Я живу в провинциальном областном сибирском центре. Это сейчас во дворах нет подростков – все «тусуются» в ночных клубах, катаются на велосипедах, скейтах и роликах или шляются по городу с банками пива в руках и сигаретами в зубах. А в застойные времена ДВОР – это было как РОДИНА. Огромное количество подростков до 18 лет обоих полов. И целыми днями мы «играли». Одна из главных тем – уединение в укромном месте, где можно играть в карты, курить, пить, целоваться с девчонками. ( почувствуйте разницу 70-х и 21 века). Мы вскрывали бомбоубежища, подвалы, чердаки, но каждый раз нас вылавливали и изгоняли из «злачных» мест, чаще всего с приводом в милицию.
И вот – удача! В нашем дворе стоял одноэтажный дом с какой-то конторой. Контора съехала, а дом остался брошенным. А у дома – шикарный чердак! Он-то и стал нашей штаб-квартирой (тимуровцы отдыхают). Заводилой стал самый хулиганистый парень (назовем его Федя). Здесь мы пили, курили, играли в карты, создавали «тайные общества» (на что еще хватит фантазии у советского пионэра?). И еще одно «совпадение»: к нам переехала новая дворничиха – допустим, Толик (нам, четверым основателям чердачного клуба, было по 18). Мальчик был смазливенький, но строил из себя «пахана с зоны» - курил, пил с нами и матерился. А так как денег на сигареты у него не было, мы его заставляли за курево и вино оказывать всякие мелкие услуги: «подай-принеси». Но это продолжалось не долго.
Мы в очередной раз сидели на чердаке, курили, играли в карты, болтали о всякой ерунде. Неожиданно Федя говорит: «Толь, у тебя такие щечки бархатные. Можно я по ним хуем повожу». Все оторопели, а Толя отвечает: «Нет, ты сначала по щеке поводишь, а потом в рот сунешь.»
- Нет, не суну.
- Ага, мне тоже так говорили, а сами сунули….
Я не знаю, решил ли он так неудачно писануться перед взрослыми парнями в своем жизненном опыте или на самом деле его заставляли сосать, но мы совсем обалдели, а Федя, наоборот, осмелел: « Ты уже сосал? Тогда и у меня отсоси!».
- Не буду...
Удар в живот ( довольно слабый, так – припугнуть), и наш Толик уже на коленях с членом во рту. В общем-то, было видно, что Федя сексуального удовлетворения не испытывает, но стонал он знатно. И мы все тоже возбудились. И каждый сунул свой член в Толин рот.
Потом было затишье на несколько недель. Никто никого не трогал, Толя тусовался с нами, никто ничего не вспоминал. Пока к нам на чердак не пожаловал гость – парень из нашего двора - Игорь. Мы с ним крепко дружили, пока он не переехал на другой конец города. Для своих лет он был низковат ростом, но коренаст. Он был очень беззлобный и бесхитростный. И вот, Федя решил похвастаться перед «старшим» своим влиянием и опять заставил Толю сосать. Но буквально через несколько минут минета Федю осенило: «Раздевайся, будем тебя в жопу ебать». Как ни странно, Толя вообще не сопротивлялся – то ли они этим часто занимались, то ли испугался, что опять бить будут… Разделся до гола, лег на живот и раздвинул ноги! Я был третьим. Ощущения – никакие. Просто больно вставлять член в узкий задний проход. Подвигался туда-сюда, как взрослый… Удовольствия – ноль! На чем мой первый и последний опыт анального секса и закончился. Игорь на предложение присоединиться отказался, но было видно, что в штанах у него буря.
Все очень быстро разошлись, а мы с Игорем остались покурить. А возбуждение не проходит. Тут он неожиданно говорит: «Хорошо, что я не стал его в жопу ебать, я бы его порвал». И достает свой член. Сразу оговорюсь, у меня не маленький, 21 см в длину и 6 см в диаметре в состоянии эрекции. Но то, что я увидел! Это не писька, не член – это ХУЙ! Огромный! Сантиметров 30 в длину, а в диаметре с моё запястье! Огромная круглая, гладкая лоснящаяся головка, огромный мускулистый ствол с толстыми венами… Неподражаемое зрелище, произведение искусства! У меня похолодели ноги, голова закружилась, в паху заныло. Я захотел взять его в рот! Я не знал тогда, что есть гомосексуалисты, а то что мы проделывали с Толей – это просто игра, унижение и подчинение, но никак не сексуальное удовлетворение. И у меня даже мысли не возникло, что я нетрадиционной ориентации (мягко выражаясь). Я, совершенно не стесняясь, произнес: «А можно попробовать, как это – сосать?» Мой вопрос прозвучал так буднично и беззаботно, как будто я попросил у него закурить. Он также спокойно и безразлично ответил: «Попробуй…». Я встал на колени между его раздвинутых ног и взял его член в руки.
Я, как и многие созревающие подростки, уже имел многолетний опыт мастурбации. Но при этих манипуляциях все ощущения идут от члена. А здесь я почувствовал руками! Твердый ствол с мягкой бархатной подвижной кожей. Ток пробежал по рукам. Игорь вздрогнул и напрягся, от чего я еще больше возбудился. Я наклонился к головке и почувствовал – нет не вонючий мужицкий сыромятный запах с примесью мочи и немытой смегмы – а еле уловимый тонкий аромат юношеского мужского члена. От этого запаха голова закружилась, как после стакана водки. Уже в полу-забытьи я обхватил головку губами. Я уже целовался с девчонками и практиковал «французский поцелуй». Но ощущения, когда член во рту, такой м-м-м… нежный… заполняет весь рот…пульсирует… касается всех эрогенных зон внутри!..
Тут, внезапно, я как протрезвел: я ведь сосу, как Толя! Если пацаны узнают!.. Я резко отстранился и, глядя в глаза Игорю, спросил: «А ты никому не расскажешь?» Ответ был оригинальный: « И ты никому не говори», с этими словами он слегка наклонился и, без всяких усилий, взял свой член в рот. Я засомневался, что это меня как-то оправдает в глазах друзей, мол «он сосал у себя и я у него», если он проболтается. Но Игорь так заговорчески посмотрел на меня, что я понял – это его сокровенная тайна и он рад, что смог ею поделиться с кем-нибудь, и его никто не выдаст. Теперь я мог всегда сказать, что видел, как Игорь сосет у себя, а на меня наговаривает в отместку. Мы стали хранителями одной тайны – его великолепного члена! Возбуждение нахлынуло с новой волной. Я снова приблизился к нему и стал гладить мягкую, гладкую головку.
- А где всего приятнее?
- Здесь.
Он показал на уздечку и корону.
Я, желая доставить ему максимум удовольствия, стал гладить в этих местах. Его член еще больше напрягся и пульсировал.
- А если так гладить, ты кончишь?
- Если я захочу, вообще не кончу.
- ?
- Если расслабиться, то никогда не кончишь.
И он расслабил мышцы промежности. Это подействовало на меня, как на любого русского, по принципу «слабо?». Я стал с удвоенной энергией гладить головку. Он спокойно сидел, безразлично глядя на мои манипуляции. Его член будоражил воображение. У меня опять закружилась голова. Продолжая движения руками, я медленно провел языком по всему члену от мошонки до головки. «Ещё так же» - прошептал он. Я повторил это несколько раз и почувствовал, как напряглись его ноги и промежность – он сдавался! « А полежи яйца…» Я охотно опустился ниже и стал вылизывать мошонку с крупными яичками, продолжая медленно подрачивать член двумя руками. Он шумно задышал, положил руку мне на затылок и стал направлять мою голову, медленно двигая тазом.
Я ничего не видел, кроме этого обворожительного, вкусного члена и этих огромных яичек! Ничего не слышал, кроме его шумного дыхания!
Его движения тазом стали сильнее, он взял член в руку, повернул его вперед, а другой рукой слегка надавил мне на затылок. Я без слов понял, чего он хочет. И я хотел того же! Я опять взял в рот его головку ( больше просто ничего не помещалось) и стал сосать, нежно гладя руками его мошонку и подрачивая член. Через несколько секунд он внезапно резко отстранил меня, и из его члена на живот брызнула сперма. Её было очень много, она была густая, как сметана, белоснежная и пахла свежей известью. Он кончал около минуты. Его член и яички пульсировали у меня в руках, а всё тело содрогалось. Член его стал опускаться, но оставался большим и красивым. Я взял его в рот и стал ...нежно высасывать остатки и вдыхать аромат спермы. Он гладил меня по голове. И я, достигнув пика возбуждения, кончил в трусы.
- Я еще так никогда не кончал, - прошептал он.
- Я тоже. А почему ты не кончил мне в рот?
- А ты хотел?
- Не знаю.
- Вот, поэтому и не кончил.
- А что ты делаешь завтра?..