От сессии до сессии живут студенты весело! Что же… отчасти это правда. Но в студенческой жизни есть еще один веселый момент – пьянка после сдачи сессии. Особенно – после первого курса! Осознание того, что мы теперь – второкурсники, а не жалкие перваки, и до радостного момента, когда учеба останется позади, осталось всего четыре года, кружило голову и пьянило похлеще вина.
Тем более, что вина не было. Окончание первого курса мы праздновали тихо, мирно, чисто по-студенчески – в кафе неподалеку от института, по вечерам превращавшееся в бар. Вообще, судя по количеству студентов, скучковавшихся группами за сдвинутыми то там то здесь столами, возникало ощущение, что два промежутка в году полностью окупают этот небольшой бизнес. Естественно я говорю про зимнюю и летнюю сессии.
Несмотря на то, что я не особо люблю такие пьянки в составе группы, ввиду моей второй, тайной части жизни, приобретающей все большее и большее значение. После первой пьянки я с ужасом сидела и вспоминала, что же я говорила. Вернее, как – говорила о себе в женском или мужском роде? А еще я жутко боялась, что расслаблюсь от алкоголя, потеряю бдительность, и кто-нибудь увидит мои кружевные, далеко не мужские, трусики.
Но уйти, отмазаться от пьянки по поводу окончания первого курса я не могла, а потому сидела за тремя сдвинутыми столами со своими одногруппниками и пила с ними пиво. Еще один столик по соседству был отведен под… ну, не знаю – мусорку, что ли? И был полностью заставлен пустыми пивными бутылками. Сколько же мы выпили на двадцать человек? В том, что больше трех литров на каждого – сомнений не было.
Ближе к ночи общество стало редеть – кто-то спешил к родителям, кого-то ждали девушки, еще кто-то собирался рано утром уехать домой… проклятие всех технических специальностей заключалось в том, что девушек на них было негусто, и у нас из двадцати человек представительниц прекрасного пола было всего трое, и те, вызвав немалое огорчение оставшихся, упорхнули все вместе. Ибо как понимали, что оставаться одной среди нескольких пьяных парней – дело небезопасное…
В итоге нас осталось четверо – я, и еще три парня из группы – плотный, широкий Сережа, полноватый Миша и худощавый Слава. Им торопиться было некуда, да и мне тоже – Катя после сессии уехала домой, к родителям, парня у меня не было, Кристинка – и та уехала отдыхать с отцом заграницу. Встретиться же тет-а-тет с Аленкой я не рисковала – стоит ей дать волю, и начнутся такие извращения, которых я, боюсь, не переживу… достаточно вспомнить ее попытку засунуть мне в попку обе руки сразу!
Около часа ночи официантка попросила нас очистить помещение, так как бар закрывается… вконец обескураженные, мы вышли в прохладу летней ночи, и задумались – что бы предпринять дальше? Денег, чтобы пойти в другое, более крутое заведение, у нас, как у студентов, и так негусто было, а после посиделки – тем более. Взять пива, и продолжить гулянку в скверике… ну, были бы мы первокурсниками – такой ход был бы простителен, но, блин, мы же теперь – второкурсники! И уже прилично пьяные…
Сдается мне, что именно играющий в голове хмель сподвиг меня сделать очередную, не первую, и не последнюю, глупость в моей жизни. А именно, я предложила взять пива с чипсами, и продолжить застолье у меня. Такая идея всем пришлась по нраву, и, чуть больше, чем через полчаса, мы уже располагались в Катиной комнате, как самой большой в квартире.
Беседуя за пивом, Серега затронул тему женского пола, коего у нас (вернее, у них) случилась острая нехватка.
- Да, я бы засадил Танечке, - поддержал его Миша.
- А я бы лучше Свете, - заметил Слава. – Люблю пухленьких – у нее такие сиськи здоровые… спорим, прикольно будут болтаться, когда она сверху будет прыгать?
- Размечтался, - хмыкнул Сергей. – Ее уже Толик прет.
- Да ладно, - потянулся Миша. – Чего мечтать? Один хер телок нет… а присунуть кому-нибудь сейчас было бы недурно…
Не знаю, или алкоголь, или острый недостаток секса в последнее время, или запах мужских тел, а может, и все вместе – окончательно затуманили мой рассудок. Три мужика рядом! Я обвела по очереди взглядом своих одногруппников. Сережа полулежал на диване, футболка его задралась, обнажив плотный, загорелый, накачанный пресс. Под его ширинкой угадывался агрегат нешуточных размеров. Слава, не стесняясь никого, откровенно мял свои яйца, развалившись в кресле, пытаясь унять стояк. Миша, в явном возбуждении, разглядывал оставленную сестрой на спинке стула ночнушку. И я, скованная ледяным ужасом от пришедшей ко мне в голову мысли. Я часто-часто глубоко дышала, кровь в висках пульсировала, попка вибрировала, руки ослабли, и даже кружка с пивом не держалась в руке. Я хотела, чтобы они меня оттрахали, жестоко отъебали все трое, хоть одновременно, хоть по очереди. Хотела скакать на хую и упиваться спермой. Но так же сильно, как я этого хотела, я и боялась. А если они отъявленные гомофобы? Это слава «пидора» и насмешки на весь институт, на все четыре года! Я этого не перенесу!
Я смотрела на парней, кусая губы, пытаясь, словно рентгеном, просветить их штаны и рассмотреть их агрегаты. И пыталась решить, какое же чувство во мне сильнее – страсть, или страх. Пыталась решиться. Да кого я обманываю? Я просто ждала, малейшего жеста, движения, намека от любого из парней, и я б содрала с него джинсы, и засосала бы член так глубоко, как только могла. И, не знаю, то ли мне оно только казалось, то ли на самом деле, все трое бросали на меня вожделенные взгляды.
Не в силах самой принять решение, я доверилась судьбе. Засунув руку в пакет с чипсами, я загадала – если вытащу целую – то откроюсь перед ними. Если сломанную – ну, не судьба… Дрожащей рукой, шелестя пакетом так, что, казалось, и соседям слышно, я вытащила пластину обжаренного картофеля. И спрятала ее от себя же в руке. О, Боже! Пожалуйста, пусть она будет целой! Я держала чипсину в руке, и боялась посмотреть на нее.
Невероятно, как многое в жизни зависит от куска картошки! Тьфу, да при чем тут кусок картошки? От моей дурости! И я повернула руку ладонью к себе. Целая! Она целая! Целая, целая, целая!!! Кровь хлынула к лицу. Лобик моментально покрылся испариной.
- Я сейчас вернусь, - пробормотала я, вскакивая с места.
Быстро, чтобы не успеть испугаться и передумать, я зашла в свою комнату. Скинула с себя бесформенные, мешковатые штаны с толстовкой, скрывающие мою фигуру, затем – трусики. В зеркале я успела заметить прекрасные очертания своего тела, уже не бывшего мужским. Из белья я выбрала белый корсет без лифчика, с подвязками, надела чулочки, поверх повязок – трусики. Взбодрила прическу, нанесла макияж – по-моему, я впервые в жизни делала это настолько быстро. И довершила туалет туфлями на шпильке и полупрозраным халатиком, едва доходящим до середины бедра.
Теперь на меня из зеркала смотрела настоящая сучка. Мои грудки, успевшие вырасти до первого размера, призывно торчали над корсетом сосочками вперед, натягивая невесомую ткань халатика. Мужское начало во мне выдавали две вещи – адамово яблоко и членик, стоящий как кол, а потому не желающий прятаться между ножек. Головка, прижатая резинкой трусиков к животику чуть ниже пирсинга в пупке, блестела смазкой. Сучка готова для растраха!
Несколько раз глубоко вздохнув, набираясь сил, я решительно толкнула дверь и вошла в зал, где развлекались трое моих одногруппников. Сережа осекся на полуслове. Три челюсти со стуком упали на груди. В комнате повисла звенящая тишина.
- Са… Са… Саша? – выдавил из себя Слава.
Поборов в себе желание закрыться руками, я гордо развела плечи, позволив халатику открыть свои груди.
- У тебя сиськи, как у девушки! – возбужденно прошептал Миша.
- Спасибо, - поблагодарила я, скромно потупив глазки.
И, желая покрасоваться, подняв руки за голову, медленно перешагивая, повернулась вокруг оси, крутанув попкой.
- Охуенная задница! – заметил Сергей. – И ноги – лучше, чем у любой телки!
- Вам девушек не хватало… - напомнила я. – Может, и я на что сгожусь?
- Я – первый, - решительно заявил Сережа, вскакивая с дивана.
Получилось! Парень схватил меня за руку, и буквально волоком поволок в мою комнату. В одну секунду из одногруппника он превратился в самца, увидевшего самку, готовую к спариванию.
- Милый, не торопись, пожалуйста, - взмолилась я.
Но он меня не слушал. В глазах Сергея не осталось ничего человеческого. Швырнув меня на кровать, он спустил до колен джинсы с трусами, рванул мои трусики так, что ткань с жалким треском разлетелась в клочья, задрал мои ноги одной рукой, плюнул на ладонь второй, растер слюну по красивой, крупной головке своего члена, приставил его к моей дырочке, и с силой задвинул в меня.
- А, больно! – завопила я.
Но остановить мужчину уже было невозможно. Он продолжал проталкивать свой хуище, пока лобок не уперся в мои яички. У меня было чувство, словно в задницу вставили раскаленный прут, словно меня раздирают на куски. На глазах выступили слезы. Я попыталась соскочить с хуя, но парень, схватив меня за бедра, еще сильнее прижал к себе. Ну, правильно… чего сучка хотела – того и получила.
Я вопила от боли, а самец начал меня сношать. Выдергивая из меня член, он с силой вбивал его обратно, да с таким ускорением, что, казалось, разрывал все внутри меня. Он работал, как отбойный молоток, трахая мою дырочку. Я больше не могла кричать – горло охрипло, и лишь плакала, размазывая по лицу косметику.
Насильник на мгновение остановился, стянул с себя футболку, развел мои ноги, лег на меня, и снова свел их вместе за своей спиной. Просунув руки между мной и кроватью, он сильно сдавил мою задницу, накрыл губами мой сосочек, втянул его в себя, и продолжил скачку.
- О, мой милый, - прошептала я.
Сережа задел какую-то точку внутри меня, не в физическом, а моральном плане. И боль в одно мгновение превратилась в нескончаемую волну наслаждения! Боже, какое же это удовольствие – лежать под молодым, сильным жеребцом и отдаваться ему!
Парень сильно сжал меня, придавив к себе так, что наши обнаженные, влажные от пота тела, склеивались каждый раз, когда он входил в меня, а я подавалась попкой навстречу члену одногруппника. Я была на седьмом небе от счастья – все внутри меня трепетало. По телу, по каждой мышце, каждому суставу и каждой косточке разливалась такая нега, такая лучистая радость, которой я не испытывала со времени встреч с Антоном. Сергей со звучными шлепками вгонял в меня свой хуище, а я, постанывая и подмахивая попкой, крепко-крепко обнимала его руками и ногами.
Вот толчки парня сделались более резкими, а дыхание – более учащенным. Я поняла, что он сейчас кончит, но я-то этого не хотела! У меня так давно не было секса, что сейчас я желала лишь одного – чтобы меня трахали, трахали и еще раз трахали – до бесконечности!
Мой любовник вколотил в меня свой болт еще несколько раз, и, обняв меня, сдавив так, что затрещали косточки, начал кончать. Парень рычал, как дикий зверь, стискивая мое хрупкое, стройное тело своими руками, а его огромный, горячий член, пульсировал внутри меня, извергая потоки семени.
Я и сама уже не могла сдерживаться, и мой членик, плотно прижатый накачанным прессом Сергея к моему плоскому животику, задергался, выталкивая реки спермы. Казалось, так я не кончала еще никогда в жизни – я кричала, царапала спину парня и извивалась под ним. Перед глазами мельтешили разноцветные круги, а виски дико пульсировали.
Обессиленный, тяжело дыша, мой трахаль упал не меня, не вынимая члена из попки. Я же еще тихонько подрагивала от пережитого урагана наслаждения.
- Тебе понравилось? – осведомился Сергей, обдав ушко горячим дыханием.
- Это было волшебно! – призналась я. – А тебе?
- А то! Я и не думал, что с парнем можно получить такое удовольствие!
- Не вынимай, - попросила я, почувствовав, что его агрегат вылезает из моей норки.
- Не могу, - извиняющимся тоном ответил парень. – Он ослаб…
- Но я еще хочу! – капризным тоном заявила я.
- Да не могу я больше! Мне хоть часик нужно отдохнуть!
- Тогда слезай, и позови следующего! – потребовала я.
Весь мокрый от пота, ослабший от животного секса, одногруппник не слез, а практически свалился на пол. Покачиваясь, он поднялся на ноги, натянул трусы и джинсы, после чего попытался надеть футболку с носками, но, чертыхнувшись, махнул на это дело рукой, и просто сгреб остатки одежды в охапку.
- Кого позвать? – спросил он.
Я только скрипнула в ответ зубами. Я хотела секса, продолжения дикой ебли, а не бесполезных разговоров.
- Кого угодно, только быстрее!