Болезнь.
Это был прекрасный экземпляр, возможно, самый прелестный из всех когда-либо мною виденных. Она была совершенна, эта маленькая куколка.
И всё же, я не мог быть уверен до конца, пока не поймаю её. Ждать оставалось не долго, но от нетерпения всё тело пробирала дрожь. Я уже представлял эти хрупкие пальчики, тот хруст, который так ласкает слух, когда они ломаются…и тихий стон. О даа, малышка уже будет не в силах ни кричать, ни плакать…но такова цена вечности.
Замечтавшись я чуть было не упустил её из виду…ох уж эти старшеклассницы, бегают как заведённые, были бы они хоть немного помладше…они и правда смеются над мной, знают что теперь им всё дозволено!
Маленькие шлюшки!
Вас следует наказать, непременно следует! Вы так уверены в своей безопасности, в своей важности для мира…весь мир принадлежит вам, так вы думаете…знаете, знаете о своей силе и искушаете меня этим, смеетесь надо мной…
Но это подождёт, я займусь вами потом. Моя крошка свернула за угол, я давно следил за ней, ходил каждый день этой дорогой, изучил каждую трещинку на стенах домов, каждую выбоинку на асфальте. Я нашёл место ,где нам двоим будет хорошо. Но тсссс, я расскажу об этом позже, моя милая, пусть это будет моим маленьким сюрпризом для тебя. Я знаю, тебе понравится…
Уже темнело, но я знал, что фонари включатся ровно через 28 минут 17 секунд, я всё рассчитал.
Если свернуть здесь, дальше перелезть забор с одной стороны и незаметно пробраться через дыру в проржавевшей сетке, можно срезать путь и подготовится к встрече моей маленькой птички. Ну же, спой для меня, моя радость!
Пустынный переулок, как я и рассчитывал. Напротив меня на стене дома прикреплён кусочек зеркала. В него я могу видеть как из-за поворота выходит моя крошка. Она прекрасна в подбирающихся сумерках. Заходящее солнце чуть золотит её мягкие светлые волосы, мне показалось, что я даже могу услышать их запах, этот нежный аромат мятных конфет и весеннего тепла…я буду вырывать их по волоску. Медленно и аккуратно. Как и все остальные волоски на теле. Она вся будет принадлежать мне, каждая её частичка! Я просто обязан защитить её, ведь она совершенна.
Я уже подготовил комнату, тебе там понравится, моя милая. Каждой твоей частичке будет хорошо там, никто не сможет навредить тебе…
Я уже готов был поймать мою пташку и усыпить , надо просто прижать к лицу тряпочку смоченную эфиром…сегодня я решил использовать этот старомодный метод, это навевало воспоминания о прошлом…моя первая куколка была особенной, не такой совершенной как эта, но всё же… когда мне становится грустно, я всё ещё прихожу полюбоваться на неё…
Немного жаль, что тогда я ещё не мог знать как оставить её со мной на вечно и ещё через пару лет она окончательно покинет меня… но мне будет уже всё равно, со мной будет это совершенное создание, она поможет мне прогнать грусть и скуку…
Но замечтавшись ,я не заметил тени, мелькнувшей в зеркальце напротив…
И очнулся я уже совсем в другом месте… я сразу понял, что попал в ад.
- Мам, смотри, у него не встаёт.
- Конечно, милая, ты же знаешь, что дяденька маньяк кончает не от вида голой женщины, а когда разбирает таких малышек как ты на конструктор. Ты же видела все эти стеллажи и склянки на них.
- Да, я помню, такие маленькие баночки. Иногда кажется, что они пустые, такие маленькие кусочки там лежат.
Она была так близко, что я мог чувствовать запах её волос и тепло тела. Но теперь мне казалось, что это запах серы из адских глубин…на моих глазах мой ангел превращался в дьявола, демона из самых страшных моих кошмаров.
Она была совершенно обнажённая. Только что она сняла трусики прямо перед моим носом и помахала ими перед моими глазами. Я не какой-то там лоликоньщик, чтобы купиться на такой трюк, да за кого вы меня принимаете!
- Мам, и что мы будем делать? Он такой милый, я уже хочу его!
- Не бойся золотце, сейчас мама сделает дяденьке маньяку укольчик, а дальше всё пойдёт как по маслу. Помнишь того ушастого? Сперва он тоже был так холоден…
Я готов был умереть на месте. Эти тонкие пальчики когда-то совершенного создания нежно гладили мой вялый член, это было просто омерзительно! Эта ведьма, которую девочка называла мамой, уже сделала мне укол. Я догадывался, что она мне вколола. Но мне было уже всё равно. Я был потрясён произошедшим. На моих глазах рушилась моя мечта, её всю залило грязью, чудесная легкокрылая бабочка превратилась в склизкую жабу, воняющую затхлым болотным илом, я даже чувствовал этот запах гниения, вся комната была заполнена им. К горлу подступала тошнота.
А тем временем возбудитель струился по моим венам, разогревал сердце, впивался под кожу тысячами иголок, делая каждое прикосновение в тысячу раз восприимчивее.
И эта маленькая дрянь действительно знала что делала. Её острый нестерпимо умелый язычок исследовал всё моё тело, отыскивая эрогенные точки и впивался прямо под кожу подобно жалу змеи. Всё моё тело помимо собственной воли тут же покрывалось мурашками.
С самого начала я хотел внимательно следить за всеми её действиями, чтобы предвидеть и тем самым проигнорировать любые её попытки возбудить меня таким примитивным способом. Но заметив мою сосредоточенность, эта стерва - её «мать», завязала мне глаза, и как ни смешно, но этот трюк подействовал. Теперь я не мог знать, что последует дальше, лишившись самого главного органа чувств, остальные обострились до предела. Я не мог противостоять этому…
Ещё одно движение тонких пальчиков и с моих губ срывается стон.
Лучше бы они заткнули мне рот кляпом…но они тоже всё рассчитали, эти две ползучие твари…оох…
Девочка подалась вперёд и сорвала мой второй стон прямо с губ, сразу же проникнув своим язычком внутрь моего рта. Никогда не думал, что поцелуй может приносить столько удовольствия. Мне казалось, что я уже готов задохнуться.
Она прижала меня спиной к стене, обвив ручками вокруг шеи. Её колен стояли на моих бёдрах, а когда она слегка покачивалась, сдвигая свою прелестную попку на пару миллиметров вниз, я чувствовал жар исходящий от неё своим членом.
В голове уже давно плыл туман, но я смог услышать, как мамаша девчонки восхищённо присвистнула и звук её каблуков резко приблизился.
- Милая, ты просто неподражаема! Ты уделала этого петушка, побив все свои рекорды, смотри! – с этими словами я ощутил, как холодные пальца с острыми ногтями прошлись по моему видимо окончательно воспрявшему органу.
И тут же звонкий хлопок освободил меня. Я понял, что девчонка ударила эту гадюку по руке.
- Не трогай его, он мой! – в её голосе чувствовалась какая-то ненормальная агрессивность. Она была возбуждена не меньше моего, просто ужасно, маленькая маньячка! Если бы я только мог освободить руки, я бы показал ей, как насиловать взрослых дяденек!
Эта маленькая дрянь устроилась на мне верхом, обхватив своими коленями мои бёдра. Когда она брала своей ручкой мой член, чтобы направить его в свою узкую щелку, я ощутил как дрожат от возбуждения её пальцы. Ну же, давай, сейчас я трахну тебя по полной раз уж ты так сильно этого хочешь!
Непонятно как, но мои руки оказались свободными. Не теряя время на удивление, я схватил эту мерзавку за волосы и опрокинул на пол, теперь она была беспомощна и я понял, что это мне нравится. Я мог снять повязку с глаз, но пока не было никакой необходимости – мой инструмент был уже внутри этой маленькой извращенки, и не было никакой надобности видеть, куда именно его направлять.
К тому же я понимал, что трахать её с завязанными глазами мне тоже нравится.
Она тихо стонала, но совсем не так, как стонали пятнадцать её предшественниц от боли, когда я разбирал их на части. Эти новые для меня звуки звали меня, они были полны вожделения, страсти и похоти. Мне хотелось напиться этой чудесной музыки,... и я не замедлил исполнить своё желание, и её пухлые губки с готовностью открылись навстречу моему языку.
Потом по солёному вкусу я понял, что она плачет, но я знал, что слезу текут по её щекам не от боли или горя, эта извращенка плакала только когда её хорошенько трахали дяденьки маньяки, теперь я знал это.
В голове летали странные мысли, уходя из под моей власти вслед за телом. Я не заметил, как девочку сменила её мамаша, она оказалась та ещё стерва, она вопила как будто её резали живьём бензопилой и бороздила мне спину своими когтями…
- Этот экземпляр оказался довольно предсказуем. Я думала, с ним будет больше мороки, - Мелл привычным движением разворачивала мятный леденец.
- Да, ты права, но всё-таки было сложно сконструировать нужную фантазию, было бы проще, если бы он сперва насиловал всех этих девочек.
- Куда там, он даже прикасаться к ним не смел без перчаток, эдакий чистюля!
- Брось, Мелл, ты же знаешь, что он не хотел осквернить их своими прикосновениями. Он правда верил, что должен спасти их чистоту от окружающего мира. И от себя самого, как части этого мира в том числе…
- Ага, только способа совместимого с жизнью он не придумал. Ну да. Ну да, от действия времени он их защищал в том же числе. Но хотя бы замораживал во льду и любовался чтоле, а то такая гадость…тоже мне, высокая эстетика…
Девочка с мягкими светлыми локонами промолчала, ничего не сказав в ответ уходящей напарнице. Она только ещё раз взглянула на лежащего человека. Лицо его было безмятежно и, кажется, он даже немного улыбался уголком рта. Он был ещё довольно молод, не старше тридцати, и был даже не дурён собой. Что породило в нём эту болезнь, как он стал таким? Виноваты ли в этом родители, или может быть общество, или может кто-то издевался над ним в школе?..
Сейчас это было уже не важно. Теперь он сможет побороть болезнь, Лейта точно знала это.
Ещё раз поправив одеяло и затворив дверь в комнату, Лейта тихо спустилась вниз, где в машине её уже заждалась Мелл. Завтра им дадут новое задание и, возможно, ещё одна человеческая душа обретёт исцеление.
пишите пожалуйста свои мнения об истории на ya.story-teller@yandex.ru