Посвящается тому, чего не было
И тому, что могло бы быть.Итак, милые друзья, именно Алеша Пешков, а вовсе не Максим Горький. Вот настоящее имя того матерого писателя. Те, кто это знал, пусть сочувствующе качнут мне головой. Те, кто не знал - удивятся. А если найдутся такие, кто мне не поверит - добро пожаловать, приезжайте на станцию "Парк культуры" и подойдите табличке в конце зала. Там все написано. И это, кстати, не случайно: ведь именно у таблички я сейчас стою и отсюда же начинаю свое трагическое повествование.
Знаете ли вы, какой сегодня день ? Стыдно, братцы, стыдно: Так вот напомню - сегодня пятница. А какое число, помните ? Нет ? Ну и не стыдитесь. Я сам тоже не помню. Но где-то середина октября. Но все это суета. Главное же - в парке культуры сегодня последняя дискотека. Последняя - и все. Больше дискотек не будет, будет зима. Что-то должно сегодня случится. Должно по всем законам социологии, математического анализа и теории вероятностей. А потому решительность наша сегодня предельно взведена, взоры остры и отточены.
-Чья это "наша" - спросите вы ?
-Как это, чья - удивлюсь я - со мной едет лучший друг Саша.
:И под любопытные взгляды читателей два приятных молодых человека вальяжно проследуют к эскалатору.
-Напрасно они покрасили свод блестящей краской - с надеждой спрошу я у Саши.
-Да, Сергей, напрасно - с неподдельной вежливостью и учтивостью ответит он мне.
На улице холодно. Холодно настолько, что даже невинная идея выйти на балкон кажется большой ошибкой. Подумали ли мы с Сашей одни и тоже, или я был одинок в своих сопоставлениях - сказать честно, не знаю. Привычным шагом мы подойдем к знакомой палатке.
-Нет уж, мой друг, "девятки" я сегодня не буду. Настрой, понимаешь, не тот:
И Саша с радостью купит два "Бочкарева".
Крымский мост встречает нас радостными огнями, а могучий Петр I сверлит сердитым взглядом, стоя по колено на своем бронзовом паруснике. Мы идем в парк культуры - и я немыслимо счастлив от того, что все только начинается. Пусть зияют своей чернотой осенние лужи, пусть негостеприимно смотрят ворота: Сегодня пятница - а значит, я забуду об этом.
Кстати, о воротах я заговорил не случайно. Ведь именно у них мы заметили одинокую парочку, утопающую в урагане осенних листьев. Четкая и ритмичная походка, которая о многом сказала бы деревенскому парню, классическая поза "под ручку" - все говорило о том, что мы на правильном пути. Заговорил Саша:
-Девушки !
Девушки обернулись и прострелили нас своими испуганными взглядами.
-Девушки: э: вы тут одни гуляете ?
"Нашел, чего спросить" - тихо подумал я. Судя по выражению лиц девушек, они подумали то же самое.
-Ну да - наградили они нас ответом.
-Можно мы с вами прогуляемся ? Нет, ну если вы не хотите:
-Прогуляйтесь.
Начало было положено, и оттого стало радостнее. Свободно вздохнув и скинув с души камень, я открыл рот. И закрыл его. Саша тем временем продолжал:
-Вы работаете или учитесь ?
-А что ?
-Нет, ну просто интересно:
-Учимся.
-А где ?
Сия пластинка знакома до боли всякому, а потому оставим Сашу и пользуясь моментом, опишем наших подруг. Видел ли читатель осеннюю улицу с ее манящими огоньками, корявыми деревьями и мокрыми дорогами ? Видел. Прекрасно. Так вот частичка этой самой унылой улицы сейчас шагала рядом с нами.
-Сколько им было лет ? - спросит читатель.
-Не знаю, сколько. Наверное столько, сколько и должно быть.
-А во что они одеты ?
-И это сказать сложно. Но точно, не голые:
-Сергей ! - Сашин окрик приостановит наши мысли. Повернусь лицом к нашим подругам:
-Учитесь, значит: Ну и как, интересно ?
-Что интересно ?
-Учиться.
Учиться им было интересно. А еще они любили готовить и любили есть персики. А вот кого они совершенно не любили, так это нерусских. Проблемы семьи их не волновали, а на станции "Чкаловская" они не были.
-Ну что ж - уже говорил я - Приятно было погулять. Может, еще увидимся:
Быстрой и стыдливой походкой мы пойдем на другую аллею.
-Как они тебе - спросит Саша.
-Да так: - отвечу я.
Вот, кстати, и дискотека. Прямо на улице, под открытым небом. На асфальтированном пятачке дергалось несколько фигурок, преимущественно девичьих. Широкоплечие тени стояли с краю, курили, отхлебывали пиво и всем видом показывали, что оказались здесь случайно. Увядающая осень, холодная улица и бесперспективная, чужая танцплощадка - все это смешалось во мне в невиданную жгучую смесь. Она прогрызала всю душу и сочилась наружу, заставляя развернуться и уйти прочь. "Ничего" - успокаивал я себя - "Ничего, просто время нужно: Сейчас погуляем, привыкнем и все будет:" Саша стоял рядом и грустно смотрел на танцующих. Я понимал его хорошо, как никто другой.
-Тебе чего ? - спрашивал меня милый друг, стоя у палатки.
-Давай "Девятку":
Саша подошел к окошку:
-Пожалуйста, "Девятку" и "Невское светлое".
-Вам открыть ?
-Да.
И вот уже желтая горечь растекается по моему желудку, деликатно постукивая по голове. Мы сидим на скамейке. Сейчас все заладится:
И вот тут то они прошли мимо. Четко прошли, классически.
И такие взрослые. Точно, взрослые. Наверное, старше нас. Саша приподнялся и посмотрел на меня:
-Сэм сайт, иллевн оклок ! - проговорил он, подражая виртуальному летчику из компьютерной игры.
-Таргит ин рейндж ! - с развязанной американской простотой ответил я, уподобляясь уже штурману.
На сей раз была моя очередь выступать.
-Здравствуйте !
Два презрительных взгляда проскользили по нашим курткам.
-Здрасьте !
-Можно мы с вами прогуляемся ? А то нам одним скучно:
-А: Ну, попробуйте.
Две круглых луны с нарисованными губами и утопющими в черной туши пустыми глазами посмотрели на нас.
-А где же ваши девушки ? - спросили они, сражая нас своей свистящей простотой.
-Одни гуляем:
-А вы всегда одни ?
Видел ли читатель людей, которые бы гуляли всегда одни ? Думаю, что не видел. Однако вопрос сей был задан безо всякого намека на шутку или иронию.
-Да нет: То есть, ну в общем:
Я еще не допил свою бутылку и понятное дело,... чувствовал себя ровно. Однако чуть начав разговор, я застал себя смертельно пьяным. Было ли тому причиной пиво, или что-то еще - на знаю. Я замолчал.
Пустоликие нимфетки с видом сосали сигареты и скучно поддерживали Сашин рассказ о том, как он отдыхал на море.
-Были ли твои подруги красивыми ? - спросит читатель.
-Безусловно !
-Но отчего же ты скучен и нем, Сережа ?
-Как бы вам сказать, друзья: Я просто не видел себя рядом с ними. Всем своим нутром я не мог нащупать хоть ниточку, которая бы нас связывала.
-Как тебе они ? - спустя десять минут спрашивал Саша.
-Ничего, красивые:
Мы опять шли к танцплощадке.
И вновь разноцветные огни заскользили по черным теням одежд. Вновь засверкала и задвигалась яркая кучка тех, кто рискнул выйти на танцпол.
-Как тебе вон те, в красном ? - теребил мой рукав Саша.
-Которые ?
-Да вон: Ты куда сморишь !
-Одна из которых со светлыми волосами, что ли ?
-Ну да !
-Хм:
Тут, по идее, мне следовало что-то сказать. Сказать резко, энергично, а после встать и сверкнуть глазами. И того, должно быть, просила каждая моя мышца.
-Вперед - мысленно сказал я себе и резко поднял голову. Невиданный приступ тошноты тут же оборвал мое дыхание. Закружилась размякшая голова, поплыли деревья:
-С чего бы оно, ведь всего лишь пара бутылок: - однако мысль эта меня ни капельки не задела и куда-то быстро растворилась.
И вот передо мной улица. Обычная улица с обычными домами. Таких сотни в Москве. Но это именно та улица. Та, которую, судя по многому, я буду помнить еще очень долго. Деревья, ларьки, прохожие - все как обычно. Но странное, милое и одновременно дергающее чувство всякий раз вытаскивает эту картину наружу. И вот выплывает асфальт, возникают и мешаются запахи. Вот тело пронзает тень того испуга и смущения, желание смотреть под ноги. А вот ни с чем не сравнимое ощущение твоей удивительно нежной руки, зажатой в моей ладони. Непривычное, до страха приятное ощущение.
-Сергей ! - ты чего: Сергей !
Я тряхну головой и пробормочу:
-Пошли !
Подергиваясь в такт ритму, мы подойдем к ним. Подойдем, встанем рядом и начнем танцевать. Кроме светлых волос и красной куртки я видел джинсы. Кажется, зеленые. Я не знал, почему даже не взглянул на танцующих подруг. То ли из равнодушия, то ли со злости. А быть может, я доверял Саше.
С бутылкой в руке танцевать правильнее и приятнее. Монотонные уханья, рассыпающиеся из динамиков, так и обволакивают мое сознание.
-Сергей, ты видел ? - Саша прильнул к моему уху.
-Чего ?
-Ну, как она смотрела на тебя !
"Чего, спрашивается, на меня смотреть ? Я, положим, сюда танцевать пришел, а не по сторонам пялиться". На подавление этой мысли у меня обычно уходит не более секунды. Но на сей раз чего-то случилось.
-Сейчас приду. - Я отбросил пустую бутылку и пошел к ларьку.
В детстве я обожал книгу про Винни-Пуха. И всякий раз чуть не плакал, опять прочитав ее до конца и поняв, что больше уже ничего подобного не прочту. Как-то раз на антресолях мне попался медвежонок, точь-в-точь такой, как тот, из сказки ! Память, тоска и какой-то долг обязывали меня с ним играть, хотя мне это было совершенно неинтересно. Но я хотел любыми силами растянуть сказку, и понимание таковой невозможности давалось мне особенно тяжело.
Я был у нее вчера. У той самой, которую вспоминал несколько минут назад. Сидел на кухне, пил чай, смотрел в окно. А она сидела напротив. Смеялась, поправляла волосы и что-то рассказывала. Я пытался угадать в ней знакомые черты, услышать те самые фразочки, поймать взгляд, который так взбудоражил меня тогда. Но все было совсем обычно и совсем незнакомо. Только раз, услышав сокровенную фразу "Не прикидывайся шлангом", я заулыбался.
Вот и ларек. Здесь продают по баснословной цене противные шашлыки, разогретые в микроволновке. Однако очередь стоит порядочная. Я встану в конец. Захламленные столы, битые бутылки на асфальте: А вон, глядите, за теми кустами уже, похоже, блюют ! И тут я вспомню наш бар. С красивыми корабельными реями, стропами. У входа висит настоящий штурвал, на стене - страшный штык какой-то диковинной рыбы. И даже жалкая сторублевка дает твердые основания для похода в это славное место:
-Молодой человек, что вам ?
-Две "Девятки".
Так, отлично ! Но куда бы сесть ? За столиком слева сидит пьяный мужичок, и мешая свои усы с кусками хлеба, что-то воркует кривоглазой девице. Нет, к ним я не пойду. А вон, чуть поодаль, компания какая-то. Водку пьют и шашлыком заедают. Да: Куда же:
И тут взор мой пал чуть направо. За столом сидели четыре девушки и пили пиво. Будь их там две, или, на худой конец, три, я бы может и не обратил внимания. Но их было четверо. И сидели они одни. Более вопиющий наглости я не видел давно. Вызов всему мужскому роду ! Дерзкая перчатка была брошена, и потому я смело зашагал к столу.
-Здравствуйте !
Довольный и радостный гул, прозвучавший мне в ответ, подсказал, что путь я выбрал верный. Я улыбнулся:
-Не будете возражать, если я вам компанию составлю ?
Белозубые улыбки посыпались на меня со всех сторон.
-Значит, со своим стулом приходить ?
Протяжный хохот был разбавлен фразой одной из подруг:
-Да ! И со своими тапочками !
Хм: Чего это я про стул ? Даже странно как-то вышло.
Спустя минуту стул был задвинут в гостеприимно образовавшееся ложе. Я обвел компанию взглядом, и ничего не отметив, спросил:
-Как отдыхаем, стало быть ?
-Молодой человек, а вы не поэт ?
Начало было положено вполне знакомое. Что будет дальше, я примерно представлял. И потому залпом выпил половину бутылки.
-Нет, я не поэт.
-Подождите, может, мы познакомимся ? - пропел бойкий голосок одной из них.
-Может. Сережа.
Со всех сторон меня тут же закидали именами. Я отхлебнул пива и стал рассказывать анекдот.
Дернувшийся хохот искривил девичьи тела в неоднозначных позах и смахнул со стола пустую бутылку. Мое плечо и правая нога ощутили чью-то осторожную хватку. Надо обратить внимание.
Подсел Саша. Хозяйским взглядом он окинул наше пристанище, довольно улыбнулся и тоже сказал что-то смешное.
Второй залп хохота оказался куда смелее. Ловким и умелым движением незнакомые пальцы проскользили по моему подбородку. Распустив волосы по кофте, на плечо легла голова. Соседка: Интересно, как она выглядит ? Надо бы к ней обратиться. Вот только как ...ее звать ? Ладно, послушаю, как ее другие называют.
Энергично размахивая руками, Саша что-то рассказывал. С полными понимания глазами и склоненными головами его слушали. Пьяный лес стелился за колесом обозрения, серой тенью бежал ворох листьев:
-:да, именно умелым движением. Итак, твой лифчик расстегнется, и уже ничто не помешает моим рукам:
Я тряхну головой. Бог ты мой ! Что за пошлость я несу ! И похоже, она меня внимательно слушает ! А что это за странное чувство: Так я и думал ! Моей ноги ей было явно мало. А завоевание высот шло весьма успешно. Нет, пожалуй, все-таки, стоит на нее посмотреть.
Я поверну глаза и тут же столкнусь с ее пошлым медовым взором, от которого взгляд мой вновь перенесется на бутылку. Однако кое-что и все же отметил. Видел ли читатель противоударные буферы электровоза ВЛ80 ? Так вот, прелести не меньших размеров отягощали ее кофту и заслоняли все прочее.
-Сережа, ты так красиво говоришь ! Но знаешь, я больше практик, чем теоретик. Хочешь, мы с тобой сейчас прогуляемся:
-Круто. - сказал я и отхлебнул пива.
Стоп ! Последний раз, когда я прикладывался к бутылке, пива было явно меньше ! Не может же того быть, чтобы оно разрасталось ! Или: Ах да, я ведь допиваю вторую.
Саша тем временем вошел в экстаз:
-Именно потому на картине Пикассо девушка выглядит полной ! Ира, иди сюда !
Моя соседка встала и подошла к нему.
-А теперь встань и согни ногу.
Согнула.
-Вот видите, животик чуть отвисает !
Однако Сашиного открытия никто не оценил. Заиграла похабная музыка, и моя фурия принялась танцевать. Танцевальный угар вскоре перенес ее за мою спину, и спустя мгновенье те немыслимые прелести заелозили по моим щекам и опустились на плечи.
-Скоро приду. - я встал и пошел к реке. Интересно, как мне смотрели вслед ?
Москва-река: Черная прорва, совершенно равнодушная ко мне. Но я не буду смотреть на твой противоположный берег, который находится в такой предательской близости. Пусть будут только мои пыльные кроссовки, пара окурков рядом с ними и вода. А когда я подниму глаза, то уже не увижу гранитных берегов. Черным куполом накроет меня небо, ярко сияя звездами. А на горизонте оно почти незаметно сольется с таким же черным морем. Днем здесь было светло и просто. Визжали беззаботные курортники, завывали водные мотоциклы. Но разве это море ? Вот оно, настоящее море ! Только сейчас !
Мои кроссовки потонут в нежном и ласковом песке.
-Сереж, видишь огонек ? - спросишь ты меня и пощекочешь по ладони.
-Вижу. - отвечу я и заулыбаюсь.
Ты очень красивая. Прямо, как весь этот берег, все море: Волосы, плечи, ноги: И без тени неудобства я буду тобой любоваться. Без тени похоти, зависти: Ничто на свете не заставит меня отвести взгляд !
На тебе легкое платье и моя куртка. В руках туфли. Ты чуть грустно смотришь в черную бездну.
-Сереж, а вдруг там мой папа ?
-Может быть.
-Папа: Вдруг это ты ?
Я промолчу.
-Плыви сюда, я здесь !
Ты махнешь рукой и обнимешь меня. Берег, море, шум прибоя и твои глаза - что может быть прекраснее ?
-Сергей, ты будешь булочку ?
Берег оделся в пошлый гранит. Мягкий песок пропал, обнажив мокрый асфальт, окурки и добавившуюся пустую бутылку. Шум моря перерос в дикие скачки в висках, которые предательски отдавались в желудке. Я хватанул ртом воздух и постарался глубоко вздохнуть.
-Булочку будешь ?
-А где эти блондинки ?
В ответ Саша вяло махнет рукой:
-Сколько блондинок было, Сергей ?
-Одна.
Я закрою глаза. Но позвольте, куда это меня тащат за руку ? Саша, что с тобой ?
-Сергей, давай быстрее ! Такие там ! Такие ! Эх:
Я покорно поплетусь, сжимаясь всем организмом и хватая ртом воздух. Пусть деревья такие странные, воздушные. Пусть дальше Крымского моста ничего не видно: Пусть: Я пойду !
-Девушки, можно вам задать один вопрос ?
Судя по многому, Саша был в настроении. Они обернулись. Обернулись, посмотрели на нас.
-Как оборачивались ? Как смотрели ? И вообще каковы были ? - уже слышу я вопросы.
-Нет, друзья, не знаю. - изреку я. Слишком уж равнодушен я был к ним те минуты. Точно заметил, что одна из них была с сумкой.
-Это Сергей. - Оказывается, мы уже представлялись.
Я кивнул головой.
-А какой у вас вопрос ? - спросили они.
-Ну: Его так просто не задашь. Вам надо подготовиться - усердствовал Саша.
Однако, мысли мои витали уже чуть в стороне. Тошнота, головная боль: Ко всему этому добавилось еще одно низменное чувство.
Поскользнувшись на крутых ступеньках и вытерев руку о кафель, прямо из туалета я пошел к ларьку:
Возвращаясь к своим друзьям, увидел я следующее: Одна из подруг тупо смотрела на речку. Другая, та, что с сумкой, сидела у Саши на коленях и обнимала его.
-Долго же я ходил за пивом - пронеслось в голове.
Я подсел к ним на скамеечку.
-Знаешь, я никогда не сажусь на автобус с номером, сумма цифр которого равна четырнадцати. - загадочно вещала Сашина подруга.
Пораженный сей таинственностью и неизвестностью, мой друг сидел, словно заиндевевший. Заинтригованный и заинтересованный, он с превеликим упоением вслушивался в каждое ее слово. Я посмотрел на асфальт и усмехнулся. Про себя, конечно. Мой друг был трезв, разделен и понят. А оттого, должно быть, счастлив. Многое ли это было, или малое; то, или не то вовсе - я не знал. И оттого лишь почтительным и достойным взглядом проводил нашедших друг друга.
Беда, тем временем, назревала. Слишком уж много горечи было принято за сегодня моим озябшим телом. Я шел и жадно хватал воздух, хотя уже чувствовал позорную неотвратимость. Развязка наступила на пике Крымского моста. Я приник к перилам и посмотрел на речку. Легкое головокружение, возникшее при этом, поставит роковой росчерк на моем сознании:
О, серьезные и занятые прохожие, обойдите же меня деликатной стороной ! О, мой друг, робко и неестественно смыкающий руки на чужой талии, не смотри на меня вовсе ! Правильным словом ублажи свою подругу и знакомым жестом четко поцелуй ее. Грязная и пошлая речка, прими от меня то, что ты сполна заслужила:
Вывернутый, истерзанный и опустошенный, я ступлю на ребристую ступеньку эскалатора. Гостеприимный вагон с буквой "М" во лбу безропотно подхватит мое тело. И лишь мерный стук колес заставит меня утешиться и задремать. Так уж повелось у москвичей - метро: Именно с него все всегда начинается. ...Им же и заканчивается. Времени было много, и оттого в вагон катился практически пустой. Напротив меня сидел Саша и обнимал свою девушку. А я смотрел в окно на пробегающую рифленую стенку. Смотрел - и очень хотел о чем-нибудь подумать. Но мыслей не было.
- Что же дальше ? - спросите вы.
- А что дальше ? Зима будет дальше. Что же еще ? Снег пойдет, сугробы вырастут. Хотя сейчас это так трудно представить, глядя на черный асфальт с дырками луж. А в остальном все будет то же самое. Тот же огни, те же дома и те же улицы. Город большой, и не везде есть место паркам культуры. Не везде есть место стремлениям, надеждам и подвигам. Ровная и спокойная улица, на которой не надо рваться на куски, не надо бежать, не надо судорожно мыслить, всегда сможет меня встретить за лестницей подземного перехода. И ей не страшна зима. Я это знаю, и потому, не смотря ни на что, всегда могу улыбнуться и сказать: "Я тебя люблю !"
27 февраля 2001 года.