I kissed a girl and I liked it
© Katty Perry
Прогуливаясь по весеннему городу Вика с наслаждением вдыхала ароматы весны. Ветер заигрывая трепал ее рыжие волосы, а солнце слепило россыпью солнечных зайчиков от которых (ох чуяла она!), вскоре полезут по ее носику противные веснушки. В самую пору стоило подумать о солнцезащитных очках. Увы, но ее недельный отпуск подходил к концу, и гаденькое щемящие чувство впустую прошедшего времени сосало ее под ложечкой. Вике хотелось... Чего хотя женщины?!... любви, безрассудства, безбашенных поступков, где было все это? А если упомянуть какие ей снились сны, то краснеть Вика будет до конца дня, а может больше. Да, скорее больше. Ежедневные прокладки, которых как-бы должно хватать на день, ей хватало не более чем на полдня. Вика сочилась соком неудовлетворенного желания, подогреваемая словно грешница на адском котле. Еще немного и она начнет сама кидаться на людей! Ну нет, она совсем не сидела сложа руки. Дефиле проведенное в парадно-боевой раскраске по вечерним барам и ночным клубам, к ее разочарованию, не дали желаемого результата. А ведь ей уже было двадцать восемь, не за горами маячил (о ужас) тридцатник! Сегодня был погожий денек и Вика выбралась на улицу просто погулять, без определенной цели, наслаждаясь наступающей весной. Кремового цвета демисезонное пальто, сапоги-ботфорты да распущенные по ветру волосы — составляли весь ее внешний вид.
Свернув с центральной улицы в проулок и пройдя немного вдоль улочки, Вика краем увидала интригующую вывеску на обшарпанном здании: «БАНЯ №3». Ей никогда не доводилось бывать в общественных банях. «Там правда все голышом ходят?» — похотливым тоном задал ей вопрос ее же внутренний голос. «Это было бы любопытно» — подумалось ей. Осторожно ступая, ожидая, что не иначе как огромные тентакли вот-вот вынырнут из-за дверей и с силой затащат ее внутрь (что было бы дальше, просто страшно подумать), Вика нерешительно подошла к входу и прочитала объявление написанное от руки, на пожелтевшем листе бумаги: «Суббота — ЖЕНСКИЙ ДЕНЬ». Сегодня вроде бы была суббота. Общий антураж здания, почерневший и побитый кирпич здания, покошенная старая дверь, мусор валяющийся кругом не ассоциировались у нее ни с чем хорошим. Было здесь все какое-то... грязное. Даже чересчур грязное. «Странно, что люди вообще сюда ходят, да еще и деньги за это платят», — подумалось ей. Внизу живота у нее как-то все стянулось и Вика интуитивно поняла, что она будет жалеть если не попробует зайти. Судорожно сглотнув, Вика потянула за отполированную годами ручку двери и шагнула внутрь.
Запах хлорки, белая плитка в лучших интерьерных решениях моргов, хосписов и общественных туалетов, едва проникающий солнечный свет и венчающее общую картину угрюмое лицо билетерши, ожидали ее в фойе. «Прямо звездец какой-то», — мелькнуло к нее. Над угрюмым лицом висел прейскурант, также написанный размашистым детским почерком на тетрадном листе: билет — 15 руб, мочалка — 25руб, мыло банное — 10руб. Не мешкая ни секунды, дабы стремглав тут же не броситься бежать отсюда, Вика брезгливым быстрым движением просунула в окошечко пятьдесят рублей и взамен извлекла банные принадлежности. Сдерживая рвоту, она быстрым шагом прошла в конец коридора надеясь там увидеть вход в раздевалку.
Зайдя внутрь, Вика обнаружила пару полураздетых женщин, что неспешно одевались вытирая свои распаренные лица. В практически стопроцентной влажности, различались запахи различных шампуней, в добавок к этому, в воздухе витали еще дюжина каких-то слабых кисло-затхлых запахов. Не найдя таким образом следов ничего сверхъестественного, она как-то даже расстроилась. Первоначальный азарт начал уступать место скуке.
Виктория повесила пальто на вешалку в ящике и принялась стягивать с себя ботфорты. Затем, поежившись, Вика стянула через голову красивую вязаную блузку обнажая свои груди. Она принципиально не одевала лифчик. С ее третьим размером Виктория считала, что бюстгальтер ей не идет, делает ее грудь похожей на коровье вымя. Ее бледно-розовые соски напряглись и с интересом начали изучать обстановку ожидая продолжения. Расстегнув молнию на капри, Вика пританцовывая потянула брюки с талии вниз, обнажая окружающим свой широкий таз с округлыми ягодицами, с глубокой линией разделения ведущей к самым интимным местечкам ее тела. Вике повезло. При такой экологии у нее была практически безпроблемная кожа, не считая веснушек выступающих по весне конечно. Нежная и бархатистая на ощупь, без каких-либо пятен и высыпаний. Даже следов целлюлита не было видно. В ее 28 это конечно стоило ей в виде изнуряющих утренних пробежек, но результат был отменный. Едва закрывающие ее лоно черные, контрастирующие со светлой кожей трусики с бесчисленными замысловатыми кружевами, с изяществом подчеркивали красоту ее женских форм. Их вид вполне мог служить чарующей иллюстрацией к арабским сказкам «тысяча и одна ночь». Снимая с себя трусики, Вика обнаружила, что они настолько были пропитаны ее влагой, да и сама она сейчас настолько была возбуждена, что прикоснись она еще хоть раз к себе, то, чего доброго, прямо в раздевалке свалиться с ног и станет ласкать себя не сдерживаясь более. Нет, нет! Только не это!! Схватив мочалку с мылом и прихватив на входе таз для воды, Вика бегом помчалась в банное отделение снимать возбуждение холодной водой.
Народу было, как она и предполагала, не много. Человек пять в различных частях зала намыливали себе бока, ничуть не смущаясь присутствия окружающих, да как и самой обстановки. Тетки были заняты сами собой и Вика потупив взгляд стараясь не пялиться кругом. Наполнив таз водой и выбрав себе место подальше от остальных, она так же начала натирать мочалкой свои подмышки. Она не сразу заметила ее. Она была молода, лет двадцать четыре, может быть двадцать пять. Очень красивая, эффектная девушка с яркой и вызывающей внешностью. Первое что бросилось Вике в глаза — это словно выточенные из мрамора, идеальной формы груди, примерно второго размера. Нет, этот феномен не удастся описать парой эпитетов. Если попробовать перефразировать поговорку, то можно сказать: «у нее соски приходят на пять минут раньше хозяйки». Ее грудь не была столь велика в объеме как у Вики, нет. Но их форма, она сразу привлекла внимание. Они смотрели остроконечными штыками в окружающее пространство. Они пробовали воздух на вкус, они морщили недовольно соски оценивая обстановку, ступая вперед, вправо, влево, одним словом всюду впереди своей хозяйки. Это были ракеты возведенные в боевую готовность, призванные сражать наповал, завоевывать и покорять все и вся. И вся эта мощь в облике одной девушки. Выглядело просто убийственно.
Описанные колоссы, покоились на не менее достойном торсе, с белой до синевы кожей. На животике проглядывались продолговатые мышцы пресса подчеркивая изящество молодой девушки. Низ животика закрывали густые кудряшки лобковых волос. Кости таза выпирали по бокам очерчивая животик переходящий в очаровательное лоно, манящее в свою ловушку любые скользнувшие по нему взгляды. Этакий бермудский треугольник в отдельно взятом человеке.
Но самым главным — были ее глаза. Эти живые, яркие глаза на «открытом» лице словно солнечные зайчики беглым взглядом осматривали, оценивали, смеялись и резвились надо всем в округе. ОЙ! На какой-то момент взгляды Виктории пересеклись с девушкой и солнечные зайчики побежали по ее шее, спрыгнули вниз до ключицы, порезвившись в яремной впадинке, перепрыгнули на грудь на ходу расширяясь от изумления. По достоинству оценив увиденное, взгляд изобразил пируэт по округлому и немного выпуклому животику, задержавшись на пупке и соскальзывая в самый низ, туда откуда у Вики росли ноги. Все эти эмоции, одна за другой вспыхивали на живом лице девушки, пока взгляд не остановился на ее ложбинке, каким-то не естественным способом заставив раздвинуть Вику ноги и продемонстрировать двери в ее покои. Вика не могла дышать, воздух перестал поступать в ее легкие. Это горячая волна возбуждения ударила Вику в одно мгновение сперев дыхание. Прикусив губу, как от удара током, она резко отвернулась чувствуя как лицо ее зарделось, а губы часто задрожали мелкой дрожью. Спиной она продолжала чувствовать ее взгляд который теперь пробегал то по шее, то по ягодицам, бессильно стучась в закрывшиеся двери.
Просидев какое-то время без движения и восстановив дыхание, Вика продолжила чисто механически водить мочалкой, но мысли ее были уже в ванильных небесах. Она украдкой еще раз взглянула в сторону своей пассии, но та уже не замечала Вику. Казалось бы, ничего не произошло, так, пара взглядов, но Вика преобразилась. Она встала и демонстративно позируя эротично принялась намыливать свое соблазнительное тело. Она выгибала спину, плавно мочалила груди, оттопыривала попу, облизывала губы ползая на коленях по мраморной столешнице. Время от времени, Вика ловила на себе взгляды девушки с широко распахнутыми ресницам. Она с детским интересом смотрели на нее ничуть не испытывая застенчивости или неудобства. В конце концов Вике стало казаться, что шоу достигло цели и движения девушки стали не таким уверенными, а напротив даже сильно скованными, что ее визави испытывала сильное волнение. Да Вика и сама находилась в сильном возбуждении. Что бы немного встряхнуться и привести а порядок растрепанные чувства, она решили сходить поменять воду в тазу. Слив грязную, Вика наполнила таз чистой водой.
Она почувствовала как чья-то ладонь легла ей на плечо, и обернувшись увидала свою визави. Беспечно улыбаясь, звонким девчячим голосом девушка прощебетала:
— Извините, я совсем не хотела напугать Вас, простите меня если так получилось.
— Ничего страшного я совсем не испугалась, — пролепетала Вика заставляя себя смотреть только в глаза своей пассии в обнаженном виде стоящей прямо перед ней. Только руку протяни!
— Я честно говоря хотела попросить у Вас о помощи. Мне, признаться, немного трудно намылить себе спину, у меня ограниченная подвижность в плечах, после перелома ключицы. Я не могу самостоятельно даже лифчик застегнуть. Просто, дома мне помогает муж, но сюда его категорически отказалась пропустить билетерша, — с лукавой улыбкой протараторило чудо в образе голой девушки, чуть-чуть хихикнув в конце диалога.
Тазик едва не выпал из рук Вики, когда она осознала смысл предложения.
— Конечно, — с готовностью отвечала она, — все, что в моих силах!
— Давайте я помогу Вам, — предложила девушка беря одну ручку тазика.
Девушки пошли вместе неся ношу.
— А меня Аннекой звать, но все зовут меня просто Аней, — давясь смехом продолжала тараторить чудо.
— Очень приятно Аннека, а меня Викой звать, — представились Виктория.
— Ой! Какое у тебя какое очаровательное имя!
— Спасибо за комплимент, — улыбнулась Вика.
— А ты представляешь, эти жуки из ЖЭК\'а, взяли да и отключили горячую воду. А мне так хотелось сегодня нормально помыться. Ну раз так, я пообещала не дать поломать мне кайф и собрав вещи пришла сюда, — рассказывала Аннека, и продолжила:
— А ты знаешь, как я люблю помыться в настоящей баньке. Нет, ванна конечно тоже ничего, но это же совсем не то, — и сделав паузу что бы окинуть взглядом нагое тело Вики, спросила:
— А ты, как ты здесь оказалась? Раньше я тебя здесь не видела...
— А я недавно переехала и здесь впервые. Тоже не люблю кастрюльки, ведерки, — отмазалась Вика.
— О! Как здорово! Так значит, что мы можем вместе ходить сюда по выходным?
— Я буду очень рада, — призналась Вика, которую предложение о дальнейших подобных встречах едва не отправило в экстаз.
Девушки наконец поставили ношу на новое место.
— А знаешь что?! — продолжила развивать инициативу нагая бестия, — перебирайся ко мне, поболтаем, все веселей будет!
— Ой, а я как раз хотела тебе это же предложить, но только не знала как сказать, — призналась Вика, любуясь обнаженным телом Аннеки.
— Меня совсем не стоит стесняться, — смутившись при этом, ответила она, — можешь просить все что угодно, — я тебе не мать Тереза.
— Ловлю на слове, — пообещала Вика, игриво хлопнув ладошкой по ягодицам девушки и ловя округлившийся взгляд.
Она вернулась за своими вещами ловя по пути брезгливые взгляды других посетительниц бани. Схватив вещи она стремглав бросилась обратно к своей новой подруге. Та ждала ее усевшись на мраморную столешницу банного зала.
Когда Вика вернулась, Аннека взяла Вику за руку и делая театральную паузу произнесла:
— Я должна тебе кое в чем признаться, — выдала она.
— В чем же, дорогая? — осторожно спросила Вика.
— У меня нет никакой ограниченной подвижности, — мне просто было скучно, и мне нужен был предлог что бы заговорить с тобой. Вот. Ты не будешь сердиться на меня? — Аннека обернулась и игриво заискивающее посмотрела Вике в глаза часто-часто хлопая ресницами.
— Твой поступок не достоин звания советской девушки, — со смехом выпалила Вика, фразу из какого-то фильма.
— Ради партии, готова понести любое наказание! — в тон, и тоже давясь смехом отпарировала Аннека.
— Ну держись, у меня! — игриво пригрозила Вика берясь за вехотку.
Она взобралась на столешницу к свесившей с края стола ноги подруге. Подсев к ней сзади она обхватила ногами корпус ее тела в замок. Плавно она провела сосками по ее спине, ладонями обхватив Аннекены «боеголовки» сжимая их легонько и лаская соски. «Боеголовки» мгновенно встали на боевой взвод. Вика плавно начала проводить мочалкой по спине девушки оставляя мыльный след. Свободная левая рука невзначай легла на талию подруги. Не получив бурного возражения, Вика украдкой начала смещать руку вниз живота не забывая при этом для отвода чужих глаз намыливать спину. Аннека легонько обернулась в полоборота и запустила руки в волосы Виктории. «Ты должна знать, что у тебя очень красивые волосы. Первое, что я увидела взглянув на тебя — это полыхающую деву в огне. Пришлось сморгнуть чтобы отогнать наваждение. Я и до сих пор не могу отвести глаз от тебя. Очнь завораживающе выглядишь», — разоткровеничелась Аннека. Она наслаждалась своим положением наконец перестав без умолку щебетать. В конце-концов левая рука добралась до чащи зарослей волос в паху не встретив сколь-нибудь видимого сопротивления. Вика грудью прильнула к своей партнерше и перенесла поле деятельности мочалки со спины на грудь, начищая боеголовки до блеска. Аннека в ответ легонько застонала. Как бы между делом, Вика провела вехоткой по низу живота оставив там обильный слой пены. Прикрывшись пеной, шаловливая рука Вика минула чащу, остановившись на лобке. При соприкосновении с интимными губами Аннеки со стоном выгнула спину, запрокидывая голову. Продолжая ласкать грудь подруги, Вика аккуратно проникла сквозь интимные врата и принялась оценивать содержимое. Пальчики прошлись вдоль входа во влагину и повстречавшись с клитором. От Ани начал исходить сильный жар возбужденного тела, а в Вику в ответ начала била мелкая дрожь. Она начала легко надавливать на клитор Ани, теребить, ласкать, возбуждать, заставив девушку всхлипнуть от желания. Прислонившись к ее шее, Вика принялась целовать ее.
— Ты хочешь меня? — нерешительно спросила Аннека.
— Да, — призналась Вика.
— Ты будешь любить меня?
— Да.
— Возьми меня милая...
Не сдерживаясь более девушки повалились на мраморную поверхность в страстном объятии. Жадно целуя подругу в губы, Вика одновременно рукой ласкала ее клитор наслаждаясь вызываемым сладострастным стоном. Ее и саму сейчас всю трясло уже крупной дрожью. Занимая позу 69, Вика заняла позицию сверху и привстав на раздвинутых коленях отдала свою лощинку во власть ротика Анюты. Как голодная та сразу впилась в ее влагину вырвав звонкий крик из Вики. Горячий, жадный язык вошел не нее облизывая стенки влагины, проникая вверх, вниз, делая это снова еще и еще. По Вике судорогами покатился оргазм лишая ее расудка. Что огромное принялось прорываться в ее лоно. «А-ааа!», — вырвалось у нее. Тугой стержень бесцеремонно распахнул настеж ее двери и войдя в нее как через парадный вход начал с дикой силой биться в ней вправо и влево, вверх и вниз вынуждая давать ему ее любовь. Оргазм разметал ее сознание по вселенной выбросив ее из реальности отдав ее киску на расправу жестокому животному терзающее ее. «Ау-уууууу! Оу-ууу! Еще! Еще!» — услышала Вика собственные бессвязные крики. Ее груди страшно горели словно окунули в горячее масло. Аннека с неистовой силой теребила ее соски, сминая их, скручивая.
Едва придя в сознание, Вика терзаемая страшным поршнем в паху и пламенем в груди сквозь пелену в глазах увидала сочившееся влагой интимное лоно Ани. Как голодная пантера бросилась она слизывать живительный сок. О! Какое божественное наслаждение! Нектар любви! Вика запустила пальцы с длинными ногтями, сейчас более похожими на когти хищницы, в нежно розовое лоно подруги. Скрюченными от возбуждения пальцами она двумя руками потянула стенки влагины в разные стороны, открывая ее словно упаковку с молоком. «Ау-уууу!!! Оу-уууу!!», — взвыла Аннека от столь бесцеремонного обращения с ней. Не обращая на это внимания, Вика как гарпун с силой запустила свою правую руку в сочившееся любовным соком лоно подруги. Вопль достойный фильма ужасов: «А-ааааааа!», — извергся из глотки Анюты. Аннека развела свои бедра в разные стороны дабы пустить в свою пещерку хищную руку подруги. «Твою-юююю!», — продолжила вопить Аннека. Вика с остервенением впихивала свою руку в хлюпающее лоно, покидая на момент и тут же снова просверливая ее. С каждым новым разом стенки влагины, подобно осажденной крепости, уступали перед ней, пока лоно Ани наконец не покорилось ей, и Викина рука проникала в ее лоно без сопротивления. В это время Аннека брыкалась как дикая кошка, извиваясь гибким телом как змея, с невидящими безумными глазам выплевывая: «А! Ах! Аааа! Ааа! Да-да-да!! да так! Ах да!! Глубже! А-ааа! Еще глубже! Да! Порви меня! Аааа-йя! Люблю тебя! Еще! Еще!». В какой-то момент она грубо схватила Вику за предплечье и начала мастурбировать ею используя как живое дилдо. Вика сворачивала трубочкой кисть когда входила в подругу и спрутом распускала пальчики внутри ее, агонизируя о стенки влагины, без зазрения распихивая в стороны другие внутренние органы подруги. Вика поставила целью растянуть влагину до размеров трехлитроваой банки, чтобы еще больше незабываемого удовольствия подарить своей любимой. Она упивалась производим ею эффектом, своею властью на ней, починив своей воли. вид подруги в оргазме был чрезвычайно возбуждающим для нее. Ее лицо, ее глаза, ее движения — все это сводило с ума! Вика видела как каждое нажатие пальца на внутреннею стенку влагалища, порождало в теле подруги волну экстаза, которые то сливались вместе, то бились о рифы и заливали палубу превращаясь в оргазм. Вика была музыкантом, а Аннека была ее инструментом на которой она исполняла симфонию секса и безумия. Симфонию Любви. У ней поплыло перед глазами, разум потерял грань реальности в происходящей оргии.
В какой-то момент под руками Вики оказался анус подруги. Вика не имела не малейшего представления как ее новая подруга относиться к таким играм. Она начала пальчиком ласкать сфинктер, прося таким способом разрешения. Аннека в такт, за движениями пальчика покрутила попой, разрешая Вике сделать это. Вика сменила позу Ане на более подходящую, перевернув Аню на живот и подобрав колени, таким образом, что Аннека оказалась в положении с оттопыренной кверху попой. Руки она положила себе на ягодицы раздвигая их в стороны.
«Только я сегодня не делала клизму», — предупредила тихонько Аннека. Вика не смутившись прильнула губами с своей подруге тщательно дюйм за дюймом вылизывала поверхность вокруг сфинктера. «Очень даже вкусная попа», — признала она. Ожидая когда сфинктер расслабится и станет на вкус как расплавленный сыр, Вика для принялась свободной рукой ласкать клитор. С силой разведя Ане ягодицы, язычок пробил оборону и вонзился в анус. «А-аа! Ау-ууу!», — сладострастно заголосила девушка. Не давая перевести подруге дух, Виктория продолжила работать язычком расширяя ей аннус, а прекраснейшее сопрано Ани запело ей поэму о нескончаемой любви. Ее пальцы скручивались в невидимой схватке из-за рта побежала слюна, а по обнаженному телу покатились конвульсии. Ее голос только сильнее Викторию возбуждал. Наконец, Вика положила указательный пальчик к анусу Ани. Остальными пальцами она принялась растягивать сфинктер в стороны, пока пальчик не погрузился в теплое глубину ануса. Проскользнув по слизистой стенке, старательно смоченный предварительно слюной Вики, пальчик до упора погрузился в анус. Аннека запрокинула голову в зкстазе. Обнаженная с растрепанными волосачами, сейчас она смотрелась как дикая кошка в минуты страсти, «пожалуйста, не останавливайся» — прошептала она. Вика со сладострастием облизала ротиком свой пальчик побывавший анусе подруги, а затем дала сделать то же самое подруге. В следующий мгновение Вика запустила сразу два пальчика ей в анус, сделав захват остальными пальцами руки со стороны копчика, и запустив другую руку в волнистые волос подруги, схватила их с силой и потянула на себя, заставив Аню запрокинуть голову назад. Вика в сделав захват остальными пальцами руки со стороны копчика свободную рукой схватила Аню за грудь сжимая и теребя то одну то другую своими руками. Аннека запричитала прокрикивая чего-то неразборчивая на всхлип. Она сама схватила себя за ягодицы раздвигая их и поногая Вике. Ее животик судорожно то сжимался, то выгибалась ее спина. Ее ротик мощным сопрано пел без остановки: «А! Ах! Аааа! Ааа! Да-да-да!! да так! Ах да!! Глубже! А-ааа! Еще глубже! Да! Порви меня! Аааа-йя! Люблю тебя! Еще! Еще! Сильнее!». Желая тоже насытиться живительным соком подруги, Аннека перевернулась под Викой, и набросилась на ее лоно причавкивая и прихлюпыая у нее между ног. «О-ооооооо!», — непроизвольно вырвалось с губ Вики, когда головокружение свалило ее. Она уже ничего не видела. уподобясь борзой собаке, рука Вики терзала влагину Ани, то отпуская, а то с новой злостью вцепляясь в ее сочащуюся мякоть. Другой рукой Вика ублажала ее белый, похотливый зад рисуя волнами оргазма скрижали страсти! Окончательно потеряв связь со собственным телом из Ани ударила тугая горячая струя золотого дождя. Вика не задумываясь подставила губы под драгоценную влагу, маленькими частыми глотками сглатывая нектар подруги. Восхитительно! Соленый привкус остался на ее губах и ее слегка тошнило, но Вике очень понравилось. Это было... неожиданно и... сумасшедше. Вся эта какофония в конце концов пошла на спад, и Вика вскоре заметила, что ее подруга уже сладко посапывает прильнув к Вике. Вскоре уснула и она.
Проснувшись первой, Вика не сразу сообразила где находиться и что происходит. Аннека упоенно посапывала, на ее груди. Она была столь милойсейчас. Нужно было уходить от сюда и Вика осторожно перевернула подругу и поцеловала ее в губы. Аннека медленно открыла глаз и расплывшись в улыбке произнесла: «а я во сне тебя видела, мы занимались любовью». «Это был не сон, а явь», — ответила Вика и еще раз прильнула к ее губам. Аннека ответила ей с жаром, наслаждаясь страстно, дико. Закинув голову, она поводила кончиком языка пробуя на вкус, а потом вздернув носик понюхала воздух. Наконец, широко распахнув глаза испугано спросила: «Я писала?». Вика сделав паузу утвердительно кивнула. «Ой! Я очень дико извиняюсь милая. Ничего не могу сделать, меня иногда просто отключает в минуты слабости. Ты сильно рассердилась?». Вика тщательно выбирала слова, чтобы верно передать свои ощущения и чувства: «Я никогда не думала, что это может быть так, что это может понравится. Да-да мне честно понравилось! Раньше я думала, что дождик это удел совершено фриканутых извращенцев, но мне понравилась. Я хотела тебя. А если я хочу тебя, то я хочу тебя целиком, хочу тебя такую, какая ты есть. И мне правда было приятно попасть под твой дождик, я наслаждалась им». Аннека со стеклянными глазами, словно приговор, слушала подругу. Затем она вновь ожила и потянувшись к Вике поцеловала ее и выдохнула ей всего одно слово: «Спасибо!». Затем подумав продолжила: «Нам пора уже выбираться. Сейчас я попробую встать, а ты меня поддержи, если вдруг у меня ноги будут опять раздвигаться и под тобою». Аннека осторожно спустилась на пол и неуверенно сделала первый шаг.
— Ты не видала троянскую армию, что пробегала здесь и оттрхала меня? — нахмурив брови спросила она,
— Так вот, увидишь передай, пусть прибегают еще, — выпустила шуточку Аннека.
— Как ты? — с улыбкой приняв комплимент, спросила Вика.
— Вроде живая, только в заднице саднит немного и хочется в туалет, — улыбнулась она
— Будем собираться?
— Да, пойдем быстрее, а то мы тут всех бабок распугали. Спустя немного они притащут сюда полицаев, забрызгают все здесь слюной.
Подруги пошатывая на подгибающихся ногах вышли из банного зала. Свежий воздух и прохлада встретили их в раздевалке. Собрав наспех вещи и сделав легкий макияж, девушки оделись и вышли на улицу. Там уже вечерело и в воздухе преобладали холодящие нотки.
— Не хочешь проводить меня? Здесь совсем рядом. Подержишь меня если, если я вдруг потеряю устойчивость, — с мягкой улыбкой спросила Аннека.
Вика согласилась, и они неспешным шагом, вяло перебирая ногами пошли вперед.
— Ты позвонишь мне сегодня? — робко спросила Аннека, когда они дошли до ее подъезда.
— Обязательно, — пообещала Вика.
— А, то можешь подняться, к мне познакомишься с мужем — как бы в шутку предложила Аннека.
— Может быть в другой раз? — без особого энтузиазма ответила Вика.
— Можно и в другой раз, — выждав паузу Аннека продолжила,
— А то можешь помочь справиться с супружескими обязанностями.
Разговор приобретал неожиданный поворот, Вика с сомнением в голосе спросила:
— Так ты би? А ревновать не будешь?
— Мне ревновать тебя к нему или его к тебе? — прыснув смешком и игриво стрельнув глазами, спросила Аннека.
— Прости, мне просто еще не совсем понятны ваши отношения. У вас там, что? Шведская семья? У тебя и имя какое-то шведское? Все неслучайно, да?
— Ну-ууу, имя у меня и вправду шведское, а семья не совсем. Просто мы любим экспериментировать, — лукаво ответила Аннека, поглядывая Вике в глаза и наблюдая за ее ответными эмоциями.
— О!
— Он чудный, вот увидишь! Приходи как-нибудь в гости. — продолжала настаивать Аннека.
— Оки! — согласилась Вика.
Обменявшись номерами телефонов, подружки разошлись. Идя по стремительно темнеющим улицам Вика раз за разом прокручивала в голове события сегодняшнего дня. Мысли путались, ей казалось что она теряет чувство реальности просходящего, слишком необычно все было. Она до сих пор ощущала, прикосновение ее губ, ее лоно все еще хранит ее тепло, ее голос до сих пор звучал в ее голове. Вика была счастлива. Мурлыча себе под нос она негромко запела:
I kissed a girl and I liked it,
The taste of her cherry chapstick.
It felt so wrong,
It felt so right...
— А знаешь что?! — продолжила развивать инициативу нагая бестия, — перебирайся ко мне, поболтаем, все веселей будет!