Так получилось, что за рядом стоящим столом (в одном уютном баре) молодой малый, этакий вихрастый блондин с заметной родинкой около носа-крючка, таинственно наговаривал тихим баритоном маленькому, рыжеволосому тугодуму с выпуклыми щеками до такой степени, что казалось, будто за ними сидело по солидному яблоку, что его жизнь подобна зебре, перепаханная светлыми и темными полосами. Тугодум согласно кивал, видимо понимая, что его малый рост в общении с женщинами особой отрицательной роли не играет, так как удачно компенсируется большим размером члена, на что особенно падки богатые молодухи.
- Представляешь, - говорил крючконос, - позавчера в рулетку в «Казачке» сходу выиграл целую штуку…
- Рублей? – приподнялся на стуле тугодум, накалывая вилкой соленый огурец.
- Ты, что? С Урала? Баксов, конечно.
- Поздравляю! Тебе крупно повезло…
- Не спеши поздравлять…
- Это почему же?
- А потому, что позавчера была светлая полоса в моей жизни, а вчера черная…
- Как это? – не понял друг.
- Да, так. Можно сказать, по моей дурости. Эти бабки, упавшие с неба, на следующий день увела одна клевая пришмандовка. Баба красивая, молодая, фигура – супер! Не успел я с ней потереться два раза в танце в «Казачке», как она тут же напросилась ко мне домой, и на мой вопрос «А что будет?», лихо ответила «Все!».
- Ну, и было это «Все»?
- Конечно. Да еще как! Трахались так, что моя бедная двуспальная кровать рухнула на пол, благо на ковер, а не то был бы нам полный капец…
- Значит, классно трахается?
- Я же сказал – супер!
- Ну, и какие секреты она тебе открыла, которых ты раньше не знал? Ты, я вижу, не новичок в сексе. Не так ли? Кстати, кто она?
- Стюардесса на международных рейсах…
- О-О-О! Тогда ясно. Там скромных и некрасивых баб не бывает…Да и одеваются они фартово…
- Точно. На ней юбчонка была светло-голубого цвета, сантиметров десять. Как она под ней прячет свои трусики, ума не приложу.
- Такие бабы стринги носят. Их под любой юбкой спрятать можно, - пояснил тугодум.
- Курточка на ней была белая, с таким вырезом, что обе сиськи, вот такие, - развел в стороны руки крючконос, - почти, как на ладони. На шее легкая косыночка, а на голове красная пилотка с летным значком.
- Ты про ноги забыл, - подсказал рыжий.
- Ноги? У нее ноги – песня, прямо от ушей, такие длинные и стройные, что их только и держать на плечах, с туфлями на вот таких каблуках, - рассказчик приподнял ладонь над столом почти на полметра.
- Стильная девица! Брюнетка?
- Что ты! Природная блондинка. Вылитая Мэрелин Монро!...
- Слушай. Ты так и не сказал, чем же таким необычным она тебя удивила?
- Ты что-нибудь знаешь про «Поцелуй Венеры»?
- Нет. А что это за «Зверь» и с чем его едят?- насмешливо ухмыльнулся рыжий.
- А это, брат, одно из самых сексуальных ее изобретений. Может быть, ее кто-то ранее научил, скажем, любимый братик или заботливый папаша, не знаю, но только от этого «Поцелуя» я чуть не сдурел…
- Не томи душу, а то у меня вот-вот штаны лопнут на самом сексуальном месте, - указал рыжий на мощный бугорок, оттопыривший его джинсы.
- Короче, все это выглядело сначала довольно обыденно. Она усадила меня на край кровати, сняла шорты, встала передо мной на колени и положила свою миниатюрную ладошку прямо на моего «Мальчика». Тот и так уже изнывал от нетерпения, а тут вообще чуть не «расплакался», но она несколько раз сильно сжимала ладошкой и тут - же отпускала, пока он не обрел могучую крепость. Затем ее мягкие маленькие губки стали медленно наезжать на него, облизывая и отсасывая головку, а затем стягивали с него кожицу, раздевая «Мальчика» до самого основания.
«Вот баба! Сексуальный черт в юбке. Не то, что моя тюха. Лежит подо мной и ворон считает. Только и знает, что один способ «Лежа», - подумал я, чувствуя, как от таких подробностей и мой член готов выпрыгнуть из штанов.
Рассказчик помолчал, внимательно посмотрев на рыжего, потом метнул взгляд в мою сторону, словно говорил: «Учись, неуч» и, глянув опять на тугодума, продолжал:
- Ты знаешь, трудно передать словами, что чувствует мужчина, когда его член тонет во рту женщины, тщательно отсасывающей его. По-моему, более сексуального кайфа нет.
- Пожалуй, ты прав, - рыжий опустил правую руку вниз и стал массажировать своего великана-затворника.
- Во! И ты купился на это. Только потом я узнал, есть еще более острое сексуальное чувство, возникающее при «Поцелуе Венеры».
- Слушай! Не томи! Давай подробнее про этот поцелуй…- взмолился рыжий.
- Ну, так вот. Когда я почувствовал, что головка члена уже уперлась в ее гланды, захотелось еще и дальше его просунуть, но не тут-то было: член оказался коротковат.
- Фу ты, черт! Как тебе не повезло. Тут мой «Дурачок» был бы в самый раз!- подскочил на стуле рыжий.
- Верно. Вот сегодня ты и покажешь свои способности в этом деле…
- Да. Но где же «Поцелуй Венеры»?
- Слушай внимательно,- сказал крючконос и что-то шепнул рыжему на ухо. Тот тут же, оправдывая свое тугодумие, повернул голову в мою сторону, а рассказчик продолжил:
- Короче, стала она накачивать меня «Челночком». Ее губки ездили туда-сюда по моему «Пацану», отчего тот крепился, что было мочи и, наконец, примерно на двухсотом наезде выложил в ее ротик все то, что до этого так тщетно пытался скрыть. По ее округлившимся глазам я понял, что большего, чем имеет, она уже не ждет. Тогда проказница поднялась, наехала на моего все еще торчащего «Воина» своей узкой щелью, а сама наклонилась ко мне, прильнула своими губами к моим губам и в такт движениям своего таза стала сливать содержимое своего рта в мой рот.
- Выходит, что ты выпил сам себя?! Вот это класс! И что ты испытал?
- Меня так разобрало, что я впопыхах проглотил то, чем она меня напоила, и так быстро стал ее наяривать, прижимая маленькую попку к себе так, что мне стало казаться, будто это не член мой протыкает ее, а шампур кусок мяса, ожидающего поджарки на костре. Короче, я слил теперь прямо в жерло ее вулкана, гася ее огненную лаву, но она еще билась на мне в бешеном экстазе, целуя меня, кусаясь и царапаясь…
«Вот это да! Такое мне не только испытать за наши пять лет совместной жизни, но даже слышать не приходилось», - подумал я с досадой, проклиная про себя холодность своей жены.
- Теперь ты уразумел, что такое «Поцелуй Венеры»? – спросил крючконос, опрокинув в рот полстакана водки.
- Да! В этом что-то есть «венерическое», - сострил тугодум, начиная прозревать на почве познаний секретов «Большого Секса».
- Ну, и как же она тебя наколола?- не унимался рыжий.
- Когда мы вдоволь натрахались, напились коньяка с шампанским, она встала и вдруг сказала:
- Хочу в очко!...А то что-то скучновато стало…
- Нет проблем! Становись раком, я мигом продую твой «самовар»…
- Дурак! В картишки! В очко хочу сбацать…
- Вдвоем?
- А у тебя еще кто-то есть?
- Нет. Но в групповушке было бы еще веселее…У нас в экипаже по этому вопросу единое мнение…Пилоты частенько трахают меня хором…
- Прямо в самолете?
- Не-е-е…Это бывает редко и то, когда рейс далекий и если мужику явно невтерпеж… А так, в основном, в межрейсовой гостинице снимаем номерок.
- Один на четверых?
- А как же?
- И тебя к мужикам селят?
- Ну?...
- Но ты же баба, хоть и молодая…
- Добавь «Еще и красивая»…
- В красоте тебе не откажешь. Досталось же такое сокровище счастливцу-мужу - дураку…
- Тюлень, он, а не муж. Трахаться любит, но не знает как. Только и знает одну позу «Сверху». Ни разу перед этим меня между ног не поцеловал. А ведь «Киска» просит…
- И как же администрация гостиниц разрешает тебе спать с мужиками?
- А у командира справка есть, что я его жена…
- Липовая?...
- Конечно…
- И верят?
- А им по - фигу, когда в паспортах бабки лежат…
Крючконос замолчал, вытирая салфеткой выступивший на лбу пот.
- И как же ее дерут? Небось, рассказывала в подробностях? – не унимался рыжий.
- Конечно. Она очень сексуальная. Стоит только дотронуться ладонью до коленки, как они сами разъезжаются в стороны, и твоя рука тут оказывается у заветной щели.
- Ох! До чего же люблю таких податливых баб!- надрывно простонал тугодум.
- Можешь ее попробовать.., - неопределенно махнул рукой рассказчик.
- Не врешь? Это же не просто?!- засомневался рыжий.
- Нет проблем! Сейчас организуем. Только заранее предупреждаю, что за каждый час она берет сто баксов…
- Не-е-е. Больно дорого, - стал отмахиваться друг.
- Что?! Дорого?! А где ты сейчас найдешь такую бабу, которая задарма разрешает трахать себя во все дырки?! Да еще в групповушке. У нее такса, как в сауне. Плати за каждый час независимо от количества клиентов.
- Гм…Если нам вдвоем, то по пятьдесят баксов, - наконец сообразил тугодум.
- Наконец-то дошло!...
Рыжий вновь пошевелил губами, видимо, что-то соображая, и тут же выдал:
- А если нас будет трое?
- Тогда по тридцать три…
- Идет. А не пригласить ли нам того мужика, который за тем столом что-то долго меню читает? Случаем, не подслушивает ли нас? Давай и его пригласим, - нашелся тугодум.
- Хорошо. Попробую.., - ответил крючконос, вставая.
- Уважаемый?!- наклонился почти вплотную к моему уху подошедший крючконос, - вы не хотели - бы составить нам компанию? На Руси давно принято все делить на троих. Помните, как у Высоцкого: «И на троих зазвали меня дядей».
Я не стал себя долго упрашивать и тут же пересел за их столик.
- Здесь вам будет намного интереснее, - заверил крючконос, наливая водку в мой стакан.
- А откуда вам знать о моих интересах?- наморщил я лоб, обозначив удивление.
- Посещение того места, которое я хочу вам предложить, наверняка, заинтересует настоящего мужчину! – отлил мне подхалимскую «пулю» крючконос, клятвенно прижав обе ладони к груди.
- Покер? – мои глаза излучали любопытство.
- Не-е-е, - небрежно махнул рукой крючконос.
- Бильярд? – округлил я глаза.
- Очень мелко. Я хочу познакомить вас с потрясной блондинкой, классно играющей в картежное «Очко»… Кроме того, ее очаровательное собственное «Очко», при желании, тоже доступно…
- Гм…Интересное предложение. Надеюсь, не бесплатное? – насмешливо спросил я.
- Да, так, чепуха! По тридцать баксов с носа, и трахай ее до утра…Можно и в групповушку…
- Щедрая девушка!- отпил я из стакана пару глотков водки, - считай, задарма дает…
Мы подождали, пока тугодум кончит шевелить губами, видимо, обсчитывая новую ситуацию, и встали из-за стола…
…Через полчаса такси принесло нас на окраину города. Здесь я не бывал и с интересом разглядывал незнакомые места. Остановившись у старого трехэтажного дома старший нашей группы повел нас на третий этаж, идя впереди и предупреждая, чтобы мы были по осторожнее, так как при таком скудном освещении было немудрено и загреметь кувырком по лестнице. Поднявшись на третий этаж, крючконос остановился у обшарпанной двери с табличкой «Профессор Сорин». Маленькая лампочка отбрасывала темные тени наших фигур. Получилось так, что я был последним в колонне по одному, и мне было плохо видно, что происходит впереди. После долгого звонка за дверью, наконец, послышалось какое-то царапание, и она приоткрылась. На пороге появилась фигура в коротенькой синей юбочке, белой курточке, не достигающей голого пупка и в красной пилотке с символом самолета. Свет падал из-за спины фигуры, из-за чего было трудно разобрать черты ее лица. Девица, молча, отступила в сторону, пропуская гостей, и когда я перешагнул порог, внезапно отшатнулась.
- Ты?! – у нее от удивления отвисла челюсть, но тут - же взяв себя в руки, перешла в наступление.
- Значит и у тебя протоптана дорожка к проституткам! – надвинулась на меня голой грудью моя скромная женушка.
- А вы, очевидно, в очередном полете, стюардесса? И куда же на сей раз держит курс ваш самолет? А может быть, просто садануть вас по этому пупочку?! – похлопал ее по животу, одновременно больно ущипнув за упругую ягодицу.
- Ребята! Давайте жить дружно! – сладким голосом пропел крючконос, обнимая нас за талию. - Я уверен, что после сегодняшней ночи у вас по - настоящему наладятся сексуальные отношения.
- Вы что? Знаете друг - друга?- начал шевелить губами рыжий тугодум.
- Ты что ослеп?! Они же оказались супругами. Такого счастливого стечения обстоятельств в нашем «Теремке» еще не было. Итак. Да здравствует групповушка! – поднял вверх палец крючконос, и мы вошли в зал, где увидели хорошо накрытый стол, ожидающий дорогих гостей.
…Мы всю ночь коллективно и индивидуально дарили стюардессе свою сексуальную любовь, а она постаралась наградить всех «Поцелуем Венеры»…
Эдуард Зайцев.