Свою невинность я потерял в четырнадцать лет, когда меня безжалостно изнасиловала тетя Олеся. В то незабываемое лето я как всегда приехал к женщине, чтобы немного погостить. Тетя Олеся была однокашницей и лучшей подругой моей матери. Жила она в живописной сельской местности и часто приглашала нас к себе в гости. По давно сложившейся традиции я каждые летние каникулы несколько недель отдыхал и поправлял здоровье в ее доме.
Семейная жизнь в Олеси не сложилась. Ее муж был отчаянным алкоголиком, с которым женщина уже давно развелась. Детей у них через постоянно пьянство мужчины не было, а нового спутника она по понятным причинам заводить не стала. Одним словом тетя была одинокой женщиной, которая проживала в большом доме на околице села. Работала в сельской школе завучем. Была веселым, общительным и искренним человеком. Ко мне всегда относилась как к родному сыну.
Однако все эти благопристойные впечатления о тетушке как о порядочной и высокоморальной женщине разлетелись в щепки, когда она показала свою истинную натуру. Случилось это на третий день моего визита к Олеси. В тот ненастный вечер женщина надолго задержалась на работе, в школе отмечали день рождения одного из педагогов. Так и не дождавшись, ее я ляг спать и, не подозревая какие испытания меня вскоре ждут.
Проснулся я от странного шороха возле моей кровати. В комнате властвовала непроглядная темень, и увидеть источник шума было практически невозможно. Все еще полусонный я попытался встать, включить свет и выяснить, что же происходит. Сделать мне это не удалось. Какая-то смутная тень метнулась ко мне, и не успел я даже вскрикнуть, как был повален на кровать. Сверху сразу же навалилось чье-то тело, и рот мой был крепко зажат рукой.
А дальше началось самое страшное. Ладонь, которая зажимала мой рот, вдруг ударила меня по носу. Я инстинктивно открыл рот, чтобы вскрикнуть от боли, но из этого ничего не получилось. Мой крик был мгновенно прерван какой-то тряпкой, которую мне грубо засунули в рот. Потом последовало несколько крепких пощечин, после которых я послышал тихий шепот, похожий на шипение змеи:
– Лежи тихо, иначе будет очень больно.
К своему неописуемому ужасу я понял, что это Олеся. Женщина, которая для меня всегда была, словно вторая мать неожиданно превратилась в ночного насильника. Былая нежность, заботливость и чуткость в ней бесследно исчезли, уступив место холодной безжалостности и неумолимой жестокости. Ошалелый от такого внезапного превращения тети я, конечно же, в одночасье поверил в то, что мое непослушания будет нещадно караться болью. Тон, которым была произнесена эта фраза, буквально сковал мое сознание ледяным страхом. А еще несколько пощечин дали понять, что всякое сопротивление бесполезно.
Женщина была опытным психологом. Она прекрасно знала, как можно запугать несовершеннолетнего мальчика. Отлично умела управлять психикой ребенка, добиваясь поставленной цели. Отменно разбиралась в тех потаенных струнах незрелого детского сознания, дергая за которые, можно легко превратить маленького человечка на покорного услужливого раба. И она воспользовалась этим умением, сполна укротив мою волю в считанные секунды.
Замерев от ужаса, я позволил делать Олесе все, что ей только хотелось. Без всякого сопротивления разрешил тетушке сполна утолить свою ненасытную похоть. Глотая слезы, молча, терпел все унижения, которыми она меня подвергла. Затаив дыхания покорно превратился на послушный объект нескончаемых сексуальных домогательств развратной женщины.
Тетушка насиловала меня долго и безжалостно. Сначала она подмяла меня под себя, втиснув мое лицо между своих огромных грудей. Ее рука скользнула вниз моего живота, нагло пролезла мне в трусы и больно сжала мой член. Несколько плавных движений «туда-сюда» и я к своему огромному стыду почувствовал, как огонек удовольствия начинает разгораться в моем теле, а член набирает силы и твердости.
Когда пенис достаточно окреп, Олеся проворно запихнула его в свою женскую «щелочку». Влажная и горячая она с причмокиванием проглотила мой член, словно проголодавшийся зверь. Я почувствовал, как непреодолимая сила затягивает его все дальше и дальше в неизведанные глубины тетушкиного влагалища, которое обволакивало мою плоть испепеляющим жаром и не иссякающими жгучими соками.
Убедившись, что мой пенис глубоко застрял в ее теле, Олеся немного приподнялась и стала помаленьку двигать своим пышным задом. Сперва это было похоже на легкое покачивания «вперед-назад» и «туда-сюда». Но довольно скоро темп движений участился настолько, что превратился в настоящую скачку. Тетушка превратилась в своеобразную наездницу, которая объезжала своего верного жеребца.
Гонка получилась довольно продолжительной и с каждой ее секундой дыхания женщины учащалось. Вскоре я услышал томные постанывания, и даже громкие вскрики Олеси. Эти «ахи» и «охи» взбудоражили мое сознания, пробуждая в нем неудержимую похоть. Помимо воли я начал испытывать наслаждения от того что происходило. Несмотря на унижение, мне начинало нравиться, как тетушка обходилась со мной.
А она, разойдясь во всю, стала хлестать меня по щекам своими грудями. Было больно и в тоже время приятно. Груди у женщины были массивные и тугие с твердыми остриями крупных сосков. Они били и истязали мое лицо, принося мне этим как ни странно все большее и большее удовольствие. Я проклинал себя за это, но унять животную страсть, в которой горело мое тело, был бессильный. Как и не смог предотвратить свой первый оргазм, который очень скоро разорвал мое сознание в клочья.
Когда это случилось, меня охватила странное, неизведанное доселе сладкое блаженство. Я словно оставил свое бренное тело и воспарил в небеса. В душе зазвучала сказочная песнь неземного экстаза. Сердце мое готово было вырваться с грудей. Перед глазами замельтешили радужные круги. Я готов был завизжать от радости, и только кляп во рту помешал мне сделать это. Оставалось только мычать от наслаждения, отчаянно дергать ногами, вертеть головой и учащенно дышать.
К сожалению, эйфория от первого оргазма продолжалась всего какие-то мгновения. А когда они пролетели, пришлось возвратиться в свою кровать, под тяжелое мокрое от пота тело тетки. Она понятное дело, еще и не думала кончать. Убедившись в моей покорности, женщина быстро изменила позу. Теперь она сидела на моих чреслах, откинувшись назад и опершись на локти. Бедра Олеси были широко расставлены в стороны, ноги согнуты в коленях, пятки крепкими тисками сжимали мою голову.
Устроившись, таким образом, женщина продолжила насиловать меня. Ее действия стали чередоваться. Несколько резких ударов, при которых мой член то едва не выскакивал из влагалища тети, то погружался в него на всю свою длину. Потом немного плавных кругообразных движений, при которых Олеся своей широкой задницей терлась об мои бедра и живот. Дальше все повторялось в том самом порядке и так до тех пор, пока я снова и снова не кончал.
Где-то после третьего или четвертого моего оргазма в экстазе забилась и Олеся. В ночном полумраке я мог видеть смутные очертания женского тела, которое изогнулось кривой дугой. Я смотрел, как подрагивали большущие груди тетушки, когда она заорала от наслаждения. Я почувствовал, как тяжело в последний раз ударились ее массивные ягодицы о мои чресла. Я услышал пронзительный вопль радости, когда она, наконец, достигла пика удовольствия.
Пятки тетки уже не сжимали мне голову. Я поднял ее чтобы лучше рассмотреть картину женского оргазма и тут же был наказан за свое любопытство. Тугая струя горячей жидкости брызнула мне в лицо. Ошеломленный я не сразу сообразил, откуда она взялась. А когда понял, что это Олеся просто писает на меня, предпринять что-либо было уже поздно. За какое-то мгновения мои грудь, шея и лицо были мокрыми от тетушкиной мочи. Немало капель попало мне на губы, оставляя после себя терпко-соленый след....
Но даже это постыдное деяние Олеси не было концом моих унижений. Отойдя после экстаза тетушка, неспешно поднялась с меня. Нагнувшись, она вытянула из моего рта кляп. Это оказались ее трусики которые женщина стоя надо мной одела на себя. Потом она, как ни в чем не бывало, отправилась в свою комнату отдыхать, оставив меня истерзанного лежать в мокрой кровати.
Всю ночь я не мог придти в себя, со страхом думая о том, что произойдет на следующий день. Тогда я еще не знал, что это был только первый урок сладострастия, который преподала мне тетушка Олеся.