Аня уже входила в подъезд своего дома, как её окликнули. Она обернулась и увидела спешащих к ней двух женщин.
- Анна? - одна из них схватила едва не захлопнувшуюся дверь подъезда и открыла её пошире.
- Да, я Анна, - удивленно ответила Аня. - А вы?..
- А мы коллеги вашей матери.
- Мамы нет дома. Она сейчас в командировке.
- Да, да, мы знаем, - сказала женщина. - Мы и не к ней пришли, а к вам.
- Ко мне?
- Хотим обсудить с вами одну её статью. Вы ведь тоже на журналиста учитесь?
- Ну да…
- Вот и отлично. Давайте зайдем к вам домой. Там и поговорим.
- Давайте…
В лифте Аня получше разглядела обеих женщин и её кольнуло нехорошее предчувствие. На журналисток они не походили абсолютно. Обе были одеты в слишком легкие для начала осени блузки и обтягивающие шортики, а шпильки на туфлях были чересчур высокими. Выглядели женщины лет на тридцать с лишним, но Ане показалось, что на самом деле они моложе. Их старил нездоровый серый оттенок лица и какой-то вечно невыспавшийся вид. Роста они были такого же, что и Аня, но выглядели гораздо крепче физически. Уже выходя из лифта, Аня поняла, на кого походят её новые знакомые - на потрепанных проституток низкого пошиба.
Аня замялась у своей двери. Ей ужасно не хотелось впускать этих двух к себе домой, тем более что дома сейчас никого не было. Но женщины молча и выжидающе стояли за спиной, так что Ане пришлось достать ключи и открыть дверь.
Она надеялась, что они поговорят в прихожей, но женщины, даже не сняв туфлей, прошли в зал.
- О чем же вы хотели меня спросить? - пройдя следом, обратилась она к той, которая говорила с ней у подъезда. Женщина не торопясь и с любопытством осматривала убранство комнаты.
- Спросить? Да, мы с тебя сейчас спросим, - насмешливо сказала женщина, внезапно перейдя на «ты». - Вообще-то мы сначала собирались спросить с твоей мамы, но она свалила в эту свою командировку, и нам сказали, что сойдешь и ты. Так даже лучше.
Аня, широко раскрыв глаза, глядела на женщину, пытаясь понять, о чем она говорит. Женщина хотела продолжить, но тут откуда-то из глубины квартиры послышался голос её напарницы:
- Мара, иди сюда, глянь, какая тут кровать клевая!
Первая женщина, которую назвали Марой, отправилась на голос. Ничего не понимающая Аня побежала следом.
Оказалось, что пока они разговаривали, вторая женщина ушла в другую комнату и теперь осматривала стоявшую там большую раскладную кровать.
- Как она раздвигается? А, вот… - она потянула за ручки и кровать стала двуспальной.
- Что вы делаете? - возмущенно спрашивала Аня. - Объясните наконец, что вам надо?
- Щас увидишь, че нам от тебя надо.
- Погоди, Рысь, надо же ей объяснить. - сказала Мара. - В общем так. Твоя мама оказалась упертой стервой и написала статью, которую кое-кто умолял её не писать. И нас попросили объяснить ей, что она поступила плохо. А раз уж подвернулась ты, то мы объясним это тебе, а ты уж передашь потом своей мамочке. Чтоб в другой раз слушала людей и не писала всякую херню.
- Я не понимаю, о чем вы говорите, - прошептала Аня. Она чувствовала, что уже едва стоит на ногах от страха.
- Нам-то не похер, понимаешь ты или нет? Падай на кровать! - Рысь принялась стягивать с себя шорты. Её примеру последовала и Мара, и вот уже они обе стояли перед Аней в одних блузках.
Они стали теснить её к кровати. Аня рванулась вперед, но тут же была схвачена под руки и кинута на кровать. Она попыталась подняться, но женщины уже навалились на неё вдвоем и начали срывать одежду. Аня ещё толком не успела ничего понять, а с неё уже сорвали курточку и футболку, стянули джинсы вместе с трусиками.
Полностью голая, Аня вскочила на кровати и снова попыталась прорваться к двери. Но её снова схватили, с огромной силой подбросили в воздух, и Аня, взвизгнув, рухнула обратно на кровать.
- Рысь, ноги ей держи! - крикнула Мара. Сама она уселась Ане на грудь и ухватила за руки.
- Помогите! - завопила Аня. - А-а-а! На помощь! Помогите! Помо… гм-м-мхх!..
Мара схватила Аню за голову и вдавила лицом себе в пах. Аня замычала и попыталась вырваться, но хватка у Мары оказалась железной. Аня почувствовала, что ей нечем дышать. Пытаясь вдохнуть хоть чуть-чуть, она принялась дергаться и извиваться на кровати, но освободиться от непробиваемой плоти Мары не удавалось. Наконец, когда Аня уже почти потеряла сознание, Мара отпустила ей голову.
Аня жадно вдохнула воздух. В глазах у неё потемнело и плыли разноцветные круги.
- Сучка, ещё раз закричишь, придушу до конца, - со злостью сказала Мара. - Лежи смирно, никуда теперь не денешься. Рысь, я первая.
Мара подложила под голову Ани подушку, уселась поудобнее и принялась за дело. Находящаяся в полуобмороке Аня едва понимала, что происходит. Она помнила только, что её то и дело начинало тошнить - Мара и Рысь брили лобок, но особой чистоплотностью не отличались. Аня сдерживала тошноту, стараясь думать о чем-нибудь другом, но это едва получалось. Насильницы постоянно терлись об её лицо, прерываясь лишь для того, чтобы уступить место подруге.
Аня не знала, сколько времени всё это продолжалось. В какой-то момент она вдруг поняла, что на её голове уже никто не сидит, и как будто очнулась ото сна. В воздухе стоял едкий запах сигаретного дыма. Аня застонала, пошевелилась и попыталась привстать. Но на её грудь сразу же опустилась чья-то рука.
- Куда? - послышался голос Мары. - Лежать! Мы ещё только начали.
Аня поняла, что насильницы лежат по бокам от неё и курят.
- Что, очнулась, сучка? - Рысь взяла Аню за подбородок, потом затянулась от сигареты и выдохнула дым ей прямо в лицо. Аня закашлялась. - Ты язычок-то пока разминай, сейчас им работать будешь.
- Лизала когда-нибудь раньше? - спросила Мара.
- Что? - слабо переспросила Аня, поднимая на неё глаза.
- Что-что? Мороженку, что же ещё! Ха-ха!
Мара и Рысь залились смехом.
- Слышь, Мара, она раньше только мороженки лизала, да у парней отсасывала.
- А может у тебя и парня-то не было? - предположила Мара. - Ну-ка, Рысь, проверь.
Рысь взяла сигарету в зубы, села на кровати и запустила пальцы в Анино влагалище. Аня содрогнулась всем телом.
- Нет, не девственница, - заявила Рысь. - Трахалась уже с кем-то.
- А член сосала? А? Сосала? - Мара слегка шлепнула Аню по губам. - Конечно, сосала. А теперь мы тебя научим, как надо лизать. Ты ещё нам благодарна должна быть.
- Вот сучка! У парня отсасывала, а от нас морду воротит! - Рысь бросила сигарету в стоящую неподалеку вазу и поднялась на ноги. - Все, давай продолжать.
Аню снова уложили как прежде. Теперь первая на неё взгромоздилась Рысь. Мара примостилась рядом и пристально наблюдала за происходящим.
- Язык высунь и лижи, - приказала Рысь. Аня глядела на нависшую над ней вагину, но не могла заставить себя открыть рот. Ей казалось, что если она это сделает, её тут же стошнит.
- Не слушается, - хихикнула сбоку Мара.
- Слышь, сучка, я тебя щас так отделаю, на улицу стыдно будет показаться. - предупредила Рысь.
- Ты её подуши немного. Обязательно поможет. - посоветовала Мара. Но тут Аня высунула язык и начала лизать.
Аня лизала не глядя, и старалась не чувствовать вкуса. Она равномерно водила языком по лоснящимся половым губам Рыси, иногда проникая внутрь, во влагалище.
- Куда ты языком своим тычешь? - шипела сверху Рысь.
- Выше лижи. Вот здесь, - Мара показала пальцем, где надо лизать. - И всем языком не води, только кончиком.
Аня послушалась.
- Быстрее, - сказала Рысь и тяжело задышала. Она навалилась Ане на лицо и больно вцепилась в волосы, но Аня терпела и лизала. Через пару минут Рысь кончила.
- Теперь вылизывай у неё внутри, - приказала Мара. - Всё оттуда вылижи и проглоти, чтобы я видела. Живее!
Аня засунула язык во влагалище Рыси, и, хлюпая, стала всасывать в рот всю влагу. Потом шумно сглотнула и сморщилась, уверенная, что сейчас её точно стошнит. Но все опять обошлось.
Настала очередь Мары. Аня делала всё уже механически, надеясь снова провалиться в забытье. Но на этот раз голова у неё была ясная, она четко слышала, всё, что ей говорили, слушалась приказаний и под конец уже знала, как доставить удовольствие насильницам, чтобы избежать шлепков и затрещин. Каждая кончила по три раза, и каждый раз Аня тщательно вылизывала их влагу и проглатывала её.
Но Мара с Рысью не успокоились и на этом. Перекурив, они принялись экспериментировать. Аню ставили в разные позы, заставляли лизать им грудь и анус, для смеха целовали взасос, трепали её вагину пальцами. Аня едва двигалась от усталости и нервного напряжения, и едва шевелила онемевшим языком. Тошнота, правда, прекратилась - Аня уже просто не чувствовала вкуса того, что лизала.
Наконец всё закончилось. Обессилевшая Аня лежала на кровати и глядела, как насильницы одеваются. Она настолько устала, что даже не чувствовала радости от их ухода.
- Ну пока, сучка, - сказала Рысь.
- Я надеюсь, ты объяснишь маме, что не надо в следующий раз делать то, что не просят, - сказала Мара. - А если она не поймет, то мы снова с тобой встретимся, или с ней, или с вами обеими сразу. Понятно?
- Понятно, - прошептала Аня.
Когда они ушли, она ещё лежала некоторое время на диване. Потом с трудом поднялась, оглядела комнату, засыпанную пеплом и окурками, и поплелась в душ.