Она была настойчива. Очень хотела попробовать. Я тянул. Наслаждался тем, как она все глубже и глубже погружается в дикий разврат, похоть, яростно дрочит по приказу, умоляет ебать ее и поставить под ошейник. Жалел ли я ее… может быть. Ей 20, она молода, красива и безоговорочно помешана на теме.
Впервые мы встретились в гостинице и она, конечно, думала, что будет все и сразу. Адская ебля, порка, унижение. А мы лишь пили вино, и я заставил ее раздеться. И когда она услышала первый резкий и четкий приказ, она мгновенно покраснела. Не ожидала этого перехода. Хотя утверждала, что была готова.
Она, краснея, стала расстегивать молнию на сером тонком платье. И ей было неудобно, я сидел в кресле и не двинулся ей в помощь. Она мучилась, но справилась. Платье летело вниз. Она осталась в тонком и остро-сексуальном белье, черном, равно как и чулки. Она была потрясающе кркасива и смущена. Прикрывала грудь руками, хоть на ней еще и был лиф. Она очень хотела мне понравится. Старалась.
- Оголи грудь
Она видимо завелась, но все еще смущалась. Я смотрел на ее маленькие острые соски, некрупную упргую грудь. Белизна ее кожи так хорошо оттенялось темным бельем.
- повернись, наклонись.
Она уперлась руками в свои бедра, я отодвинул трусики в сторону, провел пальцем по мокрой пизде, чуть нажал, она вздохнула.
- сними трусики.
Она стояла уже лицом ко мне. Ждала, что будет дальше. Трусики валялись в ногах, где-то там же был лиф.
Она уже не смущалась, хотя и избегала смотреть на меня.
- встань на колени и ползи ко мне.
Она уже стояла у моих ног, чуть приоткры рот, подняла на меня глаза и там был лишь дикий развтрат и такая похоть, что с ней полжалуй сейчас можно было делать что угодно.
Я приказал сосать, а руки сложить за спиной. Я намеренно не связывал ее, не оскорблял, не порол, не натягивал на хуй ртом.
Она была удивлена и даже, наверное, разочарована. Но сосала с дикой стартьсю, постанывая, перебирая ножками, сжимаясь вся, была готова кончить. Ее губы на мокром от слюны хуе радовали. Она была мягка и настойчива одновременно.
Я кончил ей в рот, не вынимая хуй. Она не отстранилась, лишь глубже попробовала заглотить. Подавилась, даже слезы брызнули из ее глаз. Сперма стекала по губам, она явно ждала продолжения.
Я ушел. Оставив ее голой, со спермой на губах. Прихватил ее трусики. Она смотрела на меня почти что с ненавистью.
- Позвонишь, сука, ты была хороша.
Ух, как я ее этим оскорбил. Она писала мне по паре писем в день. Кричала, умоляла, угрожала, ненавидела. Но не уходила.
В следующий раз я забрал ее на подземной парковке. Она впорхнула в машину, вся улыбчивая, но так очевидно нервничающая. Юбка до середины бедра, блузка, каблук. Соблазнительная сука.
- я так ждала, здравствуй… Хозяин.
- Хочешь отсосать?
- Я… Я хочу, но боюсь. Тут люди могут быть, я не готова.
- Соси. Это приказ. Задери юбку. Расстегни три верхние пуговицы на блузке. Хочу видеть какая ты, моя блядь.
Она вздрогнула от этих слов, в глазах туман, похоть и отчаяние. Она боялась. Но сделала. Ее руки скользили по пуговицам. Я видел кружево белого лифа, светлую нежную кожу, далее резинка чулок, задранная смятая юбка. Она была так беспомощна в таком виде и так возбуждена.
- Я, кажется, дал приказ, вещь.
Она наклонилась к моим брюкам, убрала волосы, которые падали ей на лицо, стала судорожно и спеша расстегивать ширинку. И вот член оказался в ее губах. Она мягко и нежно сосала его, с наслаждением заглатывая и даже насаживаясь ртом. Я не держал ее руками, не направлял. Интересн было понять, что она может и чего хочет.
Она сосала усердно, постанывала от возбуждения. И если поначалу вздрагивала от проезжающих машин, то после перестала и лишь ее губы скользили по члену. Она забыла про все, про неудобства, про некую публичность, про все. Она была соска и она сосала.
- молодец, шлюха, продолжай. И она с новой силой сосала.
Я чувствовал, что кончу, собрал ее волосы и потянул назад, чуть приподняв над хуем и стал заливать спермой ее лицо. Она подбирала капли, глотала и облизывалась. Сперма попала ей на блузку и юбку. Она была перемазана ею. Но была довольна. Откинулась на спинку кресла, я раздвинул ее ноги, сжал пизду сквозь трусики, она застонала, прижал клитор и она стала кончать, практически сразу. Сжала ноги, задвигалась вперед, будто это не рука, а хуй, и кончила. Уронила голову на грудь, обмякла.
Мы поехали. Она так и сидела, с задранной юбкой, расстегнутой блузкой. Было не людно, да и я объезжал площади и огромные перекрестки. Но факт был фактом, она сидела в машине почти голая, с каплями подсохшей спермы на одежде.
Подъехали к дому. Она запахнулась плащом и мы пошли. У лифта я скомандовал идти по лестнице.
На седьмом этаже я приказал ей снять одежду. Она испугалась. Но как то меньше, чем в машине. Стянула юбку, блузку, лиф, трусики. Стояла передо мной голая, в подъезде. Где-то хлопали двери, хлопала и она глазами. Я подошел к ней вплотную, сжал соски, она зажмурилась о боли, лишь вздохнула. Я крутил ее соски, потом сжал пизду, заставил расставить ноги, ввел в нее пару пальцев, подтянула их вверх, она вытянулась на носочках. Я стал так ее поебывать, она подвывала в голос.
Я наклонился к ней и стал шептать ей в ухо
- Ты блядь, ты стоишь голая посреди подъезда. Висишь у меня на пальцах, как мясо, ты шалава и шлюха.
Она сжимала пизду, пыталась двигаться, ее дыхание было все более учащенным.
Я толкнул ее к стене, развернул. Резко вошел в ее пизду, собрал волосы в кулак и закинул голову. Стал ебать и продолжал шептать:
- ты сука, бялдь и конченная шлюха, шалава и вещь своего Господина
- да, да, да, да,да…
Я прогнул ее, она уперлась руками в стенку. Я плюнул ей на жопу и с усилием стал входить. Она закусила губы чтобы не орать, ей было больно
- А, как ты хотела, сука, ты будешь терпеть все, шалава.
Она лишь кивала, слезы показались уже. Хуй вошел полностью. Я стал двигаться. Насаживая ее жопу на хуй. И она подмахивала, постанывала. Уже и не так больно ей было. Я хлестал ее по жопе, по бокам, сжимал ее бедра.
Я кончил ей в жопу, залил туда хорошенько спермы. Это дико заводило. Ее подчинение и униженностью. Она набросила одежду и поплелась за мной.
Перед дверью в квартиру я приказал ей встать на колени. И она уже не спрашивала ни о чем. Пусть и глазки соседних дверей смотрят на нее, она опустилась на колени.
Я стоял на пороге.
- Увидимся скоро, сука. Иди домой. Когда будешь нужна, шлюха, я позову.
Она не ожидала, что я опять ее вышвырну. И это ее еще больше завело.
Закрыл дверь. Она бессильно поколотилась в нее. Ушла. Но вернулась через неделю.