Это была обычная встреча старых добрых школьных подруг. Так уж повелось, что три школьные подруги как минимум раз в полгода, а иногда и чаще, встречались вместе, чтобы поделиться своими победами и поражениями, заручиться дружеской поддержкой, а иногда подвергнуться здоровой или нездоровой критике. Такой редкий случай сплоченности, честности и преданности, который они смогли пронести через столько лет. Главное, что никто никогда не обижался и эти встречи подруги ценили превыше всего, как последнюю зацепку за ускользающую юность – в следующем году им всем исполнится по 30 лет. При этом никто и никогда не просил своих подруг для решения финансовых и карьерных вопросов – в их компании эта тема была «табу».
Места встречи постоянно чередовались, предпочтение отдавалось уютным кафешкам с отдельными кабинетами, загородным домам или своим квартирам. Условие было одно – никаких посторонних ушей – мужья, любовники, дети – все ВОН!
Часть 1. Лена
В этот раз хозяйкой была Лена, и постаралась, как могла. Не смотря на мизерную зарплату школьной учительницы, она не только смогла у себя дома накрыть элегантный «девичий» стол (бутерброды, салаты, фрукты, конфеты, шампанское, коньяк), но и обновила свой гардероб. Обтягивающее синее платье сидело как влитое. Вырез декольте подчеркивал средних размеров грудь, узорная полупрозрачная сеточка на спине заканчивалась у нижнего позвонка, заставляя окружающих нырять в прозрачный омут, чтобы хоть в фантазиях добраться до аккуратной попки хозяйки платья. Платье заканчивалось чуть выше колен, чем подчеркивало точеные ножки бывшей гимнастки. Лена заканчивала приготовления на кухне, нарезая овощи и занимаясь самокопанием.
«Эээх, какая красота пропадает!!!» - сетовали подруги да и сама Лена на неудавшуюся, как в личном так и карьерном плане, жизнь. Неудачный брак отбил охоту ко всяким серьезным романам, а окончание педагогического с красным дипломом привело в заурядную школу со склочным коллективом и директором деспотом, - для лучшего варианта требовались связи, которые Лена так и не научилась заводить.
Конечно, было превосходное предложение из соседнего лицея – там и зарплата повыше, и перспектив больше, и поступило оно своевременно – только год проработала после окончания педагогического и юношеский пыл требовал открытия новых горизонтов, каждый урок был праздником, а рабочий день подарком судьбы, при этом в глазах школьников она была богиней по имени Елена Ивановна, но Лена не прошла такую мелочь, как собеседование с начальником отдела кадров лицея. Нет, с документами и профпригодностью было все в порядке, но начальник недвусмысленно предложил, что за его подпись Лене придется с ним переспать. На это предложение Лена ответила колкостью, в которой выплеснула все отношение к старым уродам, которые стремятся залезть под юбку к молоденьким девочкам. Таким образом дорога в лицей была закрыта, а учитывая связи начальника отдела кадров с другими лицеями, про переход в другое учебное заведение вопрос уже не поднимался
«Дура я дура,» - до сих пор корила себя Лена. Что стоило раздвинуть ножки разок. Была бы сейчас на нормальной работе, в уважающем тебя коллективе. К тому же, кто знал, что теперь за то, чтобы остаться на своей должности ей придется ублажать этого старого пердуна – директора школы. В первых пять лет он к ней только присматривался, к тому же у него и так был роман с химичкой и физручкой. Но по мере того, как ее запал в подготовке к занятиям таял в рутине бюрократии, предложений из других учебных заведений не поступало, а сама она не могла похвастаться ничем сверхординарным, директор понял, что сможет на нее надавить. А тут еще химичка в декрет ушла, и физручка третью неделю была на больничном. Сексуально неудовлетворенный директор ходил по школе сам не свой, срывался на всех по пустякам. При этом доставалось всем, и самая молоденькая учительница тоже не была обделена «вниманием».
Как-то раз он вызвал ее к себе в кабинет и разнес в пух и прах за какую-то ошибку в отчете. Орал он на нее так, что аж окна дрожали. Обзывал ее последними словами, а когда довел ее до истерики, то со словами «ЭТОТ УРОК ТЫ ДОЛЖНА ЗАПОМНИТЬ НАДОЛГО!!!» вышел из-за стола, подошел к ней вплотную, не стесняясь вытащил свой напряженный член и вставил Лене прямо в приоткрытый от удивления рот.
«Соси, сука, а то уволю по статье», - прорычал он и начал поступательные движения.
Лена к тому моменту уже не была девочкой, да и опыт орального секса тоже имела – хоть чему-то ее муж научил. Но такого от директора она просто не ожидала.
Отойдя от шока он уперлась руками в бедра директора и освободила свой рот от назойливого члена.
«Что Вы се..», - договорить она не успела звонкая оплеуха снова ввела ее в состояние ступора.
«Не упирайся, дура! Лучше по-хорошему – по-плохому будет больней!» - прорычал директор, отвешивая оплеуху с другой стороны и снова проталкивая свой член в рот подчиненной.
Качок, другой качок, и член директора начал доставать до горла, вызывая у Лены рвотные спазмы.
«Я те выплюну!» - прикрикнул директор занося руку для нового удара, Лена зажмурилась и смирившись начала смиренно качать головой. Туда-сюда, от горла до губ, от губ до горла.
«Ты что?! Бестолковая дура?! Даже отсосать по-людски не можешь?! Как тебя к урокам допускать, если даже такую мелочь усвоить не можешь?!» - распалялся директор.
После этого он зажал голову подчиненной руками, не давая ей двигаться, и начал натуральным образом трахать ее в рот. У Лены слезы лились из глаз, обезображивая лицо черными потеками туши, горло нещадно болело, а тошнота не отступала ни на секунду. Только благодаря тому, что директор давно не удовлетворял свой сексуальный голод мучение продолжалось не больше 5 минут. Приближение оргазма директора Лена уловила по его учащенному дыханию, более резким и порывистым движениям и все расширяющемуся члену у себя во рту. Лена думала о чем угодно, пытаясь ускорить ужасные минуты, но в момент эякуляции в голову пришла только сдвоенная глупая мысль: «Этот член больше, чем у мужа, а секса у меня уже не было больше полугода.»
Директор кончил не вынимая члена изо рта неумелой минетчицы, проследив, чтобы ни одна капля не пролилась на вещи или мебель.
«Пойди умойся. Жду тебя в 6 вечера в этом же кабинете. Придешь с заявлением об увольнении по собственному желанию или без трусов. Ты меня поняла?» - директор смотрел на Лену как на вещь. А, дождавшись ее кивка, жестом отправил из кабинета.
Выбегая из приемной, Лена услышала слова директора, обращенные к секретарше громкоговорителю– страшной грымзе предпенсионного возраста: «Крепкий кофе и на сегодня меня ни для кого нет.»
Лена еле добежала до туалета, где ее вывернуло прямо в раковину. Она рвала минут 10, рыдая и захлебываясь слезами. К счастью в этот момент шел урок и туалеты были пустыми.
«Уволюсь, подам в суд, убью ...», - метались мысли в голове у Лены. А им на перерез контраргументы: «А работать на базар пойдешь? А в суде, что покажешь в виде доказательства – блевотину из раковины? Неужто готова сесть в тюрьму из-за какой-то сволочи?»
До 6 вечера было еще 3 часа, Лена их растягивала с учениками своего класса, которые остались на продленке. Но сегодня, как на зло, последнего ученика забрали неожиданно рано, за ЦЕЛЫЙ час до назначенного директором срока, и Лена осталась со своими мыслями и переживаниями один на один.
Без 2 минут 6 она стояла перед кабинетом директора, в дамской сумочке лежали ее скомканные трусики.
На стук, она услышала властный голос, приглашающий войти. Секретарши само собой не было.
«Хорошо, что без писулек, значит умная девочка», - директор расплылся в улыбке.
На столе стоял коньяк, два бокала и тарелочка с нарезанным лимоном и насыпанным в центре сахаром.
«А ну-ка, похвастайся,» - расплываясь в улыбке и показывая ...жестом необходимость поднять юбку, сказал директор.
Лена замерла на несколько секунд, но видя, что взгляд директора суровеет, закрыла глаза и подняла юбку до пупка.
«Ты гляди, как заросла. Ну, ничего, все поправимо. Присаживайся.»
Решение было простое напиться и отдаться, а там будь, что будет. Первая рюмка обожгла пустой желудок, Лена так за весь день ничего и не съела. Вторая зажгла огонь в груди, а третья ударила в голову.
«Эй, девочка, ты куда? Я не любитель бесчувственное тело трахать», - директору явно нравилось все происходящее. Он закрыл коньяк и подсел поближе к Лене.
Первый поцелуй она пропустила, занятая мыслями, как бы не вырвать, когда этот старый урод начнет приставать с поцелуями. Конечно, он был не таким старым – каких-то 55 лет, но для молоденькой учительницы он в отцы годился. На втором поцелуе она очнулась, но настойчивый язык директора так и не пустила к себе в рот.
«Хммм, понятно. Ты думаешь, что я тебя насиловать здесь буду – ошибаешься, сейчас ты такое получишь, что завтра сама прибежишь,» - хотя в голосе директора и чувствовалась некая горечь, в глазах горел озорной огонек.
После этих слов он слез с дивана, на котором они умещались вдвоем и сел в ногах у Лены.
«Не бойся, малыш. Я тебе не сделаю больно. Сама должна понимать. Дикое давление сверху. Жена - старая карга. Постоянные проблемы с организацией то утренников, то олимпиад, то ремонтов. Крыша течет, старшеклассники разбили витражное окно в вестибюле, а Районо денег не дает. А тут еще и в сексуальном плане облом, на жену вообще не встает, одна дура в декрет ушла, хорошо, что хоть давала до последних месяцев, другая с давлением в больнице валяется. КАК ТУТ НЕ СОРВАТЬСЯ? Поверь, не хотел так грубо, просто не удержался. Пока тебя отчитывал так завелся, что хоть самому себя ублажай, а где – в туалете, чтобы вся школа знала, или в кабинете, куда старая грымза – доносчица моей жены - в любой момент может нагрянуть?» - директор бубнил и бубнил, и Лена бы пропустила все это мимо ушей, обиженная за дневное оскорбление, но руки директора делали чудеса, от чего по телу, которое предварительно расслабил коньяк, разливалось такое блаженство и истома, что она даже была готова простить обидчика.
Директор освободил правую ступню молодой учительницы из тесной туфли и начал ее разминать. Он делал это уверенно и мягко одновременно. За ступней правой ноги последовало, освобождение из туфельного плена левой ноги и такой же массаж.
Лене еще никогда не делали массаж ног. О, как же ей стало хорошо, и все это не смотря на гнусавящую мысль, которая твердила: «Насильник! НАСИЛЬНИК!!! НАСИЛЬНИК!!!» Но и эта мысль утонула в море блаженства, когда директор перешел к икрам.
Нежное растирание, уверенное надавливание, бегущее поглаживание по коже, и Лена поплыла. Она даже не заметила, как сама приспустилась на диване, отдавая массажу верхнюю часть ног и попку, которую директор также нежно начал поглаживать и тискать.
«ТРЕВОГА!» - вспыхнула в голове красная лампочка, когда ее ноги были приподняты и разведены в стороны, но тут же она сменилась зеленым огоньком, когда ее внешних половых губ коснулся язык начальника. Лена и так уже была немного возбуждена, а тут такоооое, что она незамедлительно потекла.
Директор был знатным ловеласом и в молодые годы не пропускал ни одной юбки, а к старости, пришлось заменять выносливость опытом. Так что не зря к нему в кабинет бегала химичка, несмотря на семимесячный живот. А физручка мечтательно закатывала глаза, когда за чашечкой чая с вином разоткровенничалась с Леной.
Умелый язык довел одурманенное алкоголем и массажем тело до пика экстаза и Лена была абсолютно не против, когда в нее вошел член. Вошел аккуратно и нежно, будто примеряясь к новой одежке и боясь ее порвать. Легкое надавливание, проскальзывание и замирание, опять движение и вновь остановка. Нежная мука тянулась до тех пор, пока член не вошел на всю глубину и волосы на лобке директора не смешались с волосами на ее лобке.
И тут произошел взрыв - Лена кончила. Кончила бурно и громко, практически потеряв сознание. Но в чувство ее привели планомерные толчки и выход на новый пик наслаждения. Директор накачивал ее минут 20 пока член не одеревенел, расширившись раза в полтора и упершись в матку, после чего бурно излился в самые недра молодой учительницы. «Как хорошо, что в последний час раздумий я не сидела на месте, а сходила в аптеку и купила противозачаточные,» - с этими мыслями Лена кончила во второй раз и отключилась полностью.
Проснулась Лена часа через два и обнаружила себя лежащей на том же диване, прикрытой, невесть откуда взявшимся, теплым пледом. Директор в одной рубашке сидел за рабочим столом и подписывал какие-то бумаги. «Вот это любовник!» - пронеслось в голове у Лены, даже обида за дневное унижение притупилась, и то происшествие казалось каким-то недоразумением.
«А – пришла в себя, тогда одевайся – домой пора, а то и так на работе засиделись», - в голосе директора была некая отеческая забота, которая успокаивала и заставляла еще больше расслабиться. Но все-таки он ее прогонял, выкидывал, как использованную вещь.
Непослушными руками Лена надела туфельки, расправила юбку и попыталась встать - ноги не слушались, и она снова плюхнулась на диван. Вторая попытка была более удачной, и она шатаясь поплелась к двери.
«Ты куда? Неужто ты думала, что я тебя в таком состоянии одну отпущу – вместе поедем. Подожди, только пару бумаг подписать осталось», - солнце счастья и радости вновь засветилось у Лены над головой.
Выбравшись через черный ход – директор на работу приходил и уходил только через него, даже свою машину там оставлял – они понеслись по вечернему городу. Директор и не пытался с ней говорить, а, мурлыкая какую-то мелодию, спокойно вел машину по начинающим пустеть улицам. Минут через 30 они уже были у подъезда Лены – это ж надо, какой заботливый, жаль домой не приглашу – больная мама и однокомнатная квартира к приему гостей не располагает.
Заведя ее в подъезд и доведя до дверей Лениной квартиры, начальник спросил:
«К себе пригласишь?»
«Ой, не могу, у меня мама больная, только из больницы после операции выписалась, да и неудобно как-то - неубрано».
И тут лицо его посуровело и Лена с ужасом вспомнила дневной инцидент.
«Тогда здесь соси», - по глазам начальника было понятно, что он не шутил.
«Как здесь? А если соседи?» - Лена просто не ожидала такого. Ну, поцелуйчик на прощанье, ну с языком и затяжкой минут на 5, но так.
«Тогда уж постарайся, чтобы они не успели выйти», - глаза директора заблестели и он расстегнул ширинку, высвободив наружу уже вставший член.
«Какое же он животное!» - с ненавистью подумала Лена и опустилась перед ним на колени. Она старалась получше сосать и довести начальника до быстрого оргазма, чтобы не наткнуться на соседей, к счастью площадка на 4 квартиры была отгорожена от основного подъезда, а то за время минета она как минимум дважды слышала голоса проходящих мимо соседей. Она старалась как могла, но кончить начальник не мог никак. Теперь она сосала без отвращения, а нервозность ситуации даже начала ее заводить, но сосредоточиться на своих ощущениях она не могла из-за постоянного страха быть застигнутой.
«Учить тебя и учить!» - прорычал директор и поднял Лену с коленей. «Неужели все кончилось и можно домой», - пронеслось у Лены в голове. Но начальник развернул Лену к себе спиной, развел ноги на ширину плеч и, толкнув в спину, приказал Лене наклониться.
«Я так не хочу!» - взвизгнула Лена. – «Давайте лучше ко мне зайдем».
«Поздно уже. Мне так больше нравится», - сказал директор и задрал Лене юбку. Трусики она так и не одела, поэтому предстала перед ним во всей красе.
Директор провел рукой по половым губам и недовольно поморщился:...
«Совсем сухая – в следующий раз лучше работай ротиком, авось и сама возбудишься, чтобы потом не было больно как сейчас», - с этими словами он приставил возбужденный член ко входу во влагалище и начал давить.
Хоть член и был смазан слюнями Лены, но отсутствие смазки и подсохшая сперма с прошлого акта вызывала неприятные и режущие ощущения раздираемой и продираемой плоти.
«Ммммм, больно – не надо так», - взмолилась Лена.
«Надо – в следующий раз будешь опытней или предусмотрительней», - ухмыльнулся директор и резко вставил член.
От боли в глазах потемнело, ноги подкосились, но сильные руки придержали, в то время, как жесткий поршень начал барабанить в самую матку. Не прошло и 5 фрикций, как организм опомнился и начал спасать положение, заливая все смазкой, боли от грубого проникновения это не убрало, но новых болевых ощущений не вызывало. А еще минут через 10 член директора набух и взорвался внутри Лениной пещерки, хоть она и ненавидела его в этот момент, но тело подвело, и она кончила с ним в унисон. Лена не упала только из-за того, что руками держалась за стену, хотя для того, чтобы выпрямиться, сил у нее уже не было.
Оставив ее в такой же позе, директор заправился, а уходя шлепнул ее по голой попке и сказал: «Завтра зайдешь ко мне во время обеда».
Так началась новая страница в сексуальной жизни Лены. Директор был странным и непредсказуемым партнером. Иногда он был нежен и ласков, а иногда превращался в натуральную скотину, и брал Лену так и там, где ему этого хотелось. Он ежедневно заставлял Лену сосать его член, пока она не научилась доводить его своим ртом до оргазма. Он сажал ее к себе под стол во время совещаний и заставлял ее сосать, пока выслушивал отчеты других учителей. Он заставил ее сбрить волосы вокруг влагалища и требовал поддерживать его в безволосом состоянии. Он открыл ей сказочный мир эротического массажа, но в тот же день отодрал прямо в школьном туалете. Он даже помог с организацией похорон Лениной мамы (которая так и не выкарабкалась после операции), но натуральным образом оттрахал ее в тот день 4 раза. Этого дня и этих 4 раз Лена не забудет никогда.
Первый раз был перед прощанием с мамой, когда директор завел ее на кухню, подальше от охающих и причитающих родственников, подпер дверь стулом и разложил прямо на столе (видите ли его возбуждает близость смерти). Было обидно, больно и страшно – пятно позора могло перечеркнуть все отношения с родственниками. Когда она зареванная вышла с кухни, все подумали, что у Лены была истерика, а сослуживец ее успокаивал и не хотел, чтобы им мешали. То, что на Лене к тому моменту не было трусиков, не заметил никто.
Второй раз он ее трахнул в своей машине – специально отстав от процессии и загнав машину в тупичок, он приказал Лене перебраться на заднее сидение и быстро вошел в нее. Директор был настолько перевозбужден, что кончил минут через 5, только благодаря этому они смогли нагнать автобус с родственниками перед самым въездом на кладбище.
В третий раз он отвел ее в березовую рощицу сразу после засыпания могилы и, наклонив к березе, задрал траурное платье. Лена не могла кричать, боясь огласки – просто тихо скулила и плакала. Тело предательски отзывалось на жестокое обращение множественными оргазмами, и Лена ненавидела себя за это еще больше, чем ненавидела в тот момент своего насильника.
Четвертого раза директор добился после поминального стола, он бы и еще несколько раз ее трахнул, но Лена пыталась не оставаться с ним наедине. Но с уходом последнего гостя, директор сделал вид, что ушел заранее – со словами: «Отделайся от них побыстрей!», буквально через 5 минут после ухода последнего гостя он вернулся и оторвался как мог. Прямо на неубранном столе, содрав траурное платье, он сношал ее минут 40. Начальник никак не мог кончить. Сухое влагалище отзывалось тупой болью и нещадно терло раскрасневшийся член. Через каждых 5-6 минут начальник выходил из влагалища и окунал свой член в Ленин рот, чтобы хоть как-то смазать его. Лена лежала на столе, поджав ноги к груди и откинув голову в сторону, с одним желанием, чтобы этот кошмар поскорей прекратился. А он все не кончал и не кончал. Руки стали уставить и ноги постоянно соскальзывали со стола, пытаясь выпрямиться и расслабиться. Директору стало неудобно, поэтому во время очередной остановки он вытащил член и властно перевернул Лену на живот, позволив ногам упереться в пол. Так стало намного удобней, но Лену мучили крошки впившиеся в грудь, оставленные на столе вилки и ложки поначалу холодили, а потом просто давили и резали живот, а резкие запахи прошедшего застолья вызывали удушье и головокружение. Минута, еще одна, отмеряла Лена по часам на стене, она уже не стонала от боли, просто ждала, когда же начальник выбьется из сил и оставит ее в покое.
«Да, что же это такое!» - вскипел директор и, окунув указательный палец в остатки оливье, вставил его Лене в попу и начал там проворачивать. От боли и неожиданности глаза Лены округлились, тело сжалось, а директор, довольный своею выдумкой и сжавшимся от боли влагалищем, уже через несколько десятков движений выстрелил в Лену остатками спермы, которая сегодня так и не успевала у него скапливаться. Директор ушел, оставив Лену в этой же позе на столе. По ногам у нее стекала сперма, влагалище ныло от боли, анус саднило от майонеза и грубого проникновения, а в душе была выгребная яма, в которой плавала Лена, ненавидящая СВОЕ ТЕЛО, которое умудрилось разразиться и во время четвертого полового акта оргазмом – конечно не самым высшим с потерей сознания от удовольствия, но довольно ощутимым, чтобы пробежаться волной наслаждения по всему телу, и это всё, не смотря на боль и унижение, на траурность сегодняшнего дня, и СВОЮ ЖИЗНЬ, которая не светила ей ничем хорошим – это был первый раз, когда директор позволил себе проникнуть в ее попку, тогда это был только палец, а позже ...
От этих мыслей Лену оторвал звонок в дверь.
«Во, черт! Уже девчонки пришли. А я тут самобичеванием занимаюсь. ВО, БЛИН!» - последний возглас Лена выдала, когда заметила на табуретке мокрое пятно и убедилась в его происхождении, проведя рукой сзади по платью. «Потекла дура!!! Хорошо, что платье темное и пятно сразу не заметят, а потом за стол сядем – там и высохнет», - с этими мыслями Лена пошла открывать двери.
(продолжение следует)
История является выдумкой и полетом моей фантазии от первого и до последнего слова, сходство с реальными персонажами является абсолютно случайным.
Для продолжения выкладывания рассказа требуется больше 5 позитивных отзывов на E_B_A@ukr.net. Если кто-то заметил какие-то неточности (орфографические, семантические, физиологические и т.п.) или хочет, чтобы и их история была описана в подобном духе, пишите – анонимность гарантирована.