Предыстория
— Ну, неужели... первый раз за два месяца... — меланхолично сказал я шепотом себе под нос, смотря, на открытую дверь своего двухэтажного дома, находившегося от меня в 50 метрах. Я ускорил шаг и поспешил посмотреть на очередного наивного вора, который, уже относительно давно меня не посещал. Черные кожаные сапоги бесшумно проминали траву под моими тяжелыми, от усталости, ногами. На небе уже почти полностью взошла полная, но уже чуть начавшая убывать Ревитель*. Ну неужели вы думаете, что если дверь такого шикарного лубяного дома без замка, это значит «заходи, да воруй»!? Как же бесит эта наивность! Да ведь и прошел этот чудак через Блудную Рощу в ночное время. Хм... Удивительное существо! Видимо Раметта сегодня не в духе...
Подойдя к двери, я увидел в фиолетовом свете ночного спутника (Ревитель) кровавые следы, испачкавшие дверь и порог при входе. Так-так... что — то тут не то. Перевернув все мысли в голове, я резко откинул приоткрытую, слегка шатающую порывами ветра дверь, и сделал шаг через порог. Наклонив голову и закрыв глаза, пересохшими от волнения неизвестности губами, я произнес обычное заклинание: «extinguere candela lux pedicas» и едва я сделал громкий хлопок ладонями, весь дом, осветило ярким пламенем свечей. Самые мелкие располагались узкими дорожками вдоль всей стены, параллельно горизонтальным граням комнаты, ближе к потолку. Более крупных свечей было меньше, они стояли на каждой тумбе, столе, прикроватных тумбочках и даже на дне бассейна в ванной комнате (это особый энергетический огонь, который горит, сжигая запасы энергии дома. Он не горячий и спокойно горит в воде).
Камин залы запылал белыми искорками — я дома... Ко мне подлетел мой домашний сильф Фешос и маленькими, призрачными ручками торопливо тянул меня за край моей черной куртки в комнату. — Да знаю я, у нас гости, хах. — с улыбкой произнес я, усадив его себе на плечо. Сильф молча сидел на мне с сверкающими глазами — нетерпеливый глупышка. Я медленно шел по кровавым следам на полу туда, куда они вели — в обедню. Думал, что за сегодня меня ничто не может удивить, однако зайдя в комнату, признаюсь, я немного ошалел — на полу лежала молодая девушка, видимо с перфандскими корнями. Из одежды на ней была только зеленого цвета футболочка. Ее нежная молочно-розовая кожа вся была в царапинах и грязи. А на спине виднелась огромная рваная рана, пронизовшая не только окровавленную маячку, но и нежную кожу незнакомки. Она лежала на боку. Десяток снотворных дротиков, от «незваных гостей», выпущенных из волшебных стен моего дома пронзил всю ее спину, окончательно добив.
Произнеся «collustret nocte umbra focus» и, щелкнув пальцами, полоска маленьких свечей, тонкой рейкой ровно идущих по горизонтали стен погасла. Остались гореть лишь более крупные свечи. В доме уже стояла тихая, спокойная обстановка вечернего очага. Лишь красные следы на полу и окровавленное тело девушки посреди комнаты портили её. Нахмурившись и оттопырив нижнюю губу я тяжело, устало выдохнул. Неторопливо подойдя к стилажу со спиртным я взял еще закрытую бутылку крепкого спиртного напитка, подаренного мне Лукасом (мой лучший друг) три месяца назад, в день моего рождения. Встряхнув ее, и посмотрев на крепкий напиток через черное мутное стекло одним глазом, я открыл пробку руками, приложив немало усилий. Сладкие пары ударили мне в ноздри. Я закрыл глаза и поднес горлышко к своему носу. Ах... сладкий запах душистого суависа**. Его я учую даже в зловонном зелье Раметты. Такой пряный, такой манящий. Я даже и забыл про то, что у меня есть этот поистине божественный напиток. Чтож, ну и ладно, ради такой красивой девушки и его не жалко... а, честно говоря, схватил то, что первое под руку попалось, раны то надо промыть.
В комнату влетел мой маленький домашний сильф и агрессивно смотрел на меня: «мол, вот ты какой, гад, стоишь тут, а девушка без сознания, посреди комнаты лежит, полумертвая» — Ахахаха, Фешос, я сейчас все сделаю... я так устал за сегодня, честно говоря... Вчера Ревитель была полная и у меня было много работы... Да и она сама виновата — нечего по Блудной Роще по ночам расхаживать. — холодно и устало произнес я. Сильф сделал обиженную мордочку и подлетев к чану с водой, взял маленькую тряпочку и увлажнив ее, начал оттирать кровавые пятна с пола. Понравилась ему она. Ну конечно, такая красотка-перфандка. Сейчас она была не в лучшей форме, но знаю точно она красавица... Я бы и сам ее... вот только молода она. Лет 16 с виду. У меня какой то подсознательный принцеп — с девушками младше 18 не спать. Почему так — не знаю. — Да-да, лучше помоги мне... — сказал я, хлебнув крепкого вина суависа. Я медленно подошел к девушке и стянув с нее, перемазанную грязью и кровью маячку, оставив ее обнаженной. Облив эту ткань крепким спиртом, я начал протирать ее раны от крови и грязи. Влажные следы высыхали и делали ее стройное тело сладким и липким, с приятным запахом. Раздвинув её ножки я увидел, как из ее красной, расбухшой киски капает сперма. Девочка, ну и зачем же ты забрела в это адское место?... Раметта, тётка, зачем же ты такая тварь? Она же еще совсем ребенок...
Стерев с незнакомки остатки крови и, забинтовав на крест ее рваную рану на спине, и, вытащив один за другим тоненькие иголочки дротиков, я уложил красотку в свою комнату на двуспальную просторную кровать... Бутылочка с жгучим напитком полностью опустошилась и я, бессильный и расслабленный лег рядом с девочкой-незнакомкой приобняв её. Пьяным голосом, улыбаясь я произнес: « ничего сладкая, проспишься и все будет хорошо, снотворные дротики не смертельны... «. Язык заплетался, рука сама легла на ее сексуальное бедро. Афродезиакальные свойства пряного напитка сыграли своё. Член уже давно стоял, но сил не было, чтобы что-то такое сделать — изнеможение, усталость... Да и молода слишком она еще... и так пострадала, бедная. Проснулся я ночью от того что незнакомка сидела и плакала на кровате. Я был еще пьян и, обняв ее сзади, я сладко прошептал ей на ухо, робко поцеловав в запутавшиеся черные волосы: — Ну чего ти, малыш! Ты в безопасности. Не съем я тебя... — Ми-ла... на... — тихо произносила она захлебываясь в слезах одно и тоже. Только потом я понял что это было имя... — Ну что ты, что ты! Милая, расскажи что случилось? Как тебя зовут? Кто такая Милана? — сказал я, гладя ее по голове. Тут и протрезвел немного. Совсем немного... Член по-прежнему стоял, а взгляд все падал на большую обнаженную грудь девушки и на ножки. — Нет... не трогайте ее! — бредила она, говоря с закрытыми глазами. Видимо снотворное еще полностью не вышло из ее крови — Так, детка, тут только одна вещь в помощь... — сказал я и достал из прикроватной тумбочки небольшую полупустую фляжку. Прислонив к ее губам я дал ей, сделать пару глотков, после чего, этакий пьянчуга, допил остатки сам... Пойду, помоюсь... все равно уже не усну. Встав из кровати, я оставил ее одну в комнате. — Фи, твоя девчонка пробудилась, бредит что-то, видимо от дротиков — окрикнул я своего сильфа, который тот час пулей влетел в комнату. Зайдя в широкую ванную комнату я наполнил маленький бассейн-ванну водой и, произнеся заклинание «Exit aqua vapor» я дотронулся до воды кончиком пальцев, сделав пару круговых движений. Она тот час забурлила и наполнила комнату горячим паром. Добавив пару капель ароматического масла, я прыгнул в маленький бассейн, ставший джакузи. Ах, как хорошо... Горело лишь три свечи, одна из которых находилась на дне бассейна и вода с паром от этого принимали оранжевый оттенок. «hyacintho, purpura — levem aethera" — произнес я, щелкнув пальцами. Свет источаемый дном, вмиг стал фиолетовым, а пар тяжелым, словно туман. Люблю фиолетовый цвет. Он такой загадочный... Именно сейчас мне необходимо провалиться в эту бездну неизвестности, тайны. Я растворился в лиловой завесе, оставив все заботы, хлопоты и тяжелые мысли за ее пределами...
Около получасу я лежал в горячей воде и вдыхал филеотвые пары. Но что-то не так. Не могу расслабиться полностью. Ах да... стояк. Он так и не успокаивался. Тому виной афродезиак в соке суависа или давний половой контакт с мальчиком-шлюшкой из Формалина? Ох помню я те сладкие губки которые так робко пытались обхватить головку моих 24* 7 см. Знаю, большой... ну а что делать? Не обрежешь же. Помню как первый раз его встретил. Мне тогда было еще 18, совсем молодой жеребец. Сижу я у барной стойки, немного выпивший и чувствую как мое тело сзади обхватывают какие то теплые ручи. И слышу в ухо горячий шепот: «ты мне понравился, МУР-р-р-р. « и ласковое урчание мне на ушко. Я не понял мальчик это или девочка, но для меня это было не важно — я чувствовал запах жертвы... мои животные инстинкты мигом протрезвили меня и, обернувшись я увидел мальчика лет 16. Волосы у него было светло русые и длинноватые, чуть выше плеч. Челка закрывала очень милые зеленые глаза в которых виднелась та черта, которая вызвала у меня животную похоть — невинность жертвы. Его робкая улыбка не соответствовала тому, что он сказал мне только что.
Не успел я налюбоваться им как к нему подошла зрелая женщина-хьюманка. На вид ей было лет 40, не больше. Одета она была в роскошное вечернее платье фиолетового цвета. Оно красиво обтягивала ее стройную фигуру, но ее выражение лица... За головой была собрана кичка фиолетовых волос. Она подошла ко мне и грубым, немного пахабным голосом сказала: « ну что, брать будешь шалаву?» я немного заикающимся голосом произнес: «С-сколько?». Я протянул ей 500 пекуний-каллиго, но она поморщившись и затянув тонкую сигарету сказала: «смеешься? Он ж почти целка!" — и плюнула на меня дымом. Я кашлянул и протянул ей еще 500. «Так то лучше... « — она взяла деньги и удалилась так же быстро как и пришла в толпу веселящегося народа. Мальчик сел ко мне на коленочки, сказав: «ну что братик, угостишь меня коктейлем?» и чмокнул меня в щечку. Ах, он просто затмил мой молодой разум. Я купил ему самый дорогой алкогольный коктейль, стоявший в четыре раза дешевле чем он сам. Туман любви — так банально назывался коктейль.
Из него шли красные клубы пара и мой мальчик, видимо был очень доволен. Весь вечер мы танцевали с ним, целовались, а под ночь сняли недорогой номер. — Ну что детка, пора отрабатывать деньги! — сказал я и завалил его на кровать. Он зажмурился, зажался — он еще не стал конченной шалавой в душе, каким выставила его хозяйка. Как жалко что эта невинность скоро исчезнет... Я положил свою жертву на спину и начал по тихонечку стягивать его одежду. Сначала на пол полетела белоснежная рубашечка. Затем носочки и черные облегающие сексуальные ножки джинсы. И вот он лежит передо мной, съежившийся, в трусиках с еще лежачим членом. А я, одетый как уличный хулиган, лежу рядом с ним. Мои светлые джинсы почти разрываются, но он, такой пассивный, даже не замечает этого! ЧТож, ладно, беру дело в свои руки! Знаем мы, как с такими обращаться! Его белые трусики, которые так, почему то выбесили меня были разорваны прям на нем! Он дернулся, испугавшись и округлив красивые глаза — ЛЕЖАТЬ! Сам ведь знал на что шел! — сказал я привстав прижался одетым пахом к его голой попке. Мальчик был очень взволнован, он весь вспотел, дергался — неопытная шлюшка. Ничего, годик такой работы это исправит. И ведь все равно я стал церемониться с ним! Стал ведь! Я засунул два пальца ему в рот, там все было сухо и обслюнявив их сам я медленно вошел ими в колечко, которое было немного разработано. Хах, интересно как выглядил его первый секс. Наверное, это был какой-нибудь старый папик. Мои пальчики начали делать движения «ножницы» расширяя его узкие молодые глубины. Мне этио быстро надоело, я придвинул свою жертву ближе и впился губами в невинное анальное колечко.
Я щекотал его язычком, впитывая вкус невинности, который кружил мне голову. Мальчик мило смотрел вниз на меня, мокрыми глазками (хм, не заметил что он плачет) и немного вилял задом, давая понять, что ему очень приятно. — Ты хочешь этого, детка? — горячо произнес я, оторвав губы от его ануса и засунув туда два пальца, которые свободно вошли. — Я н-незнаю — неуверенно произнес мальчик. Боже какой он еще невинный. Видимо не по своей воле тут работает и недавно. Да определенно не по своей! Тут какая-то история, в которой, если будет время и желание, я разберусь. Уж очень он меня зацепил... не хочется чтобы его такая чистая душа гнила тут. — Малышка, ты будешь сейчас сам просить меня трахнуть тебя... — с немного коварной ухмылкой похотливо произнес я, закрыл глаза и начал нежно скользить пальчиками вглубь моего мальчика, который в эту ночь принадлежал только мне. — ааа... ? — Он сделал большие глаза, сначала не понимая о чем я и возможно испугавшись. Мысль о том, что он здесь невольно с одной стороны смущала меня, но с другой стороны еще больше заводила меня. Я ускорялся постепенно и через минуту я уже на всей скорости и амплитуде вгонял в него пальцы, задевая бугорок его простаты. — Боги, я просто поражаюсь твоей невинности... — сказал я, с небольшой усмешкой. Его выражение лица медленно менялось. Полминуты он причувствовался к новым ощущениям, а затем сам начал ерзать на моих пальчиках. Лицо его наполнилось похотью. Чистоту вмиг сменило плотское желание.
Он закрыл глаза и, сморщив красивое личико с правильными чертами лица, начал бить руками об кровать. Через некоторое время его небольшой членик (15—16 см) встал, а попа уже сама насаживалась на скользкие пальчики — Иш, разошелся то как... — тихо прошептал я... В его стонах и всхлипах моих слов даже не было слышно, — Как жаль что вся эта невинность вскоре растает, как снег на солнце... — ААА... пожалуйста, сделай это... — громко крикнул, он, закусив нижнюю губу. Я про себя хихикнул и подняшись вверх, навис над ним. Его ноги обхватили мой накаченный торс и плотно легли на поясницу. — Нетерпиться, шлюшка? — горячо шепнул я ему на ухо, зажав его между острыми клыками. Маленькая венка на ушке бешено пульсировала, как и сердечко, которое, казалось, сейчас выскочит из мальчишеской груди. О да... я чувствовал биение его сердца, прислонившись своей мускулистой грудью к маленькому, худенькому тельцу. Я дразнил его, водя головкой, которая готова была извергнуть семя без проникновения, лишь от одного вида этого малыша-котенка. Но я держался, пытаясь растянуть удовольствие. Так и находясь с зажатой между зубами ушной раковиной я продолжал дразнить и его и себя... Через пол минуты уже не сдержался и вошел... Вошел в эти размякшие, сладкие глубины...
Я медленно таранил его, очень медленно, чтоб не кончить, но до конца. А он, так робко всхлипывал зажатый у меня в руках и закусанным ушком в зубах принимал все мои толчки. Мой член, скользивший там, окончательно растягивал узкие стенки его дырочки. Так медленно... так сладко... Тут я не выдержал и вдавив его в кровать своим весом, начал бешен таранить его в зад, загоняя член до конца. Грубые волосы моих мохнатых яиц щекотали его нежную кожу... через пол минуты ускоренного траха он провалился в сладкую истому, выгнулся, и его член, без какой либо помощи начал выстреливать гроздья спермы между нашими животами. Тут и я не сдеражлся. Резко воткнув в него член еще несколько раз, я зарычал и прокусив ту венку в ухе, которая так дразнила меня, своим невинным биением я залил его теплом свой любви... Мои клыки сошлись, давая знать что в ухе у него теперь маленькая кровящая дырочка... Боли он скорей всего особо не почувствовал, так как оргазм, видимо, не покинул его тело на тот момент. Вот это было блаженство...
Из краешка ушка, с прокусанным хрящом сочилась молодая кровь прямо мне в рот. На тот момент я чувствовал себя просто божественно. Мальчик немного подрагивал, изливая остатки спермы между нашими животами. Ух и залил он здорово. — РРР... вылизывай, сучка! — холодно сказал я, взяв его за волосы и притянув к обконченным кубикам пресса. Он немного скулил и с полузажмуренными глазами стал нежно вылизывать свою сперму с меня. Он делал это очень неловко. Видимо полученное удовольствие не прошло так быстро и бесследно. Я не выдержал и за волосы прижал его лицом к своим кубикам, и обтер им всю сперму. — Слишком грубо? — с улыбкой спросил я, за волосы, потянув его на верх и поцеловав в губы, разделяя в сладком поцелуе невинуую сперму. Я вошел в его ротик своим грубым язычком и стал трахать его в очередной раз. Оторвавшись от поцелуя я увидел тоненькую ниточку спермы, тянущуюся между нашими ртами. Он мгновенно слизнул ее, облизнув мои губы. — Ах, какой ты сладкий... — сказал я и, завалив его в кровать, и обняв за талию так и уснул с ним в руках... — КАКОГО ЧЕРТА? — вскочил я из ванной. Посмотрев за окно, я увидал зарю. Это был сон... просто воспоминание... Пора отправляться на работу... ДЕВЧЕНКА! Я обернулся полотенцем и побежал в комнату, где лежала та молодая девушка. Она спала в халате. На её плоском животике сладко посапывал Фешос, поднимаясь вверх вниз, от каждого ее вздоха. — ХИ, спите ребята... — тихо подумал я вслух. Написав записку: «милая, никуда не уходи из дома, заблудишься опять, здесь ты в безопасности. Двери тоже не открывай, а то активируешь очередные ловушки. Отдыхай. Приду вечером.»