Бабушке нашей привалила радость. К внучке Вале добавились еще внук и внучка от других ее дочерей. не надо было столько детей рожать, так и внуков бы столько не было. Хотя трое - это не то, что полный сбор всех. которых насчитывалось немереное количество. Но и три оторвы доставляли бабушке немалую головную боль своими похождениями.
Бабушка, женщина деревенская, слыхом не слышащая о правах ребенка, о методах воспитания по доктору Споку, щедрой рукой раздавая подзатыльники. быстро привела в чувство особо ретивых и непослушных, навела армейский порядок. Утром кормила, днем выпускала на волю, не заморачиваясь по поводу поисков кто и где, знала, что придут, едва лишь жрать захотят. Жрать хотелось часто, но лишний раз попадать бабке на глаза желания не было и потому пропадали целый день на речке. В дождливую погоду располагались на сеновале.
Вечером бабка загоняла нас в баню, всех скопом, подавив раз и навсегда попытку бунта со стороны девочек, мотивирующих свое желание мыться отдельно своим взрослением. Там она драла нам спины рогожной мочалкой, заставляла девок мыть кунки, а меня отмывать стрючок. Могла проверить, хорошо ли отмыли задницы, положив на лавку и раздвинув ягодицы. Пищать было бесполезно. Сама бабуля ходила по бане, переваливаясь уткой. Не стесняясь совершенно своего вида, мыла свой заросший лобок, намыливая его обильно.
Присев, мыла промежность. Удостоверившись в нашей чистоте, гнала в дом, садила за стол ужинать и отправляла спать. Спали в ночных рубахах и я, и сестрички, потому что наши вещи сохли, постиранные заботливыми бабулиными руками. Попытка объяснить, что вещей родители наложили достаточно и нет смысла стирать каждый вечер, пресекалась объяснением, что некуда деньги тратить. вот и набирают столько одежды.
Еще с прошлого и даже позапрошлого года мы играли в докторов, в маму-папу. изучая строение тел и разницу меж мужскими и женскими гениталиями. Потому в этом году, едва лишь встретившись, продолжили свои занятия. За зиму подросли, стали уже не просто малыми детьми с голыми письками, а подростками. Наши лобки начали покрываться волосами, у девочек появились титечки. Пока еще небольшие, обещающие со временем стать нормальными женскими сиськами, если только девки пойдут в породу. Загнав нас на сеновал и успокоившись, бабуля ложилась спать, предоставляя нас самим себе. И вот тут начиналась вакханалия.
Девки, едва оказавшись на вышке с сеном, скидывали свои рубахи, стягивали рубаху с меня и начиналось приключение. Мы забавлялись, щекоча и дразня половые органы друг друга. Слов таких не знали, называя свои прибамбасы именами, что дала бабушка. То есть кунки и стрючок. Кунки у девочек были уже почти взрослые. У Вальки кунка была побольше, чем у Таньки. Губы были сочнее, более выпуклые. Лобок массивнее и мягче. Да и волос у нее было поболее.
Сказывалась разница в возрасте почти что в год. А у меня, малолетки по сравнению с ними, волосы только-только начали пробиваться, пушком покрыв лобок над членом, торча бородкой Ильича. Девки хохотали, называли моего петуха Лениным, но с удовольствием подставляли свои задницы этому Ильичу. Мы не трогали сокровенное, не нарушали девственность и довольствовались еблей в задницу. Не было угрозы забеременеть, да и замуж выйдут целками. А жопа, что ж что жопа. Затолкать туда стоящий член, проебать сестрицу, потом вторую, доставить удовольствие им и себе.
Пока одна стоит раком, подставив задницу, вторая разляжется перед ней, раздвинет ноги и ловит кайф от ласк ее рук, что мнут и гладят кунку, теребят секилек, доставляя удовольствие. стрючек мой не вошел в полную силу, был тоненький, хотя и подрос, и потому в попу входил запросто, не напрягаясь. Да если еще эту попу смазать вазелином, то залетал туда от первого же толчка. Сетрицы, пользуясь своим численным и физическим превосходством, часто насиловали меня. Разложив на сене, удерживали от излишних телодвижений и одна из них садилась своей кункой мне на лицо, заставляя работать языком и губами. Называлось это "дать отсосать", по аналогии с минетом. Мне минет доставался не так часто, только если у них наступало игривое настроение. Тогда они могли раздраконить меня, пососав по очереди, даже подрочить, рассматривая как из меня изливается сперма, которую тогда называли молофьей. Давно оставив попытки сопротивления, был на положении слуги для их прихотей. Хорошо, что было сестриц всего две. Остальные в этот год не приехали.
В этот раз, поев и забравшись на вышку, расположились на ночлег и начали рассказывать истории и анекдоты, заканчивающиеся одним и тем же: темой поебушек. Пока рассказывали, Танька гладила свою кунку, вызывая оргазм, а Валька расставила ноги и я теребил ее секиль, дроча сестрицу. Танька, отвлекаясь на нас, не могла сосредоточиться и кончить. Сестрицы решили предоставить это дело мне. Улеглись рядом и расставили ноги, приглашая полизать им кунки. Это давно стало игрой, доводящей до оргазма. Лизнуть одну, потом вторую, снова первую. Иногда они ложились одна на одну и подставляли свои интимные места. Так даже было интереснее. Рыжая Танькина и черная Валькина кунки почти соприкасались, составляя контраст. И я вылизывал их, пока не кончат. Потом одна их них становилась раком и подставляла задницу. Или они на пару дрочили мне, смачивая член слюной, для чего брали его в рот. Или просто облизывали.
Довел сначала Таньку до оргазма. Ее кунка мне нравилась больше. Потом переключился на Вальку, а Танька в это время доила меня, стоящего раком над Валькиным телом, дрочила, засунув для ускорения процесса палец в мою задницу. Вот и мы с Валькой кончили. Поболтав немного и побарахтавшись, уснули. Когда поснулся, девки еще спали, разметавшись по широкому пространству застеленного сена. По крыше стучали капли дождя и сегодня походы на реку и прочие похождения обламывались. Танька лежала на животе, отклячив задницу, а у меня утренний стояк.
Поплевал на ее дырочку, слегка помазал ее слюной и начал проталкивать торчащий стрючек в теплый и тесный проход. Пока проталкивался, Танька проснулась, но меня не погнала, терпеливо ожидая начала процесса. Затолкав в нее свое хозяйство, начал потихонечку ебать попискивающую сестрицу. Проснулась и вторая. Пока мы производили телодвижения, Валька спустилась вниз поссать и залезла мокрая, холодная. Танька, которой я ласкал клитор, просунув руки под живот, кончила, заойкав, вывернулась и передала братика по инстанции второй сестре, сама полезла вниз опустошить мочевой пузырь. У Вальки задница была более разработана. Или просто от природы шире. Накачав Вальку до оргазма, кончил сам.
Разлеглись, отдыхая. Со двора позвала бабка, приглашая на завтрак. Полезли с сновала вниз. Впереди был целый день дождливой погоды.