживая себя, медленно поворачиваясь, давая сыну рассмотреть и оценить ее фигуру. Легонько толкнув оторопевшего и потерявшего всякое чувство реальности Вовку на постель, мать одним рывком до конца сняла с него и откинула в сторону трусы. Прикусив губу, что-то прикинула, а потом, мотнув головой и на что-то решившись, умело оседлала сына и, немного приподнявшись, ловко подвела его член к своему входу.
Плавно присела, поерзала, осваиваясь и начала раскачиваться на Вовкиных бедрах, то привставая, то вновь осаживаясь до конца. Глаза она закрыла, губы были прикушены, сквозь них вырывлся полу-стон, полу-вздох, полу-плачь.Ее движения ускорялись, она ритмично подпрыгивала и вдруг ее глаза в изумлении раскрылись
- Ой! Мама! Кончаю-ю-ю!!!
С этим возгласом мама вся сжалась, взвизгнула, упала на грудь сына. Ее тело потрясло несколько спазмов и она затихла.
- Понимаешь, это не совсем хорошо, что мы сделали. Нельзя сыну и матери такое делать. Это моя вина. Нам надо постараться больше не делать такого...
Материны слова лились плавно, а в это время и ее и Вовкины руки ощупывали друг друга, искали заветные местечки. Вовкины пальцы вовсю шурудили внутри маминого влагалища и когда задевали особо чувствительные места, мамина речь сбивалась, прерывалась. Вовкин член давно уже стоял, передохнув каких-то несколько минут.
И он торопился пристроить его в маму, в ее глубины. А мама дразнила сына, разжигая его страсть. Она позволяла едва-едва прикоснуться головке сынова члена к своей пизде и ловко убирала ее в сторону, вроде нечаянно. Вовка уже сопел рассерженным быком, когда мать смилостивилась и, повернувшись на тахте, встала на четвереньки, подставив сыну бесстыдно выставленный зад. Вовка, ухватившись за материны бедра, попытался с размаху проникнуть во влагалище. Ан нет, не тут-то было. Мама, притормозив торопыгу сына, своей опытной рукой направила Вовкин член ко входу и позволила ему войти в свои глубины.
Вовка торопливо задвигал задом. Он ебал маму, ебал раком. Он крепко держал ее за пышные ягодицы, он видел свой входящий и выходящий член, обтянутый кожей малых половых губ, что тянулись за ним туда и обратно, блестя смазкой и выворачиваясь. Он слыша звуки, с которыми его толстый член двигался в маме. Колечко ануса, приоткрытое, напомнило ему мамины действия совсем недавно и Вовка погрузил палец в мамину попу.
Мама вначале сжалась, почувствовав вторжение в свою попу, потом расслабилась и даже постаралась надеть свою попу поглубже на палец сына. Она что-то приговаривала, типа так-так-так, хорошо, еще, глубже....Наконец и мама, и сын ускорили свои движения, разогнались до второй космической скорости. Их крики слилисб в один и они рухнули, не разжав объятий. Мамино влагалище сокращалось, обнимая Вовкин член и дразня его, анус крепко сжимал пелец, так и не извлеченный из маминой попы, а член изливал в маму сперму, сокращаясь и выстреливая струи, бьющие в самое дно влагалища.
Не просыпаясь, в состоянии полудремы, Вовка за ночь еще два раза побывал в маминой пизде, чему она не сопротивлялась, гостеприимно распахивая свои ворота перед пришельцем.
Утром Вовка проснулся с привычным ощущением стояка. Но ломоты в яйцах не было, не было и чувства переполненного сосуда, что готов лопнуть от малейшего прикосновения. Матери рядом не было. Она зашла через некоторое время, весело разговаривая с проснувшимся сыном. Увидев проблему ребенка, раздумывла совсем недолго и, задрав подол платья. под которым не было трусов, ловко и привычно уселась на Вовку, поместив в себя его торчащее оружие, уперлась руками ему в грудь и заскакала, запрыгала на сыновом приборе. Ее пизда, соскучившись по хорошей, регулярной ебле, благосклонно принимала в себя член сына, прямо таки истекала соками счастья, поднимала настроение хозяйке.
Мать, оголодавшая, целый день отдавалась сыну в разных местах и разных позах. К вечеру, когда уже распухшая и насытившаяся пизда забастовала, она надела трусы, не позволяя сыну мучать ее огран. При очередном приставании, просто отсосала у него. И сын уже скоро должен вымотаться. Так и вышло. Желание посетило ребенка только под утро. Но и сама она, и пизда ее отдохнули и были готовы к сексу.
А потом их жизнь вошла в колею. Они занимались сексом по желанию, не спеша. Мать учила сына, сын, узнав что-то новое, передавал это матери. Так и жили. В полной гармонии.