Роман в стиле танго.
(из личного)
Максим Перепилица
В одном из своих рассказов, я говорил, что во время учёбы в университете, я подрабатывал в ночном клубе, в составе танцевальной команды. Это рассказ об одной истории, которая произошла со мной в это время.
Танцевальные группы репетировали в дневное время, и по вечерам, когда танцевальный зал закрыт для посещения. Я начинал с небольших композиций и в последнем ряду, но вскоре, моя хорошая физическая подготовка, внешние данные и просто прирождённое чувство ритма и понимание музыки, вызвали интерес у наших руководителей. Меня стали натаскивать по серьёзному, да так, что я даже стал подумывать о профессиональной карьере танцора. Кто занимался танцами в любых их проявлениях, знает, как это здорово, выражать, идею музыки, песни и своё её понимание через движение. Уже через полгода я был в основном составе, и мне были назначены две партнёрши, Вика и Ксюша. Обе маленького росточка, худенькие и очень лёгкие. Я сам был не великан, а в сравнении с остальными юношами нашего коллектива, казался малышом. Поэтому для меня специально подобрали маленьких ростом танцовщиц, чтобы я не выглядел лилипутом.
Вика была девушкой серьёзного характера и меланхолического темперамента. Всегда с унылым выражением лица, почти не улыбаясь, мало разговорчивая и необщительная. Мне было трудно с ней работать, так как явно не чувствовал её и не мог подстроиться должным образом.
А вот Ксюшка, была просто огонь. Словно ядерный реактор внутри неё заставлял Ксюшу постоянно что-то делать, смеяться, общаться. Казалось, что даже во сне она тоже двигается и смеётся. Она была очень симпатичной девушкой, хоть и не красавицей, особенно с лица. Длинный нос с горбинкой, вытянутая овалом форма лица, и очень жидкие волосы, но всё это просто меркло и не замечалось от того обаяния, которое излучала её улыбка и голос. Она была очень доброй, отзывчивой и я никогда не видел её ругающейся на кого-то. Ксюша умела находить такие слова в конфликтах, что оппонент не мог вразумительно что-то ответить. Как вы догадались, Ксюша была моей любимой партнёршей.
Многие уверены, что между танцорами, особенно парами, всегда существуют интимные отношения. Спешу вас огорчить, это не так, и даже совсем не так. Как раз наоборот, зачастую, танцующие вместе, просто терпеть не могут друг друга и разбегаются подальше после репетиций и выступлений. Но вот если удаётся свести не только два тела, но и сердца, то это очень хорошо. Так получилось и у нас с Ксюшей. Энергичная и весёлая, умная и интересная, обаятельная она понравилась мне. По её взглядам, словам и просто жестам, я видел, что тоже нравлюсь ей. Нам было хорошо танцевать вместе и мы легко осваивали новые движения и рисунки.
В тот период я был в отношениях с другой девушкой, мы жили вместе в её квартире, правда время проводили совместно, мало. Так как она работала и училась, а я учился, а потом работал. Но нам так было хорошо и удобно. Даже редких встреч нам хватало для общения и отношений. Поэтому я не особо проявлял активность по отношению к Ксюше, так как я не любитель наставлять рога своим девушкам без уважительной на то причины. Да и Ксюша, то же, не проявляла мер по соблазнению и проворачиванию. Мы весело флиртовали друг с другом, воспринимая наши отношения, как рабочую творческую дружбу.
Но однажды, нас с Ксюшей взяли для участия в подтанцовках в выступлениях одного очень известного певца. У него была, конечно, своя танцевальная группа, но в новых композициях они ещё не работали, вот предложили нашим руководителям клуба помочь за хорошие деньги. Мы с Ксюшей конечно же согласились, так как и нам была обещана солидная прибавка за дополнительный труд. Мы репетировали под руководством приезжающего хореографа, который учил нас, как и что мы должны делать, натаскивал нас на правильную работу с исполнителем. Так как работы было много, то мы практически поселились в клубе, даже спали там, и поэтому, ещё ближе сошлись с Ксюшей.
В коротких перерывах мы вместе пили чай, болтали о разных вещах, дурачились, делали массаж друг другу, и всё это без сексуального подтекста. Мы продолжали относиться к нашим отношениям как партнёрству. Но однажды, наш разговор зашёл о семейных ценностях и Ксюша, стала рассказывать о своей семье, в которой она была младшей сестрой при трёх старших братьях. Она поведала мне очень много смешных историй связанных с этим, в том числе, весьма интимного характера. Как застукала старшего брата за онанизмом перед телевизором, среднего в ванной, а младшего из братьев, с подушкой. Я стал защищать братьев, говоря, что это просто необходимость и часть взросления мужчины, но Ксюша стала весело издеваться и надо мной, предполагая, как я тогда взрослел по её мнению.
Она так остро шутила, что я не выдержал, и не найдя достойных слов сказать в ответ, пихнул её пальцем в живот, желая пощекотать. Ксюха ужасно боялась щекотки, поэтому с визгом, отскочила от меня: «Ах ты гад! Ну всё, война»!» Она взяла свою бутылку с минеральной водой и сжав её силой, выплеснула на меня холодную струю. Я лишь успел закрыть лицо, и вся вода пролилась мне на одежду. Я был по доброму взбешён и, вскочив, стал гоняться за Ксюшей, что бы отомстить ей, и защекотать по настоящему. Мы бегали как дети в детском саду, визжа и смеясь, уворачиваясь и опрокидывая мебель. Несколько раз мне удавалось схватить её и своими пальцами я щекотал её подмышками и по бокам туловища, но она всегда ловко быстро уворачивалась и наша война продолжалась. Наконец, мне удалось поймать ей за задником сцены и повалить на стоящий там стол для реквизита, и прижав к нему, запустить свои пальцы по телу девушки. Ксюша начала сильно брыкаться, смеяться и кричать: «Аааааа! Отпусти! Ааааа! Щекотно»! Но я продолжал свою месть, получая удовольствия от причиняемого Ксюше шутливого страдания: «Будешь ещё водой брызгаться?! Будешь надо мной шутить»?! «Не буууууду! Хватит!» - пищала Ксюша и пыталась вырваться. Но я решил продолжить экзекуцию и не выпускал Ксюху из своего захвата.
Девушка, видя, что я не собираюсь её отпускать, вдруг схватила меня за самое моё интимное место и пощекотала его. Я от неожиданности отпрыгнул в сторону и конечно же Ксюшка, со смехом убежала от меня. «Ты чё?! Совсем что ли?!» - возмущённо закричал я: «Это нельзя трогать!» «А я с братьями только так и боролась!» - смеясь ответила Ксюшка: «Пощекочу им там, они и отстанут! А потом, у них писюны, такие большие, из штанов торчат! Было смешно»! «Ах, так! Ну тогда я тебе тоже сейчас кое-где пощекочу и посмотрим, что у тебя станет прикольным!» - выкрикнул я и продолжил погоню. Ксюша, взвизгнув, стала снова со смехом убегать, но опять была поймана на том же месте, за задником.
Я крепко схватил её в охапку сзади и удерживая брыкающуюся девушку одной рукой, вторую запустил ей под топик и стал сжимать её грудь, указательным пальцем теребя сосок. Ксюха запищала: «Ты чего! Так не честно! Я тебе в штаны не лезла! Отпусти извращенец»! Но я уже перешёл сжимать с правой груди на левую. Ксюша, желая вырваться, снова схватила меня за мой орган, и стала щекотать его. Но я уже был знаком с такими её действиями, поэтому не отреагировал, а стал сильнее обрабатывать её грудь, добиваясь от девушки, что бы она признала своё поражение в схватке. Но Ксюша явно не намеревалась сдаваться, так как своей рукой захватила мою мошонку и стала щекотать и её, вместе с членом, уверенная в том, что это точно сработает.
И это действительно сработало, только не так, как она ожидала. Мой парень, почувствовав что его обхаживает с наружи женская рука, и получая приятные импульсы от моих рук в результате массажа сисичек, стал увеличиваться в размерах и готовится к бою. Ксюша, конечно же почувствовала это, но не прекратила свои попытки выведения меня из морально равновесия и продолжала активно двигать пальчиками. В результате этого, мой шутливый настрой на игру, быстро перешёл в фазу сексуального заигрывания и все мои действия, перешли в разряд практического петтинга. Мои ладошки стали уже не сжимать её сисички, а нежно наглаживать, а кончики указательного и большого пальца, собранные в шепотку, уже мягко массировали её сосочки, мои губы прикоснулись к её шее и стали целовать девушку.
Ксюша, почувствовав, что мои садиские истязания вдруг поменяли свой характер и стали доставлять ей удовольствия, ощутив мои губы на своей шее, а в своей руке, вздымающийся в агрессивном настрое орган, испугалась таких метаморфоз и отпустив мой инструмент, попыталась вырваться: «Всё! Стоп! Игры закончены»! Но во мне уже была запущена программа «Кабель похотливый» и я проигнорировал её указание, продолжая свои ласки. Мой торчавший под спортивками член, уткнулся девочке прямо в попку, и от его головки в мой мозг проскочила волна удовольствия. Ксюша, видя, что я не выполняю её требования, изловчилась и развернулась ко мне лицом: «Я сказала, хватит! Всё! Побаловались и хватит!». Я никогда не видел её с таким серьёзно-испуганным выражением лица, она словно встретила большую собаку страшного вида, но которая не нападает и не рычит, а ластиться. И вроде приятно, но жутко страшно, а вдруг сорвётся и укусит.
Я приподнял девушку и посадил её на сто: «Ты же первая начала заигрывать, что теперь останавливаешь»? «Ни чего я не начинала, это баловство, просто баловство, отпусти меня»,- ответила девушка, но запущенный во мне механизм самца, уже просто так отключить было не возможно. «А если я вот так вот тебя поцелую? То же отпусти?» - прошептал я и впился её своим ртом в губы. Мягкие, нежные, они ответили мне взаимностью, обжимая и лаская. Мой язычок, тут же стал проникать в её ротик и искать собрата. Я прижался к девушке, и мои руки начали наглаживать её спинку, волосы, талию. Её коленки больно давили мне прямо в область паха, где томился, сдерживаемый тканью, мой возбуждённый дружок. Что бы и он смог получать более приятные ощущения и испытывать нужные тактильные воздействия, я немножко надавил своим бедром между сжатых ножек Ксюши, облачённых в танцевальные штаны-трико, и протиснул свои ногу. Продолжая целовать и ласкать девушку, я немного продвинулся к ней, раздвигая её ножки шире, и протиснул между ними вторую ногу, размещая свой пах, напротив её промежности.
Танцевальная форма для репетиций у танцоров обоих полов практически одинаковая, разница только в покрое и цветах. Очень растяжимая, тонкая, лёгкая ткань, которая плотно облегает фигуру, что бы хореограф мог видеть все изгибы тела танцора и давать свои рекомендации. Сейчас на мне, эта форма чётко очерчивала контуры моего возжелавшего женщины, члена, практически не стесняя его и не сдерживая, сильно оттянув ткань спереди моих лосин. Он тут же воткнулся между раскрытых ножек Ксюши, и ткань её трико, не смогла приглушить мощь и давление моего органа, передала все его характеристики, начиная от каменной твёрдости и заканчивая пылающей страстью.
Пользуясь теми свойствами ткани, которые позволяли не стеснять движения, я стал активно двигать своими бёдрами и наглаживать своим вздыбленным органом спрятанную под тканью трико девочку Ксюши. Она же, пытавшаяся сначала противостоять такому виду дружеского общения, получив несколько хороших и точных нажатий моего наглого парнишки в самые эрогенные зоны, решила позволить мне такое баловство и перестала отстраняться.
Получив её молчаливое согласие, я осмелел, и стал активнее ласкать её руками, уже более нагло и по-свойски залезая ей под топик, и обжимая её сисички. Мой язык уже нашёл её язычок, и они вдвоём стали общаться, даря друг другу нежные прикосновения. Я продолжал активно двигать тазом и тереться своим торчащим стволом о промежность девушки, получая сладкие и приятные эмоции. Я чувствовал как нарастает моё возбуждение, как разгорается огонь в моих чреслах и как Ксюша, тоже начинает пылать жаром вожделения. На меня нахлынула волна страсти, требующей незамедлительного обладания девушкой.
Я взял руками ножки девочки и сведя их вместе, закинул себе на левое плечо, и зацепив резинку её трико, стянул его вместе с трусиками до середины её бёдер, оголяя попку и пылающую жаром пещерку. Зажав ноги девочки левой рукой, я, правой рукой, одним стремительным движением оттянул резинку своих лосин и выпустил на свободу свой, жаждущего погружения, член и тут же ткнул его между ног девушки.
Всё произошло так стремительно и быстро, что Ксюха даже не успела понять, как оголилась её попка, и к её щёлочке прикоснулся, обжигающий старостью, твёрдый предмет. От неожиданности она не успела, что либо предпринять, и мой, почувствовавший жертву зверь, стал врезаться в её очень влажную щёлочку. «Нет, нет, нет! Стой!» - запищала Ксюша, и попыталась руками оттолкнуть меня, но я был гораздо сильнее её и настроен весьма решительно и продолжал внедрять свой кол в её пылающее жаром лоно. «Максим, стой, мне нельзя, я ещё ни разу…» - не успела досказать Ксюша то, что стало известно моему члену гораздо быстрее, так ка он упёрся в препятствие внутри пещерки девочки, которое тут же было им безжалостно разрушено. Ксюша ойкнула, и широко раскрытыми глазами уставилась на меня, чувствуя, как в её тело погружается, всё глубже и глубже, мужской член. Она так и смотрела на меня, пока я не вонзил свой орган до самого дна её пещерки. Я был удивлён, что у Ксюши не было до меня контактов с мужчинами, и даже немного пожалел, что ей вот так, мимоходом, случайно, пришлось испытать свой первый раз, но чувство завоевателя и покорителя, быстро заглушили все мои нравственные стенания. Пока происходило погружение большого и горячего органа в её тело, Ксюша замерла на вдохе и не дышала, пока не почувствовала, что я наконец вогнал свой на всю длину.
«Максим, я ещё девочка, мне нельзя!» - запоздало сказала Ксюша, ещё не до конца понимая, что её только что натянули на член. Что бы показать ей это и окончательно убедить, что о целке можно забыть, я стал активно двигать своим испытывающим наслаждения от обладания девочкой, органом, в её пещерке, удаляя безвозвратно все остатки и следы её девственности. Продолжая удерживать её сжатые ножки у себя на плече, я долбил её, заставляя качаться стол и хвататься за его края саму девушку, сам тем временем, своей свободной рукой, освобождал её ножки, от ненужной и мешавшей одежды. Стянув с её ножек трико и трусики, я кинул их на пол и широко развёл её ножки, удерживая их за щиколотки руками, и, стал наяривать пещерку девушки с двойным усердием, любуясь тем, как мой влажный, в крови и смазке член, погружается в её покорённое мной, влагалище.
Ксюша, в результате активных и мощных толчков моего обжигающего её тело, органа, поняла, что её уже трахают, по настоящему, как в фильмах, настоящим мужским членом, трахают в её девственную киску, которая, вопреки её ожиданиям и представлениям, почему то не болит, а наполняется приятными ощущениями. С каждым движением твёрдого и горячего предмета в её пещерке, девочка получала очередную дозу сильного возбуждения, словно в её тело, кто-то, раз за разом, подкидывал порции экстаза. Не ощутив обещанной подругами и книгами боли, и получая только сладкие и волнующие сердце эмоции, Ксюша смирилась с наглым вторжением и перестала бороться с яростно двигающимся в ней агрессором.
Я сразу почувствовал, что Ксюша вдруг расслабилась и закрыв глаза, облокотилась о стену, и стала томно дышать, отвечая на все мои похотливые движения. Это немного смутило меня, так как все девушки до этого, которых мне довелось распечатывать, визжали и царапались, кусались и вырывались, плакали в истерике, в той или иной степени, если не в течении всего первого раза, то во всяком случае, гораздо длительное время. Поэтому расслабление тела Ксюши и получение ею удовольствия от процесса, сначала смутили меня, но после того, как Ксюша стала постанывать от моих мощных ударов члена в её до невозможности жаркое и влажное лоно, я успокоился, и стал наяривать девочку, со всеми имеющимися у меня силами и опытом.
Когда мои руки затекли от постоянного напряжения, я скинул её ножки к себе на плечи и обхватив их руками, стал вгонять свой жезл шлёпая своими бёдрами девочке по попке, а что бы доставить ей ещё большее наслаждения, стал пальцами теребить и крутить её сосочки. Девочка ответила на мои ласки увеличенной силой стонов, переходящих в крики. Я стал активно продолжать своё наступление, стараясь ловить наиболее приятные для девушки действия и сильнее тереться своим пахом о её клитор, раздражая его и вызывая у Ксюши, волнообразные движения тела. Я был близок к своему извержению, но видя, что Ксюша ещё только приближается к своей наивысшей точке наслаждения, вынул свой пульсирующий от получения вожделенного приза, член, переложил девушку на животик и, пристроившись сзади, снова вогнал, уже обижающийся за отобранную жертву, орган, в тело девушки.
Смена позиции благотворно отразилась на получаемых девушкой эмоциях, усилила эротичность и восприятие процесса. Ещё только начиная понимать суть межполовых отношений, имея о них само приблизительно предположение, Ксюша представляла себе, как её будут трахать мужики, именно в такой позиции, казавшейся ей самой похабной и бесстыдной. Удовлетворение мной её скрытых и интимных мыслей вызвало у девушки практически мгновенное усиление получаемого удовольствия и погрузило её в ураган наступающего оргазма.
Натрахивая девочку и сжимая её сисички, почувствовав, что Ксюша начинает активно подмахивать, а стенки её нежного влагалища начинают пульсировать, я увеличил до максимально возможного ритм моих толчков и получив в ответ крик доведённой до оргазма девушки, вогнал свой орган в глубь её тела и стал бурно и сладко изливаться. Я чувствовал, как пульсирует мой член, как выбрасывается моя животворящая жидкость, и как благодарно принимает её тело Ксюши. Довольный проделанной работой, я вынул своего уставшего от труда парня, с удовольствием лицезрел, как из разбухшей, пылающей жаром, измождённой пещерки вытекает розовая, со сгустками белого, жидкость.
Я натянул на себя лосины и поднял с пола трико и трусики Ксюши. Подойдя к девочке, я помог ей подняться со стола и сесть на столешницу. «Отымели как последнюю шлюху. На столе, в грязном зале. Ещё и кончил в меня, сука», - устало и без злости ругалась Ксюша: «Принеси полотенце из раздевалки и воды, кобелина»! Я, улыбнувшись и поцеловав её в губы, метнулся в раздевалку и принёс не только то, что она просила, но ещё влажные салфетки. «Ну, давай, вали за ширму!» - скомандовала Ксюша, принимая у меня принадлежности, и я спустился со сцены и сел на стул в зале, ожидая её выхода. Ксюша вышла минут через пять, явно возбуждённая, красная и со светящимися глазами и снова улыбающаяся: «Поприветствуем на сцене только что отраханную целку Ксению! Просим жюри выставить свои оценки»! Я засмеялся и сказал: «Не знаю как жюри, но я тебе ставлю оценку – бесподобно!» «Сука, ты, Максим! Падлюга! Как же ты меня развёл-то, я даже не поняла. Столько парней пробовали уломать, и были посланы, а ты даже не уламывал, тупо взял и трахнул! Козлина!», - с улыбкой и с нотками удовольствия ругалась Ксюха: «Ещё и кончил в меня, засранец! Вот будешь бэбика воспитывать и кормить через девять месяцев, а не на сцене красоваться»! «Ну и буду, если что, при условии что поженимся», - ответил вполне серьёзно я. «Ээээээ! Сплюнь! Мне папа потом даст ребёнка и свадьбу! Я хоть и совершеннолетняя, но папа у меня походу, до конца жизни будет контролировать», - остановила мои весьма нравственно-положительные намерения, Ксюша: «Ладно, пойду в душ мыться, а потом, минут так через тридцать, чтоб ты тоже был там, надо же убедится что у меня там всё хорошо, и вообще хорошо получается»