На улице уже давно стемнело. Анжела возвращалась домой. На краешке ее губ была засохшая сперма. Она шла от машины к подъезду. Именно в машине она получила этот отпечаток. Анжела чувствовала смесь отчаяния от произошедшего и страха от предстоящего. Сегодня мать ее подруги работала допоздна, и подруга позвала Анжелу в гости. Отец подруги в этот день был в коммерческой поездке в Польше. Катя предлагала выпить «Амаретто». Анжела, зная о строгости своего отца, поначалу отказывалась, но подруга все-таки настояла. «Мы немного выпьем, папа ничего не узнает», — уговорила подругу Катя.
Она встала с дивана, подошла к бару, достала оттуда бутылку и поставила ее на стол рядом отрывным календарем, на котором была надпись «1992 год». Несмотря на то, что уже был апрель месяц, календарь оставался нетронутым. Катя вернулась назад к бару и взяла оттуда «Сникерс». Вдруг она увидела в углу за коробками видеокассету без каких-либо надписей. Она аккуратно достала ее.
— Кать, это что?
— Не знаю, в баре лежала. Давай посмотрим.
Катя вставила кассету в недавно купленный видеомагнитофон и нажала плэй. На экране было трое мужчин, все одетые в костюмы с пиджаками. Двое стояли в стороне, рядом с третьим на коленях стояла женщина. Она расстегивала ему ширинку, потом достала его член и начала делать ему минет. Девочки удивленно переглянулись. Они смущенно посматривали друг на друга. Через некоторое время, немного выпив, Катя спросила Анжелу:
— А ты хотела бы тоже так?
— Что? Это делать? Таким же только проститутки занимаются.
— Не, а вообще, думала, чтобы с мужчиной этим заняться? Нам уже восемнадцать скоро, школу заканчиваем.
— Нет, ты что, если мой отец узнает, он же убьет меня. Мне и так достается часто из-за учебы или что поздно домой возвращаюсь.
В следующей сцене эта женщина уже лежала на столе, раздвинув ноги. На ней были только черные чулки. Тот мужчина, стоя, трахал ее, двое других стояли по бокам от нее, и женщина дрочила им.
— А я Илье уже пообещала, что после выпускного мы займемся этим, — ответила Катя.
У Анжелы отпала часть шоколадной глазури от «Сникерса» на коленку. Она пальцем убрала ее, но на ее светлом чулке остался коричневый след.
Подруги не заметили, как быстро пролетело время. Было уже поздно, скоро должна была вернуться мать Кати. Девочки быстро убрали за собой, и Анжела пошла к себе домой. Уже на улице она поняла, что автобусы не ходят, и ей придется добираться на такси.
Анжела шла по улице в направлении дома. Иногда она поворачивалась, чтобы остановить проезжающую мимо машину. Наконец-то ей повезло. Одна из машин притормозила и остановилась. Анжела открыла дверь. За рулем сидел мужчина лет 30-35. На лице у него была двухдневная щетина.
— На Гагарина не подвезете? — спросила она у водителя.
— Да, мне немного не по пути, но как же такой красавице отказать.
— А сколько это будет?
— Садись, на месте договоримся.
Анжела села на переднее сиденье и захлопнула дверцу. Машина мчалась по ночным улицам города. Светофоры уже не работали.
— А тебе куда именно, куколка? — спросил водитель.
— Вон тот дом, возле детского сада, — ответила Анжела.
— А чего ты одна так поздно?
— У подруги задержалась.
Анжела осознала, что дома она должна была быть еще три часа назад, что ее ждет неприятный разговор с отцом, а если у него плохое настроение, то и не только разговор. Машина уже заехала во двор и остановилась у подъезда. И тут Анжела поняла, что в спешке она забыла у Кати дома сумку, в которой были деньги.
— Ну вот мы и приехали, — сказал водитель.
— Понимаете, тут такое дело, я забыла у подруги сумку с деньгами. Можно я схожу домой, потом вам вынесу. — Анжела уже хотела было открыть дверь, но мужчина резко сказал:
— Сидеть, сука. Ты что думала, что я поверю тебе? Так уйдешь, и где тебя искать потом?
— Ну, пожалуйста, я честно вернусь.
— А как же. И вообще я не планировал брать с тебя деньги. Ты мне дашь кое-что другое, — сказал водитель, положив руку на коленку Анжеле. Он поднимал руку выше по ее ноге, задирая по ходу платье. Когда его рука дошла до кромки ее чулка и коснулась голой кожи Анжелы, она вздрогнула и начала своими руками убирать его руку.
— Не надо, дяденька, я девственница еще. — Голос Анжелы дрожал. Она была напугана.
— Но ты можешь сделать мне приятно и по-другому. — Водитель убрал руку с ее ноги и начал расстегивать ширинку на штанах. Оттуда он достал свой член. Анжела впервые сегодня увидела мужской член по телевизору, а тут еще и вживую. Она смотрела на него с любопытством и в то же время со страхом. Анжела осознавала безвыходность своего положения. Она вспомнила сегодняшний фильм и поняла, что он хочет.
— Давай, сучка, соси, — приказал мужчина, взяв Анжелу за волосы и притянув ее к своему члену.
Анжела почти не сопротивлялась. Она понимала, что никуда не денется отсюда. Она почувствовала сладко-горьковатый запах, исходящий из его члена. Анжела прикоснулась губами к головке, провела язычком по его дырочке. Далее она взяла его в рот, и начала медленно сосать, иногда сглатывая слюну с его выделениями. Постепенно она увеличивала темп. Рука водителя, тем временем, отпустила волосы и начала путешествие от талии к бедрам. Он говорил ей:
— Молодец, продолжай девочка. Соси мой хуй. Это как конфетка. Если хорошо поработаешь, то попробуешь еще и начинку.
Через несколько минут Анжела почувствовала у себя во рту пульсации. Первая струя брызнула ей в горло. Она испугалась и попыталась высунуть его изо рта. Вторая струя ударила ей в губы и щеку. Мужчина вовремя сориентировался и, взяв Анжелу за волосы, вернул все обратно.
— Ты что, блядь, хочешь мне машину всю испачкать? Глотай все, до последней капли. — Водитель не отпускал Анжелу. Через несколько секунд он начал чувствовать боль от ее прикосновений и высунул свой член.
— А ты умело работаешь ротиком. Из тебя выйдет отличная шлюшка. — Водитель застегнул штаны и открыл дверь машины. Анжеле не надо было ничего говорить. Она вышла из машины и пошла к подъезду. Машина отъехала. Анжела присела на лавку. Из ее глаз лились слезы. Она чувствовала себя очень паршиво. Над ней надругались. Собравшись с силами, она вошла в подъезд.
Анжела позвонила в дверь. Дверь открыл ее отец:
— Явилась наконец-то! Ты на часы смотрела? Время полпервого! Во сколько ты должна была прийти?
— В девять, — спокойно ответила Анжела, но это спокойствие было не долгим. Она заходила в квартиру. Отец кричал на нее:
— Где ты шлялась все это время? Мать вся извелась. Моя дочь — шалава подзабораная? Отвечать!
— Я у подруги задержалась. — Из глаз Анжелы уже текли слезы.
— Не ври мне! Это что у тебя? — Отец показал пальцем на след от шоколада на ноге. — Вчера только новые чулки ей достали. А он уже испоганила их. А это что? — Отец показал на щеку. — Хуи сосала? Мы что тебя блядью растили? — Отец сильно ударил дочь ладонью по щеке. Анжела упала на пол. — Я из тебя выбью всю эту дурь! В комнату быстро! Буду пороть, раздевайся!
Анжела побрела в свою комнату. Она достала из-под кровати поэлителеновую пленку, застелила ею кровать, чтобы не испачкать кровью. Это было уже не в первый раз и у Анжелы все было подготовлено. Отец уже стоял в комнате с плеткой, свитой из проводов. От постоянного пользования, на концах проводов, через изоляцию были видны медные жилы. Анжела задрала платье, сняла трусы и легла на кровать. Она испытывала ужасный стыд, подставляя голую попу своему отцу. Сердце Анжелы билось учащенно, оно ушло куда-то вниз. Ее ноги начали дрожать. Бедра и ягодицы судорожно сжимались. Внизу живота она чувствовала приятное щекотание. После всего пережитого за сегодня и от ожидания ударов между ног было уже мокро. Отец уже готовился наносить первый удар своей плетью. Все ее тело накрыла волна сладкого ужаса и ожидания боли. Ягодицы сжимались, анус быстро и часто сокращался. Сердце готово было выскочить из груди. И тут раздался он, долгожданный пронзительный свист плети, смачный шлепок по попе. Ягодицы Анжелы сжались. Она подпрыгнула от неожиданности, несмотря на то, что она ждала этого удара. Анжела вскрикнула от боли, но это был сдавленный крик. Она лицом уткнулась в подушку и сжимала ее зубами. Анжела попыталась расслабится, чтобы пережить еще удары. Слезы текли ручьями из ее глаз. Следующие три удара были еще сильнее. Эта боль обжигала ее задницу. Следующие удары уже были по набитому месту. От боли у Анжелы перехватило дыхание, попа двигалась из стороны в сторону, все тело извивалось. Медные концы проводов вонзались в ее кожу. По заднице текла кровь. После десятков ударов Анжела уже почти не чувствовала боль. Между ее ног было уже очень мокро и с каждым ударом приятнее. И она почувствовала мощный оргазм, первый в ее жизни. Анжела замерла от наслаждения, и только ее попа продолжала вздрагивать под ударами плети. Через десяток ударов оргазм прошел, и Анжела опять начала чувствовать боль, хоть и менее сильную, чем она была в начале. Анжела продолжала извиваться, она терлась своим лобком о кровать. Через несколько десятков ударов она почувствовала приближение нового оргазма. От блаженства Анжела уже не чувствовала ударов плети, она лежала и почти не двигалась. Заметив, что дочь лежит без чувств, отец прекратил порку и ушел. В этот момент она представляла, как лежит на кровати рядом с сегодняшним таксистом. Ей хотелось, чтобы он овладел ею как мужчина, чтобы он вошел в нее сзади, обнимал ее и трахал. Она хотела почувствовать как его теплая сперма разольется в ее лоне и они заснут так вместе. Она уже пожалела, что не дала ему.
Так Анжела пролежала минут 30, она не хотела шевелиться. Анжела чувствовала только капельки крови, стекающие по ее попе. Потом она встала, натянула трусы, опустила платье и начала убирать. Пленка была испачкана ее выделениями с кровью.