Даже не знаю с чего начать. Для начала хотелось бы ответить на один вопрос. Почему я решил излить свои воспоминания тут, где, в основном, люди ищут описание секса и подобного? Не знаю. Может быть потому, что сам все же нашел что-то этакое в том, что произошло еще в те времена, когда я еще учился в школе.
Начнем рассказ с некоторого описания меня, как, пожалуй, главного героя этого "рассказа". Я шатен. Глаза серые. Угловатый, весь такой несуразны и ключицы с ребрами торчат так, что, кажется, вот вот порвут кожу. Бледная, даже слишком кожа, через которую можно увидеть разветвления сосудов. В купе с длинными волосами, самые длинные пряди которых доставали до плеч, я представлял из себя то еще зрелище. Да-да, стоит так же отметить, что я высокий. Чрезвычайно даже, можно сказать. В общем, на любителя. Даже не так. Мало кто на подобное позарится, особенно когда этот кто-то одного с тобой пола. Я знаю, что тебя, анон, это утверждение никак не удивило, а вот я, в свое время, был крайне удивлен, хоть и скрывал этого под маской некого отвращения к себе.
Что-то я отошел от темы. История началась с того, что к нам в классе 9, когда не было 15 лет, пришел на замену довольно молодой мужчина. Или парнишка, я тогда в подобном не особо разбирался. Преподавал он ОБЖ, а если быть точнее, Основы Безопасности Жизнедеятельности. Иронично даже. Довольно высокий, ( я в то время едва доставал ему до плеча ) плечистый, с острым, даже через чур, цепким взглядом и извечной самодовольной ухмылкой на губах. Брюнет, с длинными заплетенными в хвост волосами. Наши девчонки просто с ума по нему сходили, а он особого внимания им не уделял. Еще бы, одни малолетки.
Так вот, все началось с того, что однажды, он показывал нам фильм, про однополые отношения. Чем они вредны и подобное. Естественно, часть класса ( представители сильного пола, да и слабого некоторые ) тут же начали фыркать, и выкрикивать разнообразные ругательства и угрозы ( детские, естественно ) над этакими гомосеками. Я, видимо, был единственным кто отнесся спокойно, и даже с некоторым интересом. А зря.
Так получилось, что в конце урока, мы, с его подачки, не нашли общий язык, и он велел мне явится к нему после занятий. Ну а что я? Тогда я был еще вполне примерным учеником, и потому пошел без лишних разговоров. Стоит отметить, что уроков у нас было много, и когда я направлялся в кабинет к учителю, в школе, практически, никого не было.
Так вот, уже в кабинете, я понял, что разговор будет долгим. На столе стояли две чашки чая. Черного с лимоном. Как сейчас помню, что вкус у него был довольно своеобразный. Вкусный и пряный, такого я так нигде и не нашел, хоть очень и хотелось. Устроившись на стуле рядом с его столом, я дожидался, пока он меня отчитает, и я с чистой совестью смогу отправиться домой. Ага, размечтался. Он расспрашивал о моих друзьях, которых у меня по некоторой причине не было, о семье, увлечениях и интересах. Разговаривали мы долго, а он все подливал и подливал, и я стал чувствовать как-то странно. Мне было тепло и хотелось спать. Или расслабиться. Просто отдохнуть от всего.
Когда стемнело, он сказал, что стоило бы собираться и попросил меня вытереть с доски. Я, не долго думаю, принялся за доску, крайне медленно стирая непонятные слова на немецком ( я то английский изучал, а тут такое. ) Немного кружилась голову и подгибались колени. Я и не заметил, как он подошел сзади буквально вжимая меня в доску. Я замер, не понимая, что же это он делает. В голову даже не пришло, что меня домогаются. Нет ну правда? Кому я нужен то сто лет. Не суть. Он опустил ладони на мои бедра, поглаживая их и меж тем нашептывая что-то очень приятное. Про то, что он станет моим другом, что ему нравятся такие как я, как мы отличаемся от других и подобное. Я слушал, ощущая меж тем, как дыхание мое учащается. Было действительно приятно. Он меж тем поднял одну руку, забираясь под мой свитер ( зима, сами понимаете, да и люблю я носить свитера на голое тело. Нарываюсь, видимо) и поглаживая живот, от чего на сей раз я почувствовал, как мой член начал постепенно восставать. Я покраснел. Да-да, как самая последняя девочка-девственница. Просто залился румянцем опуская голову, и по уже сформировавшейся привычке пряча глаза за волосами. Стыдно. Но приятно.
Шепот не продолжался. Он гладил мое тело, свободной рукой незаметно расстегивая мои джинсы. Вот тут то я и охнул, когда его пальцы опустились на моей пах, хоть и поверх ткани нижнего белья. Суть от того менялась не сильно. Я инстинктивно попытался свести ноги, но он помешал мне это сделать, коленом раздвинув их обратно. Вот так вот, мы простояли несколько минут, пока он, видимо, не почувствовал, что ткань моих трусов стала влажной. Да, смазка у меня была еще тогда. Он продолжал, стягивая мою джинсы свободной рукой пока они сами не спали. Последовавший за тем комплимент в сторону моих ягодиц ( он так и сказал ) вновь заставил меня краснеть. Но я уже хотел, сам не зная чего. Чего-то неизведанного, что ждало впереди и манило, с той самой улыбочкой моего учителя. Позади меня послышался звук расстегиваемой молнии, и еще какое-то шуршание. В последствии, я понял, что он надевал презерватив. Ну а что? К сексу, тем более подобному, я готов никак не был.
Момент проникновения я запомнил на всю жизнь. По крайней мере сейчас, я помню его так хорошо, словно это произошло только вчера. Больно. Я зажмурился, сглотнув подступающий к горлу комок слез. В заднице все жгло просто нестерпимо, помогало лишь то, что он, видимо, перед этим смазал член чем-то холодящим и склизким, от чего толчки уже через несколько минут стали чаще. Шепот я не слышал, едва разбирая его хриплое дыхание и прикосновения кончиков пальцев, что скользили по моим бедрам и ягодицам.
Я же, едва ли, не царапая доску в которую упирался руками, молчал, плотно стиснув губы и стараясь не подавать голоса, что получалось не всегда. Ибо иногда он срывался, ускоряя темп движения и задевая что-то внутри меня, от чего по телу раз за разом расходились волны удовольствия. Чертовски приятно. Еще несколько минут, и он кончил сжимая пальцы на моих бедрах так, что на следующее утро я обнаружил там синяки. Это не считая того, что я не мог ровно сидеть на одно месте постоянно недовольно ворча и елозя на месте.
После этого подобное повторялось два раза, ( кому интересно, могу рассказать) а после этого он уехал, даже не попрощавшись. Я тогда чувствовал себя покинутым. Мне даже казалось, что я полюбил его, всем сердцем желая, что бы он забрал меня с собой. Глупый я был. Очень глупый.