Катя проснулась отдохнувшая и свежая. Тем не менее, едва она осознала себя, как в душе поднялась волна паники. Сразу вспомнились все события прошлого дня, да и поза — распятая звездой на пушистом мягком ковре в прозрачном «аквариуме», — не располагала к душевному спокойствию.
Дикая похоть, обуявшая вчера женщину, прошла. Лишь слабыми отголосками отдаваясь в организме. Тем унизительнее казалось то, что происходило вчера и происходит сейчас.
Катя огляделась исподтишка, не желая встречаться взглядами с женщинами, которые занимали «аквариумы» напротив. Взгляды не встретились. Но, возможно, это было не к лучшему — внимание привлекла лежащая на боку Кристина. Несомненно любой мужчина залюбовался бы открывшейся картиной. Коричневые волосы, разметавшиеся по белому ковру. Стройное спортивное тело. Цепочка позвоночника вдоль спины. Попка в виде перевернутого сердечка. Это все конечно Катю не тронуло. Но вот то, что первым делом понравилось бы любому гипотетическому мужчину, заставило судорожно вздохнуть и ее: Кристина просунула руку между бедер, и теперь было отчетливо видно, как она лениво ласкает себя, введя два пальца во влагалище.
Некоторое время Катя ошеломленно смотрела на то, как бесстыдно самоудовлетворяется соседка. А потом с ужасом осознала, что в ней самой волной поднимается вчерашнее всепоглощающее желание. Сразу вспомнилось, что у нее внутри ничего и никого не было. И даже соски и нижние губки остались без внимания. Женщина застонала от унижения, вспомнив, как была счастлива только от того, что ей дали в ротик. Но и только! В остальном руки мужчин — доктора и санитара, — ходили вокруг да около, оставляя ее неудовлетворенной. Нет, понятное дело, оргазма она бы не достигла. Именно желание получать оргазм и привело женщину в эту клинику, где дешево и быстро обещали научить ее организм получать окончательное удовлетворение. В это время тело Кристины вдруг вздрогнуло. Раз. Другой. Послышался сладкий стон. И Катя вдруг приободрилась. Ведь эта Кристина тоже пришла сюда за оргазмом. И теперь получает его на пустом месте. И столько раз, сколько захочет! Осознание, что очень сомнительные методы доктора работают, несколько примирили Катю с реальностью. И она только закрыла от стыда глаза, когда дверь в их «палату» открылась, и вошли доктор с санитарами звероподобного вида. К тому же, не смотря на то, что щечки зарделись, вновь охватившее тело желание отозвалось приятной истомой — поза с раздвинутыми на ковре ножками позволяла беспрепятственно разглядывать текущую пизденку. Раскрывшуюся и умоляющую о внимании. И, возможно глупая и недостижимая, мечта о том, что мужчины заинтересуются ею, вспыхнула вновь.
Между тем доктор с санитарами прошли в центр палаты, осматривая «пациенток" — как раз вышла из ванной комнаты и третья девушка, Сандра. Хрупкая изящная блондинка.
— Ну что ж, шлюшки, как провели ночь? Готовы ли шлюхи продолжать лечение? — спросил док, с удовольствием оглядывая подопечных.
Сандра тут же опустилась на колени:
— Ваша шлюха готова к дальнейшим процедурам, — и открыла ротик, недвусмысленно давая понять, к каким именно процедурам она готова.
Кристина вела себя спокойнее, просто поднявшись на ноги и демонстрируя великолепную спортивную форму. Внешнее спокойствие этой женщины даже разозлило Катю. Ну еще бы! Вчера та получила несчетное количество оргазмов, когда ее во все дырки драли санитары, а потом еще и ночью беспрестанно ласкала себя, не говоря уже о том, что ко всему прочему кончила буквально несколько минут назад...
Доктор повернулся к санитарам и указал на блондинку, замершую на коленях с раскрытым ротиком:
— Кто-нибудь желает?
Один из санитаров открыл стеклянную дверь, приложив бейджик к считывающему устройству. Сандра встала раком и прогнулась, вздернув попку. Поизвивалась, крутя ею. Сделала бровки домиком и проканючила:
— А в другие дырочки будет позволено?..
Санитар вопросительно обернулся к доктору. Тот пожал плечами, взглянул в свой планшет и кивнул:
— Не слишком долго, и постарайся, чтобы она не кончила...
Док повернулся к санитарам:
— Ты займись этой шлюхой, — он кивнул в сторону Кати, — а мы проведем контрольный осмотр Кристины.
Пока санитар отстегивал Катю, она напряженно прислушивалась к словам дока. А он тискал женское тело, приговаривая:
— Ну что ж, из тебя получилась первоклассная шлюха, готовая на все ради члена. Оргазмы ты получаешь без малейших усилий — уже два дня я ввожу тебе пустой раствор без афродизиака. Поэтому сейчас контрольный сеанс терапии, а потом прошу в мой кабинет на выписку. Заодно я тебе предложу кое-что, чтобы твой новый опыт не пропал даром.
— Терапия — это секс? — уточнила шатенка.
— Да, конечно!
— Я готова!
Кристина легла на спину, и уже через мгновение приняла санитара в себя, без труда пустив внутрь его огромный член.
Между тем Катю отстегнули. Какое-то время она разминала мышцы, искоса с завистью наблюдая, как в соседних «аквариумах» совокупляются две пары. И если Сандру санитар придерживал, не позволяя той насаживаться слишком глубоко и часто, то ножки Кристины, поднятые высоко вверх, качались в воздухе с большой и резкой амплитудой. И при справлении нужды, и даже потом в душе, можно было услышать ее вопли. «Глубже!»... «Сильнее!»... «Порви ее!»...
Катя надеялась поласкать себя после справления естественных надобностей. Но едва она спустила воду в унитазе, как вошел санитар. «Надо было мастурбировать до туалета" — мелькнула запоздалая мысль, но дальнейшее было совсем даже неплохо. Санитар опять принялся ее мыть. Заодно ощупывая. Уделяя повышенное внимание грудям. Конечно такой похоти, когда она сама униженно просилась на член, уже не было, но все равно она подставляла все свои места, вздрагивая и постанывая. Ощущая, что ничего не может поделать со своей вдруг проявившейся блядской натурой. Особенно прекрасно было, когда мужчина принялся подмывать ее, глубоко проникая пальцами. Безусловно, это было унизительно — когда практически незнакомый мужчина деловито шарит внутри. Но Катя даже пыталась играть с его пальцами мышцами, в который раз надеясь, что подвигнет санитара на какие-то более действенные меры. Ведь он должен увидеть, насколько искушена эта шлюха! Насколько она жаждет принять его! Не смотря на то, что стесняется попросить об этом вслух...
Когда насухо вытертую женщину вывели в «аквариум», Кристины уже не было. Сандру тоже уже не трахали, но она с выражением огромного наслаждения на смазливой мордашке увлеченно отсасывала санитару. Не забывая иногда преданно посматривать на него снизу вверх.
Доктор уже поджидал их в центре «аквариума» и сразу принялся осматривать тяжело дышавшую Катю. Он изучил зрачки, подсвечивая фонариком, измерил пульс. Потрогал напряженные до состояния каменных соски (отчего был вознагражден протяжным грудным стоном). Затем запустил руку между бедер. Исследуемая женщина покорно раздвинула колени.
— Удивительный прогресс! — воскликнул док после того, как Катя послушно облизала его пальцы, поднятые к лицу. — И шлюха уже первоклассная, да и возможно первый в жизни оргазм не за горами! Ты ее хорошо подмыл? Глубоко? — обратился док к санитару.
— Все сделал как следует!
— Потрясающе! Она уже опять течет, как сучка! Я уверен, что ей не понадобится обычной продолжительности лечения. Так что, уже сегодня после завтрака осуществим первый прогон... Ну как? Хочешь сюда член, шлюшка? — и доктор воткнул в текущее влагалище сразу пару пальцев.
Катя со стоном упала на грудь доктора, сгорая от стыда от его грубого проникновения, но молясь, чтобы его пальцы не покидали ее еще хотя бы минуту.
— Да, хочу! — пробормотала она, желая провалиться сквозь землю от унижения. Унижения, охватившее ее от своих собственных слов!
— Ну что ж, готовьте шлюх к выходу на люди — на завтрак, а после продолжим.
Док пошел было к выходу. Остановился.
— Пожалуй, мне тоже надо слить.
Подойдя к Кате, он нажал на ее плечи. Женщина, поняв, что от нее требуется, почти с ликованием опустилась перед мужчиной на колени. В его планы не входило самому расстегивать ширинку, поэтому дрожащая в предвкушении Катя сама потянула за язычок молнии. Пусть было понятно, что между ног сейчас ничего не окажется, но все происходящее с утра поставило организм на грань вчерашнего состояния. Ну и что, что с ней обращаются, как со шлюхой? Ну и что, что просто дают в рот? Ну и что, что даже не соизволяют самостоятельно доставать этот напряженный, ужасно притягательный орган из штанов? Это унижает, но побороть похоть не помогает. Ротик сам собой открылся перед членом, и Катя с наслаждением принялась его посасывать.
Впрочем долго делать это не позволили. Доктор собрал густые роскошные волосы на затылке и принялся трахать в рот. Без изысков. Без сантиментов. Катя закрыла глаза, ощущая, как шлепаются яйца о подбородок. Чувства были в раздрае. Ей хотелось неспешно насладиться членом. Ласкать его ставшими такими чувствительными губами. Лизать языком. В общем выразить мужчине свою благодарность за то, что ей позволено делать минет. Но ее просто драли в рот. Еще никогда с ней так не обращались! Не обращались как... со шлюхой. И самое ужасное, Кате это нравилось не меньше, чем изысканный минет. А еще хуже, что она не возражает против такого обращения, не смотря на присутствие санитара. При свидетелях ее трахают в рот самым непристойным образом, а она от этого получает удовольствие! Жаль только, санитар не позволяет ее ручкам поласкать себя между ног. Или хотя бы потеребить соски. Не смотря на позорность этого действия на людях, женщина все же попыталась мастурбировать. Катя поняла, что это очень мучительное удовольствие — принимать мужчину в рот и не иметь возможности удовлетворить себя.
Но когда док принялся с рычанием выплескивать сперму в горло, Катя одновременно с чувством, близким к экстазу, ощутила разочарование. Ведь через пару мгновений такой желанный член покинет ее рот...
Мужчина позволил женскому рту убрать свое рабочее место. Язык и губы, набухшие от грубого минета, высосали все до последней капли, вылизали член начисто, и доктор, равнодушно застегнув ширинку, вышел из аквариума, бросив на ходу:
— Быстренько на завтрак в кафе!
Катя осталась в распоряжении оставшегося санитара. Так же как и блондинка напротив — в распоряжении второго. Женщинам приказали чуть присесть. Широко развести колени. Судя по блуждающей улыбке на губах Сандры, сейчас с ними должны были сделать что-то неприличное. Но приятное. И действительно. Стоящий перед Катей санитар достал из кармана халата небольшой вибратор. Деловито раскрыв влагалище, он вогнал предмет внутрь. Еще когда мужские пальцы коснулись нижних губ, женщина протяжно вздохнула с грудным стоном. А потом она была почти счастлива. Ее раскрывали. В нее вставляли нечто продолговатое. Вибратор конечно сильно уступал члену. В обычном состоянии инородный предмет внутри, холодный и неприятно пластмассовый, принес бы исключительно отрицательные эмоции. Но сейчас Катя наслаждалась долгожданным ощущением наполненности влагалища. Такого влажного, жаждущего и чувствительного. Если бы еще можно было как-то отблагодарить санитара! Отсосав ему. Или дав в попку. Раз уж пизденка занята...
Но санитар, не позволяя Кате выпрямить ноги, деловито отмотал белый медицинский скотч. Раздался треск ленты. Один конец был небрежно приклеен к лобку. Второй пропущен между ног и закреплен к попке. Так повторилось несколько раз, пока вибратор внутри не был надежно закреплен. Взглянув в соседний аквариум, Катя обнаружила, что Сандра находится примерно в таком же виде — голая и словно в крохотных белых трусиках, едва прикрывающих лобок. Только без всяких тесемок на бедрах. Заодно было понятно, что вибратор теперь из женщин не выскользнет ни при каких обстоятельствах. Но и поласкать себя тоже не представлялось возможным — плотное сооружение на промежности исключало возможность доставить себе удовольствие. Последнее компенсировалось наслаждением от вибратора внутри.
Санитар, осмотрев выпрямившую ноги женщину, довольно кивнул, вытащил из кармана брелок и нажал кнопку. Катины глаза и ротик распахнулись от неожиданной вибрации внутри. Несколько секунда она не могла вобрать воздух в легкие, чувствуя неслыханное удовольствие. Но захватывающие впечатления быстро кончились, когда вибратор выкючили, и только тогда удалось перевести дух. Женщина обвела затуманенным взглядом окружающую обстановку. Она пребывала в полной растерянности. Как можно получать такое наслаждение от крохотной вибрирующей штучки? Да еще на глазах у всех? Продолжая пребывать в шоке от глубины собственного падения, Катя мимоходом отметила, что на нее напялили маленький белый халатик. Если он такой же тонкий, как и на Сандре... То это ужасно развратно! Отвратительно! Или наоборот? Ведь в таком виде она привлекательна для самцов — под халатиком отчетливо проглядывают очертания груди... Вон у блондинки темные окружности сосков видны совершенно конкретно. Это уже не говоря о небольшом белом пятне между ног. Не большом — не больше детского кулачка...
И в таком виде она должна?... Сомнения женщины были сметены новым всепоглощающим ощущением вибрирующего предмета во влагалище. Когда санитар нажал кнопку отключения, Катя была готова идти куда угодно даже без халатика. Только бы этот вибратор включался снова и снова.
Женщин вывели в коридор клиники. Он не был особенно оживленным, но по пути несколько раз попадались пациенты и врачи. Катя с рдеющими щечками не могла понять глаза от стыда — как назло слева шел ряд широких окон, в которые светило утреннее солнце. Не было сомнений, что оно высвечивает все подробности ее телосложения под тонким белым халатом. Но женщина не протестовала в надежде на новое включение вибратора.
В стильном кафе стало и хуже и лучше. Одновременно. С одной стороны здесь присутствовало только искусственное освещение, но и народа было гораздо больше.
Санитары не проследовали в помещение кафе, оставшись за стеклянными дверями. Но едва к женщинам подошел официант, как вибратор включился. Катя едва не застонала и как во сне сделала заказ, не особенно вникая в меню. Ее расширенные зрачки, судорожно вздымающаяся грудь, лихорадочное состояние не укрылись от внимания официанта. Он даже спросил, все ли с ней в порядке. Не забывая впрочем шарить взглядом в вырезе халатика и ощупывать глазами ее округлости под тонкой тканью. На вопрос, чем он может помочь, с губ едва не сорвалось: «Разложи меня здесь!»...
Завтрак превратился в мучительную пытку. Когда срабатывало устройство, Катя кусала губы, нервно сцепляла пальцы, сжимала ножки и касалась грудью края стола. Одно для того, чтобы не показать окружающим возбуждение. Другое для того, чтобы продлить и усилить наслаждение.
Блондинка напротив вела себя более спокойно, насмешливо поглядывая на соседку, когда вибраторы выключались. Но с удовольствием тихонько и тоненько постанывая, когда они включались.
Обратный путь Катя проделала, уже призывно заглядывая в глаза встречных мужчин. Нет, она не надеялась, что ее изнасилуют прямо в коридоре... Но вдруг?..
В палате их уже поджидал доктор.
— Сандре — свободное время, а с Катей осуществим первый прогон, — сказал он, входя вслед за одним из санитаров и женщиной в ее аквариум. — Надеюсь она сможет получить первый оргазм уже сейчас.
Кате приказали сложить руки сзади. Запястьями к локтям. Деловито связали ремешками. Затем с потолка спустили странное сооружение, представляющее собой небольшие фермы со свисающими ремнями. Сооружение немного пугало, но слова доктора обнадеживали. Если даже не тем, что она испытает первый в жизни оргазм, то тем, что ею сейчас займутся мужчины.
Через короткое время Катя оказалась пристегнутой в интересной позе — вертикально, с широко разведенными коленями таким образом, что ее ноги представляли собой живописную букву «М». Загудел мотор, и все сооружение вместе с распяленным женским телом на нем чуть поднялось. На такую высоту, которая, как с вожделением отметила Катя, как раз годится, чтобы мужчина, вставший перед ней или за ней, мог без труда засовывать член в любую ее дырочку.
Доктор кивнул санитару, который принялся раздеваться, и взял из рук того брелок. Внимательно глядя Кате в глаза, он включил вибратор. Женщина, которой не было необходимости сдерживаться перед незнакомыми людьми, зашлась в стонах. И даже попробовала поизвиваться, чтобы ощутить вибрирующий предмет во влагалище еще лучше. Конечно перед доктором и санитаром проявлять свое малодушие было тоже ужасно стыдно. Но в конце концов, член одного уже был в ее ротике, а второй исследовал все укромные местечки ее тела, когда мыл.
Безусловно добавляло стыда и то, что блондинка в «аквариуме» напротив вольготно расположилась на ковре, привалившись к стене спиной и широко раздвинув ножки. Ее пальцы то по одному, то по два исчезали во влажном влагалище, язычок облизывал полуоткрытые пухлые губки, распахнутые глазки блестели. Весь вид Сандры показывал, как она заинтересована в происходящем за стеклом действии...
— Очень хорошо! — сказал док и отодрал комок пластыря от лобка.
Катя взвизгнула. И от боли от своеобразной эпиляции. И от позора. Вибратор вывалился из нее. А вслед на ковер брызнул ручеек ее соков, скопившихся от периодической вибрации. Разве можно так течь? И главное не скрыть этого? Да и просто — предстать перед мужчинами распяленной в такой позе, что никаких секретов для них уже не было.
Ко всему прочему доктор начал снова ее мучить. Он нежно провел пальцами между ног. Не задевая нежных складок. Катя дернулась, но мужчина тотчас убрал руку. С полуоткрытых губ сорвался болезненный стон:
— Я поняла, доктор! Я больше не буду сама искать контакта.
— Умная шлюшка, — одобрительно кивнул доктор и снова прикоснулся к шелковистой коже.
Рука заскользила по внутренней поверхности бедер, подбираясь к источнику пульсирующего наслаждения. Мучительного и сладкого. Одновременно док чуть наклонился, и его язык также издевательски обежал вокруг набухшего до боли соска.
Катя стонала, закрыв глаза от натуральной пытки — нежные руки и язык, блуждая вокруг и около, приносили почти физическую боль, останавливаясь в миллиметрах от самых чувствительных мест. Практически пылающих адским пламенем.
И когда доктор наконец соизволил нежным, почти неосязаемым, прикосновением приласкать их, женщина едва не потеряла сознание от счастья. Теперь язык слегка теребил твердый бугорок, а пальцы скользили по истекающим влагой губкам. Иногда чуть сжимая их подушечками, и иногда чуть входя.
Эти прикосновения обжигали. Граничили с болью. Но и приносили такое удовольствие, что женщина, не прекращая стонать, молилась, чтобы они не прекращались.
Наконец доктор отстранился. Катя разочарованно вздохнула, но к своему ликованию услышала слова, обращенные к санитару, находящемуся сзади:
— Ты хотел первым попробовать свежую шлюху? Можешь войти в нее. Только войти. Потом не двигайся, процедура должна идти по расписанию.
Катя, едва не теряя сознания, почувствовала, как к ее губкам приставляют что-то горячее и округлое. А потом член скользнул внутрь. Проникая с легкостью, не смотря на внушительные размеры. Женское тело заизвивалось само по себе, желая вобрать твердый стержень как можно глубже.
Еще не веря в то, что это все же произошло, Катя согнулась в путах, расширенными глазами наблюдая, как между ее широко раздвинутых ног смотрятся налитые мужские яйца.
Однако доктор быстро прекратил эти, даже минимальные в стягивающих ремнях, телодвижения, всего лишь указав, что процедуру можно перенести на следующий день. Катя покорилась, не смотря на едва сдерживаемое желание почувствовать крепкий член как можно конкретнее. Она только позволила себе ласкать толстый стержень внутри мышцами влагалища. Да одной из заломленных назад рук гладила грудь прижавшегося сзади мужчины. Доктор не мог видеть и чувствовать и соответственно запретить. Зато в ответ на каждое сокращение, в ответ на каждое прикосновение ногтей к мужскому соску член санитара вздрагивал в ней. И даже такое минимальное сокращение вызывало взрыв наслаждения.
Между тем рот доктора стал более настойчив. Он то посасывал сосок, вбирая его глубоко, до самой границы темного пигмента. То теребил его твердым кончиком языка. То легонько прихватывал зубами. В такие моменты Катя даже забывала ласкать санитара, заходясь в стонах.
Наконец док слегка защемил соски пальцами и потянул их вверх. Затем вниз. Амплитуда становилась все чаще. Груди взлетали и падали, трепыхаясь. Это было вообще непередаваемым ощущением. Не смотря на стягивающие путы, каждое такое движение отдавалось во всем теле. И особенно в промежности. На миллиметр, на два, но женское тело двигалось на глубоко задвинутом в него члене. А когда доктор начал подкидывать аккуратные шары, едва не отрывая соски, он вдруг крикнул:
— А теперь трахни ее! Засаживай со всей дури!
И Катю начали трахать. Резко и грубо. Так что снизу раздались влажные хлопки...
Много ей не понадобилось. Всего несколько движений в ее растянутом влагалище, и она забилась в экстазе, крича и плача. Все ее тело жило особенной жизнью, крупно вздрагивая в такт сладострастным сокращениям между ног.
Оргазм все длился и длился. Катя кричала и извивалась, взвыв, когда санитар кончил в нее...
Она уже едва соображала, когда ее снимали. Происходящее воспринималось словно в сказочном тумане. Сознание с искрящимся восхищением отмечало детали. Вот блондинка в соседнем «авквариуме» кричит, выгибаясь. Она опирается на ковер только лопатками и ступнями, высоко вздернув над полом попку. Пальчики одной ее руки снизу долбят анальное отверстие, другой — раздирают губки, входя почти полностью во влагалище. Вот док снова долбит как с утра ее в рот, а она благодарно делает губки колечком. Вот он говорит после того, как его сперма проскальзывает в горло: «Шлюха готова. Теперь один мужик ее не удовлетворит. Думаю, она созрела, чтобы отдаваться направо и налево. Так что ее уже можно отправить в наш закрытый мужской клуб до конца срока лечения. Наверняка она не откажется ублажать мужчин вместе с Кристиной, а завтра-послезавтра к ней присоединится и Сандра. Их тела будут пользоваться популярностью, и наш маленький бизнес должен приносить немаленький доход. Так что завтра же представим ее членам клуба!». Вот санитар, оглядывая ее все еще вздрагивающее тело, поддакивает: «Ваша идея гениальна! Какой мужчина откажется, чтобы женщина с ним кончала с самого начала до самого конца! Как бы ее не трахали!»
Медики вышли, а рука Кати потянулась ко все еще немного сокращавшемуся влагалищу. «... кончала... с самого начала до самого конца... как бы ее не трахали...». Пальчики коснулись губок, скользких от спермы и соков, а в голове, уступая место наслаждению от самоудовлетворения, мелькнула только одна мысль: «Скорее бы завтра!».