Сегодня у нас в городе праздник - жители отмечают День Города. Он всегда приходится на субботу, так что можно погулять вволю и на следующий день отдохнуть. В прошлый раз этот праздник прошёл для меня великолепно. К полудню я уже выпил несколько коктейлей, которые бурлили у меня в животе и мутили мой мозг, а поскольку для поддержания порядка в этот день всегда дежурили военные и большое количество милиционеров, то я просто жаждал оттянуться с кем-нибудь из них.
Сквер, где происходили основные мероприятия, был большой, да и людей в нём было очень много. Моё внимание привлекла огромная толпа людей. Как оказалось, там рядом было два аттракциона (два батута для взрослых и детей) и гончарная мастерская. Желающих попробовать своё искусство в гончарном деле было очень много, поэтому я решил попрыгать на батуте. Да, я любил этот эластичный круг, на котором можно было показывать очень забавные фигуры. Коктейли сделали своё дело - я купил билет сразу на два сеанса и, что удивительно, выделывал на батуте такие фигуры, что часто слышал аплодисменты в свой адрес. Мне было приятно, что даже в таком состоянии я могу контролировать себя и чётко выполнять молниеносно рождающиеся в моей голове приёмы. И вот с высоты я заметил двух людей в форме, которые смотрели на мои прыжки и тоже мне аплодировали. Это было двое солдат, братьев-близнецов, как потом выяснилось. Мне вручили приз - это был вымпел с вышитым на нём человеком в полёте, у которого ноги раздвинуты в "шпагат". Мелочь, но приятно!
Те двое солдат подошли ко мне и стали задавать вопросы: где я научился выделывать такие фигуры, сколько времени тренировался и смогу ли научить их делать так же. Честное слово, предложение было приятное, но времени тренировать их у меня совсем не было. Мои мысли крутились вокруг совершенно другого: как бы трахнуть эту пару красавцев или хотя бы отсосать у них члены. Я почувствовал себя немного не в своей тарелке, рассматривая их тела и ширинки. Меня влекло к ним, мне хотелось их! Сославшись на то, что у меня кружится голова после таких полётов, я направился в туалет, но мои собеседники последовали за мной.
Открыв кран, я стал умываться, а солдаты встали к писсуарам, чтобы отлить... Ого! То, что было вынуто из армейских брюк, не вписывалось ни в какие нормы - члены были просто великолепны: длиной сантиметров по двадцать, а толщиной сантиметров по пять! Я открыл рот от удивления и стоял так, не шевелясь, вода накапала с подбородка мне на джинсы, они стали мокрыми и я уже не мог в таком виде выйти на улицу. Я зашёл в кабинку, но дверь закрыть не успел, солдаты ввалились туда за мной и ошарашили меня вопросом:
- Ну как, наши члены впечатляют?
Я кивнул головой и тут же получил удар под дых. Я не из слабых, но удар был очень сильным, так что я согнулся, и моё лицо оказалось на уровне их членов, да ещё, как назло, мои губы коснулись одного из них... От этого члена шёл сугубо солдатский, мужской запах, и я не выдержал, впился губами в него, заглотил его по самые яйца и ухватился за ягодицы парня. Громкое мычание излилось из недр солдата, а затем он схватил меня за голову и задержал её в таком состоянии на несколько минут. Член пульсировал в моём горле, всё больше напрягался, и мне стало трудно дышать. Я начал мотать головой, пытаясь сорваться с члена, и помощь пришла ко мне - от брата солдата. Он освободил меня от душившего меня члена, но тут же засунул мне в рот свой торчащий дрын.
Да, это был настоящий кол, который стал ходить в моём рту, то заходя в него глубоко, то выдвигаясь наружу до краёв головки. Второй брат оказался ростом на несколько сантиметров ниже первого, поэтому он часто приподнимался на цыпочки, когда горячей синевато-алой головкой бил меня по щекам и губам. Другой брат онанировал, я видел на его члене выпирающие вены, капельки смазки стекали с головки, и я подумал, что парень вот-вот кончит. Однако братья оказались крепкими орешками, они переставали двигать членами в моём рту, когда слышали голоса входящих, но когда эти голоса замолкали, и в туалете уже никого не оставалось, они продолжали долбить меня, и это продолжалось уже минут тридцать - по крайней мере, мне так показалось. С одним членом во рту я ещё как-то справлялся, но когда была сделана попытка впихнуть в мой рот ещё и второй член, я испугался, ведь близнецы могли мне просто-напросто порвать рот своими болтами.
Что мне очень не понравилось, так это то, что они кончили мне прямо на лицо, и сперма стекала с него на пол, она была липкая и какая-то вонючая - такой запах я чувствовал впервые. Ещё раз облизав головки обоих солдат, я пошёл смывать с себя остатки спермы, уже начинающей стягивать мне лицо. Теперь я ощущал какой-то кайф от того, что два молодых солдата-жеребца дали мне отсосать и вылили на меня так много спермы. Часть её я проглотил и теперь снимал с лица пальцами её остатки и тоже их проглатывал.
Прошло всего-то минут десять, как я услышал шаги на лестнице и решил, что пока не буду выходить на улицу. Однако это были опять они, спермопроизводители в квадрате! Не дождавшись меня, парни решили, что теперь я жду других парней, чтобы отсосать у них, и снова спустились вниз. Я был в кабинке, это была моя крепость, глаза мои горели от только что полученного наслаждения, а лицо моё покраснело от стыда. Я увидел, как из соседней кабинки смотрит на меня лицо солдата, улыбающегося и задающего мне вопрос:
- Ещё хочешь?
Да, я хотел ещё, и в этом была моя слабость по этой части, я хотел море спермы от множества членов!
- У нас есть к тебе предложение, - сказал один из близнецов. - Поехали к нам в часть, и мы найдём для тебя ещё целую роту пацанов, которые кончат тебе в рот.
Предложение было заманчивым, я уже представил, как ко мне выстроилась очередь из молоденьких солдат с разнокалиберными членами и яйцами, чтобы спустить мне в рот. Особо не раздумывая, я согласился. По дороге парни объяснили мне, что как только стемнеет, мне откроют окно в кочегарке, через которое я влезу, и туда же они приведут человек семь солдат и одного офицера, которые уже давно не были в увольнении и которые с удовольствием оприходуют мой рот. "Пожалуй, моё давнее желание скоро сбудется", - думал я и гулял около воинской части, предвкушая будущее соитие.
Окна в кочегарке были грязными, и внутри неё ничего не было видно, там даже электричество не зажигали. Вдруг одно из окон немного приоткрылось, затем его распахнули настежь, махнули мне рукой, и я, как молодой жираф (при моём росте 198 см и весе 82 кг), рванул к нему и через секунду уже стоял на бетонном полу помещения. Окно тут же запахнулось, и мне пришлось долго присматриваться, чтобы разглядеть обстановку и ожидающих меня солдат. Ничего плохого не подозревая, я стоял и улыбался. Не уверен, что мою улыбку кто-нибудь видел, меня взяли крепко за руку и куда-то повели. За котлом-бойлером в углу стоял стол, на котором горела свеча, и можно было хоть чуточку присмотреться к окружающим.
Рядом со мной стояли мои прежние знакомые, солдаты-близнецы, и ещё двое. Все солдаты были крепкие и высокие, но всё равно ниже меня. Они сели за стол и вытащили из какого-то хлама литровую бутылку с водкой. Хлеб и котлеты были припасены, видимо, заранее. "Значит, можно выпить за встречу и начать дойку яиц", - подумал я. Разлили всем почти по три четверти стакана. Я не алкаш, но выпить могу немало, поэтому не придал особое значение такому количеству спиртного. Тост был обыкновенным: за знакомство. Я первым выпил пойло - другим словом эту гадость назвать нельзя, потому что к нему было что-то примешано. У меня в ушах тут же начало звенеть, и слух притупился чуть ли не мгновенно. Мне называли имена парней: Андрей, Дмитрий, Антон, Александр... Я всё слышал, но тело моё как будто чем-то сковало, я обмяк, но ещё кое-как держался.
Я даже не успел закусить, как ко мне подошёл один из братьев и, расстегнув ширинку, вывалил оттуда наружу свой могучий член. Я наклонился и стал его сосать, освободив брюки от ремня, приспустил их и увидел настоящие солдатские трусы - синие, с широкими штанинами, те самые, которые я любил. Я любил солдат за их страсть, за возможность просунуть в штанины их трусов руку и поонанировать им член, видя то, как трусы оттопыриваются, и член готов прямо-таки выпрыгнуть из-под резинки.
Я любил снимать эти трусы резким движением, чтобы видеть, как торчащий член ударится после этого о живот, я любил раздевать солдат, чтобы, постепенно оголяясь, тело предстало перед моими глазами в мохнатом или совершенно гладком виде, любил наблюдать за тем, как крепкие, накачанные тренировками мышцы начинают дрожать от приближающегося оргазма, как грубые пальцы держат мою голову и пытаются засунуть свои члены в неё чуть ли не вместе с яйцами. А как солдаты умеют целоваться, двигая при этом своим членом по моему животу и разминая мне ягодицы!
Пока меня дрючили в рот, трое остальных солдат лапали меня, как товар на рынке. Футболку я уже скинул, а пряжка от ремня резко давила мне в живот, поэтому я чуть освободил его, но окружающие меня солдаты поняли это по-своему. Антон через джинсы стал мять мне член и, убедившись в том, что он стоит, расстегнул мой ремень и сдернул с меня всю одежду сразу. Джинсы вместе с трусами оказались где-то на уровне коленок, я стоял раком, и на мою задницу накинулось сразу трое солдат. Они щипали её, целовали, шлёпали по ней ладонями и просто разминали её, при этом я чувствовал их головки, которые тёрлись об меня.
Когда кто-то попытался вставить мне палец в очко, я оторвался от сосания Сашкиного члена и, развернувшись, замахнулся, чтобы врезать нахалу за такие шалости, но мою руку перехватили крепкими лапищами и заломили её за спину. Мне было очень больно, но я терпел, а когда почувствовал, что руку от такой хватки могут и вывернуть, лягнул в ногу державшего меня и упал на спину. На меня накинулась вся эта ватага солдатни, свеча упала, стало вдруг темно, и я ничего не видел. Меня успокоили так быстро, что я не успел даже что-либо сообразить. Я лежал на бетонном полу, губа у меня была окровавлена, руки ломило, голова гудела, а глаза мои выражали гнев и желание рассчитаться с моими обидчиками.
Пока я соображал, как мне вести себя дальше, и кое-как поднялся на колени, вся эта групповуха уже разделась догола и онанировала свои члены. Свечу снова зажгли, и я увидел на лицах всех солдат решимость атаковать меня со всех сторон. Меня опять ударили под дых, и я обмяк, мне уже совали в рот член, и я не отказывался, но сосал с неохотой. Затем меня повалили на шинели или какие-то тряпки, остро пахнущие пОтом, лицом вниз, раздвинули мне ноги, вытянули вперёд руки, и я оказался как бы на растяжках. Дёргаться было бесполезно, к тому же мою шею придавили сапогом, и я молча ждал того, что будет дальше. Меня держало четверо моих трахальщиков, и это была моя маленькая победа, потому что никто из них не мог отпустить мою руку или ногу, так как все поняли, что я могу выкинуть ещё что-нибудь.
Но тут я услышал совершенно незнакомые мне голоса и почувствовал, как по бетонному полу шагают ещё несколько человек, и разговаривают они друг с другом с небольшим акцентом. Это были мои новые мучители: три солдата-татарина и офицер. Я почувствовал лёгкий запах мужской туалетной воды - скорее всего, этот запах шёл от офицера. "Может, он будет обходиться со мной помягче", - подумал я, и тут же ручищи офицера начали гладить моё тело, а когда они дотронулись до ягодиц, я вздрогнул. Я боялся повторения предыдущей ситуации. Офицера звали Виталий, других новеньких - Нияз, Мурат и Тимур. Вопрос Виталия:
- В очко уже трахали? - меня насторожил.
Все мои мысли были направлены только на то, чтобы не дать им трахнуть себя в жопу! Я был целкой и всегда говорил об этом своим партнёрам, теперь же на моё очко покушались сразу восемь военных жеребцов. Они ответили офицеру чуть ли не хором:
- Ждали тебя.
Настроение у Виталия сразу же поднялось, и он снова начал двигать руками по моему напряжённому телу и разминать мои ягодицы. От таких движений я был уже на грани спуска. Наконец, я не выдержал, и сперма потекла под меня, я ощущал её тепло и липкость. Я кончил только от прикосновений и поглаживаний офицера! Он понял это и решительно приказал:
- Дайте ему ещё водки!
Я не хотел пить ещё раз такую гадость, но мне сжали челюсти и влили её в горло прямо из бутылки. Я чуть не захлебнулся. Лёжа на полу с повернутой головой, я постарался побыстрей проглотить эту ужасающую жидкость и опять почувствовал себя не очень хорошо, голова у меня закружилась, и я на мгновение расслабился. Палец Виталия попытался войти в мою попку, но, поняв это, я резко сжал ягодицы. Конечно, долго в таком сжатом состоянии я удерживаться не мог, чем и воспользовался офицер, который время от времени всовывал свой палец в меня всё дальше и дальше.
Мне было ужасно обидно и больно, но я ощущал чужое тело в моей жопе! Я вспомнил, как учил своих партнёров не напрягаться, а наоборот, расслабиться, когда я по согласию трахал их в очко. Но там всё было в рамках обоюдного согласия, а тут меня насиловали, да, именно насиловали - вернее, это было начало, прелюдия к групповому изнасилованию.
Я чувствовал, как Виталий онанирует свой член и всё время смазывает его своей слюной, потому что часть её падала мне на ляжки и ягодицы. А когда он раздвинул мне ягодицы с такой силой, что мне показалось, что сейчас он порвёт их на части, я впервые почувствовал прикосновение твёрдой головки к моей не тронутой ещё никем попочке. Теперь я уже решил не сопротивляться - будь что будет! Виталий стал нажимать головкой на мой анус, пытаясь войти в меня своим мощным членом, и... тот раскрылся, моё очко было готово к приёму чужой плоти. Войдя в меня полностью, офицер остановился, я же задыхался, мне казалось, что мою жопу разорвало взрывом, что туда забили не живой член офицера, а ручку от швабры.
Ударом ручищами об мои ягодицы Виталий начал мучительный и долгий трах моей попки. Когда время от времени он вынимал весь член из меня, и я надеялся на то, что сейчас будет передышка, но я ошибался. Он с новой силой вгонял свой елдак мне в зад и дрючил меня с остервенением. Время я контролировать был не в состоянии, боясь того, что мне порвут кишки, и тогда для меня наступит полный пипец. Я чувствовал, что на ближайшие соревнования по велоспорту и баскетболу я не выйду и тем самым подведу свою команду, хотя надежды на то, что я вообще останусь жив, у меня становилось всё меньше и меньше.
Виталик наконец-то задрожал, впился ногтями в моё измученное тело, и мне показалось, что у меня рёбра затрещали, а он тем временем кончал и кончал в мой молодой организм потоками спермы, и я чувствовал, как она заполняет меня изнутри. "Только бы не лопнуть!" - думал я. Резким движением Виталик выдернул член из моего очка. Оно ныло от боли и, мне казалось, не могло закрыться.
Однако облегчение длилось всего полминуты, пока менялся партнёр. Следующим был Нияз. Его головка была, как помидор, крупная, круглая и никак не входила в уже раздолбанное очко. Он нервничал и, наконец, вставил мне. У меня возникло ощущение, что в меня вошла бита, а очко замкнулось вокруг её ручки. Я ощущал резкое трение об мой анус внутри тела, это его шары на члене тёрли мои внутренности. Кончил он, однако, так быстро, что я не успел даже испугаться этой атаки, и опять татарская сперма была слита в меня. Хорошо, что хоть вынимал Нияз из меня свой член осторожно, видимо, побаивался за него.
Третьим был Мурат - прямая противоположность Ниязу. Это был ангел с тонким, но длинным членом. В этот раз я ощутил, как его яйца бьются об меня. Они были волосатые и щекотали мне ягодицы. Какое блаженство - я лежал спокойно, а Муратик трахал меня в зад, и я впервые смог расслабиться. Похоже, ему нравилось такое моё состояние, и он виртуозно двигал членом вперёд и назад, время от времени останавливаясь, давая передышку и мне, и себе. Кончил он неудачно, часть его спермы залила мне задницу, а часть попала в очко.
Мурат пытался побыстрее вставить в меня член и додолбить меня, уже лёжа на моём теле. Его живот и грудь были покрыты мягкими волосками, честно признаюсь, он чуточку успокоил меня, прильнув своим телом к моему. Мужское тепло разгорячённого парня вселяло в меня какую-то надежду на то, что остальные уже не захотят трахать парня, в которого наспускали такое количество спермы, но всё оказалось гораздо проще: молодые парни, почуявшие свободное очко, в котором можно погонять свой член, не брезговали находящейся в нём спермой своих собратьев.
Тимур начал свою атаку совсем по-другому, его член долго тёрся между моими ягодицами, шлёпал по ним головкой, он плевал мне на задницу, но снова и снова моя готовность принять в себя его член игнорировалась. Неужели он не будет меня трахать, как другие парни? Но Тимур вдруг развернулся, уселся спиной к моей голове и... стал вставлять свой изогнутый дугой член в моё очко. Это было похоже на то, что он пытается выпрямить мою кишку в обратном направлении. Головка вошла, но дальше член не пошёл, и тут я сообразил и чуть выгнул зад в его сторону.
Теперь уже четвёртый член таранил меня, а я всё лежал на животе, и меня держали за руки и ноги. Я физически изнемогал, почти терял сознание, но всё ещё держался. Теперь я мог сравнить мои тренировки с тем физическим напряжением, которое испытывал сейчас. Тимур выворачивал меня наизнанку, мне казалось, что его головка трётся о мой живот изнутри и вот-вот порвёт его. Боль была просто невыносимая! Член у парня стоял так крепко, что надеяться на быструю кончину мне не приходилось. И тут я отключился...
Сколько времени прошло, я не знаю, но, придя в себя, я услышал:
- Крепкий парень, через пять минут опять в строю, - но меня уже никто не трахал, я даже не был уверен в том, что Тимур кончил в меня.
Очнувшись, я почувствовал какую-то бесконечность моих кишок - я хотел есть и особенно пить. Мне дали воды, я жадно пил её, наполняя себя живительной влагой. Когда я уже смог как-то соображать, то решил попросить солдат отпустить меня. Смех этой оравы трахальщиков поразил меня. Я понял, что меня ждёт "продолжение банкета". Скорее бы уже!
Крепкие руки подняли меня, как гамак, и положили на стол, где мы до этого пили. Теперь я лежал на спине. Меня предупредили, чтобы я даже не рыпался не дать остальным, иначе меня привяжут к столу, и мне же будет хуже. Я понял это и вцепился в стол руками, готовый теперь ко всему, лишь бы поскорее закончились мои пытки. Очко горело, но, как ни странно, запаха крови или чувства кровоточивости я не ощущал. Это хорошо, что моя жопа не порвана, мне ведь надо пережить ещё четверых (как трахают братья-близнецы, я уже знал, и это меня успокаивало).
Антон подошёл ко мне и ткнул своим членом мне в губы, я открыл рот, и он стал дрючить меня в него, так как сосать я уже не мог. Он опять стал глубоко засаживать мне в горло свой член, и яйца парня постоянно ударялись о мой подбородок. Солдат держал меня за голову, пытаясь ухватиться за мои волосы, но я коротко стригусь, и поэтому рука постоянно скользила по черепу, из-за чего Антон скрёб своими ногтями по моей голове. Я даже представил себе, как он вцепится в мою голову и снимет с меня скальп, если будет кончать мне в рот. Но мне повезло! Когда Антон уже был готов кончать, он подбежал к моей заднице, вставил легко и свободно в моё очко свой пульсирующий и разбрасывающий сперму член и стал кончать, кончать, кончать... У меня сложилось впечатление, что его организм, вырабатывающий литрами сперму, скопившуюся за долгое время, нашёл теперь ущелье, которое надо заполнить ею до краёв. Принять всё то, что в меня слил Антон, я не смог, и остатки спермы стекали по моим ляжкам и растекались по столу.
Мои предположения оправдались: теперь к мой жопе стал пристраиваться Дмитрий. Братьям, видимо, достанется завершение оргии. Теперь я почувствовал не член - сразу три пальца вонзились в моё очко, и рука парня начала совершать в нём танцевальные движения: они разжимались и сжимались снова, щекотали мои внутренности и ездили туда-сюда с разной скоростью. Рука крутилась, вибрировала и просто дёргала моё входное отверстие. Я сам никогда и ни с кем не проделывал такого, но мне это понравилось! О чём это я?! Меня насилуют, а я ещё и удовольствие получаю?! Стыд и позор! Оказывается, новизна не знает пределов совершенства.
Правая рука Дмитрия обрабатывала мою жопу, я кайфовал, а левая онанировала член то мне, то себе. Вы думаете, что мой член за всё это время не вставал? Ничего подобного, такой секс меня с какого-то момента начал возбуждать! Я расслабился, и мне хотелось кончить, но вот сделать это я всё никак не мог. Яйца мои уже гудели, а оргазм не наступал. Кончить я так и не смог. Дмитрий залил моё тело своей спермой и только после этого вставил свой член мне в попку. Он вошёл в неё и не двигался, при этом он целовал и гладил мои ноги такими нежными движениями, что я испытал к нему даже какое-то чувство благодарности.
Фраза, кинутая Андреем (одним из братьев-близнецов):
- Теперь мы, - вывела меня из задумчивости и кайфа.
Дима осторожно вышел из меня, и его место занял Александр. Я видел, что он онанировал уже давно, при этом всё время наблюдая за тем, как Дмитрий обслуживает меня. Он как-то сбоку, с разбегу, с размаха воткнул в меня свой дрын и начал грубо трахать моё тело, покручивая мои соски, они напряглись, и Саша в дополнение к своему толстому члену, бороздившему мои внутренности, вставил мне в анус ещё и палец. Похоже, ему это очень понравилось. Он закрыл глаза, откинул голову и, ухватив меня за бёдра, заработал своими ритмично, но резко.
Тут на стол, на котором я лежал, стал взбираться Андрей. "Наверное, сейчас он будет сливать мне в рот", - подумал я. Как же! Дурак я, дурак! Парень наклонился, присел и свой прямой кол начал вставлять тоже в мою задницу. Они хотят дрючить меня в два члена! Меня начал бить озноб, и утихомирить его я не мог. Андрей с силой нажал своей головкой мне на входной отверстие, затем, видимо, почувствовав член брата, усилил давление и стал миллиметр за миллиметром проникать вглубь меня. Семь прежних членов, побывавших в моём очке, сделали своё дело: оно было уже разработано под приём двух членов одновременно. Братья забалдели от того, что работают синхронно и показывают класс своим дружбанам. Что было дальше, я не могу вспомнить, но как только братья кончили в меня, я вырубился.
Очнулся я за городом на шоссе около поста ГИБДД. Начинался рассвет, машин не было. Я был в одних трусах, от которых пахло спермой и потом, мои руки сжимали собственные порванные джинсы, моё тело ломило, оно всё было в остатках засохшей спермы, грязное, с кровоподтёками. Мне хотелось домой, в тёплую ванну, и я решил попросить помощи у милиционеров. Кое-как я подошёл к помещению, где, казалось, должно было быть моё спасение, но взобраться по ступенькам я был уже не в силах. Я потянулся к окну, чтобы постучать в стекло, но в этот момент дверь открылась, и на пороге появился сержант. Увидев меня, он сказал:
- Ты чё, парень, онанируешь тут на нас, что ли? - и, быстро спустившись по ступенькам, схватил меня, а затем потащил в каптёрку.
Второй дежурный был удивлён, даже ошарашен моим видом.
- Ну, рассказывай, чем ты тут занимаешься? - опять начал первый.
Они увидели моё накачанное, спортивное тело и почти сразу же прервали мой рассказ, предложив мне, как они сказали, сделку: они трахнут меня в попку, а потом подбросят до города, и я успею до начала дня оказаться дома. Быстро светлело, и я согласился на их условия. Милиционеры таранили меня сразу вдвоём - один в очко, а другой в рот. "Скорее, только скорее..." - мечтал я. И вот они оба кончили. Трахались они хреново, да и кончили помалу, но слово своё сдержали и довезли меня почти до дома. Родители мои были на даче, а ключи от дома всё-таки остались в кармане джинсов.
Какое счастье - наконец-то я дома! Не дотрагиваясь почти ни до чего, я включил в ванне горячую воду и отмокал в ней часа два. Я менял воду трижды, мне всё казалось, что я никогда не отмоюсь от остатков спермы всех этих трахальщиков-военных. Попка не была разорвана, и я понемногу приходил в себя. Сутки я отсыпался и не отвечал ни на чьи звонки, а когда проснулся, то стал утешать себя тем, что я всё-таки остался жив, меня не убили и не закопали, а просто-напросто изнасиловали. Надо признать, что произошло это в общем-то по согласию. Я убеждал себя в том, что это был сон, страшный, но оставшийся в прошлом.
До сих пор никто из близких мне людей не знает о случившемся со мной, я храню молчание об этом случае. Даже брату я не могу рассказать про такое. Он всегда меня понимал и многое прощал мне, но я не могу даже представить его реакцию, если он узнает обо всём этом. Однако я уверен в том, что если бы я рассказал о случившемся родне, это могло бы закончиться очень серьёзными неприятностями для всей нашей семьи. Брат обязательно бы отыскал эту банду трахальщиков и разобрался бы с ней по всем законам человеческих отношений, могла бы случиться трагедия, которая испортила бы жизнь всем нам.
Вот так меня в мои 28 лет изнасиловали восемь крепких молодых парней. Может, это знак, предупреждающий меня о том, к чему может привести моё поведение. Наверное, это так, но сосать члены мне всё равно хочется!