Я остановился перед дверью с табличкой "Учебная часть", сразу после дверей деканата. Под этой табличкой скромно виднелась ещё одна: "Ромашкина О. В." Я прислушался к звукам за дверью, постучал и зашёл внутрь. Беззвучно закрыл замок на двери за спиной.
— Добрый день, Ольга Владимировна!
Женщина за большим канцелярским столом посмотрела на меня поверх очков и тут же сняла их.
— Алекс, ты опять пропускаешь пары? — Она поднялась и вышла из-за стола.
Высокая, статная, красивая, серьёзная: в деловом пиджаке и строгой юбке до колен. Длинные волнистые волосы, элегантное декольте, ухоженные руки. Юбка изящно облегает округлые бёдра Ольги Владимировны, подчеркивая женственность её фигуры. Я залюбовался, едва не забыв ответить на вопрос.
— Там этот занудный Петров со своим погранслоем. Я лучше потом книжку почитаю.
— Ну, как знаешь. Я тебе говорила, что я тебе ничем на экзаменах помогать не буду.
Я уже был совсем близко к ней. Одной рукой обнял за талию и привлёк к себе, другой обхватил за плечи и запустил пальцы в её прекрасные волосы. Она откинула голову, прижимаясь затылком к моей ладони, и её лицо оказались так близко к моему лицу...
— А мне никакая помощь и не нужна. Мне нужна ты, Ромашка, — прошептал я и накрыл её губы поцелуем, сжав волосы в кулак и держа её, пока она не стала отвечать на поцелуй так страстно, как умела только она.
Другую руку я положил ей на живот, легко проник кончиками пальцев под одежду и запустил всю ладонь под её блузку. По нежной коже гладкого животика поднялся вверх, к груди, поддел пальцами край левой чашечки бюстгальтера и запустил руку прямо под неё, захватывая в ладонь всю её левую грудь. Упругий сосок упёрся в центр ладони, и я тут же сжал всё чувствительное полушарие в своей руке.
Ольга Владимировна прижалась ко мне всем телом, её пальцы что-то быстро расстёгивали и распускали в моей одежде. На мгновение отстранилась от моего поцелуя:
— Ты дверь закрыл?
— Нет. Давай быстро, пока никто не зашёл.
— Сумасшедший! Опять дразнишь меня, как в прошлый раз? — Она внимательно посмотрела в мои глаза. — Закрыл же, признавайся?
— Не-а. Ты тогда была просто безумная, Ромашка, я хочу снова увидеть тебя такой.
Она успела вполголоса сказать что-то неодобрительное и тут же почти укусила меня внезапным поцелуем. Её быстрые ладошки проникли мне под рубашку, погладили по груди и вцепились в пояс на джинсах. Ольга Владимировна не стала бороться с застёжкой, просто погладила меня по молнии на джинсах и потянула за собой к столу.
Я подсадил её на край, убедился, что за её спиной на столе ничего нет и опрокинул её на спину. Забросил длинные стройные ноги себе на плечи и с удовольствием посмотрел на распростёртую передо мной женщину: рассыпавшиеся по столу волосы, приоткрытый ротик, обтянутые юбкой раскрытые ноги с белой полоской трусиков между ними.
Я расстегнул её блузку, стащил бюстгальтер вниз, высвободив прекрасные белые груди с яркими сосками. Задрал юбку до бёдер, запустил руки под неё и потащил Олины белые трусы на себя. Это, признаться, безумное наслаждение — держать в воздухе стройные ноги лежащей перед тобой женщины и стаскивать по ним её трусики, торопясь поскорее перейти к следующему этапу.
Тянуть её трусики до самых туфелек мне показалось излишним. Я оставил их болтаться на её коленках и накрыл рукой Олину промежность. От прикосновения к горячим лепесткам Оля вся вздрогнула, а я погладил пальцами упругую ягодку клитора и осторожно проник кончиками пальцев в глубину её губ.
Там было очень влажно и горячо. Я с наслаждением погрузил пальцы в сладкую глубину, лаская стеночки и вход Олиного влагалища, и почувствовал мучительное напряжение собственного члена. Я ещё раз погладил чувствительные лепестки, обвёл ягодку клитора и быстро расстегнул свои джинсы.
Ольга Владимировна лежала передо мной на столе — одежда расстёгнута, грудь обнажена, ножки сведены вместе и высоко задраны вверх. Приспустив свои джинсы с трусами до колен, я высвободил раскаленный от напряжения член и, придерживая одной рукой Олины коленки там, где болтались её белые трусики, я приложил головку к упругим влажным губкам.
Надавил, вошёл и начал делать быстрые движения бёдрами. Мне хотелось, чтоб она думала, что я тороплюсь, потому что дверь не закрыта и кто-то может зайти в любой момент. Мне нравилось, что её ноги сведены вместе — вход во влагалище казался плотнее, туже. Держа Олю одной рукой за коленки, а другой за бёдро, я резко входил в её тело и насаживал её на член на всю длину, торопясь и делая вид, что просто пользуюсь её телом для быстрого удовлетворения.
Ольга Владимировна тем временем сжала пальчиками левой руки правый сосок, а правую руку запустила между сжатых ног. Я чуть развёл её ноги в стороны, чтоб ей было проще дотянуться, и её тонкие пальцы начали порхать вокруг клитора. Я отпустил её бедро и захватил пальцами её левый сосок — теперь она была вся в ощущениях. Мой член, как поршень, раз за разом наполнял её влагалище, её пальцы ласкали клитор, моя и её рука вместе мучили её прекрасную грудь.
Я обожал Олю за то, как открыто и легко она относилась к сексу. В данный момент она пыталась получить удовольствие максимально быстро — лаская себя так интенсивно, как только могла, и стараясь подмахивать мне бёдрами. На столе это у неё не очень получалось, но её энтузиазм безумно заводил. Я насаживал её на член, наполняя её тело и даря ей столько ощущений, сколько мог.
Она вдруг изогнулась упругой дугой, зажала себе рот, закусив краешек рукава пиджака и начала биться в судорогах оргазма. Каждое движение члена в упругом кольце её стенок приводило к очередному изгибу и заглушенному стону. Я остановился, дал ей отдышаться — и снова начал входить в неё, на этот раз заботясь уже только о себе.
Удовольствие от её оргазма ускорило мой собственный, и я выплеснул горячий фонтан спермы в горячую глубину Олиного влагалища уже через полминуты. Сделал несколько финальных движений, ощущая, как последние капли изливаются в её тело, и в изнеможении остановился.
На этот раз она дала мне отдышаться, потом дала понять, что хочет высвободиться, и мы рассоединились. С задранной юбкой и спущенными до колен трусиками она дотянулась до своей сумочки на столе, вытянула прокладку-ежедневку и прилепила её к трусам. Надела их, поправила юбку, заправила грудь в бюстгальтер и застегнула блузку. Ещё две минуты манипуляций с косметичкой, и вот уже ничего в её облике не выдавало последствий бурного спонтанного секса в кабинете — только блеск глаз, чуть припухшие губы и чуть растрёпанные волосы.
Она подошла к двери, убедилась, что я тоже одет, и попыталась открыть её.
— Ты негодяй! Ты таки закрыл замок!
— А ты просто необыкновенная, Ромашка. Я обожаю тебя.
— Негодяй, не дал мне оттянуться как следует. Ну, я тебе покажу вечером!
— Покажи-покажи!
Ольга Владимировна сверкнула глазами в ответ:
— В семь часов у меня, как всегда. Давай!
Я вышел в университетский коридор, голова кружилась от ощущений и образов. Ах, какая же она всё-таки потрясающая!