Оля не уставала нас поражать. Теперь, отдыхая от секса, она вдруг спросила Сашку:
— Сань! А почему ты его не трахаешь, а только он тебя? Сам не хочешь или мой-нахал не даёт?
Сашка замялся и не нашёл ни чего лучшего, как перевести разговор на меня:
— Вот сама у него и спроси!
Ольга вопросительно повернулась ко мне:
— Что молчишь?
Я не знал толком, что именно ей ответить, чтобы не сломать тот «микроклимат доверия», который возник в нашем маленьком «коллективе».
— Не знаю... Наверное я пока к этому не совсем готов, — уклончиво попытался я уйти от прямого ответа,
но Оля не собиралась так легко сдаваться:
— Я хочу, чтобы он тебя трахнул! Меня эта мысль сильно заводит. — неожиданно выпалила она.
Я попытался как-то замять этот разговор, но она перешла в наступление:
— Если не дашь ему, я не дам тебе. — подытожила она.
Что тут оставалось делать... Кто бы мог подумать, что в этой провинциальной малолетке столько всего внутри намешано. И недюжинный темперамент, и сексуальная фантазия и желание управлять мужчинами в постели...
Я сдался... Она продолжала командовать. Поставила меня на колени перед Сашкой и заставила отсасывать ему, пока его член не приобрел полную боеготовность. Потом поставила меня раком и сама раздвинула мне булки, обнажив и чуть приоткрыв мой девственный анус. Сашка обильно послюнявил головку своего члена и мой сфинктер. А потом напрягся и вошёл в меня на глубину головки. Я вскрикнул, но Сашкин член не был гигантом и преувеличивать болевые ощущения я не стану. Всё прошло достаточно безболезненно, хотя по началу приятного было мало...
Сашка размеренно трахал мой бедный зад, а я прислушивался к своим ощущениям и силился понять, что же так нравится части мужчин в этом действе... Ответа я не находил. Боли особой не было, но и маломальского удовольствия тоже. Тогда я начал стараться как-то изменить позу, в надежде что Сашка что-то «такое» мне там заденет и я получу хоть минимальное удовольствие. Весь вопрос заключался в том ЧТО ИМЕННО он мне должен там задеть и как это устроить. Я прогибал спину, поднимал свой зад чуть выше... опускал его чуть ниже... поворачивал влево и право... НИ ЧЕГО!!! Всё было тщетно. Ни малейшего признака удовольствия. И вот, когда я уже совсем отчаялся получить искомое, в голову мне пришла идея.
Я остановил Сашкины ритмичные движения и попросил его лечь на спину, а сам, как заправская шлюшка, сел на него сверху и сам направил его член в зияющую дыру моего растраханного ануса. Садился и вправлял его в себя потихоньку, прислушиваясь к своим новым ощущениям и пытаясь понять, будет ли мне на каком-то этапе хоть не много приятно. И вот, когда уже половина Сашкиного члена погрузилась в меня, его головка упёрлась во что-то там внутри... во что-то неведомое мне... но это привело к волне тепла и дрожи... Я чуть приподнялся и вывел его член наружу. За тем опять начал погружать его, пытаясь нащупать головкой ту точку. Вышло. Опять волна жара и приятного ощущения. Мало того, в этот раз я почувствовал какое-то движение крови в моём на глухо опавшем и заснувшем члене!
Я начал повторять это действие вновь и вновь. Вскоре я возбудился. Член мой встал, как гвоздь и я ускорил свои движения. Я сидел к
Сашке спиной и не видел его реакции на мои манипуляции, но по тому, как стоял его член и какие звуки вырывались из его груди, я понимал, что и ему всё это нравится! Я кончил первый, но это было самое странное из того, что я испытывал за свою жизнь. Во-первых, член мой перед тем, как я начал кончать, совершенно упал и скукожился, а во-вторых, не смотря на то, что в голове произошёл эмоциональный взрыв и волна удовольствия охватила всё моё тело, сперма полилась не сразу, а с какой-то задержкой и не бурным (привычным) фонтаном, а как-то скудно и прерывистыми рывками. Брызнет... иссякнет... опять брызнет... опять прервётся... Просто аритмия какая-то!
В изнеможении я слез с Сашкиного прибора и упал на бок, лицом к стенке. Мне не хотелось сейчас видеть кого-то из них. Хотелось сосредоточится на своих переживаниях и осмыслить что именно со мной произошло. Понравилось ли мне это или нет...
Вдруг, сквозь мои мысли, я услышал сдавленный стон Ольги. Я повернул голову и увидел, что она забралась (вслед за мной) на Сашку сверху и села таки своей девственной попкой на его, неизлившийся после нашего траха, член. Её стон, видимо, и сопровождал введение члена в попку. Глаза её были крепко зажмурены, лицо напряжено и искажено гримасой боли, но она упорно вводила и выводила Сашкину головку из своей попки.
Я повернулся к ней и с улыбкой сказал:
— Дурёшка-матрёшка! Головка-это самое толстое и крепкое место у мужика! Попробуй ввести его весь и просто посидеть на нём-привыкнуть. А так, как делаешь ты — очень больно.
Она открыла глаза, улыбнулась мне в ответ и повиновалась. Теперь, Сашкин член полностью погрузился в неё и она, сев попкой на Сашкино пузо, замерла... Гримаса боли делала её миловидное личико просто зверским. Пересохшими от боли и возбуждения губами, она прошептала:
— Боже, как же мне больно! Мальчики, мне кажется, я сейчас просто потеряю сознание!
И по её щёчке, непроизвольно покатилась слеза. Я подвинулся к ней, присел рядом и нежно обнял. Начал целовать её губы и шею, чтобы волна возбуждения сняла все дурные мысли и затмила хоть от части её боль. Пальчиком я нашёл и стал ласкать еле различимый бугорок её клитора. От этого она выгнула спину и жадно впилась ответным поцелуем в мои губы.
Дело пошло на лад, и вскоре она, в приливе возбуждения, начала сама делать некое подобие круговых движений бёдрами, а потом и чуть приподниматься и вновь опускаться на Сашкином члене. Стоны её становились всё громче, а движения всё смелее и большей амплитуды. И вот уже она отстранилась от меня, и начала полноценно трахать себя Сашкиным членом. Закатив глаза и громко стоня, с какими-то слезливыми нотками в голосе, она яростно поднималась и вновь садилась на его ствол. Текла она обильно и поэтому о боли уже речи не было. Сашкин инструмент скользил по выделившейся из её ануса смазке и не причинял ей боли.
Ещё минута, и она, закатив глаза и рыча в сопровождение, нагнулась и упёрлась ручками о матрац, и ускорилась до такой степени, что мне стало страшно за её бедный анус! Я стал переживать, не порвёт ли она его в приступе крайнего возбуждения...
Её упругие ягодицы со звучным шлепком бились о Сашкины бёдра и животик, член его, как игла швейной машинки, сновал взад-вперёд в её, полностью раскрывшейся на встречу ему, дырочке, а её рычание и его стоны слились воедино!
Я заворожено смотрел за ними и не в силах был оторваться от этого действа и вмешаться самому в него. Член мой готов был взорваться от возбуждения и похоти, но я продолжал только смотреть и впитывать в себя этот кавалерийский заезд!
И тут, Ольга как-то странно вскрикнула... подпрыгнула и, слетев с Сашкиного члена, неуклюже завалилась набок и затихла. Он, от неожиданности, приподнялся на локтях и уставился на её неподвижное тело... Мы оба поняли, что произошло что-то не то... Что-то не входящее в обычное течение секса...
Мы вскочили и перевернули её на спину. Она не подавала признаков жизни. Я припал к её груди и, по началу, мне показалось, что сердце не бьётся, но это было скорее всего, от того, что моё собственное сердце билось в горло и пульсировало в висках. Вскоре я понял, что ошибся и с биением сердца у неё всё в порядке. Сашка, со смущением, процедил сквозь зубы:
— Первый настоящий оргазм закончился потерей сознания! Надо холодной воды... — подытожил он.
Мы принесли полотенце, промоченное холодной водой и, протерев Ольге тело, обернули им голову. Через пару минут, сознание начало возвращаться к ней и она открыла глаза. Первое, что она сказала, увидев наши испуганные рожи, склонившиеся над ней::
— Господи, мальчики, это было, как полёт в Космос!!!
Сашка скривился:
— Или полёт к праотцам... Не пугай нас, дорогая, а то с сексом придется завязать.
Ольга удивлённо вскинула глаза:
— Ты о чём, Саш!?
Мы поняли, что она не заметила потери сознания и, переглянувшись, решили её не пугать и не рассказывать о произошедшем с ней.
Напоив её сладким чаем и укутав в одеяло (ей стало не много холодно), мы долго обсуждали всё произошедшее с нами. Делились тонкостями ощущений и на перебой спорили, кому при этом было лучше.
Когда Ольга заснула, Сашка напомнил мне, что так и не кончил, хоть и довёл до оргазма нас обоих, и я (теперь уже с удовольствием) сделал ему минет. Он кончил бурно мне в ротик. Я долго ещё посасывал и ласкал язычком его опавший член, пока не услышал, что он. от переутомления, лёжа на спине, не выдержал и заснул. Лежит себе и похрапывает... А я лежу с его спящим членом во рту... И вдруг, мне страшно захотелось именно так и заснуть! Именно, посасывая его спящий член...
Продолжение следует...