Слышали эту шутку? Женщины гораздо чаще мужчин досматривают порно до конца, поскольку надеются, что всё закончится свадьбой. И хотя на практике в финале обычно мы видим залитые белой спермой мордашки, а не белое платье с фатой, сейчас передо мной лежит диск с записью лучшего порно для женщин. Да, именно так – настоящее порно с самой настоящей свадьбой в конце! Впрочем, обо всём по порядку.
Уже много лет я периодически читаю рассказы, почти с самого основания ресурса. Точную дату не назову, но прекрасно помню, как летом 2004-го года, под звуки модема я открыл множество окон с рассказами этого сайта, подождал, пока они загрузятся, и отключил модем, чтоб не тратить драгоценное время Интернета. А потом читал, читал, читал рассказы, позволяющие, в отличие от видео, хоть немного проникнуть во внутренний мир таких же развратных людей, как и я: авторов и их персонажей.
Тогда интернет писался с большой буквы, был медленный и некрасивый, и ещё нередко подключался через мерзко пищащую коробку с тарификацией по времени. А видеоролики нельзя было скачать так просто как сейчас, надо было идти в магазин и покупать их на диске. Для бедного студента это неоправданно большие расходы. Гораздо выгоднее было на эти деньги купить бутылку водки, пакет апельсинового сока и пойти пить «отвёртку» в гости к какой-нибудь раскованной студентке – благо жил я в общежитии.
Лето 2004 года, начало июля, Санкт-Петербург, общежитие лучшего городского ВУЗа. Прекрасная дама моего сердца, она же ебливая сучка моего хуя, уехала в далёкие родные пенаты до самой осени.
А я остался в городе.
Причин тому было множество, и не самая последняя – абитуриентки. Полтора десятка этажей с равномерными вкраплениями юных, неопытных, но, как правило, уже не девственных самочек. Ибо домашние девочки ездят поступать непременно с мамой, а во время поступления живут где угодно, но только не в общежитии. Бывали и исключения, но… Э-эх! Пишу, а у самого слёзы на глаза наворачиваются от ветра, поднятого проносящимися перед взором воспоминаниями.
Прекрасная юность, рубеж двадцатилетия, первые сексуальные открытия… Именно тогда я начал понимать, что всё это подростковое преклонение перед девушками, повышенное внимание к их якобы индивидуальному внутреннему миру, боязнь получить отказ – всё это полная чепуха. Надо всего лишь быть самим собой, быть искренним в своих стремлениях. Увидел интересную самочку, вышел на контакт, определил количество усилий необходимых для совокупления с ней, и, если цена не слишком завышена для этого экземпляра, нарисовал очередную письку-звёздочку на фюзеляже своего амурного истребителя. В юности всё проще и вкуснее. Типажи самочек ещё не складываются в классификацию, не начинают повторяться, ещё велик элемент новизны, каждая новая самочка приносит радость и удовлетворение. И… ладно, ладно! Прекращаю углубляться в свои циничные разглагольствования, а вернусь лучше к теме первого рассказа, который я решил опубликовать – порно со свадьбой в финале. Вот как это было…
***
Тем летом я устроился на первую в своей жизни хорошую работу, такую, где платят вовремя, не особенно сношают мозги и позволяют заниматься ерундой в рабочее время. И вот, начитавшись порнографических рассказов, не имея секса уже две недели и предвкушая охоту на абитуриенток, вечером после трудового дня я подходил к общаге, сканируя пространство на предмет самочек. На ловца и зверь бежит – через пару десятков метров, за углом корпуса общежития траектория моего движения должна была пересечься с симпатичной круглопопой блондинкой лет семнадцати. Кажется, я её видел на днях в фойе. Девочка завернула за угол и ненадолго скрылась из поля моего зрения. Я собирался последовать за ней, настигнуть её в несколько шагов перед входом в общежитие, сделать вид, что принял за старую знакомую, а дальше всё достаточно банально и уже не раз опробовано с незначительными вариациями. И вот, включив автопилот, выхожу из-за угла и вижу неожиданную помеху.
Помеха стояла возле красной блестящей «бэхи» и представляла собой дюжину дагов и чеченов. Согласно своей варварской традиции они ежевечерне кучковались около общаги, слушали кавказское музло, базарили и цеплялись к проходящим мимо девчонкам, пытаясь закадрить блядоватую особь, которую можно по-братски отодрать всей компанией. Накануне я их несколько дней не видел и думал, что чёрные тоже разъехались по домам, как и нормальные люди. Но, судя по всему, некоторые задержались в городе.
Большая часть этой компашки была мне знакома, но сейчас от них отделился неизвестный мне рыжеволосый чечен лет восемнадцати, по всей видимости владелец «бэхи». Он преградил дорогу круглопопой блондинке, которую я уже считал своей добычей. Горный мажор явно не собирался действовать традиционными присвистываниями, прищёлкиваниями и словесными сальностями, которыми неотёсанный кавказский молодняк добивается женского внимания. По его богатой одежде, обилию золота и крутейшей стальной Мотороле в руках сразу становилось ясно, что парень избалован во всех отношениях, поэтому действовать станет более уверенно и нестандартно.
– Ай, здравствуй! Давай знакомиться! Я Адам, будешь моей Евой? – почти без акцента сказал он, слегка оглянувшись на стоящих позади товарищей.
Те уважительно засмеялись в поддержку, а девочка в растерянности остановилась перед преградившим ей дорогу нахалом, пытаясь сообразить, что делать: то ли ответить грубостью, то ли молча попытаться обойти препятствие. То, что происходило дальше, заняло буквально несколько мгновений.
Как уже говорилось, я собирался выйти на контакт методом «ой, прости, обознался». И вот я одновременно быстрым шагом вылетаю из-за угла, вижу кавказских братьев наших меньших, слышу слова чеченского Адама, приближаюсь вплотную к девушке, смутно начинаю понимать: «что-то идёт не так», но мозг уже заряжен на определённую последовательность действий.
– Машенька! – подхожу я сзади и легко обнимаю девушку за тонкую талию, сразу же нежным движением руки поглаживая по округлости попы.
– А?! – растерянная блондиночка оборачивается на меня, от обилия неожиданностей со всех сторон, кажется, впадая в ступор.
Тут мозг начинает догонять объективную реальность и реагировать на изменившиеся обстоятельства.
– Ты куда так быстро побежала? Еле догнал! – произношу я, крепко беру её за руку, насмешливо смотрю в глаза неудачливому сопернику и тащу девчонку за собой на проходную общежития.
Слышу сзади речь с недовольными и угрожающими интонациями, но явной опасности нет, и я сосредотачиваюсь на очаровании девушки.
Думаю, излишне рассказывать, что после такого эффектного знакомства все остальные ритуалы сближения прошли в укороченном варианте, и через два часа я уже сидел с девчонкой на кровати в комнате, где её поселили, и попивал с ней «отвёртку» из большого полулитрового бокала.
«Отвёртка» – студенческий разводной ключ для девичьих ножек. Нет, я не стал спаивать девушку, ведь ей надо было усиленно готовиться к экзаменам, да и я никогда не любил пьяных женщин. Мы выпили всего лишь грамм сто водки из одного бокала на двоих, она слегка расслабилась, затем несколько лёгких ненавязчивых поцелуев… И вот я сижу к ней вплотную, а моя рука уже ласкает её нежное девичье тело, забравшись под маечку.
– Ой, не надо! – как и мириады других таких же девчонок во все времена прошептала она, поняв, что скоро её будут трахать.
– Хорошо, не буду, – сказал я и засунул руку ей в трусики.
В трусиках тепло и кучеряво. Я ласково перебираю кудряшки пальцами, но руку дальше не продвигаю. Обхватываю её губы поцелуем, просовываю вглубь рта язык. Она удивлённо отстраняется:
– Что ты делаешь? Ты же сказал, что не будешь!
Убираю руку из её трусиков, встаю с кровати:
– Раз сказал, значит и не буду…
Замечаю мимолётное разочарование на её голубоглазой мордашке.
– … не буду разбрасывать одежду по всей комнате! – заканчиваю я, достаю из кармана упаковку презервативов, кладу её на стол и начинаю раздеваться.
Девчонка ошалело смотрит на меня. Про себя прикидываю, что девственности она, небось, лишилась лет в пятнадцать по глупости и любопытству, потрахалась пару раз без особых впечатлений с кем-то из ровесников, и особого сексуального опыта не имеет. Тем удивительнее для неё моё поведение.
«Запомнишь меня надолго, а то и на всю жизнь!» – со свойственной мне тогда юношеской гордостью думаю про себя.
– Ты со всеми себя так ведёшь? – спрашивает она, забиваясь в дальний угол кровати, но пытаясь делать вид, что храбрится.
– Нет, только с девушками, – отвечаю, не прекращая раздеваться.
Неторопливо складываю футболку. Степенно стягиваю носки. Буднично, словно перед отходом ко сну, снимаю штаны. Всё это аккуратно складываю на ближайшем стуле. Остаюсь в домашних туфлях на босу ногу и укороченных обтягивающих «боксерах».
Судя по тому, что девчонка, забыв о смущении, пялится на меня во все глаза, предыдущий сексуальный опыт у неё был в темноте и, сто процентов, по глубочайшей пьянке. Даже рот приоткрылся при виде оттопыренного края моих «боксеров» и выглядывающей оттуда багровой головки члена.
– Любопытно? Хочешь на него посмотреть поближе?
Словно загипнотизированная, Марина кивает. Да, забыл сказать, её зовут Мариной, а вовсе не Машенькой.
Улыбаюсь и неспешно снимаю трусы. Член стоит под углом не меньше семидесяти градусов. Достаю из пачки презерватив, кидаю его на кровать, а сам вплотную подхожу к девчонке.
– Это пенис, – говорю ей ласково и с улыбкой, показывая рукой на эрегированный член. – Его полагается вставлять туда!
Показываю пальцем ей между ног. Инстинктивно Марина прикрывает это место руками. В это мгновение я подхожу к ней вплотную, беру её руками за голову, слегка подтягиваю к себе и добавляю:
– Но можно его вставить и в рот.
На лице девчонки отражается лёгкая паника. Её можно понять, всё происходит слишком быстро.
– Мы не будем торопиться, – успокоительно улыбаюсь и присаживаюсь к ней на кровать.
Я обнажён, а она одета. Начинаю раздевать её, снимаю майку, расстёгиваю бюстгальтер. Грудки твёрдые, двоечка-плюс, с набухшими сосками. Наклоняю голову влево, втягиваю в рот один сосок. Дёрнулась от неожиданности. Провожу языком по другому соску, молчит. Слегка прикусил зубами. Лёгкий стон. Целую в губы, обхватываю руками обе груди, нежно и уверенно сжимаю их в ладонях. Затем подхватываю девчонку и ставлю её на ноги прямо на кровати.
Железная общаговская кровать скрипнула. Ничего, ей ещё сегодня не так придётся поскрипеть…
Снимаю с девочки шорты. Остаётся лишь в трусиках. Белые трусики и сбоку тюльпан. Стоит на кровати, неловко опустив руки вдоль тела. Покорная. Подумал, что мог бы её сейчас поставить в виде какой-нибудь буквы, словно человечка на обложке детского журнала «Весёлые картинки».
Поставлю в виде буквы «П» и выебу раком, подумал я цинично.
Вместо этого поцеловал ей животик и осторожно скатал трусики с тюльпаном вниз по ногам.
– Блондинка… – смеюсь шёпотом и несильно тяну за светло-русые лобковые кудряшки.
Смущается, краснеет. Переступает через трусики. Откидываю их на соседнюю пустую кровать.
– Тебе не нравится? – произносит она первые слова с тех пор, как я разделся.
– Мне очень нравится, абсолютно всё нравится… – укладываю её на спину и бесцеремонно проникаю внутрь двумя пальцами. Такими мокрыми бывают только семнадцатилетние девчонки.
Всхлип у неё из груди. Всхлип у неё между ног.
У меня срывает башню. Самоконтроль закончился. Раздираю упаковку презерватива. Натягиваю его двумя отточенными движениями. Впиваюсь ртом в её рот. Коленом раздвигаю ноги. Прижимаюсь животом к её животу. Движение назад, затем вверх – и я внутри.
Раз. В глубину. Раз. В глубину. Раз. В глубину.
Её рот открыт, лицо покраснело, глаза распахнуты, взгляд мечется по потолку. Видно, что такая концентрация ощущений для неё настолько необычна, что просто не умещается…
– А-а-а-а-а! – на одной ноте начинает пищать она.
Это одновременно и забавляет, и дико возбуждает.
Я две недели не трахался и даже не думаю откладывать оргазм. Ебу широко и размашисто. Проходит не более трёх минут бешеного траха, и я кончаю. Ультрапрочный презерватив с трудом выдерживает напор семени, но всё же не подводит. Последние движения – и я без сил придавливаю податливое тело к кровати.
Девчонка в прострации, постанывает и пытается двигаться. Жалею её. Вынимаю член, осторожно стягиваю наполненный презерватив, бросаю его в горшок с чахлым цветочком. Облизываю пальцы. Играюсь с клитором. Трогаю его, ласкаю. Потираю этот рубинчик, иногда смачивая мальцы её соками... и вот малышка уже верещит, извивается, кончает так, как, наверное, ещё никогда не кончала в своей жизни.
Вежливо даю отдохнуть, а потом неторопливо собираю её волосы в кулак, направляю голову куда надо, и вкладываю свой поникший член, весь влажный от спермы, ей в рот. Причмокивает, смотрит снизу вверх влюблёнными глазами, неумело, плохонько, но с энтузиазмом сосёт. Хуй сразу же увеличивается в размерах. Неопытная, она начинает цеплять его зубами и давиться.
Вытаскиваю конец, надеваю на него новый презерватив, ставлю на четвереньки и от души вставляю. С толком, с чувством, с расстановкой двигаюсь вперёд и назад. Когда надоедает, укладываю самочку на спину, широко и бесстыдно раздвигаю ей ноги, придерживая за щиколотки.
В зарослях светло-русых кудряшек виднеются красные половые губы. Девочка уже вовсе не стесняется меня. Смотрит выжидающе и доверительно. Оргазм сближает.
Берусь за основание члена левой рукой, опускаю его вниз и медленно ввожу головку промеж набухших губок. Я люблю неспешный секс даже больше, чем бурный. Но всё хорошо в меру. Поэтому пару десятков минут спустя – спускаю в презерватив остатки семени, оставшегося во мне после первого раза.
Нежно целую Марину – её же ведь Марина зовут? – в губы, с языком. Одеваюсь и ухожу.
Больше я не видел эту девушку до самой осени. Видимо, она всё же поступила, но поселилась в другом общежитии. Однако когда я встретил её, то был в сопровождении своей дамы сердца, поэтому сделал вид, что не узнал, дабы не создать ненароком неловкую ситуацию.
***
– Эй! Что за фигня!? – восклицает пытливый читатель, а в частности читательница. – Где же рассказ про обещанный порнофильм со свадьбой в финале?
– Ну, извините, не уместился, – безо всякого раскаяния отвечает Господин Порнограф. – Я и так рассказ-начало аж на две страницы наваял и даже не уверен, что дошёл до середины.
– А нам какое дело? – справедливо ругаются возмущённые читательницы. – Обещал? Так вынь да положь!
– Хорошо, хорошо, мои дорогие, – примирительно говорит Господин Порнограф. – Давайте пойдём на компромисс. Вы – благодарные, но возмущённые читательницы – докажите сперва, что являетесь не просто плодом моего больного воображения, а хотя бы немного существуете. Ставьте моему шыдэвру самую высокую оценку, а в комментариях напишите дословно так: «Господин Порнограф, я возмущённая читательница, и я требую рассказать, при чём здесь порнофильм и свадьба в финале, а не то обижусь». Когда этот текст соберёт необходимые комментарии двенадцати разгневанных женщин или больше, я не смогу устоять, сяду за клавиатуру, и хоть весь день потрачу, но напишу для вас продолжение. Честное слово!
***
Теперь же, милые читательницы, осознайте, что всё описанное в рассказе – чистейшая правда. Что я абсолютно реальный, сексуальный и гадкий, развращённый и похотливый смотрю сейчас на вас со своей стороны монитора и думаю. Думаю о том, что вы пришли на сайт порнорассказов не просто так. Вы желаете подстегнуть своё воображение, дабы оно ещё сочнее, чем обычно, рисовало возбуждающие образы в вашем сознании, когда каждая из вас под струями душа, в постели, перед монитором… да где угодно! когда каждая из вас ласкает свой нежный рубиновый клитор. Я вижу тебя, я чувствую тебя. В момент, когда оргазм настигнет твоё тело, подумай обо мне. Мне будет приятно. Сделай это, сладкая сучка. Подумай обо мне, когда волны наслаждения пройдут по твоему скромно-блядскому неудовлетворённому телу. Да, я обращаюсь именно к тебе. Нет, не к какой-то знакомой мне читательнице, а именно к тебе. Кончай. В мою. Честь.