Живем мы в небольшом поселке, мне уже сорок с лишним лет, а когда начали развиваться события, о которых я сейчас поведаю, мне было тридцать пять, сыну семнадцать. Вовку своего сына я родила почти в семнадцать. Муженек мой был старше меня на тринадцать лет, женился на мне, как говорят по залету, по правде сказать, я и сама не уверена, что Вовка его сын. Вот теперь представьте себе сколько мне приходилось терпеть от мужа ревнивца к тому же и алкоголика. Ко всему еще я к тридцати пяти годам сохранилась как девочка, со стройной фигурой и моложавым лицом.
На свадьбе нашего соседа все и началось, лопнуло мое терпение. Еще до того как прокричали "горько", мой нажравшийся до поросячьего визга муженек прокричал на всю свадьбу, что я проститутка, пытаясь врезать мне кулаком в лицо, однако сын его так дернул за руку, что он упал и заснул, и ребятам пришлось отнести его домой спящего. Своим поведением он не только оконфузил меня, но и нашего сына заставил почувствовать себя неловко. Это я поняла, когда желая отомстить мужу начала флиртовать с молодыми ребятами, немного постарше моего сына.
Вовка все видел и только одобрительно улыбался. Флирт подвыпившей женщины, всегда имеет последствия, так получилось и у меня. Молодой парень увлек меня в укромное место и там не только всю облапал с моим активным участием, но и успел войти в меня своим твердым членом, прижав меня к стене и приподняв одну мою ногу до своего пояса. И опять же мой сын Вовка стал невольным свидетелем, как я целовала в это время парня и подмахивала ему, насаживаясь на его член, при этом Вовка хоть и имел растерявшийся вид, однако мне только одобрительно улыбнулся и поспешил уйти, чтобы не мешать. Правда, после его ухода мы все быстро прекратили, так и не испытав до конца приятных ощущений.
А затем я поступила неосмотрительно, жестоко, когда сильно возбужденный сын собирался провожать, одну пьяную женщину, о которой по поселку ходили не лестные слухи и почти ровесницу мне. Я вмешалась, выслушав его наедине, что они любят друг друга, а дав родительские наставления при его друзьях, в результате Вовка сильно расстроенный и оскорбленный моим вмешательством, убежал домой, а я пошла за ним следом, посоветовав этой даме держаться от моего мальчика подальше. В доме Вовки не было, и я уже начала беспокоится, в памяти почему-то всплыл недавняя трагедия с его товарищем, который покончил жизнь самоубийством из-за несчастной любви. Я с облегчением вздохнула, когда обнаружила его на сеновале, на ложе, уже приготовившемся ко сну, где он иногда спал летом, если в доме было жарко. Разговаривать со мной сын не захотел, недвусмысленно дав понять, что сильно обиделся на меня и у него душевная драма, и только после моего поучительного монолога о чувствах, он грубо усмехнулся.
- Все мои друзья уже не девственники, а ты выставила меня посмешищем. У вас что с отцом такое хобби, чтобы из меня делать посмешище? Я думал мы с тобой друзья, а ты…
Может в более трезвом состоянии у меня нашлось, что ему ответить, но в данный момент я растерялась, растерялась так, что наступила довольно продолжительная пауза, а как назло в это время с улицы доносились веселые голоса его друзей и смех девчат. Мне стало жалко своего мальчика, который с пониманием отнесся ко мне, и которого я сама же заставила страдать, ведь я прекрасно понимала, какие надежды он возлагал на сегодняшнюю ночь. Я присела рядом, пытаясь собраться с мыслями, но все мысли сводились только к одному, чем лучше тот парень моего сына, которому я позволила себе засадить, тем что он на три года постарше моего мальчика и уже трахает теток, или у него больше мужское достоинство.
Я не осознано и машинально протянула руку и дотронулась до члена Вовки, как бы желая определить его размер и сравнить. Вовка даже не пошевелился, когда моя рука легла на его гениталии, а я почувствовала, как от моего прикосновения под трусами сына все пришло в пробуждение. Через несколько секунд, под моей рукой было уже само мужское совершенство, выросшее и крепкое и начинавшее подергиваться. В голове словно что-то щелкнуло, захотелось увидеть это совершенство, поэтому я сама приспустила его трусы, обнажив красивый возбужденный член.
Вовка лежал не подвижно, словно боясь вспугнуть меня, а я проглотив подступивший ком, натянуто улыбнулась ему и наклонилась ближе к его члену. У меня и в мыслях не было брать его в рот, я просто хотела нежно поцеловать головку члена, как делала это в детстве, когда еще купала сына, но стоило только мне прикоснулась губами к гладкой напряженной головке, как Вовка издал протяжный выдох сладострастия, и его руки легли мне на голову прижимая к своему паху, а его таз резко приподнялся. Головка члена буквально ворвалась между пухленьких моих губ. Я хоть и была шокирована от неожиданности произошедшим и даже приостановила продвижение члена в мой рот, но в обволакивающем туманом моем разуме, словно я все глубже впадала в сон, подумала, а почему бы и нет, ведь моему мальчику так приятно и я могу заслужить себе прощения и успокоить его.
В годы бурной своей юности я всего пару раз брала член в рот, поэтому имела представление, как надо это делать. По инерции я провела язычком вокруг ворвавшейся в мой рот головки члена и задержав на уздечке, лизнула её, а затем еще и еще, плотно сжимая губами основание члена, при этом моя рука нежно задвинулась вверх и вниз по твердому основанию члена Вовки. Этого было достаточно, чтобы Вовка сладострастно прерывисто застонал приподымая и опуская пах в такт движениям моей руки по его члену, а еще через полминуты головка его члена набухла у меня во рту и задергалась. Горячие сгустки тягучей жидкости вырывавшиеся из дергающегося в моей руке члена, заполнили мой рот, так что я непроизвольно сглотнула какую-то часть, чтобы она не вырвалась из моего рта. Я так и не выпустила член изо рта пока Вовка все до капли не спустил мне туда, пока его тело не расслабилось от приятной усталости.
Только затем я освободила свой рот и отпустила его немного потерявший свою упругость член. Быстро встав с его ложа я ушла не произнеся ни слова, правда сказать что-либо сыну у меня все равно ни чего не получилось бы, так как рот был полон его спермы, которую я выплюнула только выйдя с сеновала на улицу. Только войдя домой и услышав громкий храп своего мужа, я очнулась, мне стало не по себе, за содеянное. Стыд не покидал меня даже когда я уже готовилась ко сну подмывшись и надев ночную сорочку. Что теперь обо мне подумает сын, если он за один вечер видел, как меня трахал один из его друзей, а потом я отсосала у него самого. Я решила поговорить с сыном, объяснить ему всю нелепость произошедшего и попросить у него прощения. Набросив сверху халат я снова вернулась на сеновал.
Стараясь не встретится глазами с Вовкой, я начала с того, что месяцами отец не трахает меня, но это не оправдывает моего поведения и то что я сделала, я раскаиваюсь и сильно виновата перед ним и так не должно было случиться. Однако Вовка только мило мне улыбался, а когда я подошла ближе он поймал меня за руку и потянул к себе на постель. Я даже не успела среагировать, как очутилась лежать рядом, в его крепких объятиях. А затем снова словно во сне, Вовка крепко начал целовать меня в губы, приговаривая, что я самая прекрасная женщина и мама во всем свете, а я отвечала на его страстные поцелуи. От его грубых и приятных прикосновений к моим налившимся сиськам, мои соски возбудились в один миг и превратились в камешки, которые он приятно разминал пальцами. В голове крутилось, надо остановить все, но сказать я уже не могла, стон сладострастия только срывался с моих пухлых губ, в губы сына.
Я не помню, как оказался его упругий член в моей руке, но я не прекращала его ласкать двигая по нему пальцами, ощущая выделявшиеся из него скользкие и липкие капельки. У самой же между ног пылал такой пожар, что начинал ныть низ живота, и словно желая затушить его я поправила член сына в промежности, направив его в свое изнывающее похотью влагалище. Я слышала словно со стороны, как протяжно и прерывисто простонала сама, пока упругий член сына входил в меня до самого дна влагалища. Мужское достоинство сына, было создано под мою письку, и идеально заполнило влагалище, словно было вылеплено по её размеру.
Всего лишь несколько раз дернувшись в такт, и мое тело сковали приятные волны истомы. Такого продолжительного и умопомрачительного оргазма еще не испытывала ни когда и ни с кем. Я чувствовала, как приятно пульсирует каждая клеточка моей письки, начиная от влагалища и заканчивая клитором, на дергающемся члене Вовки, из которого глубоко внутри меня выстреливалась горячая сперма. Ни страх, что я могу забеременеть от родного сына, не могли остановить приятных ощущений блаженства. Даже когда, как мне показалось мы рухнули из-под небес блаженства на землю, обессиленные от приятных волн истомы, мне было безразлично, что мое чрево до краев наполнено молодой спермой Вовки.
Наконец отдышавшись я хотела привстать с ложа порока, но не могла этого сделать только безвольно пошевелилась, и еще глубже насадилась на член. Мне показалось что я задремала лишь на миг прикрыв глаза, не почувствовав как Вовка вытащил из меня свой член, а приоткрыла снова свои глаза от того что в моем влагалище двигается упругий возбудитель блаженных ощущений. Снова мысли о том что я трахаюсь с родным сыном ушли на второй план, а женская похоть, ощутить приятные волны истомы заставили тело двигаться в такт движениям члена во влагалище. И снова умопомрачительный и продолжительный оргазм, источники которого рассылающие приятные волны истомы разбежались по всему моему телу, но самый сильный источник пульсировал где-то глубоко во влагалище. Опустошенное и расслабившееся тело рухнуло с высоты в пропасть, еще содрогаясь от остатков откатывающихся приятных волн вниз живота.
- Вовка отпусти меня, уже светает – прошипела я осипшим голосом, как только мое дыхание восстановилось, и я смогла приоткрыть глаза, но все ее под влиянием вставленного в меня упругого члена.
Не просто было выпустить из себя и расстаться с членом сына, когда он медленно стал его вытаскивать из меня. Я чувствовала каждый его миллиметр, и как его место заполняет жидкость растекающаяся по всему влагалищу, затем не устояв, я снова насадилась на член так что почувствовала, как он головкой приятно вонзился в дно влагалища.
- Нет, надо идти, скоро отец проснется - прошептала я и сама подала задом соскальзывая с члена.
Мои ноги словно были ватными, когда я встала на них и пошатываясь направилась к выходу с сеновала, чувствуя, как из влагалища устремились ручьи смеси спермы и смазки по моим ляжкам. Такого количества жидкости во мне еще не было ни когда.
В этот день я так и не успела осознать, и в полной мере осмыслить, что страшного произошло ночью, так как мы снова отправились втроем на продолжение свадьбы. Я не обратила внимание, как тот парень, которому я позволила себе засадить вчера, споил моего мужа и когда тот уже мало что соображал, принялся подпаивать меня. Однако в этот раз его планам трахнуть меня, не суждено было сбыться, хотя он и добился, что я сильно захмелела. Вмешался Вовка, который увел меня с отцом домой, пригрозив парню, чтобы он забыл, что произошло вчера. Поведение сына вызвало во мне восхищение и безмерную благодарность. Дома уложив отца в постель, он почти незаметно улыбнувшись мне, сказал, что пошел на сеновал. Приготовившись ко сну и даже подвинув муженька на супружеском ложе, я все же не смогла удержаться, ноги сами понесли меня к сыну. Ни произнеся ни слова мы слились с ним в страстном поцелуе, а когда я уходила с сеновала проведя там ночь на улице уже было светло, как и прошлым утром по моим ляжкам ручьями бежала смесь спермы и моей смазки, вытекающие из моего переполненного влагалища.
Целый день я мучилась терзаниями, что переспала со своим родным сыном и не раз и неслучайно, к тому же получила от этого огромное удовольствие, которого не испытывала ни когда и не с кем. К счастью Вовка вел себя, словно ни чего между нами не произошло, правда когда пришел отец с работы, и попытался меня гонять по своему обыкновению, сын грозно предупредил, чтобы не трогал мамку, при этом сжав ему так руку, что тот даже скривился от боли.
- Вовка, нам надо серьезно поговорить - успела произнести я, когда уже снова ложилась рядом на следующую ночь с сыном на сеновале - так не должно быть, это противоестественно, не хорошо. Позор, если кто узнает, не отмоешь до самой смерти.
- Ни кто, ни когда не узнает. Нам хорошо и ладно - выразился Вовка, а я уже чувствовала, как у меня разгорелся низ живота, а промежность стала влажной от выделяемой обильной смазки, дрожащие ноги сами широко раздвинулись.
К новому году я была уже на втором месяце беременности, естественно от родного сына, потому как с мужем уже не трахалась, хотя и говорила ему, что он просто не помнит по пьянке, что трахал меня буквально день назад. Если же он приходил недостаточно пьяным и ночью мог засадить мне, то я уже с вечера сама спаивала его до отключки, а после шла к сыну в кровать. После нового года сделала аборт, и после уже ни когда не беременела, хотя Вовка и топил мою матку в своей сперме. В конце весны Вовку забрали в армию, а я потом почти каждый месяц ездила к нему в часть, словно девчонка бегала на свидание, чтобы насладиться приятными ощущениями. Правда пока Вовка служил, я была вынуждена давать и своему алкоголику мужу, но не чаще чем имел меня сын в разлуке.