Урок для соседки
1
Я ехала домой на своей «тойоте». Только что прошёл дождь, поэтому везде были лужи. И надо же так: когда я поворачивала, на край тротуара выскочила какая-то нарядно одетая девчонка. А тут лужа и феерический фонтан брызг из-под колёс. Естественно, девчонку облило в полный рост. Та замерла, словно окаменевшая, никак не могущая поверить в происшедшее.
Я немедленно затормозила, выскочила и побежала к девушке. Это оказалась моя соседка Вика. Ну как соседка, она живёт в том же посёлке за городом, но на другой улице. Красивая фасонистая девочка, но сейчас вид был, сами понимаете, не очень, то есть, полный атас: мокрая, грязная, с неё всё стекает... М-да, облила я её качественно… Я стала помогать отряхивать воду, но это было бессмысленно, нужно было полностью переодеваться, да и вымыться тоже. Тут Вика посмотрела на меня и узнала:
-Лариса?! Ты как тут оказалась? А меня тут какая-то сволочь обрызгала! – сообщила она с нешуточной злобой.
-Вообще-то эта сволочь я, - сообщила я ей. – Ты так внезапно выскочила, что я даже затормозить не успела. Куда ты мчалась, кстати?
-На свидание с одним мальчиком опаздывала, - сказала Вика, остывая, вся её злость куда-то мгновенно пропала. Она осмотрела себя и добавила: - Опоздала. Всюду теперь опоздала.
-Коли так, - я достала из багажника старое одеяло, - поехали ко мне, попробуем что-нибудь сделать.
Завернувшись в одеяло, Вика села в мою машину.
-Только бы маман не узнала! – пробормотала она, взглянув искоса на меня.
Я закатила глаза в притворном ужасе. Вика беспокоилась не только о себе. Если в чём мама Вики, Александра Павловна, и достигла совершенства, так это в скандалах. Малейший намёк – и весь посёлок наслаждался дикими воплями. Похоже, мне было этого не избежать.
Через час я подъехала к дому. Хорошо, что у меня гараж с автоматически открывающимися воротами, и, главное, быстро открывающимися. Один из соседей мне позавидовал и себе тоже сделал, но дешевше, сэкономил. Так потом ругался: руками, грит, быстрее было. Заехав, я помогла Вике вылезти и повела в ванную. Засунув её одежду в стиральную машину, я наполнила ванную горячей водой, добавив ароматической пены. Хлопнув рюмочку коньяка, что я ей налила, Вика погрузилась по подбородок в горячую воду, наслаждаясь.
Я тоже тяпнула рюмашку, скинула одежду и вступила в ванную. Приоткрыв глаза, Вика с улыбкой смотрела на меня, гладя свои юные грудки. Она догадывалась об этом, когда ещё садилась в мою машину в городе и совсем была непротив повеселиться. Я легла рядом с ней и тоже стала гладить её грудки. Похоже, Викочка уже возбудилась: сосочки были твёрдыми и набухшими.
Она в ответ принялась ласкать мои титьки. И, наклонившись, взяла один сосочек губами и принялась сосать изредка покусывая. Я-то думала, что мне придётся давать урок лесбийской любви, но Вика оказалась опытной в этих играх. Продолжая ласкать меня, она легла на меня сверху и страстно поцеловала. Я ответила ей, лаская её груди.
Некоторое время мы страстно целовались, потом Вика попросила меня сесть на край ванны и принялась тщательно вылизывать мои «девочку» и попу. Я стонала как сумасшедшая, прижимая её голову к своим прелестям. А когда Вика одновременно сунула язык в вагину и пальчик в анус, я едва не свалилась на пол, получив сильнейший оргазм. Вика меня удержала и уложила в ванную.
-Ты просто прелесть! – я погладила Вику по щеке и поцеловала в губы. – А теперь моя очередь…
Я сходила за страпоном. Вика немного встревожилась, глядя на его размеры, но всё-таки подставила свою попку. Нанеся крем на самотык, я, дразнясь, несколько раз провела головкой по губам. Вика обернулась и умоляюще протянула:
-Ну, Ларисочка!
Я улыбнулась ей и принялась потихоньку вводить член, то всовывая, с каждым разом всё глубже, то почти вынимая. Сначала, видимо, фаллос доставлял неприятные ощущения, но постепенно влагалище привыкло, и Вика стала получать удовольствие. Она принялась яростно подмахивать, стараясь вобрать как можно больше. Вскоре стоны удовольствия сменились криками. Вика забилась в оргазме и обмякла. Немного отойдя, она обняла меня и страстно поцеловала.
Мы прошли проверить одежду. Всё постиралось. Я переложила в электросушилку, и мы пошли пить кофе. Ни я, ни она не озаботились одеждой. Я любовалась её точёной фигуркой: небольшой грудью, круглой попкой, длинными стройными ножками.
Вика видела это, и это ей нравилось, она сама то и дело косилась на меня с каким-то обожанием. В общем, нам обоим было ясно, что эта первая встреча будет не последней. Через полчаса одежда была сухая. В четыре руки мы быстро её прогладили, Вика принялась одеваться.
-Лара, - спросила Вика, - ты не видела моих трусиков? Только что же были здесь…
Я только улыбнулась в ответ. Трусики лежали в кармане моего халата на память о нашей встрече.
-Ах ты! – шутливо возмутилась Вика.
Поцеловавшись, мы ненадолго расстались. А вечером Вика пришла ко мне и осталась до утра.
2
Посёлок не город, очень скоро о наших встречах стало всем известно. Естественно, «добрые люди» рассказали об этом и Викиной маман. Наверное, предвкушали грандиозный скандал. Один она устроила дома: орала так, так, что дом содрогался, надавала дочери по щекам, оттаскала за волосы. Викочка прибежала ко мне вся растрёпанная, в изорванной одежде и залитая слезами. Полное впечатление, что её изнасиловали, если бы я не знала, где она была, то так бы и подумала.
Дав девочке выпить рюмку коньяка, я немного её успокоила и уложила в нашей спальне, а сама уселась ждать её маман. Я с самого начала предвидела её визит, поэтому подготовилась к её визиту, кое-что прикупила, кое-что сделала.
Серебристый «БМВ» затормозил у моего дома. Пешком мадам идти было «невместно», как говаривали допетровские бояре. Выйдя из машины, мадама окинула взглядом мой дом и пошла ко входу. На её месте я бы подъехала к самому крыльцу, ей же, похоже, всё-таки наглости на это не хватило. Чтож, значит, она чувствует себя не так уж и уверенно. Очко в мою пользу.
Она была очень похожа на дочь: невысокого роста, стройная фигурка, длинные ножки, и походка такая же лёгкая, летящая. Я аж залюбовалась ею. Когда она вошла в дом, я уже ждала её у дверей. При виде меня, глаза Александры Павловны предвкушающе блеснули. Она готовилась орать и буянить. Только вот ничего больше она не успела. Я начала первой.
Оглушающая пощёчина обожгла личико Александры Павловны. Вторая, третья, четвертая! Ошеломлённая женщина могла только закрываться и айкать. Заломив её руки назад, я достала наручники и защёлкнула на её запястьях. Александра Павловна открыла рот – то ли возмутиться, то ли просить, но я достала кляп в виде небольшого члена с ремешками, ловко вставила и застегнула их на затылке. С изумлением и даже страхом Викина мама смотрела на меня, она не ожидала ничего подобного.
-Что, сука, не ожидала?! – я, ухватив её за волосы, шипела ей прямо в лицо. – Думала, будешь, как обычно, орать и буянить? Со мной такие фокусы не пройдут! Иди сюда!
Сильным толчком я отправила Александру Павловну в коридор, к дверям в подвал. Не удержавшись на ногах своих шпильках, она растянулась на полу. Не давая ей встать, я стащила её вниз. И швырнула на бетонный пол. Правда, не так, чтобы она поразбивала коленки, но чтобы ощутимо стукнулась. Шлёпнувшись на пол, Александра Павловна с ужасом посмотрела на меня. Юбка задралась, показав ажурный верх чулок. Вид у неё стал до крайности соблазнительный.
Мне стоило большого труда не наброситься на Александру и тут же изнасиловать её. Но страшным усилием воли я сдержалась. Для начала я содрала юбку, а потом срезала трусики. Александра Павловна стала догадываться, что ей предстоит, она что-то замычала и попыталась отползти. Но я схватила её за волосы, села на низенький стульчик и бросила к себе на колени. Обернувшись, Александра увидела, как я подняла с пола ...небольшую плётку. Она протестующе замычала и начала дёргаться, но мне не составила большого труда удержать её у себя на коленях.
-Итак, дорогая, - сказала я, поглаживая её круглую попку, - я хочу преподать вам маленький урок поведения. Постарайтесь хорошо его запомнить, чтобы мне не пришлось его повторять в будущем. Вы перестанете скандалить… Вы больше не повысите голос ни на кого… Вы больше пальцем не тронете свою дочь…
И каждое слово сопровождалось ударом плётки по заднице. Я раз двадцать повторила эти слова, беспощадно выпоров Александру. Её попа к концу экзекуции горела огнём. Правда, я старалась не повредить кожу. Рубцы у неё на заднице были ни к чему. Потом я повернула к себе залитое слезами лицо женщины:
-Ты запомнила урок?
Александра Павловна кивнула.
-Хорошо запомнила?
Она усиленно закивала.
-Превосходно!
Уложив Александру на пол, я скинула халат, оставшись обнажённой, и взяла страпон. Он был двойным: передняя часть была длинной и выступала вперёд, и задняя часть, которую я вставила в свою киску. Глаза викиной мамы наполнились ужасом. Она стала отползать прочь, что-то мыча и мотая головой. Не хочет, мол. Пора ей усвоить, что отныне её мнение значения не имеет. Наклонившись к ней, я сжала её лицо:
-Шурочка! Ты будешь делать всё, что я скажу! Тебе ясно?
Похоже, она сообразила, что находится в моей власти и что-то мыкнула.
-Посмотрим, как ты уяснила… - я расстегнула замочек и вынула кляп. – Соси!
И Александра Павловна принялась сосать и облизывать член, пусть и искусственный.
-Плохо! – я ухватила её за волосы и принялась насаживать её на фаллос, прямо-таки трахая им её в рот, одновременно трахая и себя.
Ситуация меня очень заводила, и я быстро кончила. Но больше всего меня поразило, что кончила и Александра! Она получила оргазм от этой ситуации! Я подняла её лицо, измазанное растёкшейся тушью. Шурочка очень сильно покраснела и отвела глаза. Я поняла, что отныне могу делать с ней всё, что угодно, отныне она моя покорная рабыня.
Расстегнув наручники, я сняла с Шурочки всю одежду, оставив на ней лишь чулки и пояс. Ни о каком со-противлении не могло быть и речи. Александра лишь покорно выполняла мои отрывистые приказания. Достав из кармана халата зажимы с цепочкой, я нацепила их на соски женщине, Шурочка скривилась от боли, но не посмела возразить. Поставив её раком, я вошла в её киску одним ударом и начала сношать её. Сначала она мычала, но потом принялась стонать от наслаждения. И очень быстро мы обе, почти одновременно, кончили. Шурочка сама повернулась и облизала страпон от своих выделений, преданно глядя на меня снизу вверх.
-Молодец! – я погладила её по голове.
В это время послышались шаги. Чёрт, я же забыла закрыть дверь в подвал! Появилась Вика:
-Чего это свет тут… Лариса? МАМА?!
3
Финальная сцена из «Ревизора» в миниатюре: я стою голая со страпоном наперевес, Александра Павловна или Шурочка тоже голая, на коленях, держит этот страпон во рту. И обе в ступоре смотрим на девушку. Та тоже в шоке глядит на нас. Не знаю, сколько длилась эта застывшая сцена: пять минут или больше, но первой опомнилась Вика. Без сил опустившись на пол, она сказала:
-Что это значит, мама?!
-Продолжай! – я удержала голову её мамы на страпоне и пояснила. – Твоя мама познала радость лесбийского секса. Так, Шурочка?
-Угу, - пробормотала женщина, продолжая облизывать член.
-Ну, а коли так, - сказала я, - почему бы тебе не поучиться ублажать другую женщину язычком?
Александра Павловна посмотрела сначала на меня, потом на свою дочь.
-Да-да, - подтвердила я, - ты правильно меня поняла!
Мать и дочь переглянулись, сильно покраснев, и посмотрели на меня.
-И чего ждём? – удивилась я.
Взяв Вику под руку, я сняла с неё халат, оставив голой, и усадила на стул, широко раздвинув ножки, так что отрывался свободный доступ к её «девочке». Я заметила капельки её соков. Чтобы она не говорила, но она возбудилась. А потом подтянула за волосы Шурочку и ткнула лицом. Александра неуверенно лизнула раз, другой, замерла, дегустируя, а потом обхватила ноги дочери и заработала языком. Вика, застонав, одной рукой принялась ласкать грудь, а другой - прижимать голову матери к свой щелочке. А Шурочка, словно обезумев, лизала и сосала бутон дочери, облизывала каждую складочку, трахала языком в вагину, сосала и покусывала клитор. Про меня словно забыли. Я решительно вмешалась, с трудом оторвав маму от дочери, причём сопротивлялись и та, другая. Обе посмотрели на меня, как на врага народа.
-Пойдём-ка отсюда! – ухватив обоих за волосы, я подтолкнула их к лестнице из подвала.
В спальне я поставила Вику раком, снизу положила Шурочку, а сама пристроилась к викиной попке. Очень хорошо получилось: я трахала Вику, Александра вылизывала дочь, а Вика лизала мамину щелку. Бурный оргазм сотряс нас одновременно. Мы жадно принялись целоваться. Я сняла страпон:
-Поласкайте меня язычками, девочки!
Вика присосалась к моим сиськам, а Шурочка принялась за мою «девочку». Их дружные усилия очень быстро привели меня к новому оргазму. Поцеловав их обоих, я достала двусторонний фаллос и, поставив на четвереньки задницами, вставила его одновременно Вике и Шурочке. Те начали насаживаться на него, трахая при этом друг друга. Я встала перед Викой, и та с жадностью припала к моей киске. Шурочка оглядывалась, бросая завистливые взгляды на дочь. Я засмеялась:
-Не завидуй, тебе ещё хватит кисок, с избытком!
Только вот Александре хотелось сейчас и немедленно. Пришлось немного подождать.
Надев свой любимый страпон, я хорошенько смазала член и начала пальцами смазывать попку Шурочке. В это время она, принялась вылизывать киску своей дочери, усевший2ся на её лице. Увлечённая киской, Александра не сразу обратила внимание на движение в своей попе, а когда разобралась, то было уже поздно: я вовсю трахала её. Неприятные ощущения вскоре перешли в наслаждение, и Шурочка начала изо всех сил подмахивать мне, не забывая про киску Вики. Опять одна за другой мы получили по мощному оргазму.
Оргия затянулась до утра, мы перепробовали множество разных позиций, положений и поз, лаская и трахая друг друга. Лишь на рассвете мы нашли силы расстаться. Расцеловавшись с матерью, Вика прижалась ко мне и ещё с большей страстью поцеловала.
-Вечером продолжение? – спросила она.
-А как же! – ответила я.
Мы дружно засмеялись.
P. S. Александра Павловна действительно изменилась. Перестала скандалить, орать, больше не дерётся, много улыбается и кажется вполне счастливой.