Когда путники вновь остановились вечером на опушке нескончаемого леса, Шана тут же убежала в чащу, сказав, что примет ванну в реке, а Каин пошел за дровами. Подождав некоторое время, амазонка решила пойти за своим слугой и осторожно, стараясь не шуметь, отправилась в сторону речки, где должна была плескаться жрица. Женщина не ошиблась и ликовала, обнаружив Шану, купающуюся нагишом в воде и неподалеку своего скромного ученика, который похоже позабыл как про хворост, валяющийся теперь у его ног, так и про нормы приличия — он подглядывал.
Осторожно, с мастерством матерой охотницы, амазонка подкралась к ничего не подозревавшей жертве со спины и... молниеносным броском накинулась, запрыгнула на него сзади.
— И что это мы тут делаем? — спросила она оседланную добычу.
— Я... я... я хворост собирал...
— Да вижу, как ты собирал.
— Пожалуйста, не говорите мисс Шане, я все сделаю, что ни попросите...
— Конечно, сделаешь... — повисла пауза, Лейла сидела на Каине и думала, как бы с ним поступить. Потом, наконец, придумав, запустила ему руку между ног, нащупала отвердевший за время подглядывания фаллос и начала его дрочить, позволив послушнику сесть. — Я вижу, она тебе понравилась...
— Может, отойдем подальше? Она может нас услышать...
— Нас, а с чего это вдруг?
— Ну, если мы будем...
— Трахаться?
— Да.
— А кто сказал, что я собираюсь с тобой трахаться? Ты ведь хочешь ее.
— Я... я просто... случайно сюда зашел... и... не смог удержаться... она такая красивая...
— Ты ведь хочешь ее трахнуть?
— Нет! Что Вы...
— А почему тогда у тебя такой стояк? Ха, ты ее хочешь, милый, видишь, какая у нее нежная кожа? Какие красивые рыжие волосы, которые горят в свете закатных лучей?.. — она ласкала его член и шептала на ухо слова, расхваливающие все прелести Шаны, заставляя продолжать наблюдение. — Смотри, какая грудь, ты хочешь припасть к ней, лизать ее, сосать эти чувствительные соски?.. Какие милые курчавые волосики у нее между ног... М-м-м... Хочешь почувствовать их на своем лице? Ого, смотри-ка... что это она делает? Ха, да наша девочка мастурбирует! Гляди, ласкает себя между ног... гладит соски... Ай да, жрица! Каин, как на счет подождать, пока она распалится до беспамятства, а потом трахнуть девочку как следует?
— Я... нет... никогда...
— Да брось ты, смотри, она уже лежит. Видишь, как ожесточенно трет клитор? Ей нужен член, настоящий мужской член, просто подойди и дай, чего она хочет... Ха, трусишка... Ого, как распалилась... Представь, что это ты ее трахаешь, а не ее ручки, как ты входишь в нашу графиню Хеллфаер-Бладблейд на всю длину... яйца шлепают по попке жрицы... Да... Да... Еще.. Глубже... Еще, милый... смотри-ка, кончает! — и в этот момент жрица храма Огня стала сотрясаться в оргазме, прогнув спинку и засунув одну ручку между ног, а другой зажимая себе рот. От такого зрелища, терзаемый в ритме юной девушки парень, под впечатлением всего сказанного и увиденного, тоже начал бурно кончать на траву, выдаиваемый неутомимой ручкой хихикающей амазонки.
— Ай да парочка, ай да маги огня! Ха-ха-ха! Ну вы даете!
Шана поспешила покинуть место преступления как только пришла в себя, а Лейла, сильно возбудившись от произошедшего, потребовала от Каина, чтобы тот довел ее до оргазма языком — юноша исполнил желание своей госпожи.
Ночью Лейла, не стесняясь своей подруги, позвала послушника в палатку и не смыкала с ним глаз до самого рассвета, ни капли не заботясь о спокойном сне Шаны. Амазонка ожидала, пока девушка придет и присоединится к ней — этого не произошло. На утро, проведя Каина нагишом рядом с притворяющейся спящей жрицей, Лейла пошла принимать утреннюю ванну с помощью своего слуги. Позавтракали молча — Шана не поднимала тему происходившего ночью.
К обеду путники доехали до довольно большого города, где подруга Лейлы, покинула компанию под предлогом маминого наказа — та оказалась здесь проездом и велела дочери присоединиться к ее поездке во владения старого друга.
Амазонка со своим слугой остановились в меленькой гостинице, дочь хозяина которой явно привлекла внимание Каина, как в прочем и все встречавшиеся на их пути представительницы прекрасного пола.
«Хм... а почему бы и нет?» — в голове Лейлы созрел очередной план развлечения с участием ее попутчика и поэтому она оставила его в покое на весь остаток дня. Амазонка не тревожила послушника и ночью — вместо этого она все это время развлекалась со своей новой подругой — Соней. Они сразу нашли общий язык. Как выяснила женщина, девушка работала здесь на своего отца и занималась уборкой да стиркой. У нее была старшая сестра, у которой недавно произошла ссора с их конюхом — тот обманом затащил ее в постель, а теперь клеился к ней. Именно эту сцену и наблюдали Каин с Лейлой по приезде.
— Да как у него вообще хватает наглости ко мне лезть! — возмущалась Соня, пока ее новая подруга терла ей спинку мочалкой — Ему еще повезло, что моя сестра не пожаловалась отцу, а то бы у него точно были неприятности! — тут руки женщины скользнули ниже. — Дальше я сама.
— Ой, да брось ты, позволь мне...
На утро Каин проснулся и сразу же стал искать свою нанимательницу — ему сказали, что она с Соней отправилась в конюшню и они были явно навеселе.
— Боги, неужели она решила споить бедную девушку? — у юноши было плохое предчувствие на счет нового знакомства его спутницы.
Полный мрачных дум он зашел в конюшню и понял, что волновался не зря — госпожа Лейла стояла недалеко от своей лошади и держала свою руку под юбкой Сони — та была вся красная.
— Что Вы делаете?
— О, а вот и ты.
— Что Вы делаете с несчастной?
— Ну, мы вчера всю ночь с ней играли... по-девчачьи. А как только проснулись, решили выпить за знакомство — она немного перебрала и слегка не в адеквате, но не волнуйся — ей нравится, уж поверь мне.
Девушка явно плохо соображала где находится и что делает, она стояла упершись в деревянную перегородку спиной и держала руку амазонки у себя под юбкой. Глубокое дыхание постепенно переростало в стон наслаждения.
— О Боги, зачем Вы это делаете?
— Просто шалю понемногу, а если честно — для тебя стараюсь.
— Для меня?
— Готовлю ее... к траху с тобой — ты же сам ее закадрить не сможешь.
— Я... я никогда в жизни не поступлю с ней так низко...
— Да? Вообще-то она явно не целка, да и ей сейчас все равно с кем и где — все что нужно этой девке — чтобы ей кто-нибудь засадил, как Шане тогда на реке. Видишь, как тащится? Боюсь, если оставлю ее здесь без присмотра, кто-нибудь может зайти и воспользоваться ее положением. Например, местный конюх, а она его терпеть не может. Представляешь, как она себя будет чувствовать, если отдастся ему по пьяне?
— Хватит, прекратите! Я...
— Я буду ее держать тут и ласкать до тех пор, пока ее кто-нибудь не трахнет. Лучше, чтобы это был ты — с твоим то благородством, поверь она бы предпочла тебя.
— Ни за что!
— Дело твое, тогда дай ка мне вон ту лопату — уж очень ей нужно что-то побольше, чем пальцы. Такое толстое древко... интересно, как глубоко войдет?
— Вы этого не сделаете.
— Ха, садись и наслаждайся зрелищем.
— Не на...
— Если не хочешь, чтобы я ей навредила, доставай свой член и вставь ей уже. Руки у меня уже устали.
— Но...
— Живо!
Каин подчинился — он подошел к Соне, отодвинул полу балахона и та сразу же сама соскочила с рук амазонки и насадилась на уже окрепший член, так удачно ей подвернувшийся.
— Простите... я...
— Ее явно не интересуют твои извинения — Лейла торжествовала, глядя на результат своих усилий — Каин-таки трахает эту девчонку.
Соня прыгала на члене послушника как обезумевшая — амазонка хорошенько ее напоила, да еще и не давала ей кончить все утро, не переставая ласкать девушку. Стоны уборщицы, наконец, достигшей оргазма, не могли остаться незамеченными:
— Эй, кто здесь? — это был конюх.
Он вошел в свои владения и лицезрел стоящего за деревянной перегородкой с виду разгоряченного юношу.
— Ты ведь один из постояльцев? Ничего здесь не слышал?
— Кто? Я? Нет. Ничего! Абсолютно ничего!
Конюх подошел — он видел только верхнюю часть туловища юноши и никак не мог заметить сидящую за перегородкой Соню, которую только что сотряс сильнейший оргазм, а Лейла и вовсе присела за послушником и спряталась за его балахон. «Становится все интереснее и интереснее... Ха, а если так?» — амазонка взяла сидящую напротив девушку за голову, и, направив ей в рот скользкий от ее же соков член Каина, надавила на его зад.
— Ой!
— Что случилось?
— Н-н-ничего...
— Ха, а я тут пришел, показалось, что услышал как кто-то ебется, представляешь?
— Да... с чего это вдруг?.. — Каин был готов провалиться под землю, лишь бы госпожа Лейла прекратила толкать его зад, заставляя трахать девушку внизу в ротик. К тому же Соня, похоже. Стала проявлять инициативу...
— Да решил, что ты местную уборщицу жаришь... Ну, знаешь, сисястую такую... дочку хозяина.
— Что!? — послушник думал, что сейчас у него сердце выпрыгнет из груди.
— Да так... Ну, ты ж видел ее. Ух, я ее обязательно трахну, вот увидишь. Главное, просто бесит — не дает мне из-за того, что я поимел ее сестру! Подумаешь, нажралась она на празднике — нечего было столько пить. Ну, а я что, дурак что ли? Отвел ее на сеновал и отделал как следует. Хех, Соня то тоже та еще давалка — только строит из себя целку, а о ее минете тут по всей округе слава идет.
Каин как раз подтверждал ее славу на своем примере — девушка взяла его за бедра и старательно отсасывала — очень умело. Юноша инстинктивно стал дергать тазом, из-за чего Соня пару раз стукнулась затылком о перегородку, прежде чем Лейла подставила руку, чтобы заглушить признаки происходящего.
— А что там?.. — похоже чмоканье и стук дошли до ушей конюха и он собрался было заглянуть через перегородку, как вдруг:
— Эй, ты, чего без дела стоишь! — это был хозяин гостиницы.
— Ой, уже бегу. — конюха и след простыл.
— Бездельник... А ты чего стоишь?
— Я... я... просто — Каин не знал, что на это ответить.
«Просто стоит и ебет в рот твою дочь» — Лейла просто помирала со смеху.
— Не важно. Вы с твоей спутницей тут надолго? А то я слыхал она с моей дочуркой сдружилась... Слушай, Соня славная девочка и я не хочу, чтобы ее попортило знакомство с твоей амазонкой. Надеюсь, ты меня понял?
— Да-а-а-а...
— Чего это ты вдруг покраснел? Сходи-ка лучше к врачу...
Хозяин гостиницы еще что-то сказал, прежде чем уйти, но Каин не слушал — он накачивал своим семенем ротик его дочери.
Лейла наблюдала, как движется кадык девушки, глотающей сперму ее мальчика, как из уголков губ стекает то, что не поместилось во рту, ощущала, как напрягается зад парня, выстреливающего терпкую жидкость из своих яиц — никогда она еще на наблюдала за этим процессом с такого ракурса. Зрелище было... возбуждающим.
Когда Каин, наконец, остановился и выдернул член из высасывающих последние капли губ, он тут же, не оглядываясь на Лейлу, убежал, а она осталась смотреть на хорошенько оттраханную девушку — жалкую и теперь не представляющую для нее никакого интереса, но удовлетворенную, не то что она. «Черт, ну и куда он убежал, когда так нужен? Ничего, вернется, куда денется».