Всем горячий привет!
Меня зовут Илья. Эта история произошла со мной.
Сам я жил в интернате, но когда наступало лето, нас отправляли в летний лагерь, где мы могли почувствовать себя обычными детьми. Вот и в этот раз случилось так же. Наступило лето и мы поехали в летний лагерь. Такие поездки я очень любил т.к. был неугомонным, энергичным, жаждущим новых знакомсвт, общительным мальчишкой. Собственно и сейчас таковым являюсь)
В назначенный день нас привезли в лагерь и расселили по корпусам, как говорится, мальчики - направо, девочки - налево. Мы "забили" свои кровати и тумбочки, разложили вещи и пошли осматривать новый лагерь. Мысль о том, что ещё долго никаких пробок, шума, суеты большого города и его стресса, не могла нас не радовать. Мы заранее наметили места, куда будем бегать, баловаться пивом и точки, где можно ныкаться, играя в "зарницу" (по привычке).
После тихого часа, если его можно было назвать тихим, все отряды собрали вместе у "эстрады" (уличной сцены) познакомили с дирекцией и рассказали о планах на смену. У меня, конечно же, эмоции через край, я же этого целый год ждал.
Прошло два дня и наступило столь долгожданное событие - открытие смены, а значит и костёр, который мы всегда старались сделать побольше (а я ещё и на Америку хотел его перенести))). Наш отряд, как самых старших ребят, назначили старшими за организацию костра. Естественно, со всеми ребятами отряда я подружился, да и со многими из других отрядов (надо признать, это мой конёк - быстро и с лёгкостью находить себе друзей).
И вот наконец наступил вечер и после вкусного ужина мы стройными рядами и колоннами двинулись на поле. Надо признать, костёр нам удался на славу. Распугали всё местное население) Устав от участия даже в самых детских конкурсах, я взял тайм-аут и сел на бревно у костра, наблюдая, как остальные ребята сходят сума. Напротив меня сидел парень лицо которого было трудно разглядеть. Он старался находиться подальше и от костра и от ребят. Я этому не придал значения и, переведя дух, вновь кинулся в бой за конфеты)
Утром мы, как всегда побежали на зарядку. С одной стороны жутко хотелось спать, но с другой, жутко не хотелось пропустить новый день. Поэтому я собрал в кулак всё своё неокрепшее мужество и со всеми побежал на зарядку. Утро было туманным и прохладным, что придавало бодрости и мерзкого настроения. На стадионе наворачивали круги и другие отряды. В одном из этих отрядов я заметил того самого мальчика, который так хмуро сидел у костра (конечно я в свои 18 уже понимал, что мальчики мне нравятся больше чем девочки и уже имел бесстыдный оральный опыт со своим однокашником, но на этого парня я смотрел, как на загадку, вроде в коллективе, но в то же время так замкнут. И это всё больше вызывало во мне интерес). Теперь я мог лучше разглядеть его лицо, но на бегу отчетливо разобрал только его чёлку аля-эмо.
После завтрака мы беззаботно играли с местной собакой Дигом. Диг был немецкой овчаркой и выполнял функции нештатного ночного сторожа и такой сторож нам был приятнее, чем ворчливый старик, постоянно напоминающий, что Сталина на нас не хватает. За Дига мы были спокойны, мы точно знали, что Сталина он не застал. Ещё и играл с нами. Кидая Дигу очередной мячик, я заметил на скамейке у аллеи того самого мальчика. Он молча наблюдал за тем, как ребята играют с собакой. Теперь я смог спокойно разглядеть его лицо. Тонкие тёмные брови, большие карие глаза, яркие губы, как будто после свеклы, аккуратные черты лица, маленький, аккуратный носик и пирсинг на краешке нижней губы. Сам он был стройным и ооочень скромным мальчиком. Его одиночество меня немного укололо и я решил попробовать исправить ситуацию:
- Эй, парень, чего ты там один весь такой, там темно и одиноко, давай с нами!
(за это меня все и любили, за словом я в карман не полезу и люблю пошутить)
- Нет, спасибо, я тут посижу. - скромно ответил парень, но при этом улыбнулся, отчего я решил, что есть возможность наладить контакт с этим замкнутым разумом.
- Да не бойся ты, Диг - толерантная собака. Кусать не будет! - Диг действительно любил детей, особенно детей с мячиком, но тёмного симпатичного лорда это не воодушевило.
- Да не хочется.
- Ну ладно, смотри, наш клуб "Диг-пати" работает круглосуточно, захочешь, вступай.
Естественно все похохотали, но меня особенно порадовало, что наконец я увидел, как смеётся этот мальчик.
На обеде нас кормили борщом, пюре с куриными котлетами и вишнёвым соком. За столом у окна, среди прочих ребят сидел тот мальчик, который вызывал мой интерес всё больше и больше. Он тоже был в отряде со взрослыми ребятами и я мог видеть его на каждом приёме пищи. Он тоже увидел меня и улыбнулся. Я улыбнулся ему в ответ и подмигнул. Его улыбка порадовала меня. Я счёл её, как готовность дружить. Но тут я увидел, как мальчик, сидевший рядом с ним, бесцеремонно забрал его компот и выпил. Я поймал себя на мысли, что мне особенно больно как-то смотреть на грустные глаза этого мальчика.
Медлить я не стал и не доев котлеты (а я их всей душою люблю) резко встал и подошёл к столу этого мальчика. Наклонился над обидевшим его подонком и отрезал тоном, не терпящем пререканий:
- Жду тебя в курилке, мразота! - напоследок я успел только поймать взгляд моего мальчика-загадки, удивлённый, но благодарный.
Ребята, сидевшие за моим столом, ничего конечно не поняли, но вскочили и побежали за мной, а я уверенным быстрым шагом, закипая, как паровоз, направлялся к выходу. В голове стояли большие, карие глаза беззащитного мальчишки, который окончательно запал мне в душу и это придавало мне ещё больше злости. Я всегда был задирой, но старался сдерживать себя. Однако сейчас меня ничто не останавливало.
Мы с ребятами курили в курилке, из-за угла столовой показался "мразота":
- Ну и чё ты хоте... -
Договорить он не успел, я сразу же накинулся на него, как цепной пёс и начал его колотить куда придётся. Он тоже оказался не робким и отвешивал мне в ответ хороших тумаков и тоже куда попадёт. Однако сдаваться я не собирался, поэтому если отвешивал ему удар, то это было от всей души и никакой жалости. Потом ребятам видимо стало жалко обоих и они принялись нас разнимать, что оказалось сделать крайне сложно, но ребята всё-таки нас растащили. С разбитыми носами, рваными футболками, запачканными кровью и землёй, ссадинами и грязными коленками мы пошли курить.
- Ты чё накинулся на меня, придурок? - довольно спокойно, запыхавшимся голосом спросил тот.
- Нефиг у парня компот отбирать, козлина! - С отдышкой ответил я. Мне было жутко обидно, что нас разняли.
- Ты из-за этого пацана, что ли??? - Искренне удивился "мразота". - Чё ты за него так впрягаешься?...
- ОН МОЙ ДРУГ, придурок ты тупоголовый!!!!!!!! - криком я сорвался на "мразоту".
- Ладно, ладно. Чего ты орёш так? Извини, я не знал этого. Просто... - "мразота" понял, что злить меня не стоит, я ведь упёртый, как баран и не остыл от драки - ...Мир? - он протянул мне руку...
Я был очень удивлён т.к. такой развязки точно не ждал, но от его предложения идиотизмом не пахло и я, нахмурив брови, протянул на встречу руку:
- Ладно... мир...
- Не волнуйся, я его больше не обижу.
- Ну смотри.
И мы пошли по корпусам, пока нас вожатые не спалили. Проходя мимо соседнего нашему корпуса, я увидел этого мальчика. Он стоял у входа и смотрел на нас, раскрыв от удивления рот. Мда, восхищения мой вид явно не вызывал. И было видно, что он хочет подойти, но он не решился. Да я этого и не ждал от него. Стыдно мальчишке благодарить мальчишку при других пацанах.
Войдя в свой корпус, я помылся, переоделся и лёг спать, тихий час всё-таки. Лёжа в кровати, я думал о мальчишке-загадке ...и мне было так приятно, даже не потому, что вступился, а потому, что я вступился именно за него. Может теперь он готов подружиться...
После ужина у меня не было особого желания играть с ребятами и я сидел на самой дальней скамейке стадиона, где меня трудно было увидеть и поэтому я позволил себе неслыханную наглость, закурить. На стадионе показался тот самый мальчик и направился в мою сторону. Это меня удивило, но я был искренне рад этому. Он подошёл ко мне, присел рядом и....:
- Привет. - с заманчивой робостью произнёс он.
- Привет - более смело ответил я.
- Я просто хотел спросить, это ты из за меня подрался?
- Из-за тебя. А что?
Он видел мои синяки и ссадины и явно чувствовал свою вину:
- Спасибо тебе большое. Ты прости, что так вышло...
- Да не парься ты - перебил я его - всё хорошо. Он тебя не обижает?
- Нет, не обижает.
- Как тебя хоть звать, тихоня?
- Никита.
И я тут же влюбился в это имя, поставив его на самую высокую ступень.
- Илья - с улыбкой и по доброму ответил я, наслаждаясь его большими карими глазами, которые благодарно смотрели на меня.
- Очень приятно - ответил он и протянул мне руку.
- И мне - Я пожал его руку и сердечко забилось сильнее. Я завидовал сам себе т.к. он ведь не с кем не общается, а тут даже руку пожал и смотрит так преданно.
- Никита, я очень хочу стать твоим другом - с неожиданной для себя смелостью выпалил я. Казалось, что это и не я сказал.
- Конечно. Я рад буду с тобой подружиться - ответил радостным голосом Никита, не отводя от меня больших карих глаз.
Наверное в тот момент мы оба поняли всё, но разве мы могли признаться друг другу... Лично я решил, что пока буду играть старую роль. До отбоя мы разговаривали о всякой ерунде, которая нам и не интересна, но мы наслаждались тем мирком, который свернулся вокруг нас. Никита оказался очень интересным мальчишкой. Оказывается, что в его семье большие проблемы между родителями, поэтому он так замкнут. Прощаясь, я решил быть увереннее, смелее и крепко обнял его, отпускать его совсем не хотелось, я готов был простоять так всю ночь. я шепнул ему на ухо:
- Спасибо Тебе Никита за то, что ты открылся мне. Ты оказывается, отличный парень.
- И ты тоже - отпустил меня Никитушка, позволив ещё раз утонуть в его больших карих глазах. Попрощавшись, мы разошлись по корпусам.
Я долго не мог уснуть, думая о нём. Наверное, он тоже не спал. но спустя какое-то время я и не заметил, как отключился.
Утром мы снова побежали на зарядку. Отряды опять наворачивали круги. Я увидел Никитушку, обрадовался и подошёл к нему. Я поздоровался с ним и пригласил на речку после завтрака.
Отпросившись у вожатого, он пошёл с нами купаться. По дороге на речку мы увлечённо болтали, смеялись, я всячески прикалывался, что его веселило. Мне безумно нравился его звонкий мальчишеский смех. Я был очень рад тому, что он мог быть открытым рядом со мной. Наконец мы пришли к речке. Мы скинули с себя одежду и с шумом кинулись в воду. Я вынырнул, оглянулся и увидел, что не увидел Никитушку в воде. Он сел на берегу, наблюдая за нами. Я вышел из воды, подошёл к нему и спросил:
- Никит, ты чё не купаешься?
- Я не умею плавать - с чувством стыда ответил он.
- Раздевайся, я тебя сейчас научу.
- Не надо Илья, я боюсь.
- Ты мне не доверяешь? - спросил я, пристально посмотрев на него.
Никитушка посмотрел на меня, встал и начал раздеваться. Конечно, я не мог не посмотреть на его тело. ровный животик, гладкая кожа, яркие сосочки. Я тут же отвел глаза, чтобы не "спалиться"))) Мы зашли в воду по грудь, я протянул руки и Никитушка лёг на живот. Я подвинул правую руку так, чтобы чувствовать его сосочек, от чего у меня стало вставать "палево"))) Мы ещё какое-то время побарахтались и Никитушка достиг уровня плавания по собачьи. Через час вожатый нас позвал на берег. Мы вышли, оделись и отправились в лагерь.
Шли дни и мы с Никитушкой стали "не разлей вода". Так нас и стали называть. Через какое-то время Никитушка уже и плавал, и в футбол играл, и в конкурсах участвовал. И всё это для меня было большой победой.
Как-то раз, после обеда я решил зайти к Никитушке. В комнате я его не нашёл, один парень мне сказал, что видел, как он ушёл в сторону карьеров. Меня это удивило и я пошёл за ним, сиганув через забор, убедившись, что вожатые не спалили, я пошёл в лес, по тропинке, которая вела к карьерам. Я не понимал, что ему делать на карьерах, когда, все дети в лагере. Убегать во время тихого часа, тоже не в его стиле. Придя на карьеры, я осмотрелся, но никого не увидел. Сам пруд окружали горы песка. Я обошёл одну гору, другую, третью и обойдя ещё одну, увидел неожиданную картину: Никитушка стоял абсолютно голый, его одежда лежала рядом на песке, а в руке он держал вставший член. Он явно не ожидал моего появления. Он замер, раскрыв рот, не зная, что сказать. Его лицо залило краской, а глаза уставились на меня. Мне казалось, что у меня остановилось сердце. Он схватил одежду и кинулся бежать.
- Стой!!!!! - я поймал его за руку, повернул к себе и уставился в его глаза. Он был готов заплакать от стыда. Моя хватка ослабла, я положил руки ему на бока и он вздрогнул. Я приблизился к нему и медленно, тихонько, аккуратно и осторожно коснулся своими губами его тёплых и мягких губ, от чего сам невольно вздохнул. Поцеловав его, я посмотрел в его глаза. По моим щекам побежали слёзы:
- Не убегай...
Никитушка смотрел на меня, не зная, что сказать.
- Не убегай Никитушка, я не смогу без тебя... - тогда я действительно боялся, что он станет избегать меня и решил, что медлить нельзя...
Я встал на колени, взял из его рук одежду, положил её на песок, стал нежно и ласково целовать его животик, пальчиками я добрался до его сосочков и стал нежно их покручивать. Его член снова начал вставать. Он опустился на колени, взял моё личико в свои лапки, посмотрел на меня своими большими карими глазами и произнёс:
- Ты самый лучший человечек в мире Илюшенька. Я так сильно тебя люблю.
Сердце моё билось так, что могло вылететь. Слёзы ещё сильней побежали по щекам, но от счастья.
- Я тоже тебя люблю Никитушка. Я так давно хотел это тебе сказать. Я так боялся, что я никогда тебе этого не скажу. Я так боялся тебя потерять. Я не сужу тебя, я не стыжусь этого, я никому не расскажу, я сам тебе буду дрочить, я сделаю тебе, что угодно, всё что ты захочешь, только не уходи от меня, только останься...
Слова сыпались из меня без остановки, я готов был сделать всё, только бы он остался. Вдруг он положил палец мне на губы:
- Тихо Илюшенька, успокойся моё солнышко, я никуда не уйду, я с тобой...
И он принялся слизывать мои слёзы. Я не выдержал и буквально впился в его губы. Страсть буквально накатила на нас волной. Мы так страстно и крепко целовали друг друга, что могли остаться синяки)))
Я разделся до гола, постелил одежду и уложил его на спину. Я стал целовать его грудь и живот, он тихонько извивался подо мной запустив свои лапки мне в волосы. Я добрался до его сосочка и жадно впился в него, неистово посасывая его. Никитушка стал сладко стонать и я, поняв, что сосочки - его эрогенная зона, принялся их сосать ещё сильнее. Никитушка ещё сильнее прогнул спинку, а я неистово сосал его сосочки, один губами, другой покручивал пальчиком, что приводило его в неописуемый восторг и он стонал всё сильнее. Да и у меня голова кружилась от счастья. Потом я стал спускаться ниже. О, его горячий животик так возбуждал меня, мне казалось, я прям сейчас кончу. Потом Никитушка встал на колени, руками опёрся о землю, подав свою мокрую писечку вперёд, я обнял ...её своей лапкой, другую положил на его животик, лизнул язычком его головку, от чего он сладко простонал. Потом обволок горячими губами всю мокрую головку и стал посасывать. Стоны моего Никитушки были всё слаще и слаще, я закрыв от удовольствия глазки всосал весь его член и стал набирать темп, лаская его яички. Никитушка, гладил мою голову и глубоко дышал. Я не мог остановиться, голова сама ходила вверх-вниз, то поглащая его писю, то оголяя. От дикого перевозбуждения я дрожал так, что это было видно невооружённым глазом, но я не переживал, ведь и Никитушка дрожал, как осиновый лист. Я гладил его дрожащие ляшечки, животик, грудь, ласково мял его набухшие яички, иногда всасывая их в ротик и играя с ними язычком. Никитушка, закрыв глазки, балдел и сладко постанывал, я сосал не спеша, чтобы он подольше не кончал и я мог подольше пососать его лапочку. Я не хотел выпускать его писичку изо рта. Так мне было приятно доставлять Никитушке неземное удовольствие.
Однако я вскоре вытащил его лапочку из ротика и, смазав получше слюной свою попку, присел на него сверху и стал медленно насаживаться на его членик. Он был не больше 15 см., поэтому мне было не очень больно, не смотря на то, что я это делал впервые. Было очень волнительно, но я очень хотел, чтобы Никитушка вошёл в меня. Опустившись до самого конца, я закрыл от кайфа глаза и замер, ощущая его горячий член в своей попке. Мой котёнок тоже издал томный стон и я медленно стал набирать темп. Возбуждение росло и темп увеличивался. Мой член хлопками бился о его животик, оставляя на нём капельки смазки. Его писечка звонко хлюпала у меня в попке и это дико возбуждало меня и я прыгал всё быстрее. Никитушка зажал пальчиками мои сосочки, оттянул их и стал покручивать за самые кончики. Это привело меня в неописуемый восторг. Я тоже взял его сосочки, зажал пальчиками и стал их крутить. Мы даже не думали о том, что наши нарастающие стоны могли привлечь внимание, а вдруг кто-нибудь рядом. Но это нас не волновало. Меня волновало только одно - доставит моему Никитушке максимальный кайф. И я, как сорвавшийся с цепи, прыгал на писечке Никитушки. Его головка становилась всё более упругой и горячей. От бешанного возбуждения у меня реально кружилась голова. Тут я почувствовал, что моя головка готова взорваться. Я издал почти жалобный стон и струя горячей спермы залпом выстрелила, попав на личико, волосы, грудку и животик Никитушки... Но Никитушка ещё не кончил, я снова зажал палчиками кончики сосочков Никитушки, покручивая их и стал, что есть силы прыгать на его писечке. Никитушка извивался подо мной, стонал всё громче и громче, прикусывал нижнюю губу, повторяя:
- Да Илюшенька! Да любимый! Да мой котёнок! Да! Не отсанавливайся! Быстрее! Быстрее! Да! Да! Да!
И я с огромным удовольствием исполнял его пожелания. Никитушка стал двигать в такт моим прыжкам, плотнее потрахивая мою попку и, прогнув спинку, обжигающим фонтаном разрядился в мою попку, издав длинный, протяжный, самый сладкий стон... Подняв попку повыше и выпустив мокрый членик Никитушки, я только что поймал себя на мысли, что моя попка буквально горит, но это уже было мне не важно. Я тут же спустился ниже и впился губами в членик Никитушки, жадно облизывая его от спермы. Никитушка тяжело дышал, положив лапки мне на голову, переводя дух, а я всё по прежнему сосал его член, так мне не хотелось его отпускать изо рта. Ещё минут пять я посасывал обмякшую лапочку Никитушки, но вскоре он снова начал набухать и я снова принялся жадно и неистово отсасывать Никитушке его член. Он просто лежал, легонько постанывая, а я сосал ему, испытывая непередаваемое счастье. Ведь у нас было больше часа и всё это время я мог доставлять удовольствие именно ему - Моему Маленькому Ангелу. Я облизывал его лапочку и так, и эдак, и сосал только залупку, как ребёнок соску, и заглатывал всю писечку моего лапушки до конца. Но чаше просто жадно сосал его лапочку. Я почувствовал, что его залупочка снова стала набухать и мой Никитушка стал чаще дышать. Я стал сосать буквально остервенело и вскоре ещё одна горячая струя спермы обильно брызнула мне в рот. Сперма, конечно, была очень горькой и не очень приятной на вкус, но это была сперма Никитушки, поэтому я с радостью высосал и проглотил всё до последней капельки.
Никитушка взал меня лапками за щёчки, подтянул к себе и произнёс:
- Я тебя очень очень очень люблю, Илюшенька! - его большие карие глаза были преисполнены благодарности.
- У тебя вся моська блестит от смазки... - он стал заботливо облизывать мою моську, потом мы снова принялись целоваться, но уже спокойно и нежно. Никитушка спросил меня с бесинкой в глазах:
- Ты не устал, солнышко?
- Ангелочек мой любимый, если хочешь, мы останемся на всю ночь тут и я до утра буду сосать твою нямочку.
Никитушка рассмеялся:
- Ну то, что у меня "золотая жила" и сладкий минет мне обеспечен в любое время дня и ночи, это я уже понял. Но я уже хочу писать.
Он отошёл подальше, сделал не хитрое дело, вернулся и сказал:
- Писать больно было.
Я, как преданный щенок, подполз к нему на коленках, пока он стоял, аккуратно взял пальчиками кончик его писечки, тихонечко отодвинул крайнюю плоть и стал ласково обнимать губами его залупочку, вынимая его изо рта, как чупа-чупс, причмокивая. и опять мне совершенно не хотелось останавливаться, я вновь был готов сосать его писечку ещё целый час. Но Никитушка сел передо мной, положил свои тёплые лапки мне на ножки и спрсил:
- Что тебе сделать, загадай что хочешь, солнышко. - моя попка ещё испытывала жжение и я решил:
- Лапочка, пососи мои сосочки - это моя слабость...
Я упёрся руками о песок, выгнул по максисмуму грудку вперёд и Никитушка принялся сосать и покусывать мой сосок, а другой зажимать и покручивать пальчиком. Свободной рукой он взял мой член и стал его мастурбировать.Я закрыл глазки и стал балдеть. Одной рукой, я дотянулся до его яичек и стал их ласково мять в руке. Дрочил Никитушка не спеша, поэтому наслаждался я очень долго, но дыхание участилось и я произнёс:
- Солнышко, я сейчас кончу...
Никитушка тут же опустил голову, взял в ротик мой член и стал быстро дрочить, я от нового возбуждения опустил тело на песок и для большего кайфа снова вцепился в свои соски и стал их крутить. Напряжение наростало и я бурно кончил Никитушке в ротик. Он спокойно облизал мой член и яички и лёг на меня сверху. Наши сердечки бились быстро, мы просто лежали и целовались, облизывая язычки друг друга. Через какое-то время я вспомнил:
- Надо уже в корпуса возвращаться, а то искать начнут, давай искупаемся и в лагерь.
- Давай зайка.
Искупавшись, мы стали одеваться, попутно в шутку хватая друг друга за писи и цепляя сосочки. Возвращаясь по лесу в лагерь, мы шли в обнимку, периодически останавливаясь, чтобы поцеловаться и наверное счастливее Нас в тот момент, никого не было!!!
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.....